Месть подаётся холодной

      «Все люди их круга одинаковы. Они ненавидят таких, как мы. Они всеми силами пытаются прогнуть тех, кто идёт наперекор или становится немного выше. Они привыкли всё держать под своим контролем.»       Кожа Чимина начала зудеть, когда он ненароком вспомнил слова госпожи Чха. Она была права, чем больше у людей власти и денег, тем бесчеловечнее они становятся. Готовы раздавить тебя словно какое-то насекомое. И Мин Юнги ничем не отличался от всех остальных.       Омега вышел на улицу через служебный выход и прислонился спиной к закрытой двери. Его душили слёзы обиды, но даже пожалеть себя он не мог. Поэтому просто беззвучно прокричал в пустоту вечернего неба, до боли сжав пальцы в кулаки.       Когда-то тётя Соён положила его в закрытую клинику, боясь, что паренёк свихнётся после смерти родителей. Он резал себе руки и ноги, пытаясь заглушить душевную боль, но тоска всё не проходила. Она, как неизлечимая болезнь, сжирала его изнутри, понемногу отбирая силы. И тогда госпожа Чха предложила ему план отмщения, за который он ухватился, как за спасительную соломинку. Но омега до сих пор не был уверен, что это поможет избавиться от боли, потому что ощущал себя всё хуже. Он лишь бередил старые раны, не давая им зажить.       — Здравствуйте! — неподалёку раздался низкий бархатистый голос и Чимин повернулся, чтобы увидеть его обладателя. Сперва он не поверил своим глазам, сомневаясь, что такие совпадения вообще возможны. Вернувшись в Корею, омега, конечно, предполагал, что периодически будет видеть людей из своего прошлого, но за эти годы он так изменился внешне, что его вряд ли бы кто-нибудь узнал. А вот его собеседник остался прежним, только очаровательное личико стало более утончённым. — Простите, что отвлекаю вас, — омега подошёл поближе, смущённо улыбаясь, но не сводя с Пака медовых глаз.       — Добрый вечер! — поздоровался Чимин, делая невозмутимый вид, но для большей уверенности убирая руки в карманы. — Чем могу быть полезен? — ему показалось, что его собственный голос дрогнул.       — Меня зовут Ким Тэхён. Я случайно увидел вас в зале и… — омега облизал губы, явно нервничая. — Мы с вами раньше не встречались?       У Чимина противно засосало под ложечкой. Видеть лучшего друга спустя столько лет было весьма волнительно. Омега всегда вызывал у Пака только радостные чувства, а воспоминания об их искренней дружбе временами согревали замёрзшую душу Чимина. Но признаться Тэхёну, значит, раскрыть свою личность, а для этого ещё не пришло время.       — Возможно, вы видели меня на рекламных билбордах, я — модель, — без лишней скромности заявил Пак, держась самоуверенно.       — Я видел их… — голос Тэхёна стал тише, было видно, что он очень разочарован. — Вы так похожи на одного близкого мне человека.       Ким вновь по привычке облизал губы и поправил непослушную чёлку. Только сейчас Чимин заметил, что у омеги совсем небольшой срок беременности, тот застенчиво прикрывал ладошками симпатичный животик. Пак мысленно порадовался за друга, надеясь, что тот по-настоящему счастлив.       — Правда? Простите, что разочаровал вас, — тепло улыбаясь, ответил омега. Помнится, раньше Тэхён обожал объятия. Чимину стоило больших усилий, чтобы не сгрести друга в охапку и не расцеловать. И эти мысли вызвали у него удивление.       — Мой друг уехал из Кореи много лет назад, и с тех пор я ничего о нём не слышал. Даже не знаю, жив ли он, — грустно проговорил Ким, буравя непроницаемым взглядом дверную ручку служебного входа. — Мне очень его не хватает.       Пак сглотнул ком в горле. В словах омеги чувствовалось столько тоски, и Чимин впервые пожалел, что не может признаться во всём именно сейчас. Тэхён продолжал думать о нём все эти годы, нуждался в его поддержке, но изменить что-либо уже было нельзя.       — Вы присутствовали на приёме? Вас есть кому забрать? — поинтересовался Пак, беспокоясь за Тэхёга, ведь в его положении вредно любое волнение.       — Это дом моего деда, так что… — тоскливая улыбка мелькнула на красивых губах омеги, он в раздумьях ещё раз посмотрел на Чимина. — Муж как обычно укрепляет деловые связи, а я устал и хочу домой.       — Могу подвезти вас, я не пил алкоголь, — предложил Пак, тут же пожалев об этом, потому что Тэхён вдруг улыбнулся так широко, как умел только он.       — Был бы вам очень признателен! — ответил омега, и они направились в сторону стоянки.       В машине омеги некоторое время молчали. Чимин и не догадывался, что Тэхён — внук Ким Тэяна. Друг часто рассказывал о своей семье, но о богатом родственнике никогда не говорил. Пак знал, что у президента Кима есть двое детей. Сын совсем недавно взял на себя бразды правления в компании, а вот дочь председателя умерла лет двенадцать назад, и альфа редко упоминал о ней в каких-либо изданиях или интервью.       — Я терпеть не могу подобные мероприятия, — пожаловался омега, тяжело вздыхая. — Чаще отсиживаюсь дома. Чоныль ругается, но мне так комфортнее. Из-за токсикоза постоянно приходится выходить на свежий воздух, как, например, сегодня.       — А ваш муж случайно не Кан Чоныль? — предположил было Пак, моля небеса, чтобы это оказалось не так.       — Да, — безучастно заметил омега, посматривая в окно.       Пак крепко сжал руль, пытаясь следить за дорогой. Он неожиданно понял, какую огромную деталь упустил в этом пазле. Мужем Ким Тэхёна оказался никто иной, как Кан Чоныль, человек, когда-то работающий на Ли Тэвона. Он был его шестёркой и выполнял различные поручения, в частности, следил за госпожой Пак и Хэюном. Омега до сих пор помнил его цепкие пальцы и громкий голос. Как этот ублюдок оказался супругом самого доброго и милого омежки на свете, одному богу известно.       — Как вы себя чувствуете? Не тошнит? — спросил Чимин, глянув на нервно покусывающего губы Тэхёна.       — Я в порядке, не волнуйтесь. Вы хорошо водите. Знаете, увидев вас, я вспомнил своё беззаботное детство и пожалел, что не могу вернуться обратно, лет на двадцать назад. Вот бы вновь стать мальчишкой и ни о чём не беспокоиться. Почему жизнь взрослых такая сложная?..       Пак потрясённо нахмурил брови. Неужели Тэхёну тоже было несладко? По внешнему виду можно было сказать, что омега ни в чём не нуждался и жил на всём готовом. Дорогая одежда, обувь, ухоженная кожа, о чём ещё можно было мечтать? А учитывая, что у Тэхёна помимо мужа-бизнесмена ещё и имелся обеспеченный дедушка, то ему повезло гораздо больше многих.       — Не думал, что у людей вашего круга находятся какие-то проблемы.       — Я явно к ним не принадлежу, — поморщившись, заметил Ким. — После смерти родителей нас с братом взял под опеку дед. Тэджона вскоре женили и отправили жить к мужу, мне тоже подыскивали богатого жениха. Знаете, Чоныль ведь не человек из моих грёз, я никогда его не любил. А для него есть только бизнес и деньги, я просто иду в придачу, — с горечью признался омега. — Мне самому ненавистно, что я такой слабый, что не могу за себя постоять! — выкрикнул он, сжимая руки в кулаки.       Выходит, Тэхёну все эти годы тоже жилось несладко. Чимин уже не жалел о том, что предложил подвезти омегу. Его сильно удивило, что Ким вот так, без утайки рассказал о себе абсолютно незнакомому человеку. Хотя, возможно, он представлял на его месте своего друга Пак Хаюна, а совсем не известную модель Пак Чимина.       — Но скоро у вас появится малыш и вы переключите всё внимание на него, — с нежностью проговорил омега, пытаясь поддержать Кима, но тот лишь недовольно фыркнул в ответ.       — Мы с Чонылем женаты уже больше пяти лет, и все эти годы я пил противозачаточные. Он злился, что я всё никак не могу забеременеть, как-то поднял на меня руку. С тех пор это стало обычным делом для него, — Тэхён всхлипнул. — Я даже никому не мог рассказать, боялся вываливать своё грязное бельё наружу. Страшно признаться, но я никогда не хотел от него детей. А три месяца назад он сильно напился и взял меня силой. Я тогда менял таблетки, и новые, видимо, не подействовали.       Чего ещё можно было ожидать от Кан Чоныля? У этого альфы явно наблюдались садистские наклонности, иначе он точно бы не связался с Ли Тэвоном. Чимин ощущал боль, которую сейчас испытывал Тэхён, но не знал, чем помочь, потому что и сам до сих пор от неё не вылечился.       — Малыш ни в чём не виноват, Тэхён-щи. Он должен чувствовать вашу любовь.       — Знаю, но его появление ничего не изменит. А если родится омежка, муж меня со свету сживёт, ему ведь нужен наследник, — Ким посмотрел в боковое зеркало и вытер слёзы, бегущие по щекам. — Я столько раз порывался сбежать от Чоныля, но меня постоянно что-то сдерживало. А теперь уже слишком поздно…       — Мы приехали, — тихо сказал Чимин, рассматривая огромный коттедж из белого камня, исполином, возвышавшимся среди других домов.       — Спасибо вам, Чимин-щи, — лёгкая улыбка тронула губы омеги. — Простите, что нагрузил вас этой лишней информацией. Пожалуйста, забудьте обо всём.       Пак достал из бардачка свою визитку и протянул её Киму, тот с радостью принял её.       — Звоните, когда вновь захотите поболтать. Для вас я всегда свободен. И не унывайте, всё ещё может измениться, — многозначительно произнёс Чимин, стараясь дать омеге надежду и искренне желая ему счастья.

***

      На совещании Юнги непривычно для себя сорвался на начальника финансового отдела и руководителя службы сбыта. По своей природе он хоть и был альфой, но мягкостью характера пошёл в папу-омегу. Тот никогда не позволял себе поднимать голос на своих работников, предпочитая обходиться без силовых приёмов. Господина Мина не стало несколько лет назад, и сердце Юнги заметно очерствело без него.       Именно тогда альфа и решил создать свою собственную компанию, независимую от бизнеса отца. Продвигая собственные IT-технологии на мировой рынок, Мин надеялся в скором времени завоевать любовь и доверие жителей других стран. Конечно, его волновало, как отреагирует на это отец, но Юнги не собирался рассказывать об этом до подписания контракта с одной известной американской компанией, а это должно было произойти в ближайшее время.       — Господин президент, я пересмотрела ваше расписание на сегодня, — в кабинет вошла секретарь с блокнотом в руке. — К сожалению, встреча с господином Юном и посещение детского онкологического центра совпадают по времени…       — Перенесите встречу с Юном на завтрашнее утро и закажите столик в ресторане «Савойя». Он ведь предпочитает французскую кухню?       — Да, господин президент, хорошо.       — После онкоцентра в офис я не вернусь, поеду по делам. У меня просьба, закажите, пожалуйста, букет алых роз и доставьте их вот по этому адресу, — Мин быстро набросал информацию на листок бумаги и передал его секретарю. — Пусть в службе доставке напишут открытку с извинениями от меня.       — Хорошо, господин президент, но нужно имя получателя, — уточнила девушка, поправляя очки.       — Ах да! — хмыкнул Юнги. — Это Пак Чимин, танцевальная студия «Milonga».       Мин, как меценат, часто посещал мероприятия, организованные для помощи детям и больным людям. После смерти папы, умершего от рака мозга, альфа стал больше времени уделять нуждающимся. И это ужасно напрягало председателя Мина, тот считал, что его сыну следовало бы больше заниматься работой. От Ёнджо тоже поддержки было не дождаться, он хоть и управлял благотворительным фондом, но делал это исключительно, чтобы заявить о себе. А Юнги предпочитал не делать из подобной помощи огласки.       — Господин Мин, мы очень благодарны, что вы оказываете нам помощь, — директор центра, госпожа О всюду следовала за альфой, рассказывая о каждом ребёнке и его проблеме. — К сожалению, большинству ребят, лежащих здесь, даже дорогие лекарства не в силах помочь. Им можно лишь ненадолго продлить жизнь, — печально заметила женщина, опустив голову. — Но они и этому радуются.       Юнги вспомнил о папе, который в последние недели жизни вдруг начал рисовать. Лёжа на кровати, бледный и исхудавший, омега мог часами наносить на холсты краски, забывая о смертельном диагнозе. Те дорогие сердцу картины Мин развесил в кабинете и библиотеке.       