Сделка, или Идеальный вариант

      — Тэтэ! — Миён, как и всегда, выпрыгивает из-за угла, чтобы «напугать» брата, но, увидев рядом незнакомца, тушуется и настороженно замирает.       У сестры уже появилась маленькая традиция. Каждый раз, улавливая своими чуткими ушами звук подъезжающей к дому машины, она бежит к двери и прячется, чтобы напугать Тэхёна, выпрыгнув как настоящий хищник. Конечно, достичь главной цели у неё никогда не получалось, но развеселить и поднять настроение — да.       Теперь же Миён застенчиво смотрит на Тэхёна и переводит взгляд на незнакомого красивого омегу, который стал свидетелем её маленькой шалости. Альфа, надо сказать, удивлён не меньше девочки. Запах с кухни и наличие Миён прямо перед глазами наталкивают на самую очевидную и верную догадку — бабушка с сестрой почему-то остались дома.       — Мими, ты почему дома? — спрашивает у девочки Тэхён, ощутив глупую неловкость.       Как будто он хотел привезти домой омегу, пока никого нет, а родственнички внезапно нарушили его планы. Чёрт, звучит так, как и выглядит. Но это же не так! Не в том смысле, то есть…       Альфа посматривает на дезориентированного Чонгука и надеется, что сестра объяснит, почему все они вдруг оказались в такой ситуации.       Миён заинтересованно разглядывает омегу перед собой, приоткрыв рот и шевеля ушками, и моргает, когда брат повторяет вопрос.       — Лихён-сонсенним заболел, — отвечает девочка и начинает теребить край своих персиковых домашних шортиков.       — То есть занятие отменили? — уточняет Тэхён и, приподняв брови, смотрит на сестру, которая топает по полу босыми ногами, подходя ближе к Чонгуку.       — Здравствуйте. Меня зовут Ким Миён. — Она протягивает вперёд ручку, игнорируя вопросы брата, который совершенно забыл о приличии и не представил омег друг другу.       Альфа вздыхает и смотрит на Чонгука, который неуверенно протягивает ладонь в ответ и продолжает забавно хлопать глазами. Похоже, он очень сильно удивился.       — Чонгук, познакомься с моей сестрой. Миён, это Чон Чонгук, он учится со мной в одном университете.       — Привет, — всё-таки подаёт голос старший омега и пожимает маленькую ладошку, робко улыбаясь.       — Так почему бабушка не позвонила и не сказала, что ваше занятие отменили? — продолжает свой допрос Тэхён, но все ответы приходят к нему с кухни.       — Лучше скажи, почему ты держишь гостей на пороге? — Бабушка тоже появляется из-за угла и пару секунд с маленьким блеском в глазах разглядывает Чонгука. Тэхён понимает, что дальше ситуация станет ещё более неловкой, а вот контролировать её он уже не сможет.       — Здравствуйте, я Ким Джуми. Бабушка этого невоспитанного альфы. — Женщина приветливо разворачивает слегка поседевшие волчьи уши и дружелюбно виляет хвостом. Она подходит ближе, вытирая руки розовым кухонным полотенцем, и закидывает его к себе на плечо.       — Добрый день, госпожа Ким. — Чонгук уважительно кланяется. — Меня зовут Чон Чонгук, приятно познакомиться.       Омега распрямляется и с улыбкой смотрит на женщину, которая с первого взгляда вызывает только самые тёплые чувства. У Ким Джуми прекрасная широкая улыбка, очаровательные морщинки возле глаз и невероятно добрый взгляд. Каштановые волосы с проблесками седины собраны в незамысловатую прическу, поверх синего платья надет милый фартук с цветами и зелёными оборками. От этой женщины так и веет теплом и бабушкиной любовью, а Чонгук понимает, что за несколько минут его очаровали уже дважды. Сначала маленьким чудом в персиковой пижамке, а затем волной света и доброты, исходящей от Ким Джуми.       — Мне тоже очень приятно познакомиться, Чонгук-и! Проходи, пожалуйста, не стой на пороге. Жалко, что Тэхён не предупредил, что придёт не один, мы бы с Миён приготовили что-то особенное. — Женщина осуждающе смотрит на внука, который закатывает глаза. — Но дакджим тоже скоро будет готов, так что проходите скорее за стол.       Миён радостно подпрыгивает на месте, предвкушая обед в компании нового знакомого, а Чонгук теряется, медленно снимая с ног кроссовки и поглядывая на Тэхёна.       — Так, говорю для всех. — Альфа по-хозяйски забирает из рук Гука джинсовку, которую тот успел стянуть, оставаясь в голубой футболке с облачками, и убирает её в шкаф у стены. — Чонгук состоит в нашем студенческом совете. У него сломался ноутбук. Мы пришли, чтобы его чинить. Это очень срочно и очень важно, — отрезает альфа, смотря на моментально погрустневшую Миён.       — Д-да, спасибо большое за приглашение, и простите, что побеспокоили. — Чонгук ещё раз кланяется. — Тэхён сказал, что дома никого не будет и мы никого не потревожим. — Омега сильнее стискивает лямку рюкзака и следует за альфой, который, очевидно, уже собирается отвести его в нужную комнату.       — Ну что ты, какое беспокойство, — машет руками бабушка, продолжая разглядывать очаровательного омегу и его чёрные ушки.       — Всё, занимайтесь своими делами. Чонгук, идём, — командует Тэхён, прерывая обмен любезностями, и ведёт омегу к серой двери под лестницей.       Удивлённый внезапным знакомством, Чонгук только сейчас успевает осмотреться. Внутри дом тоже выглядит невероятно уютно и аккуратно. Светлые оттенки, много зелени. Омега понимает это по кусочку кухни, гостиной и коридора, из которых тут и там выглядывают какие-либо растения в разномастных горшках. Дом в разы меньше, чем особняк Чонов, но он не кажется крошечным или тесным. Внутри всё так, как надо.       Деревянная лестница из коридора ведёт на второй этаж. Чонгук успевает прикинуть, что там, должно быть, находится ещё пара комнат и, быть может, ванная. Они же подходят к двери, затаившейся в укромном углу под высокими ступенями, и Чонгук соврёт, если скажет, что никогда не мечтал тоже жить в уютной комнате под лестницей. В его доме тоже есть такая. Но в ней стоят стиральные машины, сушилки и высокие шкафы с кучей разных тряпок, порошков, вёдер и другой бытовой ерундой.       — Проходи. — Дверь перед омегой распахивается, и альфа пропускает его в комнату. — Нет, Мими, ты остаёшься здесь. — Чонгук разворачивается и видит, как Тэхён легко выталкивает из комнаты девочку, которая уже успела забежать следом. Та выдаёт по-детски недовольное «Тэтэ-э-э!», но дверь перед ней принципиально закрывается.       Альфа вздыхает и потирает переносицу:       — Чёрт, прости, Чонгук. Я был уверен, что их не будет. — Альфа, правда, чувствует себя виноватым, ведь Чонгук несколько раз спросил, будет ли кто-то дома.       — Всё нормально, ты действительно не мог знать, что занятие отменят. — Чонгук по-прежнему чувствует себя неловко и даже не находит в себе сил сказать что-нибудь язвительное. — В любом случае, твои бабушка и сестра очень милые. — Улыбаясь, омега смотрит на Тэхёна. Тот хмыкает, мотнув головой, и проходит к широкому столу, стоящему напротив окна.       На первый взгляд комната альфы оказывается небольшой и довольно скучной. Никаких плакатов на стенах, никаких коллекционных фигурок супергероев или открыток с автографами баскетболистов. Одним словом, ничего подросткового и студенческого, что помогло бы как-то охарактеризовать человека, который здесь живёт.       Ладно, на настольной лампе Чонгук замечает бейдж с какого-то IT-фестиваля, а на полке с книгами маленькую статуэтку волейболиста из «Haikyu!!». Всё остальное — взрослое и серьёзное. Как и сам Тэхён.       Большой стационарный компьютер с кучей технических прибамбасов и проводов, идеально чистый стол с подставкой для ручек, ковриком для мыши и чехлом, кажется, для очков. На полке рядом с ним расставлены книги и толстые папки с бумагами. Небольшой беспорядок можно наблюдать только на полке чуть ниже. Там хаотично лежат учебные тетради, из которых в разные стороны торчит несколько исписанных листков. Двуспальная кровать стоит у стены. Она заправлена синим покрывалом, а рядом одна тумба с лампой и какая-то семейная фотография в белой рамке. Очень мило.       У противоположной стены стоит небольшой шкаф с зеркалом. На дверце Чонгук замечает рисунок, прилепленный скотчем. Нетрудно сразу догадаться, что это творение Миён. В изображении узнаётся Тэхён. В одной руке человек с портрета держит баскетбольный мяч, а в другой что-то определённо похожее на компьютер. Омега хихикает, смотря на прическу, которая изображена в виде нескольких чёрных линий, и на лохматый несоразмерный телу маленький волчий хвост. В жизни у Тэхёна, конечно, не такой.       — Чонгук! — Омега вздрагивает и понимает, что альфа зовёт его не первый раз. — Доставай ноутбук, говорю.       