Рожден, чтобы бежать

      — Итак, мои юные протеже… — едва только четверо гриффиндорцев собрались в лаборатории Уизли, начал вещать Фред.       — МОИ юные протеже, — возразил брату Джордж.       — Твои? Ха! — первый из близнецов всплеснул руками. — Да ты ими почти не занимался, свалив эту задачу на меня!       — Это я не занимался? Да я потратил на них лучшие годы своей жизни! — взбеленился второй брат.       — Парни, вы с нами месяца не занимаетесь, — вклинился в шутливую перепалку Гарри, уже привыкший к подобным сценкам близнецов, которые могли начать спорить о каком-либо пустяке и растянуть это на десяток минут (смотреть на это стало скучно уже раз на пятый).       — А каков результат! — воскликнул Фред.       — Настоящий преподавательский талант! — поддержал его Джордж.       — Месяца не прошло, а вы уже заработали больше тридцати баллов каждый, — стал серьёзным первый близнец.       — И в связи с этим мы хотим сказать — уроки окончены, — закончил его брат торжественным тоном. — Можете идти и заниматься… чем вы там обычно занимаетесь в свободное время.       — А нам пора заняться нашими делами, — констатировал Фред, широко ухмыльнувшись и начав зловеще потирать руки.       — А то Филч, наверное, совсем расслабился, — повторил его действия Джордж.       — Слава Мерлину, — вздохнул Рон с явным облегчением. — А то я уже начал бояться, что у меня мозги вскипят…       — Профессор Уизли, — обратился к старшим братьям своего друга Поттер, у которого внезапно возникла мысль, что другого шанса обзавестись личными репетиторами может и не возникнуть.       — Да, мой лучший ученик? — вскинул брови первый близнец.       — Вообще-то, мой дорогой брат, Гарри — мой лучший ученик, — упёр руки в бока второй близнец.       — Ага, — буркнул их младший брат. — Спасибо, что заметили мои старания.       — Роннинкс… — всплеснул руками Фред.       — …Ты ещё здесь? — изумился Джордж.       — Вот, что дружба с героем делает: наш младший брат полюбил учёбу, — смахнул несуществующую слезу первый близнец.       — Да пошли вы к Мордреду, — разозлился младший Уизли, схватил брюнета за рукав мантии и потянул к двери. — Пошли отсюда, Гарри. Сыграем в шахматы… или домашнее задание сделаем. Я не верю, что говорю это…       — Пока-пока, — помахал рукой второй близнец.       — Постой, Рон, — перехватив руку рыжего мальчика, Поттер вполоборота развернулся к старшим гриффиндорцам. — Я хочу продолжить занятия. Плачу галлеон в месяц.       — Ты с ума сошёл? — выпучился на него Рон.       — Согласись, что когда твои братья объясняют тему урока — учиться намного легче, — пожал плечами единственный брюнет в помещении. — На уроках мы регулярно зарабатываем баллы, домашние задания сдаём в срок и у нас остаётся свободное время.       — Которое ты тратишь на тренировки или занятия, — посетовал младший Уизли. — Ладно. Раз на то пошло — я с тобой.       — Это вы здорово придумали, — потёр подбородок Фред.       — Жаль, у нас таких классных наставников не было, — сложил руки на груди и ухмыльнулся Джордж.       — Но с чего вы взяли, что мы согласимся? — в стиле профессора Снейпа изогнул брови первый близнец.       «Неужели откажут? Вот чёрт… То есть — Мордред. Ну, можно попробовать договориться с кем-нибудь ещё. Может к охотницам из команды обратиться?», — зеленоглазый брюнет сам не мог назвать причину, но просить помощи у старших девочек ему было почему-то неловко (а платить им — тем более).       — За кого вы нас принимаете?! — поддержал близнеца второй брат.       — Два галлеона! — выставил правую руку с оттопыренными пальцами Фред.       — Согласен, — поспешно ответил Гарри, на что Рон только и мог открыть рот, не находя слов от возмущения.       — Каждому, — дополнил Джордж, указательным пальцем правой руки ткнув в потолок.       — Гарри, пошли отсюда, — вновь потянул друга за рукав младший Уизли. — Они же тебя просто обобрать решили.       — Не хотите… — первый близнец скрестил руки на груди.       — …Не надо, — повторил его действия брат. — Нам, между прочим…       — …Тоже есть, чем заняться, — закончил импровизацию Фред.       «Два галлеона за месяц одному репетитору — это немного. Нужно соглашаться. Но четыре галлеона в месяц — это сорок галлеонов в год. Сорок умножить на пять — это… двести фунтов! Да они… Да я за такие деньги…», — юный волшебник чувствовал, как его раздирают противоречия, так как с одной стороны хотелось продолжить хорошо учиться, при этом не прилагая лишних усилий на поиски дополнительной литературы, но с другой же стороны были средства, о которых не так давно приходилось только мечтать (дядя и тётя не баловали племянника крупными суммами на карманные расходы).       — Ну, мистер Поттер? — поторопил его Джордж.       — Время — деньги, — поддержал брата Фред, изобразив пальцами какое-то странное движение.       — Да ну их, Гарри, — мотнул головой младший Уизли. — Это же куча денег.       «Мама и папа оставили мне наследство, но — оно не бесконечное. Они, наверное, были бы рады, чтобы я тратил деньги на что-то полезное. Да и дядя Вернон говорил…», — моргнув, Поттер всё же принял решение и твёрдо посмотрел на близнецов.       — С собой у меня таких денег нет, — признался брюнет, но тут же добавил: — Однако, во время каникул я могу сходить в банк и взять немного. Но… я хочу поставить несколько условий.       — Мы внимательно слушаем, — перестав кривляться, Джордж изобразил на лице самое серьёзное выражение, отзеркаленное и его братом.       — Во-первых, кроме меня, вы учите ещё и Рона, — начал юный волшебник, на что получил утвердительные кивки (то, что старшие Уизли и так могли заниматься с младшим, из внимания как-то ускользнуло). — Во-вторых, вы продолжаете готовить нас к новым урокам и помогать с домашними заданиями.       — Это само собой, — отозвался Фред.       — С вас — поиски дополнительной литературы, — почувствовав некоторое воодушевление, продолжил Гарри.       — Ладно, — Джордж почесал висок. — Только предупреждай заранее, чтобы мы знали, что искать.       — Лучше — за неделю, — дополнил его брат. — И с вас защита от старшекурсников, и помощь вроде наложения чар с трансфигурацией всяких мелочей, — закончил Поттер, решив не наглеть дальше.       — Три галлеона каждому и… мы договорились, — заявил Фред.       — Пять галлеонов в месяц на двоих, — выдвинул своё предложение брюнет. — И, если нас всё устроит — продолжим соглашение на следующий год.       — Согласны, — близнецы ответили в один голос, после чего хлопнули друг друга по ладоням.       «Кажется, я где-то прогадал», — промелькнуло в голове юного волшебника, тогда как за его спиной раздался тяжёлый вздох друга.

