Святоша

— Так как ты к этому отнёсся? — спрашивает Хан, пока они с Чанбином ждут Криса во дворе университета. — Ну, что Феликс — ангел? — Это… всё ещё кажется слишком нереальным, — отвечает Со, всматриваясь в толпу студентов. — Будто мне снится дурацкий сон, и я всё никак не могу проснуться. — Да уж… Но с другой стороны, это так круто, да? — Ты-то явно в восторге. — Конечно! В нашей скучной жизни случилось такое. Ангел, с ума сойти можно. — Поубавь эмоции, друг. Ты явно пугаешь его своим напором. — Просто у меня столько вопросов, — отвечает Хан, заламывая пальцы, — о стольком хочется спросить. Но Крис… Он так смотрит, что язык не поворачивается хоть слово сказать. — Чан его любит, — вздыхает Чанбин, — вот и оберегает от твоего напора. Ликс тут совсем недавно, мало что знает и многого опасается. А ты его только больше пугаешь. — Теперь понятно, почему он так вёл себя тогда в клубе, — кивает Джисон, — а то я неделю мучился, думая, что же сделал не так. — Не все такие тактильные, как ты, — фыркает Со. — Но с Крисом он спокойно обнимается. И прикасатся к нему тоже спокойно. — Феликс его ангел-хранитель. Это тоже играет большую роль. К тому же, Крис явно ему нравится, и, хоть он не умеет прямо выражать свои эмоции, это видно. Феликс доверяет ему больше, чем нам. — Но… что будет, когда месяц закончится? Крис ведь разобьётся, когда Феликс уйдёт. — Если уйдёт, — поправляет Чанбин, чуть хмурясь. — Вся эта ситуация… странная. — Это ещё мягко сказано. — Ангел готов пожертвовать собой, своим домом, возможно жизнью, ради человека. Ты когда-нибудь слышал о таком? — Я и о ангелах-то мало что слышал. Вообще воспринимал, как шутку. Я ведь просто хотел поднять Чану настроение, отвлечь его от дел, а вон как получилось. Если бы я знал… — То есть, ты просто заливал, когда говорил, что тебя в детстве спас ангел? — выгнул бровь Чанбин. — К тому же, ты вряд ли бы сделал что-то иначе. Посмотри на Криса: он выглядит таким счастливым рядом с ним. Прям светится. — Ты прав, — кивает Хан, — и Феликс тоже. Он хоть и очень сдержан, но я вижу, как меняется его взгляд, когда он смотрит на Чана. Как он тянется к нему, проявляет заботу, тактильность. Но, в какой-то степени, он делает это и ради себя, потому что хочет больше чувствовать. Чанбин не отвечает, вновь всматриваясь в толпу студентов, надеясь найти там Чана, а потом смотрит на часы, чуть поджимая губы. — Да уж, кто бы поверил в такое… — вдруг тихо говорит парень. — Ангелы, Рай, магические исцеления… — Минхо поверил, — отвечает Джисон, и Со тут же поворачивается к нему, выгибая бровь. — Что? Да, я рассказал ему. — Что ты сделал?.. — вдруг раздаётся за спиной Хана, и тот вздрагивает, тут же резко оборачиваясь. — Хан Джисон, блять! — Крис, я… — Я же просил тебя! — злится Бан, сжимая руки в кулаки. — Как друга просил! У тебя что, рот вообще не закрывается?! — Просто во мне это билось, — оправдывается Хан, тут же прячась за спиной Чанбина, — а он увидел, что меня прям разрывает. А когда спросил — я просто не смог молчать. — Ты бы ещё на телевидение пошёл! — ругается старший, и Хан сильнее сжимает пальцы на плечах Со, который лишь фыркает в ответ на его действия. — Тебе вообще нельзя ничего доверять! Язык без костей. — Прости… Чан тяжело вздыхает, пытаясь успокоиться, и прикрывает глаза, потирая пальцами переносицу. — И как ты вообще ещё не в психушке после такого рассказа? — спрашивает Крис, недовольно глядя на друга. — Ну, Минхо хотел туда позвонить, когда я закончил говорить… — медленно отвечает Хан, выглядывая из-за спины Со, — но я его остановил. — Даже не хочу знать, как именно, — тут же вставляет Чанбин, морщась. — Ты думаешь, я только ебаться могу? — фыркает Джисон, недовольно хмурясь. — Мы проговорили, ясно? И я всё ему объяснил. — И как он это воспринял? — выгибает бровь Чан. — Ну… Сначала минут двадцать просто молчал. А потом выдохнул и вроде как всё понял. К тому же, тот факт, что я