Гук всё ещё отказывается спокойно реагировать на этот командный тон, но подходит ближе к столу и вытаскивает устройство из рюкзака.       — Можешь присесть. — Альфа указывает на кровать и достаёт из ящика в столе разные отвёртки, провода, пакетик с малюсенькими болтами, кисточку и какой-то тюбик.       — Думаю, быстро разберу. Если хочешь, возьми что-нибудь почитать. Могу мультики включить. — Тэхён усмехается и смотрит на возмущённого омегу.       — Спасибо за гостеприимство, — фыркает Чонгук и плюхается на кровать, подгибая под себя ногу.       — Включить?       Альфа нахально вскидывает брови и — о, боже! — внезапно надевает очки. Кто-нибудь собирался предупредить Чонгука о том, что Ким Тэхёну жутко идут очки?       — Не надо. — Омега отворачивается и рассматривает ну очень любопытное покрывало.       Со стороны стола слышится смешок, который Гук практически без трудностей игнорирует и тянется к карману джинсов, вытаскивая телефон. На экране с десяток сообщений от Чимина с неприличным содержанием. Их Чонгук смахивает, печатая гневный ответ, а следом отправляет ударную дозу умиления сестрёнкой и бабушкой Тэхёна. На это друг отправляет стикер с цветочком, а потом продолжает закидывать Гука пошлыми шуточками и намеками.       Телефон летит на кровать экраном вниз, и притрагиваться к нему Чонгук больше не планирует. Он выдыхает и смотрит на альфу, который, склонившись над столом, уже что-то ковыряет в его ноутбуке, а открученная крышка лежит рядом.       — Тэхён, твоя сестрёнка, она… рысь? — задаёт интересующий вопрос омега.       — Хах, нет. — Альфа опять усмехается и смотрит поверх очков. — Она каракал. У рысей уши меньше и кисточки не такие длинные, — поясняет он.       — Оу, понятно… — хлопает глазами Чонгук. Кое-что ему всё-таки не очень понятно. — Значит, твоя мама тоже каракал?       — Моя мама — волк, как и я, — спокойно отвечает Тэхён и крутит между пальцев маленькую отвёртку. — Ладно, вижу твоё замешательство. — Он откладывает инструмент и поправляет очки на носу. — У нас с Миён разные отцы. Мой умер, когда мне было двенадцать лет. Он был волком. Отец Мими — каракал. И мудак. Оказалось, что ему не нужен был ребёнок, и он свалил в другую страну. — Тэхён хмурится и возвращается к своему занятию.       Удивлённый очередной порцией новой информации Чонгук не находит, что сказать. Очевидно, что Тэхён не нуждается в словах сожаления и поддержки. Одна лишь правда в том, что он — единственный альфа в семье, который совершенно точно является её самой большой опорой и заботой, выполняя функции ушедших мужчин.       Это не может не восхищать.       Наблюдая за Тэхёном, омега не находит сил оторвать от него глаза. Альфа выглядит сосредоточенным, свет от настольной лампы задевает его каштановые волосы, отчего те блестят и отдают красновато-шоколадным. Тень от ресниц остается на скуле, сильные руки выверенными движениями орудуют отвёрткой и какими-то щипцами. То и дело Тэхён поправляет на переносице очки и проводит рукой по волосам, убирая лезущую в глаза чёлку.       Альфа наверняка чувствует чужой взгляд, и Чонгук одёргивает себя, как только ощущает, что его запах опять начинает сгущаться. Кончик хвоста, лежащего на кровати, самопроизвольно начинает подёргиваться, а сам Чон принюхивается и чувствует лёгкое головокружение. Запах Тэхёна, плотно стоящий в комнате, смешивается с его свежими феромонами и даёт ужасно волнующую комбинацию.       Чонгук пугается и опять судорожно пытается думать о чём-нибудь неприятном, чтобы успокоить разыгравшееся вновь омежье нутро. Он с опасением смотрит на Тэхёна, надеясь, что тот просто не придаёт этому значения. Альфа выглядит таким же сосредоточенным, но Чонгук внезапно цепляется взглядом за шею Кима и отслеживает, как двигается чужой кадык, когда Тэхён вдруг протяжно сглатывает. Щеки омеги моментально теплеют, а в комнате почему-то становится жарко.       