Рожден, чтобы бежать

      Завершив очередную учебную неделю, Гарри отправился на дополнительные занятия к директору Дамблдору, под которые был отведён один из пустующих классов. В этот раз к его прибытию пожилой волшебник наколдовал маты, ровным слоем покрывшие пол, развесил под потолком множество шариков заклинания люмос, источающих яркий белый свет, а на стены прикрепил картины с изображением людей, принимающих самые причудливые позы.       И всё же наибольшее внимание привлёк сам Верховный Чародей и Великий Маг, одетый в светло-голубое кимоно, зауженное при помощи резинок на запястьях и голенях, а на уровне талии перетянутое белым поясом. Благодаря длинной бороде, в этот раз заплетённой в косичку, на самом конце перетянутую ленточкой, он создавал впечатление мастера каких-то восточных единоборств из не слишком достоверного кино. Впрочем, желания смеяться над ним у мальчика всё равно не возникло, зато в голове появилось множество вопросов о том, чем же придётся заниматься на этом уроке.       - Проходи и располагайся, мой мальчик, - доброжелательно поприветствовал Поттера Дамблдор, босыми ногами прохаживаясь по матам. - Ну? Много ли непонятного у тебя появилось на этой неделе? Профессор Макгонагалл хвастается, что у тебя настоящий талант в трансфигурации и, если бы не твоя легкомысленность, то ты мог бы соперничать за титул лучшего ученика с мисс Грейнджер.       - Я серьёзно отношусь к урокам, директор, - заверил старика юный волшебник, направляясь к топчану, на котором лежала тренировочная форма светло-серого цвета. - У меня почти не возникает трудностей с превращением неживого в неживое. И я почти не выдыхаюсь на уроке, гораздо лучше контролируя расход сил.       - Верю-верю, мой мальчик, - довольным голосом констатировал старший мужчина, огладил правой ладонью бороду, немного подумал и добавил: - Не стоит обижаться на мнение профессора Макгонагалл, Гарри. Просто, как твой декан, она особое внимание уделяет не только теоретическим знаниям и практике, но также дисциплине. Вы же с мистером Уизли регулярно попадаетесь на нарушении тех или иных правил.       - М... Простите, - Поттер смутился, пусть по его мнению регулярность нарушений и была изрядно преувеличена (но Дурсли вообще требовали идеального поведения).       ...Переодевшись и сложив свою повседневную форму на топчан, первокурсник подошёл к своему учителю и, подражая его действиям, уселся в позу лотоса. За следующие десять минут старик пояснил некоторые непонятные детали, позволив взглянуть на магию ещё чуть-чуть шире, нежели это было раньше, а затем и вовсе начал новую лекцию о природе чар.       - ...Магию принято делить на светлую, нейтральную и тёмную, тогда как сами маги могут быть белыми и чёрными, что совершенно не зависит от цвета кожи, - с совершенно серьёзным видом заявил директор, после чего весело бликнул очками-половинками и продолжил: - Как несложно догадаться - светлая магия для своего применения требует светлых эмоций вроде любви, заботы, дружбы и радости. При помощи этих эмоций можно усиливать защитные заклинания, целительскую магию, разного рода благословения. Тёмная магия наоборот склонна к разрушению и нанесению вреда, хотя её пользователи и могут лечить, но лишь отбирая здоровье у кого-то другого. А теперь, Гарри, ответь на вопрос: к какому виду магии относится люмос?       - Ну... я думаю... нейтральному, - после непродолжительной паузы отозвался мальчик, на что тут же получил одобрительный кивок.       - Верно, мой мальчик, - старик хлопнул себя ладонями по коленям, подался вперёд и, глядя поверх стёкол очков, уточнил: - К белой или чёрной магии относится заклинание люмос?       - ...Белой? - сцепив пальцы рук в замок, то ли спросил, то ли ответил Поттер.       - К нейтральной, мой мальчик, - хмыкнул в ответ директор Хогвартса, возвращаясь в изначальное положение. - Такие понятия как чёрная и белая магия, в отличие от тёмной и светлой, не прикреплены к эмоциям и оттенку энергии, а потому в категорию "чёрных" могут попасть и светлые чары, тогда как к "белым" причисляют тёмные. Впрочем, чаще всего чернокнижники являются именно тёмными, но это скорее следствие, а не причина. В конце концов та же демонология, всеми признанная как чернейшая магия, сама по себе не несёт зла, но вот демонологов подталкивает к тёмным искусствам, пробуждающим соответственные эмоции. Впрочем, к этому вопросу мы вернёмся на более поздних курсах, когда у тебя будет более широкая теоретическая основа. Пока же запомни, что пользователь белой магии не всегда является светлым и добрым. Теперь же перейдём к тому, ради чего я и затеял эту маленькую лекцию... Гхм-гхм.       Подняв руки на уровень груди, Дамблдор свёл ладони вместе, а затем медленно развёл их, создав в воздухе шарик золотистого света. Немного полюбовавшись своей работой, он толкнул заклинание в сторону ученика, заставив Поттера подставить под него руки, чтобы не ощутить тепла, но почувствовать лёгкое сопротивление, словно при прикосновении к чему-то пушистому, упругому, не имеющему веса.       "Это как мишка, который был у меня в детстве, если бы он ничего не весил", - юный волшебник сам не заметил как начал улыбаться, испытывая радость от давно и надёжно забытых воспоминаний (ему казалось, что вот-вот он услышит смех отца, журчащий голос мамы, запах свежей выпечки).       Внезапно шарик погас и младший волшебник удивлённо захлопал глазами, чувствуя себя будто бы только-только проснувшимся после сна наяву. Подняв глаза на учителя он увидел как старик грустно улыбается, указательным и большим пальцами правой руки подёргивая кончик бороды.       - Что это было, профессор Дамблдор? - голос мальчика показался ему самому каким-то слабым, дрожащим словно лист на ветру.       - Коварство светлой магии, мой мальчик, - отозвался наставник ровным, спокойным голосом. - Погружение в крайности очень опасно для любого волшебника: тёмный маг, полностью отдавшийся гневу, зависти, жадности, другим порокам навсегда останется один, так как никому и никогда не сможет доверять... как и ему никто не доверится без принуждения; светлый маг сам ни в ком не будет испытывать нужды, чувствуя себя счастливым, непогрешимым, а возможно и знающим то, как сделать счастливыми остальных. Для чародея, стремящегося постичь все грани искусства волшебства, очень важно иметь якоря, которые не позволят ему потеряться в собственных иллюзиях и откинуть... человечность. Но, мой мальчик, пока я твой учитель - тебе не о чём переживать: в конце концов наставить тебя на путь истинный - это мой долг. А потому, давай перейдём к теме сегодняшнего урока, которая называется - медитация.       - Профессор Дамблдор, но я уже умею медитировать, - заметил первокурсник, всё ещё чувствуя некоторый дискомфорт, вызванный отсутствием того светлого, тёплого ощущения от золотого света.       - Я в этом не сомневаюсь, но как часто ты этим занимаешься и понимаешь ли, какую пользу несёт правильное исполнение техники медитации? - старик вопросительно вскинул брови, поднял указательный палец правой руки перед своим лицом и продолжил: - А какую именно медитацию ты используешь? Укрепляющую, развивающую магическую вместимость, повышающую склонность к стихии, пробуждающую сродство со зверем? Индийские йоги, как и китайские стихийные маги, и многие другие школы востока, чей подход к волшебству значительно отличается от школы запада, зародившейся в древнем Риме, огромное внимание уделяют именно внутренним манипуляциям с лёгкой энергией. Их методики развития отнимают больше времени, не обладают такой же зрелищностью и разнообразием как чары и трансфигурация, но приносимую ими пользу нельзя не признавать. К примеру знакомому мне настоятелю монастыря уже исполнилось четыреста семь лет, а выглядит он едва ли на пятьдесят, тогда как учитель его учителя отринул ограничения плоти и перешёл в иную сферу существования. Или же тебе, мой мальчик, интересны секреты физической неуязвимости? Стихийные маги при помощи медитаций повышают своё сродство со стихией; священные животные даруют последователям искру собственной силы, из которой ученики раздувают пламя уже своего могущества. Даже тёмные секты, специализирующиеся на сотрудничестве с демонами и погружении в негативные эмоции, особое внимание уделяют именно медитациям. Тебя же, Гарри, я собираюсь обучить лично мной разработанной методике тренировки, которая на первом этапе укрепит твоё тело, на втором - расширит объём доступной магии, на третьем - раскроет сродство со стихией... либо пробудит зверя. Последнее будет зависеть от того, насколько усердно ты станешь заниматься и возьмёшь ли себе фамильяра. Всё ещё считаешь, что уроки медитаций тебе не нужны?       - Простите, профессор Дамблдор, - потупил взгляд мальчик, чувствуя как у него пылают щёки от смущения. - А о каком фамильяре вы говорите?       - А это, мой мальчик, тема для следующего урока, - отозвался учитель тоном, лишь распалившим интерес юного волшебника. - Приступаем к практике: сейчас ты должен "вдохнуть" в себя магию и, ощутив её во всём теле, удерживать от выплеска до тех пор пока не ощутишь дискомфорт. После этого лёгкая энергия должна быть медленно выпущена во внешний мир, чтобы через несколько ударов сердца сделать новый "вдох". Твоя задача, Гарри, почувствовать как сила наполняет каждую клеточку тела от пальцев ног и до кончиков волос. Это является вторым из этапов тренировки, так как первый, благодаря твоему умению ощущать магию внутри своего тела, мы можем пропустить.

***

      Поздним субботним утром на улице царил лёгкий мороз, заставляющий тонкий слой снега, выпавший на дорожки внутреннего двора замка, похрустывать под подошвами ботинок. Рон и Гарри, кутающиеся в тёплые мантии-пальто, стоя неподалёку от распахнутых ворот смотрели на старшекурсников, уходящих в расположенную неподалёку деревню (им самим не светило туда попасть ещё минимум полтора года).       - Ну и где эти профессор Уизли и профессор Уизли? - ворчливо спрашивал рыжеволосый мальчик, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения. - Сказали, чтобы мы их ждали здесь, а сами...       - Ты же понимаешь, что твоё ворчание на Уизли звучит довольно... забавно? - чуть усмехнувшись, уточнил у друга брюнет, цепким взглядом отслеживая старшекурсников, обсуждающих готовящийся в Хогсмиде праздник.       Первокурсникам, как в общем-то и второкурсникам, было досадно из-за невозможности покинуть замок в этот день, пусть многие из них и собирались в самое скорое время отправиться на каникулы к себе домой. В конце концов торжество, загодя разрекламированное на каждом из факультетов в отдельности, обещало оставить неизгладимые впечатления и стать самой обсуждаемой темой на ближайшие месяцы (до следующего квиддичного матча - минимум).       - Как думаешь, чего от нас хотят близнецы? - спросил у Поттера Рон, прекративший пританцовывать, чтобы спрятать руки в широкие рукава верхней одежды.       - Вообще-то - это твои братья, - резонно заметил брюнет. - Тебе лучше знать.       - Мне ничего такого в голову не приходит, - после нескольких секунд молчания признался шестой Уизли. - Разве что - хотят денег попросить, пообещав закупиться в деревне. Там же сегодня будут разные рождественские сувениры.       - А ведь это хорошая мысль... - прозвучал голос Фреда (или Джорджа) за спиной младшего брата.       - ...Которую мы уже давно взяли на вооружение, - продолжил реплику двойника второй третьекурсник. - Но, Ронинкс, за светлую идею тебе плюс.       - Привет, парни, - развернувшись, поздоровался с близнецами Поттер. - И зачем вы нас звали?       - Это... - начал первый из средних Уизли.       - ...Секрет, - поднял указательный палец второй старшекурсник. - Так что - идите за нами след в след...       - ...Если хотите узнать, - подмигнул его брат и, развернувшись, поспешил удалиться подальше от ворот.       Первокурсники переглянулись, увидели на лицах друг у друга одну и ту же мысль, что их вновь хотят втянуть в какие-то неприятности, пожали плечами и поспешили нагнать своих "профессоров". Близнецы на это только ухмыльнулись, посмотрели на младшекурсников и, прижав указательные пальцы к губам, наложили чары лёгкого шага, чтобы не проваливаться в снег (Гарри и Рону тоже досталось по заклинанию, так как сами они их исполнить ещё не могли).       