Герцог Ворон

      Шальда, 4 день месяца Белой девы, 969 год Седьмого Дракона.       День спустя.       Обеденный зал, Резиденция Воронов, Пик Ворона, герцогство Ворона, Священная Империя Грифона.       — Я рад, что вы смогли со мной встретиться, леди Элизабет. — Сказал я, мягко отодвигая массивное кресло и помогая посетившей меня даме сесть поудобней.       — Благодарю, лорд Андрей. — С легкой улыбкой ответила она, усевшись под хрустнувший под ее весом стул. — Давно уже за мной так не ухаживали. Все мои остолопы-подчиненные почти забыли, что я дама.       — Не знаю почему. — Недоумевающе сказал я, садясь на свое место во главе стола. — Вы немыслимо обворожительны, особенно для той, кто может одним ударом проломить череп оркскому палачу.       — Какой же вы льстец. — Ответила она, оперившись щекой на латную перчатку. — Эх, будь я на десять лет моложе, то точно увела вас у малышки Айрис.       — Вы и сейчас на это способны. — Заметил я, подняв кубок с вином и подняв его вверх. — Просто ударьте меня по голове и унесите в свою казарму, как это делали наши предки.       — Чтобы меня потом растлительницей маленьких мальчиков считали? — Притворно возмутившись спросила дама, сложив руки на своей выдающейся груди. — Нет, Андрей. Этот секрет уйдет со мной в могилу.       На мгновение в пиршественном зале установилась тишина, а потом мы оба взорвались задорным смехом от такой незамысловатой и немного пошлой шутки.       «Хотя вынужден признать, в свои сорок с лишним выглядит она невероятно» — Подумал я, окинув взглядом свою сегодняшнюю гостью.       Элизабет Торсгейт была воплощением настоящей воительницы, которой мечтали стать многие девочки в империи.       «До сих пор не могу привыкнуть, что женщина-рыцарь для местных это норма» — Подумал я, пригубив вина и хмыкнув. — «Спасибо мане, правильным тренировкам и Усилению»       Выглядела она и вправду удивительно: короткие черные волосы, завязанные сзади в небольшой плотный пучок, яркие зеленые глаза, очерченные густыми бровями и вечно смотрящие на остальной мир с небольшой хитринкой, острые, правильные черты лица, без морщин или сильно заметных изъянов и задорная, по женски добрая улыбка, которую вообще не ожидаешь увидеть у человека ее положения. Картину портил лишь небольшой кроваво-красный шрам, идущий от глаза до губы, оставленный проклятым клинком орочей шаманки. Одета моя гостья была в полный латный доспех, с изображенным на кирасе красным крестом, бывшим символом ее ордена.       Не зря первой моей мыслью, когда мы только познакомились, было сравнение ее с девой-воительницей из скандинавской мифологии. Ведь если бы на просторах Асхана и вправду существовали валькирии, то выглядели они бы точно так.       — Так зачем ты позвал меня? — Спросила у меня женщина, как только мы распили по первому кубку вина и заели его твердым козьим сыром. — Что понадобилась от простой дамы самому герцогу Ворону?       — Какого низкого вы обо мне мнения. — Сказал я, едва заметно пожав плечами. — Неужели я не могу просто так позвать красивую женщину выпить со мной вина?       — Просто так? — Насмешливо фыркнула Элизабет, самостоятельно подлив себе из кувшина еще вина, не дожидаясь помощи стоявшей у стены прислуги. — Не смеши меня, Андрей. Ты и просто так? Уж извини, но у тебя давно сложилась репутация человека, который ничего не делает без причины.       — Даже не знаю, обижаться на это и радоваться? — Спросил я, мерно раскачивая кубок перед глазами.       — Скорее расстраиваться. — Ответила мне рыцарь, пригубив вина. — Ты настолько запугал своих вассалов, что они каждое слово воспринимают как намек или угрозу. А тебе даже тридцати нет, Андрей. Мне даже страшно представить что будет дальше.       — Ничего не могу с собой поделать. — Сказал я, пожав плечами и слегка поморщившись от скрипа надетых на меня доспехов. Да, на эту встречу мне тоже пришлось одеты доспехи, чтобы не обидеть даму, которую я ни разу в простом сюрко не видел. — Я люблю контроль. Полезная черта для любого правителя.       — Но не самая лучшая для человека. — Заметила немного нахмурившаяся женщина. — Как тебя вообще Айрис терпит?       — Я люблю ее. — Честно ответил я, опустив кубок на стол. — Поэтому рядом с ней сдерживаю свои порывы.       — Как наставницу меня это очень радует. — Сказала Элизабет, опять пригубив вина. Учитывая какую мочу ей обычно приходится пить на фронтире, я специально попросил слуг принести в зал полный бочонок, с хорошим имперским красным. — Но ты перевел тему. Зачем ты позвал меня в Пик? Тем более так срочно.       — Причина проста. — Отложив бокал в сторону произнес я и сцепив руки в замок. — Я хотел поговорить с вами о дальнейшем пребывании Крестоносцев на моей земле.       Крестоносцы.       Орден имперских рыцарей, созданный во времена орочьих крестовых походов почти четыре с половиной века назад и сохранившийся по сей день.       Реликт прошлой эпохи.       И важнейший элемент моей будущей обороны от Курака и его приемного сынка Готая.       Чтобы лучше понимать суть этого ордена, нужно знать что это за орочьи крестовые походы, который захлестнули восток и юг Асхана 450 лет назад.       После окончания Первого затмения, орки, народ созданный из плененных демонов и преступников из числа людей, были обращены в рабство, которое продолжалось больше века. В один момент, когда маги совсем позабыли про силу, скрытую в своих созданиях и начали относиться к ним как к бесправной скотине, терпение желтокожих наконец кончилось и те восстали против своих создателей.       Изначально бунт начал орк по имени Малатуа в Шахибдии. Когда его клан выбрали в качестве подопытных в очередном опыте, он не стал дожидаться смерти и, впав в ярость, разорвал свои проржавевший от крови оковы и перебил тюремщиков. Решив сбежать он, вместе со своей родней начал блуждать по лабораториям и обнаружил клетки, где содержались порождения неудавшихся экспериментов, до сих пор используемые чародеями для их жестоких опытов.       Надо сказать, что маги никогда не славились в Асхане добротой. Интеллигентный и мудрый не по годам Зехир был скорее исключением, доказывающим правило. Наоборот, большинство волшебников были как отец - Сайрус. То есть наглыми, эгоистичными и злопамятными скотами, с которыми было почти невозможно иметь дело. Не удивлюсь, если узнаю что химерологи Шахибдии творили в своих подвалах вещи, заставившие и самых злобных демонов побледнеть в испуге.       Но вернемся к восстанию. Малатуа, взбешённый такой находкой, освободил своих "собратьев и выпустил их на улицы города, позволив отомстить своим мучителям. Зверолюди, среди которых были минотавры, гарпии, акулолюды, кентавры и циклопы оказавшись на свободе, выпустили всю свою ярость. Эта страшная ночь до сих пор преследует волшебников, дав Шахибдии новое прозвище — Город, где магия никогда не спит.       После сожжения Шахибдии Малатуа смог объединить разобщенные народы и единым кулаком освободить рабов в других городах, прежде чем магам, принудившим некромантов оказать им помощь в отражении мятежа, удалось взять ситуацию под контроль и убить лидера восстания.       Однако дело погибшего вождя продолжало жить. Через три года бунт добрался и до Империи Сокола, где к оркам хоть и относились лучше, чем в Семи Городах, но не намного. Сначала Империя пошла на встречу желтокожим, пытаясь найти компромисс и не допустить войны, однако публичное презрение орков стихийных драконов и отказ им поклоняться изменил все.       Мало того, что процветавшая в те времена Инквизиция очень остро относилась к представителям других религий, так еще и безбожничество в глазах многих лордов и рыцарей могло привести орков к поклонению демонам и Ургашу, что было неприемлемо. Ведь все помнили, благодаря кому была выиграна прошлая война. Если бы демоны и орки объединились, то это стало катастрофой для всего Асхана.       Поэтому имперские войска единым фронтом выступили против орков, дабы подавить восстание и вновь обратить их в поклонение стихийным драконам. После череды разгромных поражений орки и примкнувшие к ним зверолюди были разбиты и вынуждены бежать, спасая собственные жизни. Некоторые нашли приют у наг и обрели веру в Шалассу (акулолюди), некоторые сбежали в подземелья, где их нашли темные эльфы, вновь сделав рабами (минотавры), но большая часть, поверженные, но нераскаявшиеся, поселились в самых неуютных уголках мира.       