Рассеивает непрошеное и волнующее напряжение стук в дверь. Чонгук моментально выпрямляется и убирает ногу с кровати, как будто он сидел на ней прямо в ботинках. Тэхён отрывается от своего занятия и разворачивается. Дверь отворяется, и в комнату заходит довольная Миён. Она держит в ручках небольшой поднос с двумя кружками, до краёв наполненными чем-то дымящимся и горячим. Девочка слегка неуверенно ступает своими ножками, мимолётно поглядывая на Чонгука и возвращая взгляд к подносу. Боится разлить. Сзади в дверях появляется бабушка и улыбается, наблюдая за внучкой, высунувшей от старания кончик языка. Когда Миён как-то неосторожно оступается, бабушка и Чонгук одновременно дёргаются, приготовившись ловить малышку.       — Всё в порядке, я сама, — важно заявляет Миён, но всё же принимает помощь Гука, когда тот помогает поставить поднос на тумбочку у кровати.       — Это какао! — оповещает девочка и, как ловкая обезьянка, забирается на кровать с ногами, присаживаясь ближе к Чонгуку. — Моё любимое. Оно очень сладкое, — шепчет Миён, как будто это самая большая тайна человечества.       — Мими, идем. Не будем мешать ребятам, — зовет внучку Ким Джуми.       — Не-е-т, я хочу тут, — хнычет Миён и жмется ближе к боку Чонгука, пряча лицо за своими длинными растрепанными шоколадными волосами.       — Миён, не капризничай хотя бы при госте. Чонгук сейчас подумает, что ты у нас вредина.       — Пусть остается, госпожа Ким. Она совсем не помешает, — внезапно говорит Гук, нашедший в Миён спасение от необходимости быть с Тэхёном один на один.       Девочка счастливо вскрикивает и начинает прыгать на кровати, сминая под собой покрывало. Чонгук улыбается, Тэхён закатывает глаза, а Госпожа Ким по-доброму усмехается и прикрывает за собой дверь.       — Тэтэ, я принесла какао! — напевает Миён, продолжая скакать на матрасе вокруг нового знакомого. Ее кисточки на ушах забавно подпрыгивают, а в комплекте с длинными пружинящими волосами она напоминает медузку.       — Миён, успокойся, пожалуйста, и перестань прыгать на кровати, — спокойно говорит Тэхён, и это тот самый случай, когда его командный тон идеально работает. Девочка потихоньку затихает и, тяжело дыша, садится на кровать. — Спасибо, Мими. Можешь выпить какао, все равно оно остынет, пока я занят.       — Уау, — девочка взвизгивает и бросается к подносу, указывая на него Чонгуку, — мы будем пить какао! — Она берет большую кружку двумя ручками и неуклюже протягивает ее омеге, шипя милое «горячо-горячо».       — Спасибо, Миён, — хихикает Чонгук и с радостью делает глоток горячего сладкого напитка.       — Можешь говорить «Мими», — оповещает девочка и фыркает, когда носик пачкается в молочной пенке. — А у тебя такие красивые уши. — Она тыкает пальчиком на голову омеги и задорно болтает ногами. — Я тоже хочу такие сережки с блестючками.       — Маленькая еще, — подает голос Тэхён, не отрываясь от своего занятия.       — Я не маленькая!       — Мими, у тебя тоже очень красивые ушки. Я таких еще никогда не видел, — успокаивает девочку Чонгук.       — Правда?       — Правда! Их даже украшать не нужно. Но если ты сильно захочешь, просто подожди немного. Скоро ты подрастешь и сможешь носить самые красивые сережки.       — Уи-и-и. — Миён морщит нос, делает еще пару больших глотков из своей кружки, оставляет ее на подносе и начинает пританцовывать, чудно крутя попой.       Чонгук смеется и тоже ставит свою кружку на поднос, наблюдая за ребенком.       — Чонгук-и, — Мими перестает танцевать и забирается обратно на кровать, карабкаясь к парню на колени, — ты так вкусно пахнешь. — Она принюхивается. — Чем ты пахнешь?       Чонгук теряется. Обсуждение запахов в их обществе зачастую является чем-то интимным. Спрашивать об этом напрямую не принято, а свободно обсуждать запахи могут только близкие люди. Конечно, Миён, в силу возраста и детской наивности, еще не понимает, почему ее вопрос может кого-то смутить. Например, Чонгука, который еще несколько минут назад не знал, куда деть свои феромоны.       — Миён… — начинает Тэхён, но Чонгук успевает его перебить.       — Всё в порядке, — успокаивает он, хотя все равно чувствует смущение. — Это белый чай, — объясняет Чонгук уже сидящей на его коленях Мими. — Мой природный запах.       — Мм, — тянет малышка и еще раз глубоко вдыхает. — Бабушка говорит, что я буду пахнуть мандаринами, когда вырасту, — рассказывает Мими и глазами-бусинками разглядывает облачка на футболке Чонгука.       — Миён, слезь с Чонгука. Он, наверное, не хочет, чтобы ты на нем сидела так нагло, — командует Тэхён, прикручивая крышку ноутбука.       