чуть не умер, сыграл свою роль. — М-да, ну, хоть парень у тебя адекватный, — усмехается Чанбин. — На что это ты намекаешь? — Уверен, он хотя бы не стал расспрашивать, как там на небесах, — отвечает за Со Крис, закатывая глаза, — и орать на всю квартиру от счастья. Хан лишь закатывает глаза, передразнивая друга, но за Чанбина всё ещё держится, будто боясь предстать перед Чаном без щита. — Крис, извини… — виновато подаёт голос парень, но потом тут же оживляется, — но Минхо никому не скажет! Обещаю! Он могила, клянусь! — Ну ещё бы, — хмыкает Чан, скрещивая руки на груди, — если он кому-то скажет, то в самом деле станет могилой. — Это угроза? — выгибает бровь Джисон. — Предупреждение. Хан недовольно поджимает губы, но всё так же виновато опускает глаза под внимательный взгляд Чана. — Я понял, — покорно отвечает парень, наконец отцепляясь от Со и отходя в сторону. — Ну, раз вы всё выяснили, — встревает Чанбин, переводя взгляд с одного лица на другое, — то может сегодня вечером соберёмся у меня? В приставку порубимся, подготовится к тесту. — Ага, как в прошлый раз? — усмехается Чан, скорее как-то обвиняюще. — Когда мы собрались подготовиться к зачёту, а в итоге ангела вызвали? — Будто ты о чём-то жалеешь, — фыркает в ответ Хан. — Конечно нет, но… — Крис чуть мнётся, — сегодня не получится. И завтра тоже. — Почему это? — выгибает бровь Со, скрещивая руки на груди. — У тебя же вроде на работе выходные. — Да, поэтому я хочу провести время с Ликсом. Как можно больше времени. — До того, как он… — Да. Чан мрачнеет, закусывая губу, и отводит взгляд в сторону, зачем-то рассматривая лица людей в толпе. — Крис, ты не знаешь, что будет, — отвечает Чанбин, сжимая плечо друга, — он может и не уйти. — Я просто… не хочу себя обнадеживать, — бросает Чан, всё ещё нервно кусая губы, — готовлюсь к худшему исходу. — Я понимаю. Но если он дорог тебе, то попытайся как-то повлиять на этот исход, — вставляет Джисон, смотря с каким-то сожалением, — не пускай всё на самотёк. — Как я могу повлиять? Это ведь не от меня зависит. И даже не от Ликса. — Поговори с ним. Может, он сможет что-то изменить. Чужое решение, — качает Со. — Ты ведь счастлив с ним. — Очень… — А он счастлив с тобой, — поддакивает Джисон, активно жестикулируя. — Так что, вам нужно пинка дать или что? — Там его дом. Его жизнь, какая никакая семья, в конце концов. А тут он чужой. И не только потому что не жил тут, а ещё и потому что он сам другой. «Ангелам не место среди людей» — он сам мне когда-то так сказал. — Но с тех пор многое изменилось, — серьёзно ответил Чанбин, рассматривая лицо парня, — и ваши отношения, и в принципе ситуация. Ты думаешь, что Феликс захочет возвращаться на небо после всего, что он тут пережил? Он начал чувствовать, Крис. Понемногу, не так как мы, но начал. А это уже прогресс. — Да, верно, — вновь соглашается Хан, — он ведь хотел этого. Хотел понять, что значит испытывать эмоции. И если он уйдёт сейчас, то вряд ли когда-нибудь спустится сюда вновь, ведь он больше не станет хранителем. Ему придет прожить всю жизнь там, где он не счастлив. Чан, я вижу, как он смотрит на тебя, честно. Так смотрят на того, кого не хотят потерять. — Я не знаю, как буду без него… — Скажи, он тебе нравится? — серьёзно спрашивает Со. — Очень. — И ты явно не хочешь его потерять. — Не хочу. — Тогда действуй. Бан лишь кивает, чуть улыбаясь уголком губ и мысленно благодаря всех ангелов за таких друзей. Они молчат некоторое время, каждый в своих мыслях, а потом Джисон оживает, переводя взгляд на лицо Чана: — А у вас уже было? — спрашивает парень, но увидев вопрос в глазах старшего, добавляет: — Ну… секс. Крис медленно краснеет, не зная, куда день глаза от смущения, и уже готов стукнуть парня по голове за такие вопросы, но тут на глаза младшего ложатся чужие ладони, заставляя того вздрогнуть. — Угадай, кто пришёл украсть тебя с пар? — шёпот на самое ухо отдаётся мурашками по телу