Визит в онкоцентр вновь разбередил его старые раны, сделав излишне сентиментальным. Альфе следовало бы поехать домой и отдохнуть, но он, отпустив водителя, поехал на студию к Пак Чимину. Тысячу раз Юнги обдумывал, что скажет ему при встрече, но в голове постоянно крутилась только одна мысль — подчинить его и сделать своим. Хотя Мин прекрасно понимал, что сам он уже давно угодил в сети омеги и совсем не хотел из них выбираться.       В зале играла музыка, Чимин громко хлопал в ладоши, а несколько омег-парней танцевали ей в такт. Около стены, по-видимому, сидели их альфы, и не сводили глаз с красавчика-преподавателя. Стройное, подтянутое тело в шортах и майке было вновь выставлено напоказ, и Юнги вдруг захотелось схватить парня и утащить в одну из раздевалок, чтобы больше никто не смел пялиться на него так открыто. Только сейчас Мин заметил стоящий в вазе букет подаренных им роз и немного успокоился, спасибо, что хоть его не выкинули в мусорку. Пак бросил на Юнги быстрый взгляд и отвернулся.       — Так, друзья, на сегодня всё! — крикнул он своим ученикам. — Послезавтра занятий не будет, у меня показ. Так что встретимся с вами только на следующей неделе!       Омеги с альфами потихоньку разбрелись, оставив Мина наедине с Паком. Тот больше на него не смотрел, словно его и не было рядом. Омега молча попил воды, размашистыми движениями пальцев зачесал взмокшие волосы назад, оголяя идеальный пресс, и присел на стул, закидывая соблазнительные ножки друг на друга. Ну что говорить, будоражить сознание и щекотать и без того натянутые до предела нервы омега научился умело. Юнги присел рядом, стараясь не смотреть на аппетитные бёдра и стройные икры Пака и мечтая хоть на секунду дотронуться до них.       — Я пришёл извиниться, — без притворства проговорил альфа. — Мне очень жаль, я обидел вас в прошлый раз своими словами.       — Цветов было вполне достаточно, господин президент! — сухо ответил омега, даже не удостоив его вниманием.       — Вы совсем не такой, каким я вас назвал. Да, вы, конечно, более открыты, чем большинство омег в нашем обществе.       — Более бесстыжий, вы хотели сказать?       — Нет, я… Чимин-щи, — Мин развернулся к омеге, желая видеть его лицо. — Да, мы из разных миров, но меня тянет к тебе со страшной силой, и я ничего не могу с этим поделать, да собственно и не хочу. Будь моим, Чимин!       Омега вновь рассмеялся, но потом за секунду посерьёзнел. Он приблизился к Юнги максимально близко и прошептал:       — Как вы там говорили? «Ты должен слушать мои приказы, как преданный пёс»? А что, если эта роль достанется именно вам? И это вы станете тем самым псом у моих ног.       — Ты этого хочешь?       — Да, я признаю, вначале мной двигала похоть, я хотел вас. Но теперь всё изменилось, господин Мин, — в глазах омеги промелькнул насмешливый огонёк. — Мне не подходит роль обычного любовника.       — Что? — не понял Юнги.       — Вы ведь рассчитываете на интрижку, надеясь хорошенько развлечься, разве не так? Но меня не устраивает связь с женатым мужчиной. Поэтому больше не ищите со мной встреч!       Слова омеги так сильно ранили Юнги, что он чуть было не задохнулся от негодования, совсем не ожидая такого поворота. Альфа вскочил и принялся расхаживать по залу взад-вперёд. Проще всего было сейчас уйти и не поддаваться на провокации этого смелого соблазнителя, но рыбка уже угодила на крючок и вырываться было бесполезно. А Юнги безумно не хотелось признавать свою слабость перед омегой, поэтому он снова бросился в наступление.       — Почему ты так себя ведёшь? То притягиваешь меня к себе, то отталкиваешь? — взбунтовался альфа. — Да когда тебя волновало мнение окружающих? Ты свободен в отношениях!       — Это не означает, что я могу переспать с первым встречным, я уже говорил. Наверное, вы просто меня не услышали, очень жаль, — омега поднялся с места, эффектно покрутив бёдрами перед Мином, который и так был на грани.       Юнги прижал Пака к себе, крепко обняв его обеими руками. Ощущать омегу в своих объятиях было настолько приятно, что Мин поддался искушению и поцеловал того в жилку на шее. Парень не вырывался, позволяя альфе исследовать языком его нежную кожу. Но, когда губы Юнги коснулись пухлых губ омеги, резко отвернулся, испортив сладкий момент образовавшейся близости.       — Ты ведь хочешь меня, я чувствую, тогда почему отвергаешь? Давай хотя бы попробуем, прошу… — альфа был готов даже умолять.       — И стать развлечением на одну ночь? Нет!       — Зачем ты так? Со мной никогда не было ничего подобного, куда бы я ни пошёл, везде вижу тебя. Не могу сосредоточиться на работе, потому что мучают мысли о тебе.       — Мучают, значит? — ядовито процедил Пак, пытаясь оттолкнуть альфу, но тот держал его слишком крепко.       — Ты знаешь, что я имею в виду! — уже несдержанно проговорил Мин, его терпению тоже наступал конец. — Я сделаю всё, что ты хочешь, только не прогоняй меня. Я… Я больше не смогу без тебя, — альфа бережно потёрся носом о щёку парня, вдыхая его аромат и теряясь в собственных ощущениях.       — Что ж, господин президент, тогда покорно ждите, когда я сам позову вас, а до тех пор не смейте показываться мне на глаза, не хочу вас видеть!       — Чимин, пожалуйста! — умоляющим тоном попросил Юнги, но на этот раз омега сумел проявить больше усилий и всё же вырваться из его цепких рук. Мин с ужасом думал, провожая омегу взглядом, сколько же дней, а может и недель ему придётся ждать этой встречи, и сможет ли он держать в узде свои внезапно нахлынувшие чувства.

***

      Чимин задумчиво ковырялся ложкой в миске с супом, что не преминула заметить госпожа Чха. Женщина присела рядом и начала допытываться, что у него произошло. Но этого разговора всё равно было не избежать.       — Ты смог установить программу на телефон Мин Юнги? — поинтересовалась она, не спуская с Чимина глаз. Она всегда чувствовала изменения в его настроении.       — У меня не было на это времени. Я же не могу просто залезть к нему в карман и взять его? Думаю, в следующий раз всё получится, — обнадёжил её Пак, но заметил, как помрачнело лицо женщины.       — Мы теряем драгоценное время, Чимина! Ты понимаешь, что нам нужно больше информации о них? — госпожа Чха раздражённо покачала головой. — Ты слишком молод и неопытен в этих вопросах. Мин на раз-два тебя раскусит, он ведь не дурак! Ты пытаешься играть с ним, но сам же и угодишь в свою ловушку! Это тебе не соблазнение какого-нибудь актёришки.       — Думаете, так легко соблазнить альфу, к которому не испытываешь никаких чувств? — Чимин слукавил, сегодня его внутренний омега капитулировал перед Мином почти без боя. — Вы заставляете меня делать то, что я не хочу ради собственной выгоды!       — Ах вот как ты заговорил?! Запомни, я делаю это ради нас, и один ты бы никогда не справился, — глаза женщины горели ярким пламенем, она злилась. — Месть обычно подают холодной, и её исполнение требует немалой выдержки. А что смог бы сделать ты?       Чимин не стал отвечать на этот вопрос. Когда-то давно он собирался купить пистолет и расстрелять всех, кто так или иначе был замешан в убийстве его отца. Но потом понял, что эта идея слишком глупа и нужно было тщательно готовиться. И именно госпожа Чха помогала собирать ему всю необходимую для расследования информацию, сам бы он точно не справился.       — Если в следующий раз у тебя ничего не получится, отойдём от этого пункта плана и будем действовать по-другому. Мин не должен тебя раскусить, ты ведёшь себя с ним довольно странно. Появился из ниоткуда, сперва соблазняешь, а потом динамишь. Какой нормальный альфа это выдержит? Ты должен быть очень осторожен с ним. Хорошо, что его муж пока на твоей стороне. Не упусти момент с собранием омег чеболей. Когда Мин Ёнджо тебя им представит?       — Он обещал позвонить, — равнодушно ответил Чимин и засунул ложку супа в рот.       Этот разговор его слишком утомил. Собственная жизнь по-прежнему ему не принадлежала. Мало того, что приходилось жить под другим именем, так ещё и требовалось исполнять чужие приказы и прихоти. Чимин вдруг вспомнил о Тэхёне и отругал себя за излишнее хладнокровие, а ведь омега так нуждался в его поддержке. Посвящать тётю Сохи в подробности его встречи с другом из своего настоящего прошлого, Пак не решился.