Миён переводит взволнованный взгляд на омегу и хлопает ресничками.       — Не слушай его, — улыбается Чонгук и подмигивает девочке. Та поворачивается к брату и показывает ему язык. — Хочешь, я заплету тебя? — предлагает Чонгук, смотря на блестящие длинные волосы малышки.       — Это больно. — Миён мотает головой и прижимает руки к ушам.       — Бесполезно. Ее только мама может заплетать, и то потому, что у нее терпения больше, — фыркает Тэхён.       — Я умею заплетать не больно, не переживай! У тебя будут самые лучшие косички. А твои ушки будут выглядеть еще красивее!       Миён с недоверием смотрит на тепло улыбающегося Чонгука, все еще держась руками за голову, но через несколько секунд неуверенно кивает. Чон готов поспорить, что соглашается маленькая омега только из-за того, что он ей приглянулся. Ее блеск в глазах этого скрыть не сумел.       Девочка убегает в другую комнату, чтобы принести расческу и резинки, а Чонгук в это время с надеждой смотрит на Тэхёна, который уже успел собрать ноутбук обратно.       — Ну что?       — Проблема в батарее. Я почистил его, поменял термопасту, но батарею тоже надо будет менять. — Тэхён снимает очки и откладывает их на стол. — Сейчас посмотрю. Сделаю так, чтобы ты смог пользоваться им только при подключении к питанию. Но для этого нужно будет вводить определенную комбинацию команд. — Он видит испуганный взгляд омеги и смеется. — Не переживай, я все напишу на листочке. Закажу новую батарею, потом поменяем.       — Эм, ладно. То есть я смогу им пользоваться?       — Ага.       — Хорошо. Спасибо, Тэхён. Я…       — Чонгу-у-к! — Маленький ураганчик влетает в комнату и бросает на кровать сразу три расчески разных размеров и форм и кучу цветастых ярких резинок.       — Удачи, — выдыхает Тэхён и поворачивается обратно к монитору.       А удача Чонгуку в действительности и не требуется. Сеанс заплетания идет удивительно гладко. Конечно, когда Чонгук только прикоснулся к чужим волосам, Миён поджала плечи и неуверенно ойкнула. Но как только длинные детские локоны стали легко складываться в красивые косы, обрамляя ушки, но не причиняя никакого дискомфорта, девочка расслабилась и стала развлекать Тэхёна и Чонгука пустой детской болтовней.       Альфа удивленно смотрел на сестру, которая беззаботно болтала ногами, надевая разноцветные резинки с бантиками и бабочками на свой хвост, пока Чонгук был занят ее волосами. Потом Тэхён украдкой бросал все такой же удивленный взгляд на омегу, который ласково улыбался, отвечая на бесконечные вопросы его сестры, и с поразительной нежностью и легкостью перебирал в руках шелковистые пряди.       Почему-то эта картина оказалась такой трогательной и теплой, что Тэхён просто не мог перестать наблюдать. Еще один стереотип, навязанный мозгу обществом о таких, как Чонгук, разбился со звоном о стены его собственной комнаты, когда омега буквально с первого взгляда влюбил в себя его сестру.       По Мими всё и так было понятно. Далеко не к каждому человеку и тем более омеге девочка с первых секунд относилась так приветливо. И далеко не каждый из незнакомцев мог терпеть этот гиперактивный вихрь с целым чемоданом детских «почему?». А Чонгук вот не просто терпел, но и с удовольствием растворился в общении с маленькой омегой.       — Откуда ты умеешь заплетать? Твои волосы не такие длинные, — замечает Мими, теребя в руках первую заплетенную косу с голубой кружевной резинкой на конце.       — В старшей школе я работал вожатым в школьном лагере. Там было очень много девочек с такими же длинными волосами, как и у тебя. Так и научился, — отвечает омега, собирая прядь у песочно-серого ушка и хихикая от того, как девочка рефлекторно им дергает.       — А сколько тебе лет?       — Скоро будет двадцать.       — О! Ты меньше, чем Тэтэ. А мне шесть! Я уже учусь в школе!       — Нравится?       — Не-е-ет, бе-е. — Чонгук не видит гримасу, которую состроила Миён, но по смешку Тэхёна понимает, что однозначно уморительную.       — А ты любишь мультики? — Девочка переводит тему.       — Конечно! Кто не любит мультики?       — Мой любимый — «Суперсемейка». Ты смотрел?       — Смотрел, он классный!       — Ага-а. —Миён довольно пожимает плечами. — Чонгук-и, знаешь, у Тэтэ есть такая штука в телефоне, где можно смотреть звездочки на небе. Мы видели там маму-медведицу и ка-калопию. — Она запинается, пытаясь вспомнить слово.       — Большую медведицу и Кассиопею, — поправляет Тэхён и звучит при этом как гордый учитель.       — Да! Чонгук-и, ты смотрел с Тэтэ на звезды? — спрашивает Мими и задирает голову, чтобы посмотреть в глаза возвышающемуся над ней Чонгуку.       — Нет, милашка. Ну-ка, повернись обратно. — Омега возвращает голову ребенка в прежнее положение, продолжая возиться с ее волосами, и ловит какой-то нечитаемый взгляд Тэхёна.       — Тэтэ, покажи ему!       Тэхён неопределенно мычит, что-то печатая на клавиатуре чужого ноутбука. Миён продолжает болтать своими ногами, перебирая в руках то готовую косу, то собственный хвост, то гору расчесок и резинок. Она громко напевает себе под нос какую-то детскую песенку из очередного мультика, а потом ахает, будто вспомнила что-то важное, и выдает:       — Чонгук-и, а вы с Тэтэ целуетесь?              Внезапно…       Суть очередного вопроса до расслабившегося Чонгука доходит не сразу, а как только доходит, он комично замирает и потерянно смотрит на пушистые кисточки каракала. Тэхён нервно прокашливается и недовольно смотрит на сестру.       — Э… Нет. Нет, Мими, мы этого не делаем, — отвечает омега, чувствуя, как теплеют щеки, и аккуратно смотрит на альфу. Кажется, он впервые видит Тэхёна… смущенным?       — Почему?! — восклицает девочка, и звучит она по-настоящему удивленно. — Тэтэ целует омег, которых приводит в гости. Я видела!       — Миён! — Тэхён прикладывает ладонь ко лбу и вполголоса отчаянно стонет.       Чонгук тем временем всё еще сжимает в слегка вспотевших руках прядки чужой косы и чувствует, как где-то между животом и грудью неприятно сжимается… Ну да, глупо было бы думать, что у такого альфы не бывает отношений с омегами. И, казалось бы, Чонгука это волновать совсем не должно. Но что это тогда за странное желание распушить хвост и съязвить? Так и тянет сказать что-нибудь колючее про Кима и омег, которых он там целует. Ну и пусть целует!       — Знаешь, Мими, — резковато начинает Чонгук, дернув подбородком и возвращая свое внимание чужой прическе. — Альфа и омега могут целовать друг друга, только когда они пара. Мы с твоим братом не пара, — уже более спокойно заканчивает Чон и не может понять, почему это его так укололо.       — Да, Мими. Мы не пара, — подключается Тэхён, откидываясь на спинку игрового кресла.       — Почему? — Миён не останавливается, искренне интересуясь и хлопая глазами.       — Потому что мы не нравимся друг другу, — заявляет Чонгук, начиная более агрессивно плести несчастную косу, взволнованно виляя хвостом.       — И мы совершенно разные, — соглашается Тэхён, подхватывая настрой омеги и выпуская свои феромоны.       — Мы не могли бы быть парой.       — Да, Чонгук слишком громкий.       — А твой брат слишком любит командовать не по делу. — Чонгук начинает закипать, а от идеального спокойствия на лице альфы и легкой усмешки на его губах злится еще сильнее.       — Видишь, Мими, мы совсем разные и совершенно друг другу не подходим, — слегка хрипит Тэхён, не отводя своих глаз от глаз омеги.       — Да!       — Да.       — Не-е-ет! — Миён обреченно стонет и складывает ручки на груди. — Ну почему-у? — уже тише хнычет девочка, запуская пальчики в шерстку на своем хвосте.       В это время как нельзя кстати Чонгук заканчивает плести вторую косу и завязывает на кончике розовую резинку с маленькими бусинами.       — Готово! Посмотри, какая красота. — Он подталкивает малышку спуститься с кровати и разворачивает ее лицом к себе.       Мими выглядит просто умилительно прекрасно. Четыре французские косы аккуратно обрамляют большие ушки каракала, а на затылке сплетаются в две и красиво лежат на плечах.       Забыв о своем недавнем горе, Миён тут же бросилась к шкафу и стала вертеться у зеркала.       — Ва-а! — Она крутилась, как маленькая юла, рассматривая прическу со всех сторон и довольно улыбалась. — Тэтэ, смотри! Совсем не больно! — Омега вприпрыжку подбежала к брату и стала хвастаться своими косами.       — Моя красавица, — ласково протянул Тэхён, а от ехидной насмешки, которая исходила от него минутами ранее, не осталось и следа. Он подхватил сестру под мышки и встал со стула, поднимая ее над собой.       