Хана. — М-м-м… самый лучший парень на свете? — несколько секунд подумав отвечает Джисон, и его глаза вновь видят свет, а мочки уха касаются чужие губы. — Привет, малыш, — улыбается Минхо, обнимая парня сзади за талию, — скучал? — Очень, — улыбается младший, тут же разворачиваясь в чужих руках и находя губы парня своими. — Уж думал, ты забыл про меня, дорогой. — Прости, было много дел, — оправдывается Минхо и переводит немного странный взгляд на парней. — Привет, ребят. Рад видеть. — Привет, — в один голос отвечают Чанбин и Чан, улыбаясь. — Это не отговорка, — дует щёки Хан и виснет на шее парня, — придётся отработать. — Я могу хоть сейчас разложить тебя на этой лавочке, — шепчет в самые губы Ли, — но тогда я буду дико ревновать твою голую задницу к чужим взглядам. — Ты на машине? — спрашивает Хан, чуть краснея. — Мне нравится ход твоих мыслей, — тут же улыбается Минхо, вновь целуя парня в губы. — Меня сейчас стошнит от этого, — кривиться Чанбин, демонстративно строя рожицу и отворачиваясь от парочки. — Чан, пойдём. Звонок уже скоро. — Да, идём, — закатывает глаза Бан, но всё равно чуть улыбается, видя, как светится Хан. — Крис… — зовёт Джисон, когда Минхо уже утаскивает его подальше от университета. — Да, я скажу, что ты плохо себя чувствуешь, — лишь отмахивается Чан и слышит в ответ лишь крик благодарности. — Иногда мне даже смотреть на них противно, — отзывается Чанбин, двигаясь ко входу в здание. — Согласен, но это того стоит, — пожимает плечами Крис. — Раз Хан так счастлив, то я потерплю. — Будто у нас есть выбор, — вздыхает Со, открывая дверь.

***

Когда Крис заходит в квартиру, то по привычке ждёт объятий, встречного поцелуя, расспросов о прошедшем дне, но ангел даже не появляется в коридоре. В гостиной идёт телевизор, поэтому Чан, быстро разувшись и скинув сумку, направляется туда, надеясь найти Феликса у экрана. — Ликс? — зовёт парня Бан, рассматривая его фигуру, сидящую на диване. — Привет. Ангел отрывается от экрана, смотрит на Чана таким взглядом, будто видит впервые, а потом медленно поднимается, но ближе не подходит. — Скажи честно, я тебе нравлюсь? — Эм, да… Да, нравишься, — с запинкой отвечает Чан, чуть хмурясь и явно не ожидая такого вопроса. — Почему ты спрашиваешь? — Значит, меня любишь? — продолжает допытываться ангел, смотря на парня внимательным взглядом. — Ликс… — удивлённо ведёт головой Чан, чуть поджимая губы и будто боясь сказать что-то не то, — не думаю, что уже время об этом говорить. — Но почему? Я же тебе нравлюсь. — Это немного разное. Феликс вопросительно наклоняет голову, явно ожидая разъяснений, но Бан молчит, так же вопросительно глядя на него в ответ. — Почему тебя это волнует? — наконец подаёт голос Чан. — Я… Я пытаюсь разобраться в чувствах, — с запинкой отвечает ангел, опуская глаза. — Своих или вообще? — И то, и то. Крис медленно водит взглядом по напряжённому лицу напротив, а потом резко выдыхает и поднимает руки, раскрывая объятия. — Иди ко мне. Феликс тут же исчезает, через долю секунды оказываясь крепко прижатым к телу Чана. Парень устраивает голову на плече Бана, утыкаясь носом в шею, и обнимает за талию, не давая никакой возможности отстраниться. — Всё хорошо? — тихо спрашивает Чан, зарывая ладонь с светлые волосы. — Не знаю. — Послушай, я понимаю, как тебе не просто. И то, что ты пытаешься разобраться, очень похвально, ангел. Но пойми, люди тоже ощущают всё по-разному. Прежде всего потому, что все люди тоже разные. Для кого-то сказать о чувствах может быть намного проще, чем для другого. И понять, что он вообще чувствует, тоже может быть намного проще. Но зачастую нужно хорошенько покопаться в себе, что бы это понять. — Я это и делаю, — бурчит Феликс. — Знаю. Но не торопи себя. Понимаю, времени не так много, но спешка может привести к неправильным выводам. Ты можешь поторопиться и неправильно понять то, что ты чувствуешь. Обычно, это приходит само, понимаешь? — Как