Мы вновь растопим с тобой этот лед

***

2004 год.       Июнь. Все закончилось. Мы стояли на улице перед школой, одетые, как на параде. За эти пару лет в нашем классе куда-то исчезла вся ненависть. С приходом осознанного возраста мы стали ближе, но пришла пора расставаться. Навсегда. Мы окончили последний, одиннадцатый класс. Некоторые ушли и после девятого, в основном те, кого не заставляли держаться до конца родители, позволив вылететь из этой тесной клетки немного раньше. Это был наш последний звонок после экзаменов ЕГЭ, которые мы сдали с большим трудом.       Я стояла рядом с Семёном, который стал гораздо выше меня. Он был одним из самых высоких парней в классе, но при этом все еще оставался довольно тучным. Влюблённость, которая возникла между нами в шестом классе, куда-то исчезла. Однако наша дружба продолжала существовать, хотя и становилась все более хрупкой с осознанием того, что, возможно, мы больше никогда не встретимся. — Пацаны, давайте выпьем в честь такого события? — предложил Рома, когда он и остальные ребята шли, а я сама ненароком последовала за ними, стараясь идти медленно, чтобы не нагнать и не привлекать лишнего внимания. — Извините, уже завтра утром мне нужно будет уехать в город, да и не пью я, — отказался Антон, хотя было очевидно, что он не против просто посидеть и пообщаться с друзьями, с которыми он совсем скоро расстанется. — А я только немного, сам понимаешь, на, — сказал Бяша, которого все чаще стали звать по настоящему имени — Игорь, а не по кличке. — А ты, Сёма?       Тучный парень внезапно вздрогнул, ведь его редко куда-то звали, а тут такой повод. — Ну, ладно.       На мгновение он бросил взгляд через плечо прямо на меня, и я даже растерялась, словно передо мной все еще тот самый задира из давнего шестого класса. Это было неожиданно, хотя я общалась с ним довольно долго. Возможно, нам действительно стоило отдалиться, раз уж все так шатко. Пытаясь сделать вид, что всё нормально, я прошла мимо парней, не обронив ни слова. Это заметил Петров и решил спросить своего теперь бывшего одноклассника, который когда-то давно плохо к нему относился: — Ты же вроде хорошо общался с ней? Все в порядке?       Рыжий цыкнул, покачав головой, словно отбрасывая потаенные мысли и не желая их вспоминать: — Это теперь не важно.       Когда шла домой, я словно все еще ощущала на себе холодный взгляд в спину. Можно было предположить, что Семён завидовал мне, ведь я могла без проблем покинуть этот поселок. Я рассказывала ему о своих планах на будущее, а у него, похоже, их не было.       На последнем уроке мы как раз обсуждали, кто куда пойдет и кем хочет стать. Каждый предлагал свои варианты, но Бабурин молчал. В нем словно всё еще жил тот самый зажатый и озлобленный на всех мальчишка 13 лет. С одной стороны, его можно было понять, а с другой — его состояние с каждым годом угасало. Например, у Полины в глазах горел огонь, и она давно мечтала играть на скрипке на сцене. Хотя было видно, что она переживает за своего единственного дедушку, которому оставалось недолго, по ее виду можно было сказать, что она справится, если будет следовать своей мечте. А у рыжика такого не наблюдалось. Казалось, он совсем потерял интерес к жизни, и я представляла страшные вещи, но понимала, что больше не смогу повлиять на него, находясь за несколько сотен километров.       Через пару дней я отправилась в университет, где начала свой новый этап в жизни. Меня переполняло волнение перед предстоящими изменениями, и я не задумывалась о том, как будут жить другие. Хотя, возможно, стоило бы обратить на это внимание…

***

2024 год.       Жизнь в большом городе порой заставляет забыть о прошлом. Когда я только переехала, мне было непривычно и даже немного страшно, но постепенно я начала чувствовать себя здесь комфортно. Сначала ходила в институт, а после получения образования начала работать.       По вечерам в городе было светлее, чем в нашем поселке, благодаря ярким фонарям, освещающим все улицы. Дороги были прямыми и не ухабистыми. Люди казались более приветливыми и дружелюбными. Здесь было уютнее, несмотря на небольшую толкучку, когда люди в час пик спешат куда-то по своим делам. Это было в любом случае лучше, чем нагнетающая пустота в деревушке, особенно ночью зимой, когда направляешься в школу, единственное, что ты можешь услышать, это завывающий шум ветра и хруст снега под ногами. В этом что-то и было, что-то родное, но иногда в гостях лучше, чем дома.       Шел уже 2024 год, а я даже не замечала, как быстро бежит время. Всё вокруг начало казаться мне другим, и я не могла даже представить себе такое в детстве. Дети казались свободнее и счастливее, что даже вызывало легкую зависть. Повезло им появиться на свет с такими технологиями, но ложка дегтя тоже была во всем этом. В свои 37 лет я была одинока, и моя мать постоянно спрашивала, когда же я выйду замуж и у меня будут дети. Она напоминала мне, что время идет, и, мол, я должна была уже родить в свои 25. То, что я могла порой общаться с мужчинами, еще больше накаляло ситуацию с этим, но я просто словно пыталась закрыть в себе какую-то рану, которая засела в моем сердце. Как меня раздражали эти вопросы и напоминания, я хотела сама решать, как жить, ведь все действительно было и так прекрасно, а это давление лишь заставляло меня напрягаться по этому поводу, но я все чаще и чаще пыталась все игнорировать. Но как-то раз жизнь решила выбрать за меня.       Однажды прохладным весенним вечером мне захотелось посмотреть старые фотографии, на которых я была еще ребенком, беззаботным школьником или студентом университета. Я достала с полки и открыла свой фотоальбом, который уже успел покрыться толстым слоем пыли. Сдув ее, я начала листать страницы, бегло рассматривая фотографии. Казалось, что я пытаюсь найти какие-то скрытые детали, которые мне когда-то были недоступны.       Вдруг мой взгляд остановился на одной фотографии. Это была последняя фотография, на которой был запечатлен мой школьный класс на линейке последнего звонка. Всего бы ничего, но мой взгляд упал на Семёна, и на душе почему-то стало тяжело и неприятно, моя рука аж схватилась за сердце. Сколько времени прошло с тех пор? Ровно 20 лет с того момента, когда мы последний раз виделись. Этот холодный водянистый взгляд, который уцепился за меня, словно умоляя не уходить так быстро. А я ведь так и не успела попрощаться. Единственные, с кем я попрощалась, это мои родители, но я совсем забыла о еще одном человеке, который, как оказалось, не был мне безразличен даже когда наша любовь и дружба угасали. Может, эти чувства лишь притупились, а не растворились во мраке полностью?       Вздохнув, я медленно закрыла альбом и откинулась на спинку стула. Почему-то в голову ворвалось совершенно спонтанное желание, которое не давало мне покоя. Но в отличие от тех, мимолетных, это было сильнее. Я хотела вернуться в поселок...