Чонгук чуть не расплакался от этой картины. Его разом охватила незваная легкая грусть. Тэхён был таким теплым и заботливым с теми, кого он любит. Миён по-настоящему обожала брата. Видно было, что девочка чувствует в нем авторитет, отчасти даже отцовский. Она светилась от счастья и широко улыбалась. Тэхён с такой же любовью смотрел на свою сестру, и Чонгук вдруг подумал, что альфа наверняка с таким же восхищением смотрел бы на свою пару. Опять вспомнились слова об омегах, которых Тэхён целовал, возможно, даже в этой самой комнате. Чонгук задавил в себе непрошеную ревность, не успев даже распознать ее в зачатке.       — Что нужно сказать Чонгуку? — Альфа поудобнее усадил у себя в руках сестру, а Чонгук вновь удивился силе парня. Миён всё же была уже довольно взрослой малышкой, чтобы вот с такой легкостью держать ее на руках.       — Спасибо, Чонгук! — Девочка начала дрыгаться, чтобы брат скорее отпустил ее. А оказавшись на полу, она подбежала к всё еще сидящему на кровати Чонгуку и забралась к нему на колени, обнимая за шею.       — Не за что, милая. Береги свои красивые волосы.       Девочка активно закивала и улыбнулась так, что глаза превратились в два смеющихся месяца.       — Миён, беги и покажи прическу бабушке, — скомандовал Тэхён, и омега со счастливым писком выбежала из комнаты. Красивыми косами она теперь должна похвастаться всем.       Когда дверь за девочкой закрылась, Чонгук за секунду ощутил, как былое напряжение вернулось двойной дозой после их небольшой перепалки.       Омега поднял глаза на Тэхёна, пытаясь выглядеть невозмутимо. Тот смотрел несколько секунд в ответ. Открыто и настойчиво. Но ни один отблеск света в его глазах не мог дать понять, о чем думал альфа. Чонгук почувствовал странное волнение и отвел взгляд.       — Давай покажу тебе, что я сделал, — выдохнул альфа и пригласил Чонгука сесть за свой стол.       Омега неуверенно подошел к модному геймерскому креслу и спокойно сел, стараясь не смотреть лишний раз на Тэхёна. Экран ноутбука загадочно светился черным, и если бы Чонгук не видел, как альфа что-то в нем ковырял, подумал бы, что совсем ничего не изменилось.       — Включать будешь как обычно. Можешь нажимать. — Голос альфы прозвучал неожиданно близко, и Чонгук вздрогнул. Тэхён стоял за спиной, слегка наклонившись и упираясь одной рукой в стол.       Гук растерялся и ощутил, как по затылку пробежали мурашки от близкого теплого дыхания Тэхёна, которое касалось шеи и кожи за ушами. В этот момент показалось, что набор самых разных, непонятных и странных чувств, которые Чонгук успел испытать в этом доме и в этой комнате, не сравнится ни с одной секундой его жизни за все девятнадцать лет.       — Чонгук.       — А. — Омега заторможенно кивнул, и они с Тэхёном одновременно потянулись к кнопке запуска, сталкиваясь пальцами.       Чонгук уже держал альфу за руку в тот день на ужине в своем доме, но это прикосновение неожиданно ощущалось в разы острее и… Интимней. Кончики пальцев и тыльную сторону ладони закололо, а щеки опять вспыхнули.       Слегка дернув рукой, Чонгук всё же нажал на несчастную кнопку запуска, а свою руку Тэхён убрал, медленно и протяжно выдыхая. Омега почувствовал. Почувствовал, как теплое дыхание вновь опалило часть шеи, заставляя внутренности панически скручиваться, а мурашки, разбежавшиеся по коже, уходить уже не собирались.       На экране ноутбука появился знакомый логотип операционной системы, а Чонгук облегченно выдохнул. Он хотя бы включился.       — Зарядку не отключай. Теперь всегда придется пользоваться проводом, пока не заменим батарею. — Тэхён всё еще был до мурашек близко и говорил тихо, понизив голос. А Чонгука по-прежнему всё это отчего-то слишком волновало.       На экране внезапно появилось странное меню с множеством вкладок на английском языке.       — Что это? — Чонгук нахмурился, пытаясь взять себя в руки.       — Спокойно, так и должно быть. Теперь тебе просто надо запомнить комбинацию команд, которую нужно будет выполнять, чтобы ноутбук работал пока так. — Тэхён подошел еще ближе, хотя куда уже, и указал пальцем на экран. — Смотри, сейчас открывай вкладку «Boot options». Это настройки.       