это? — Ну… ты проводишь с человеком время, общаешься, узнаешь его. Когда кто-то нравится, то ты в основном обращаешь внимание на его внешность. Ведь в первую очередь, человек влюбляется глазами. В твоём вкусе или нет, от этого зависит, подойдёшь ли ты для знакомства. — Но ведь у нас было не так… — Наш случай скорее исключение, чем правило, — со смешком отвечает Крис. — Когда ты начинаешь узнавать человека лучше, то уже понимаешь, хочешь ли ты продолжать общение. Если хочешь, то чувство «нравится» со временем может перерасти во что-то большее. Возможно и так, что со временем «нравится» перерастает в «дружба». Или наоборот — «дружба» может постепенно перейти в «нравится». И это тоже нормально. — Значит, мы сейчас на стадии «нравится»? — Почти. Лично я чувствую, что мы идём дальше. Просто постепенно, не торопясь, чтобы ничего не испортить. Ангел молчит, не зная, что ответить, или просто уйдя глубоко в свои мысли. Чан тоже молчит, ожидая чужой реакции и мягко поглаживая парня по спине. — Ты мне тоже нравишься, Крис, — тихо говорил Феликс, на что Чан слегка улыбается. — Уверен? — так же тихо спрашивает Бан. — Разве то, что я нравлюсь тебе, не значит, что ты автоматически нравишься мне? — Вовсе нет. Иногда чувства, которые мы испытываем к другому человеку, могут быть невзаимными. Это касается не только любви, но так же и ненависти, неприязни, страсти. То, что испытывает один человек, — это только его чувства. Он не может делиться ими и уж тем более насильно заставить кого-то чувствовать тоже самое. Если кто-то отвергает тебя, то у тебя есть два варианта: смириться и жить дальше или попытаться добиться внимания этого человека и надеется на взаимность. — Как? — Знаки внимания, подарки, сюрпризы, признания — у каждого свой способ. Но зачастую бывает так, что этим ты можешь надоесть человеку, который уже окончательно сделал свой выбор, а значит, испортить ваши отношения окончательно. — Мне кажется… — как-то неуверенно тянет ангел, но потом увереннее добавляет, — я чувствую, что это взаимно. У нас. — Я правда счастлив, если это так, Ликс. Ангел чуть отстраняется, смотрит прямо в глаза Чана, а потом мягко улыбается, и Крис пропадает в этой улыбке. Парень сам тянется к чужим губам, целуя мягко, но настойчиво, крепко обнимая за талию и чувствуя маленькие ладони в собственных волосах. — Ликс… — тихо зовёт Бан, разрывая поцелуй, — я хотел спросить… — Что такое? — После того как месяц закончится… Ты можешь как-то повлиять на то, что будет потом? — Не думаю, Крис. Я не знаю, что будет потом, а даже если бы знал, что вряд ли смог бы что-то сделать. — Я хочу, чтобы ты остался со мной. Остался здесь, на Земле. Знаю, это звучит эгоистично, но ты мне нужен… — Я тоже хочу остаться. Чан удивлённо вскидывает брови, рассматривая лицо парня, будто пытаясь найти в нём опровержение сказанных слов. Но находит лишь серьёзно смотрящие карие глаза и скопление звёзд. — Правда? — уточняет Чан, поправляя светлые волосы, спадающие на лицо. — Там ведь твой дом и… — Знаю, но дома я там себя не чувствую. Уже двадцать шесть лет. После того, как я стал хранителем, я каждый день пытался проявлять эмоции. Пытался хоть что-то чувствовать. Но это быстро пресекали, потому что запрещено. Я больше не хочу так жить. Да, на Земле… тут всё ново для меня, я многого не знаю и не умею. Но тут я чувствую себя… лучше. — Но у тебя больше не будет сил. — Знаю, и я не представляю, как буду без них. Это часть меня, часть мой сущности. Но они отбирают другую часть меня. И в любом случае придётся чем-то жертвовать. — Мне жаль, Ликс. Правда. — Да, мне тоже. Но, как говорят люди, — «всё, что не делается — всё к лучшему». — С каких пор ты знаешь такие выражения? — усмехается Крис, трепя светлые волосы. — В книжке прочитал, — отвечает ангел, пожимая плечами. — Оно ведь подходит к данной ситуации, да? — Да, — немного виновато улыбается Чан, вновь прижимая парня к себе и целуя в макушку.