Я помню тебя, я буду помнить

Баджи улетел. Чифую и Казутора ещё провожали взглядом взмывающий в небо самолёт, постепенно свыкаясь с мыслью, что дорогой для каждого из них человек теперь далеко. Как только самолёт превратился в неразличимую в облаках точку, оба они, не сговариваясь, направились к выходу из аэропорта. Миссис Мацуно довезла ребят обратно до города, и за это время ни один не проронил ни слова. Лишь покинув машину, Казутора заговорил: - Не хочешь прогуляться? Чифую ещё не определился в своем отношении к Казуторе после увиденного на футбольном поле, однако парень оставался теперь единственным связующим звеном с Баджи - ведь с ним они так и не успели выстроить прочных дружеских связей, и поэтому общение с Казуторой было, скорее, необходимо для Мацуно - так он решил для себя. - Давай. Они двигались мимо многоэтажек в центре, мимо торговых площадей и небольших кафе. Чифую казался полностью погруженным в свои мысли, и Казутора, предложивший эту прогулку, не знал, как начать разговор. - Мы, вроде, неплохо поладили, да, Чифую? - подобрав слова и слегка улыбаясь, как бы невзначай спросил темноволосый. Голубоглазый невнятно угукнул, смотря куда-то перед собой. - Ты меня слушаешь? - Да, конечно, извини, - Мацуно встряхнул голову, возвращаясь в реальность, - Ты прав, поладили. Казутора одобрительно кивнул. - Надеюсь, мы сможем подружиться. Ты мне нравишься. Баджи был бы рад. Тело Чифую невольно содрогнулось. Если предложение дружбы ещё как-то можно было понять, то упомянутые слова о Баджи казались странными. - Хорошо, конечно... А насчёт Кейске - не думаю, - Мацуно как-то нервно усмехнулся и бросил взгляд на Ханемию, - То есть, не думаю, что ему было бы дело до этого. Казуторе показалось, что он услышал какую-то язвительность в голосе блондина, но решив, что ему показалось, не стал заострять на этом внимания. Но кое-что он точно не мог проигнорировать. - Кейске, говоришь? Кажется, он и правда важен для тебя. Блондин на эти слова лишь отвернулся, попытавшись скрыть свое смущение, и Казутора не стал продолжать. - В общем, не теряйся, - Ханемия остановился, движением руки останавливая и Мацуно, - Я напишу тебе. А пока что мне пора, - темноволосый улыбнулся, наклоняя голову в сторону и, махнув рукой, свернул на другую улицу. Блондин бросил короткое "До встречи" и кивнул на прощание, медленно продолжая свой путь. Дружелюбность Ханемии одновременно удивляла и льстила, ведь в отличие от самого Чифую у Казуторы не было никаких дополнительных скрытых мотивов поддерживать дружбу. Впрочем, блондин все равно до сих пор не понимал своего отношения к этому предложению и к складывающейся ситуации в целом... Единственное, что он понимал и ощущал отчётливо - это пустота и грусть от переезда Кейске.

***

- Какие планы на каникулы? На календаре - середина июля, что говорит о приближении летних каникул. И Чифую, безусловно, рад, так как за последнее время морально слишком устал, и освобождение от учебы видится хорошей возможностью восстановиться. С отъезда Баджи прошло около трёх месяцев, но вакуум, заполнивший душу, никуда не делся. - Не знаю даже. Просто прийти в себя, - блондин растерянно улыбнулся, - До конца августа я в городе, так что могу заняться чем угодно... А ты, Такемичи, что думаешь делать? Друг задумчиво пожал плечами. - Хочу найти подработку на месяц, лишним не будет. Мацуно понимающе кивнул, добавив, что может составить Такемичи компанию, ведь карманные деньги, и в правду, всегда кстати. В кармане парня просигналил телефон - пришло новое сообщение. Имя отправителя - Казутора Ханемия. Как-то они немного переписывались прежде, но диалог так и не пошел. Сейчас же Чифую был заинтересован, чего такого мог написать ему Ханемия. "Привет, как дела? Увидимся через неделю, в субботу?" Предложение несколько удивило блондина, но отказываться объективных причин не было, и он черкнул короткое сообщение с местом и временем встречи. - Планы немного начинают образовываться. Ханемия предложил встретиться.