Скрывшись из поля зрения возможных наблюдателей, известные нарушители спокойствия в Хогвартсе подобрались к раскидистому дереву, известному как Дракучая Ива. Несмотря на то, что растение зимой проявляло минимум активности, впав в своеобразную спячку, один из близнецов первым прошмыгнул к стволу и совершил некие действия, скрытые от свидетелей полами мантии. Лишь после этого его двойник погнал первокурсников вперёд, чтобы буквально запихнуть в пещеру, вход в которую открылся под корнями могучего дерева.       - Вау! - восторженно воскликнул Рон. - Это же настоящий подземный ход. И куда он ведёт?       - Тише, Ронинкс, - придержал брата Джордж (ну или Фред...). - Даже у стен есть уши...       - ...Не без нашей помощи, - отметил второй третьекурсник, хлопнув по подставленной ладони брата. - Вы ведь хотите побывать на празднике?       - Но ведь нам нельзя покидать Хогвартс, - заметил Поттер. - А если нас узнают?       - Нельзя, - согласился первый близнец.       - Но если очень хочется - то можно, - отозвался его двойник.       - И вообще... - первый третьекурсник, пробираясь вперёд по туннелю хохотнул.       - ...Раньше нужно было останавливаться, - закончил второй старшекурсник.       Спустя какое-то время, которое мальчикам приходилось продвигаться почти на ощупь, чтобы не споткнуться и не удариться об какой-нибудь выпирающий камень, группа гриффиндорцев добралась до ведущего наверх люка. Фред и Джордж, воспользовавшись какими-то заклинаниями проверили, что снаружи никого нет и только после этого выбрались в мрачное и грязное помещение, находящееся в какой-то заброшенной халупе. Дождавшись первокурсников, они применили очищающие чары и хором заявили:       - Добро пожаловать в Визжащую Хижину - место, откуда начнутся самые незабываемые приключения этого года.       - Спасибо, конечно, - переступил с ноги на ногу Гарри. - Но - меня знает слишком много народа. Да и Рон...       - А об этом мы позаботились, - один из близнецов достал из кармана мантии несколько листов бумаги. - Не забыли, что мы изобрели заклинание иллюзий? Наклеивайте бумажки на одежду и никто вас не узнает. Ронинкс, кем хочешь быть: гномом, гоблином, детёнышем тролля?       - Шёл бы ты... - начал возмущаться шестой Уизли.       - Я то пойду, - старший мальчик усмехнулся. - А вот тебе нужна маскировка.       - Да вы не бойтесь - мы над вами так поработаем, что никто не узнает, - пообещал его двойник.       - Я бы на это не надеялась, - прозвучал звонкий девичий голос со стороны подземного хода, после чего на свет показалась чумазая Гермиона. - Опять вы нарушаете правила, из-за чего будет страдать весь факультет.       - А-а-а... Ты за нами шпионила?! - ткнув в девочку пальцем, воскликнул младший Уизли.       - Не шпионила, а решила проследить, чтобы вы снова не вляпались в неприятности, - притопнула ногой Грейнджер, сложила руки на груди и заявила: - И собираюсь продолжить за вами следить, пока вы не вернётесь в замок. И если вы попытаетесь сбежать - я расскажу профессору Макгонагалл и о том, куда вы ходили, и об этом туннеле.       - Да ты... ты... - не нашёлся со словами Рон, повернулся к другу и указал на девочку с видом, словно бы тот должен был что-то предпринять.       - Гермиона, ты же понимаешь, что тебя тоже накажут? - уточнил Поттер, на что "заучка" (оказавшаяся не такой уж и правильной, как о себе говорила) фыркнула и молча заправила выбившуюся из-под шапочки прядку волос.       - Хнык... - первый из близнецов всплакнул, с умилением глядя на первокурсников.       - ...Хнык, - вторил его брат. - Нас шантажирует отличница и умница первого курса. Это так... так...       - ...Прекрасно, - закончил первый третьекурсник. - Ты ведь позаботилась об алиби?       - Для всех - я делаю домашнее задание Патил в библиотеке, - ответила девочка.       - Тогда... - близнецы переглянулись и широко ухмыльнулись. - Добро пожаловать в команду.