***

      Сидя в одном из кресел гриффиндорской гостиной, с одной стороны от небольшого стола с установленной доской волшебных шахмат, Гарри лениво наблюдал за сражением двух пешек, вооружённых мечами и круглыми щитами. На его стороне оставались ещё рыцарь на коне с копьём, два слона-молотобойца, пеший рыцарь с двуручником, король с мечом и ферзь с посохом (изображающий то ли мага, то ли монаха).       Во время первых игр казалось, что фигуры живут своей собственной жизнью, пусть и подчиняются командам игроков, но уже к десятой партии Поттер понял, что они лишь комбинируют одни и те же действия в разном порядке. Впрочем, всегда оставался эффект случайности, который превращал тактическую игру в нечто более непредсказуемое…       — …А когда Гермиона поскользнулась, Малфой и заявил: «Люблю, когда грязнокровки знают своё место», — закончил рассказ о ситуации, произошедшей после ужина Дин Томас, развалившийся на диванчике по соседству с Гарри и Роном (Симус всё ещё занимался домашней работой, из-за чего парню оказалось нечего делать).       — А вы что сделали? — спросил Уизли, отправляя на битву собственного рыцаря, который пришпилил пешку копьём к соседней клетке.       — А чего мы? — не понял рассказчик. — Малфой — самовлюблённый придурок. Это все знают.       — Он оскорбил Гермиону, и вы ничего не сделали? — удивился Поттер. — Она же с нашего факультета.       — Да она своими нравоучениями уже всех достала, — фыркнул Дин. — Девчонки её тоже послали бы, не делай она за них домашку.       — Как-то это… — зеленоглазый брюнет неопределённо взмахнул рукой, не находя подходящих слов.       — Слушай, Гарри, если ты такой рыцарь — сам и заступайся, — обиделся Дин. — Там, между прочим, полно народа было, и никто ничего не сказал.       «И где дух факультета? Хотя… о чём я? Сам же в гостиной бываю реже чем в лаборатории близнецов и на отработках у Макгонагалл», — юный волшебник устало потянулся, одновременно чувствуя и досаду от того, что свободного времени почти нет, и удовлетворение от успехов (заклинания уже получалось контролировать, а не выдыхаться за полдюжины повторений), и вину.       — Ты что-то задумал? — подозрительно прищурился рыжий мальчик, уставившись на друга с противоположной стороны стола.       — Может быть… — неопределённо ответил Гарри, взглянул на игровую доску, а затем скомандовал фигурам: — Все вперёд! Бей чёрных!       Белые фигуры, забыв о правилах игры, под возмущённый возглас Уизли кинулись на своих противников, не успевших отреагировать на столь подлый шаг. Фактически, это было признанием поражения со стороны Поттера, но он и так оказался в невыгодной ситуации, из-за чего решил воспользоваться шансом завершить партию хотя бы весело.       — Дин, хочешь сыграть? — предложил Рон второму приятелю, стуком волшебной палочки по доске останавливая беспредел и возвращая фигуры на изначальные позиции.       — Смотреть интереснее, — отказался Томас. — Парни, а я выяснил, что это был за скелет. Оказывается, в Хогвартсе есть свой полтергейст, который любит подшучивать над учениками. Иногда он вселяется в доспехи, а иногда начинает греметь цепями или бросаться шарами с водой. Старшекурсники говорили, что скелета он изображал впервые…       «Если Малфою спустить с рук то, что он издевается над Гермионой, то ему в голову может прийти ещё что-нибудь мерзкое. Да и неправильно это… Но что я могу сделать?», — прислушиваясь к разговору соседей, Поттер как-то внезапно вспомнил, что близнецы Уизли называли себя лучшими шутниками школы.       — Рон, у меня появился план, — изрёк зеленоглазый брюнет, чувствуя, как у него на губах расползается предвкушающая улыбка. — Но мне понадобится помощь.       — Чувствую, что пожалею об этом, — Уизли дёрнул уголком рта, после чего хлопнул ладонями. — Можешь на меня рассчитывать.

***

      Близнецы, после того как Гарри рассказал наспех выдуманный план, умилились и обнялись, изображая всхлипывания. Хлопая друг друга по плечам они говорили, что дети так быстро растут и учатся плохому, но едва только перестали дурачиться — раскритиковали идею вдоль и поперёк. В конце концов Уизли считали, что лучший розыгрыш тот, в котором нет никаких доказательств причастности виновника.       Пообещав обдумать проблему, старшекурсники отправили своих подопечных штудировать шпаргалки для следующих уроков, дабы продолжить приносить Гриффиндору баллы, а своим мудрым наставникам — славу.       Впрочем, расстраиваться у Гарри и Рона не было времени, так как приближались занятия по полётам на мётлах, о которых не говорил только ленивый, да и первые игры квиддичных команд уже были почти на носу.       …И вот первые курсы всех четырёх факультетов выстроились рядами на стадионе, а перед ними приземлилась буквально упавшая с неба высокая и худая женщина, одетая в укороченную тёмно-коричневую мантию, плотные белые штаны, заправленные в высокие мягкие сапоги, перчатки без пальцев и пробковый шлем с коротким козырьком, а также прозрачной защитой для глаз. С первых же мгновений Поттеру показалось, что прищуренный взгляд, скользнувший по нему и не остановившийся не на миг, успел взвесить и оценить каждого из присутствующих, попутно повесив свой ярлык.       — Меня зовут — профессор Роланда Хуч, — представилась женщина, театрально взмахнув метлой, на которой прилетела, забрасывая её себе на плечо. — Однако же вы можете обращаться ко мне — Мадам Трюк. Я — бывшая профессиональная квиддичистка, трижды становившаяся чемпионкой магической Великобритании. Но — это сейчас не важно. Важно лишь то, что сегодня, здесь и сейчас я научу вас держаться на метле, а заодно и проверю то, на что годится каждый из нынешних первокурсников в воздухе.       Хищный взгляд женщины вновь прошёлся по рядам студентов, подавляя всякое желание переговариваться и подшучивать. Поттер же и вовсе поймал себя на том, что вытянулся по струнке, будто гвардеец её величества на посту.       — На других уроках вам дают много теории, в том числе и технику безопасности… Я же считаю, что в моём деле первое место имеет именно практика, — преподаватель начала прохаживаться перед студентами, будто киношный сержант перед новобранцами. — Однако же это совершенно не означает, что на моих уроках разрешено делать всё, что взбредёт в голову. Если я говорю «стоять» — вы стоите; если я говорю «прыгать» — вы прыгаете; если я говорю «считать арифмантические уравнения» — вы начинаете считать. Понятно? Я не слышу!       — Да, профессор Хуч, — вразнобой ответили первокурсники.       — Зарубите себе на носу: если вы будете игнорировать мои указания — мигом отправитесь на землю и полётную лицензию вам придётся получать в министерстве, заплатив за это налог и пройдя бюрократический кошмар продолжительностью в месяц, — крутанувшись на пятках, волшебница снова посмотрела на учеников. — На случай, если кто-то из вас сорвётся с метлы, на стадионе сегодня дежурят домовые эльфы. Но я очень не рекомендую испытывать их реакцию и специально стараться куда-то врезаться. А теперь…       Сунув два пальца в рот, ведьма оглушительно свистнула, из-за чего зеленоглазый брюнет, да и все его соседи, неосознанно присели втянув головы в плечи. Тут же со стороны замка вылетела самая необычная стая, которую когда-либо видел Гарри: десятки мётел выстроившись клином, пронеслись над головами учеников и, совершив круг почёта, опустились на землю.       — Что стоите? Разбирайте инвентарь! — махнула рукой женщина, отступая в сторону. — Взяв метлу в ведущую руку — возвращайтесь на прежнее место и положите её на землю. Вот так… А затем, почувствовав себя готовыми, произнесите уверенным голосом «Вверх».       Пока остальные ребята переглядывались, всё же профессор произвела на них неизгладимое впечатление, Поттер первым подошёл к выглядящим абсолютно одинаковыми мётлам, после чего взял одну за древко, чтобы почувствовать волну тепла, сменившегося ощущением прохладного ветра, пронёсшегося по всему телу. На какие-то секунды ему даже показалось, что метла сама рвётся в небо, будто нетерпеливый жеребёнок…       Мальчик хотел бы сказать, что совершенно не волнуется, но — это было бы неправдой. Мысль о том, что он вознесётся над землёй в небеса дурманила голову, но вместе с тем и вызывала подсознательную опаску, подавляемую нетерпением и азартом.       «Я стану профессиональным спортсменом. И это мой новый первый шаг. На этот раз меня уже ничто не остановит», — подбодрив себя такими мыслями, Гарри протянул руку над уложенной на землю метлой и приказал «вверх», тут же ощутив, как древко легло в ладонь, вновь обдав теплом и прохладой.       Улыбнувшись маленькому успеху, Поттер перекинул ногу через древко и крепче сжал артефакт пальцами, удобнее устраиваясь на жёстком сидении. Стоило ему направить немного магии, как при создании люмоса, метла тут же будто бы встрепенулась и задрожала словно от нетерпения, начав толкать снизу-вверх.       — Хорошо, — прохаживаясь перед подопечными, Мадам Трюк проверяла хватку на древках, удовлетворённо кивая. — Сегодня мы только… Мальчик, стой! Я же сказала — ждать! Винки, Тинки, Дипси! Верните его!