***

Если на встречу с темноволосым Чифую шел не зная, чего ожидать, и оттого настроение его было, скорее, нейтральным, то чем дальше они проводили время вместе, тем удрученнее становился парень. Да, общаться вживую было гораздо легче, чем в переписке, и как Мацуно отметил при знакомстве, Казутора казался ему интересным собеседником. В других обстоятельствах он, безусловно, захотел бы развить их общение и дальше. Но сейчас он точно осознавал - ему тяжело. Ханемия расспрашивал Мацуно, рассказывал об отвлеченных темах и своей жизни, плавно встраивая в их беседу упоминания Кейске. И каждое такое упоминание - словно острое лезвие терзало душу блондина. Он тосковал. Изнутри он метался от невозможности быть рядом и понимания, что между этими двумя что-то есть. Его коробило от того, что Ханемия делится подробностями их общения, а ему такая опция недоступна и никогда не будет. И если раньше Чифую думал, что общаться с Казуторой - это плюс, чтобы через него быть хоть как-то ближе к Баджи, то теперь слепая ревность и ощущение собственного бессилия разваливало его изнутри. И лучшим решением будет забыть. Отстраниться - и забыть. Кое-как сохранив внешнее спокойствие и заинтересованность в общении, Чифую провел с Казуторой ещё около часа, прежде чем ссылаясь на необходимость вернуться домой для помощи маме, распрощался с темноволосым. Лучше оборвать все связи, и так стоило сделать с самого начала. Чтобы ничего не напоминало, чтобы выкинуть из головы и сердца, чтобы не осталось и малейшей надежды. Забыть Баджи Кейске и всё, что с ним связано. И какого только чёрта этот придурок засел так глубоко внутри? Казутора, наблюдающий за уходящим Мацуно, пребывал в смешанных чувствах. Он был искренне рад увидеться с блондином, ведь тот действительно показался ему хорошим парнем, но в то же время не понимал причину такого странного поведения. А оно было определено странным - по началу, вроде бы, все шло гладко, а чем дальше углублялась их беседа, тем более нервным становился Мацуно. Точнее, чем чаще Казутора упоминал Кейске. Нервозность и раздражительность Чифую была для темноволосого очевидной, и объяснения этому он так и не смог найти. А цель таких упоминаний Баджи у Казуторы была - он хотел невзначай сообщить Мацуно о его возможном приезде. Как раз в период каникул матери Баджи могли организовать командировку в Японию, но пока информация была неточной. Казутора хотел мягко рассказать об этом Чифую, чтобы спланировать, как они встретят Кейске, если всё сложится, но при этом не давать блондину ложных надежд, если всё-таки ничего не выйдет. Однако острая реакция Мацуно заставила Ханемию осторожничать, и он вообще перестал быть уверенным, стоит ли рассказывать ему. В конце концов, Чифую ушел прежде, чем Казутора успел подобраться к сути. А почему вообще он хотел поделиться с блондином этой информацией? Для самого Ханемии ответ был очевиден - им двигало желание помочь этим двоим. С самой первой встречи он заметил, как Мацуно украдкой влюбленным взглядом посматривает на Баджи и как розовеют его щеки, стоило тому обратить внимание на блондина. Как болезненно переживает его переезд и как стремится вплоть до самого вылета до последней секунды быть рядом. Заметил и то, как держится Баджи исключительно рядом с Мацуно - нервничает и пытается казаться таким независимым и взрослым. Как забавно отрицает их дружбу и вообще какую-либо связь, а сам крепко, долго обнимает и кладет голову на плечо, прежде чем отправиться на посадку. И Казуторе было ясно, как день - нужен катализатор, нужно как-то столкнуть эту парочку. Ведь желтоглазый как никто другой знал, насколько важно иметь кого-то, кто тебе дорог, кто понимает и любит. Но Мацуно, называя вещи своими именами, сбежал. И остаётся только догадываться, почему. Насколько знал Казутора, с Баджи они с момента отъезда не общались, так что вариант с ссорой отпадал. Или общались, но темноволосый был не в курсе? Или причина в чем-то ещё? Определенно, тут было, над чем поразмышлять.