Их новым домом стала пустыня Сахаара, находящаяся на юге Серебряных городов, степи Ранаара, с которыми граничит мое герцогство, тропические острова Пао на юго-востоке Нефритового океана и Дикие острова на юго-западе Необузданного моря. И если магам на своих созданий было плевать, ведь у них быстро накалялись отношения между некромантами и остальными домами, а также шла передача власти от ослабшего Дома Химеры к Дому Духа, то Империя не желая давать оркам даже призрачного шанса на восстановление, решила продолжить войну       В 472 году эпохи Седьмого Дракона император Коннор I объявил о начале Первого и Единственного священного похода против орков. На протяжении следующих трёх десятилетий имперские армии совершали походы вглубь Рунаана, Сахаара и Нефритового океана, воюя не только с орками, пытаясь подчинить их и принудить к служению Драконьим Богам, но и с Вольными городами и нагами, давшими беженцам приют и защищавший от преследовавших их инквизиторов.       Именно тогда, в 476 году и появился орден Крестоносцев, чьим обетом и основной задачей стала охота за мятежными орками до последних уголков известного мира. Нужно признать, успехи ордена были велики — его рыцари единственные за всю известную историю, кто смог пройти весь Рунаан и изгнать орков настолько далеко на восток, что даже в древних шантирийских картах те места обозначались как неизведанные и невероятно опасные. Также они совершили несколько удачных походов в Сахаар, разорив все крупнейшие оазисы и изгнав орков глубоко в пустыню.       После этого в 502 году планировался поледний крупнейший поход на острова Пао, чтобы окончательно уничтожить орков, однако на подходе к архипелагу на флот крестоносцев обрушился невероятной силы шторм, взявшийся буквально из неоткуда. Коннор I принял это за очень жирный намек от одного из Изначальных драконов — Шалассы, вот только я знал, что виноваты в этом были два орка, ставшие легендами для своего народа — Куньяк, сын того самого Малатуа, и его шаман Бату. Они смогли найти легендарный артефакт — Чашу Грома и с его помощью потопить флот людей.       Однако после официального завершения крестовых походов в 504 ГСД существовавшие на тот момент полки крестоносцев не прекратили деятельность, продолжая нести свою службу и фактически превратившись в пограничные войска на востоке Священной Империи.       До 845 года крестоносцы продолжали верно нести свою службу и традиционно подчиняться императору. Но после того как этим воспользовался самопровозглашённый император Шеймус Олень во время Десятилетней войны, приказав полкам крестоносцев вернуться на родину, оставив границы открытыми — якобы для обеспечения порядка в Империи, фактически же — для собственной поддержки, разбивший его Иван Грифон изменил устав ордена, и теперь такие важные решения принимал Великий Магистр ордена. Фактически это сделало орден полностью независимым от имперской власти, но сейчас мне это было только на руку.       Ведь с сидевшей передо мной женщиной, последние десять лет занимавшей место Великого Магистра ордена Крестоносцев, у меня сложились очень хорошие и доверительные отношения.       — Неужели уже гонишь нас? — Спросила у меня Элизабет, откинувшись назад и начав раскачиваться на ножках своего стула. — А ведь ты так слезно просил перевести сюда хотя бы половину ордена на время войны. А теперь что? Поматросил и бросил…       — Как раз наоборот. — Сказала я, серьезно посмотрев ей прямо в глаза. — Я хотел бы попросить тебя и твоих людей не только не уходить, но и остаться еще на пару лет, еще сильнее усилив границу.       — Неожиданно. — Сев нормально заметила женщина. — Твой прадед сам выгнал нас отсюда, сказав что сам справиться с обороной границ. Так было и при твоем деде, и при твоем отце, и я думала что продолжиться и при тебе, ведь сейчас герцогство Ворона сильно как никогда, но ты наоборот просишь меня о помощи. В чем подвох?       — Никакого подвоха. — Ответил я, опустив голову к столу и нахмурившись. — Мне правда нужно ваша помощь, Элизабет.       — Неужели твой неуловимый Курак опять объявился? — Изящно приподняв правую бровь уточнила магистр, сложив руки на груди. — Так чего тебе волноваться? У тебя под рукой сорок тысяч опытных головорезов, из которых двадцать подчиняются лично тебе. Чтобы этот орчнок не делал, но всех ему точно перебить.       — Уже тридцать четыре. Из которых лишь восемнадцать мои. — Поправил я ее, еще сильнее сжав ладони. Цифры потерь до сих пор били по мне подобно пудовому молоту по наковальне.       Шесть тысяч человек.       4023 ополченца.       784 латника.       598 лучников.       104 священника.       89 рыцарей.       22 ангела.       1093 человек из обоза. Простые поварихи, травники, служки и мастеровые, попавшие под удары дьяволов и суккубов.       Добавим к это две сотни сожранных грифонов и получим потери, превосходящие таковые даже после Войны Серого Альянса. Да, было глупо сравнивать 5 и 6 затмение, учитывая несопоставимые масштабы и число задействованных сил, однако легче от этого не становилось.       Когда я утром я читал казавшийся бесконечным список из шести тысяч имен, у меня сердце кровью обливалось. Все это были молодые парни и девчонки, мои ровесники, у которых вся жизнь была впереди. Свадьба, брак, дети, счастливая старость и мирное отправление в чертоги Эльрата.       Вот какая им должна была быть уготована судьба, а не вечные страдания в подземельях Шио, рядом с тысячами других невинно погибших душ, которых мы не смогли спасти.       Поэтому каждое имя, прочитанное мной сегодня, только прибавляло мне решимости продолжать идти дальше и сделать все, чтобы второго акта мерлезонского балета, с заражением империи демонопоклоникаи и второго похода на Коготь никогда не случилось.       — Сочувствую твоим потерям. — С искренним сожалением сказала мне Элизабет, виновато опустив голову. — Но сейчас опять наступит время мира. Пройдет всего десять лет и на место погибших придут новые. Империя восстановиться и вновь засияет в свете Эльрата.       — Хорошие слова, леди. — Ответил я, улыбнувшись самым краешком губ от представшей передо мной картины. Сейчас я прекрасно понимал одного из своих воспитателей в детском доме, который очень не любил когда мы играли в любые войнушки, начиная Героями заканчивая Дотой или Контрстрайком. Ветеран обоих Чеченских войн он больше всего на свете ценил мир и ему сильно не нравилось, когда дети из американского автомата расстреливали очередного иранца. Даже если происходило все это на экране монитора.       «Только тот, кто прошел настоящую войну знает истинную цену мира» — Подумал я и подняв глаза на магистра, произнеся очень неприятные, но правдивые слова:       — Однако вы сильно ошибаетесь. Империя может погрузиться в очередную войну всего через пару недель.       В одно мгновение глаза женщины изменились. Стали острее и резче. Ушла былая расслабленность и игривость. Раз и передо мной сидит не моя старая знакомая, которая обучала Айрис владению мечом, а старая вояка, способная одним ударом своего любимого боевого молота проломить череп даже матерой мантикоре.       Передо мной сидел ветеран тысяч схваток и сражений, чьи руки были не просто по локоть в крови. Они давно ими пропитались, став ее неотъемлемой частью.       — Так… — Сказала она, взглянув мне прямо в глаза. — С этого момента поподробней, Андрей.       — До вас эти новости еще не доходили, но после смерти императора его невеста — леди Изабель, объявила о своих притязаниях на трон. — Ответил я, разомкнув руки и скрестив их на груди.       — Какая глупость. — Зло усмехнулась Элизабет. — Она не имеет на это никакого права.       — Согласен. — Кивнул я ей. — Вот только перед смертью Николас своей последней волей назначил ее своей преемницей и взял клятву с Годрика, чтобы тот ее в этом поддержал.       — Однако это ничего не меняет. — Ответила магистр, постучав пальцем по столу. — В ней не течет кровь Грифонов. И никакие слова императора этого не исправят. Самое большее на что она может рассчитывать это место регента при принце Андрасе. Так в чем проблема?       — Проблема в том, что за ее спиной стоит все герцогство Гончей и Единорога, а также большая часть земель Волка и имперской провинции. — Сказал я, взяв кубок и слегка его качнув, дав знак слуге наполнить его.       — Дай угадаю. — Презрительно фыркнула дама, невольно дернув губой. — Южная фракция Церкви и аристократы, желающие за счёт казны восстановить свои земли?       — Вы как всегда проницательны, леди. — Кивнул я, пригубив только что налитого вина. — Поэтому мне и нужна ваша помощь. Вы сможете защитить и укрепить границу, пока я попытаюсь сохранить легитимную власть в империи?       — Да ради Эльрата. — Ответила мне Элизабет и, подняв свой кубок, сказала:       — Можешь не волноваться, Андрей. Я не только помогу тебе с орками, но и не позволю использовать своих людей в землях Волка. Так что можешь смело отбывать в Коготь. За орками и Кураком я присмотрю.       — Я в вас не сомневался, леди. — Облегченно вздохнул я и с удовольствием чокнулся со своим новым союзником. Да, от силы удара большая часть вина расплескалась, но тот напиток, который попал мне в рот, показался невероятно вкусным.       Ведь теперь я был уверен, что моя граница защищена и можно смело заниматься внутренней политикой империи.       

***

      Пять часов спустя.       Алхимическая лаборатория Луки Листа, ремесленный квартал, Пик Ворона, герцогство Ворона, Священная Империя Грифона.       — Так, если взять немного пыли от драконьих камней, смешать с земляной ртутью, добавить немного экстракта солодки, а после продистилировать… — Бормотал себе под нос высокий старик, чья голова скрывалась глубоко под мантией старого и многократно обожжённого плаща.       — Я всегда считал, что алхимия на пике своего развития неотличима от магии. — Сказал я разглядывая многочисленные сияющие сосуды, расставленные по полкам и переливающиеся всеми цветами радуги, заставив стоявшего ко мне спиной мужчину сильно вздрогнуть. — Но ты не перестаешь меня удивлять, Лука.       — В-ваша светлость?! — Резко развернувшись выкрикнул алхимик, едва не расплескав стоявшие на столе реактивы. — Что вы здесь делаете?       — У нас должна была быть встреча два часа назад. — С усмешкой ответил я, кивнув на небольшое оконце, располагавшееся под самой крышей. За ним было видно, что на улице уже начались сумерки, в то время как мы должны были встретиться засветло.       — А… Э… Эм… — Алхимик тоже это заметил и начал затравленно вертеть головой по сторонам, наверняка пытаясь придумать хорошее оправдание. Однако мне все стало ясно еще пару часов назад.       — Ты опять заработался. — Не спрашивая, а утверждая сказал я, сложив руки на груди и оперившись спиной на дверной косяк. — И судя по усталому лицу твоей ученицы, это происходит уже не первый раз.       — В-ваша светлость… Я… Я… — Едва не заблеял мужчина, начав перебирать руками складки собственной мантии и боясь поднять глаза с пола.       «Ведет себя как провинившийся ребенок» — Невольно подумал я. — «А ведь ему в три раза больше чем мне»       — Я все понимаю. — Ответил я, подойдя поближе и положив руки на плечи, крепко их сжав. — Творческие зуд. Желание творить, создавать что-то новое. Но это не значит, что нужно пренебрегать назначенными встречами и, особенно, собственной ученицей. Она ведь близкая подруга Айрис. Нажалуется ей на своего непутевого учителя. Та уже нажалуется мне и попросит принять меры, а как я смогу отказать своей ненаглядной? А Лука?       — Д-да. Вы правы, милорд. — Немного придя в себя ответил алхимик, перестав дрожать и наконец сумев встретиться со мной взглядом. — Что-то я совсем заработался.       — Вот! — Согласился я, приобняв его за плечо и мягко, но настойчиво потянув Великого мастера гильдии алхимиков на кухню, где его ученица, маленькая, рыженькая и веснушчатая девчушка по имени Надя, уже приготовила две больших кружки с чаем и целую корзину свежей выпечки.       «Повезло ему с ней» — Подумал я усаживая алхимика на скамейку и сам устроившись напротив, наблюдая как в глазах мужчины сначала появляется понимание, что в его рту с утра наверняка не было ни крошки, а затем как в его утробе начинают исчезать свежие плюшки, посыпанные корицей и сахарной пудрой. — «Раньше хоть жена за ним присматривала, но с тех пор как она ушла к Эльрату, он совсем замкнулся на себе и своих исследованиях.       С Лукой Листом мы познакомились почти 13 лет назад. В тот момент я искал любой способ начать развивать промышленность герцогства и, после долгих размышлений, решил доверить дело профессионалу.       Лука, бывший тогда молодым (относительно своих коллег) и амбициозным главой столичной гильдии алхимиков, подходил идеально. Будучи не в ладах со имперской гильдией и имевший обширные связи с остальными объединениями ремесленников, он прекрасно знал, что нужно моим землям, в каком количестве и в каком месте.       Благодаря ему за последние десять лет по всему герцогству были значительно расширены все ремесленные кварталы крупных городов. В полтора раза увеличена добыча, выплавка и обработка стали. Постороенны несколько крупных мануфактур по выделке шкур и мехов. Появились первые цеха, занимающихся морением и сложной обработкой древесины, а также почти в два раза расширилось производство красителей. Все это увеличило спрос на сырье, от чего количество лесопилок, шахт и охотничьих поселений, занимавшихся добычей пушного зверя, тоже увеличилось на порядок.       Представленное не только значительно повысило доходы казны, но и позволило мне заготовить достаточное количество снаряжения, чтобы не только оснастить армию, но и проводить более качественные тренировки, с настоящим оружием и доспехами. Да, это вылетало в не маленькую копеечку, но окупилось сторицей на прошедшей войне. Ведь не считая Хардвика, мои потери были на 20% ниже чем у остальных герцогов.       «Имперскую армию не учитываем» — Подумал я, наблюдая как Лука все также набивает брюхо. — «У них была палочка-выручалочка по имени Николас, у которого было Сердце Грифона. Ничего, скоро у меня будет такое же»       — Ну как? — Спросил я у алхимика, когда он доел плюшки и теперь запивал съеденое крепким черным чаем. — Наелся?       — Да, ваша светлость. — Ответил довольный мужчина, отлипнув от опустевшей на половину кружки.       — Знаешь, Лука, если бы не все твои достижения, я бы давно приказал тебя выпороть. — Сказал я, тоже сделав глоток чая. Ум, с мятой. — Мало того, что заставил своего герцога не просто ждать целых два часа, так еще и вынудил его лично идти к тебе домой, вытаскивать из лаборатории, а после смотреть как ты беззастенчиво наедаешься.       — Э-э-э-э…. — Алхимик на мои слова опять побледнел и забегал глазами, однако времени было мало, поэтому напитав пальцы маной я громко щелкнул…       Щелк…       И сказал:       — Давай без паники. Вместо этого обсудим дела из-за которых я изначально тебя вызывал.       — Как прикажете, ваша светлость. — Мотнув головой ответил Лука и, сжав обеими ладонями чашку, стал внимательно слушать.       — Так, во-первых, ты должен знать, что победа над демонами не означает окончание войны. Если все пойдет по худшему сценарию, то в империи через пару недель может начаться полномасштабная гражданская война. — И видя как он хотел что-то спросить, я поднял ладонь и сказал:       — Сначала дослушай.       После чего, дождавшись кивка, продолжил:       — Это значит что интенсивность работы кузниц и остальных мастерских, которые обеспечивали мою армию нужно не снижать, а, наоборот, наращивать. Ведь биться мы будем против людей, а не демонов. Это значит что война может продлиться долго. Особенно если в конфликт решат вмешаться ангелы.       — Я понял. — Кивнул мне ставший серьезный Лист. Все же в обычной жизни он был уважаемым и опытным мастером, один взгляд которого мог довести неопытных подмастерьев до мокрых штанов. Это со мной, как со своим господином и сюзереном, он робел и терялся, особенно после таких промахов, но в обычной жизни на него можно было положиться.       — С другой стороны война должна закончится как можно раньше. — Продолжил я, сцепив руки в замок и напряженно посмотрев на своего главного ученого. — Поэтому скажи мне. Ты закончил создавать колдовской огонь?