Чонгук неуверенно нажимает на тачпад, останавливая курсор на нужной вкладке.       — Отлично. Теперь тебе нужно выбрать раздел «legacy support», — терпеливо и спокойно объясняет Тэхён омеге, у которого вот-вот закружится голова. То ли от близости альфы, то ли от количества непонятного на экране собственного ноутбука, то ли от всего вместе.       — Сюда? — уточняет Чонгук.       — Угу, верно. Сейчас нужно изменить показатель с «disable» на «enable».       Омега тыкает на переключатель и поворачивается к Тэхёну, безмолвно спрашивая, всё ли сделал правильно. Они сцепляются взглядами на несколько секунд, чуть ли не сталкиваясь носами, и шерсть на хвосте и ушах омеги потихоньку начинает подниматься. Тэхён смотрит серьезно, слегка нахмурившись и не отводя взгляд, и так же глубоко дышит. Чонгук резко разворачивается обратно и прикрывает глаза, делая прерывистый вдох. Да что же это…       — Да, э-э, теперь просто нажми на «выход» и потом поставь «да», когда попросит разрешение сохранить изменения. — Тэхён отталкивается рукой от стола и отходит на шаг.       Ноутбук перезапускается, и Чонгук видит обои своего рабочего стола и иконку для входа.       — Ну вот, всё работает. Я написал тебе порядок действий. — Альфа берет со стола квадратный жёлтый стикер и протягивает его Чонгуку. — Если будут вопросы, пиши. Не пугайся, что он будет сразу выключаться, если ты вынимаешь зарядку. Это нормально. — Альфа складывает руки на груди и смотрит в сторону двери.       Чонгук хлопает глазами, пробегая взглядом по аккуратным буквам на вручённом стикере, и смотрит на Кима.       — Спасибо. — Он неловко поднимается с кресла и берёт свою сумку, начиная складывать в неё измученную технику. Экран действительно гаснет, как только зарядный провод покидает розетку, и Чонгук хмыкает.       Тэхён молча наблюдает, слегка шевеля ушами, а напряжение с привкусом неловкости, волнения и недомолвок никак не отпускает Чонгука. Интересно, альфа тоже это чувствует?       — Я отвезу тебя домой, — говорит тот, открывая дверь перед омегой, на что второй активно машет головой.       — Не нужно, спасибо, я доберусь. Ты и так мне очень помог. — Омега пытается звучать непринуждённо, но убрать из голоса незваную грусть почему-то не получается.       — Мне несложно, да и как ты…       — Тэхён. Я уеду сам. — Чонгук стреляет в альфу недовольным взглядом, повиливая хвостом, но тут же жалеет об этом. Тэхён просто хочет помочь. — Спасибо, — смягчается омега, когда они подходят к прихожей.       Чонгук самостоятельно снимает с вешалки свою джинсовку и быстро натягивает её, запрыгивая в кроссовки и накидывая на плечи рюкзак. Он смотрит в пол и понимает, что хочет уйти как можно скорее, пока не ляпнул или не сделал ещё чего-нибудь необратимое.       — Чонгук-и, ты уже уходишь? — В его колени врезается выскочившая из комнаты Миён. Она задирает голову и смотрит снизу вверх, хлопая длинными ресницами.       — Да, Мими, мне уже пора. Я был очень рад познакомиться с тобой! — улыбается омега и присаживается, чтобы обнять девочку.       — Ты придёшь заплетать меня в школу? — Мими шмыгает маленьким носиком, и Чонгук в мыслях клянётся, что останется жить в этом доме, если она сейчас расплачется.       — Мими, Чонгук не может приходить сюда каждое утро. У него есть свои дела, — встревает в разговор Тэхён, который стоит рядом, засунув руки в карманы.       — Тогда ты просто придёшь в гости, да? — Миён ещё крепче обнимает Чонгука и трогательно прижимает свои большие ушки к голове.       — Я не знаю, малышка. Может быть, когда-нибудь.       Давать пустую надежду ребёнку совсем не хочется, но и расстраивать — тоже.       — Чонгук-и, ты уже уходишь? — Из-за угла появляется госпожа Ким, а у Чонгука сердце сжимается до размеров горошины. Эти омеги такие потрясающие. — Даже не покушали! — Она с укором смотрит на внука и шутливо ударяет его по плечу всё тем же розовым полотенцем.       — Да, извините, мне уже пора. Спасибо вам. — Чонгук поспешно поднимается и кланяется несколько раз, благодаря женщину.       — Что ты, брось, — машет Ким Джуми. — Тебе спасибо. Такую красивую причёску наша маленькая буря давно не носила.       — Пустяки. — Чонгук смущённо улыбается и смотрит на прижавшуюся к его боку Миён.       — Приходи в гости, мы будем тебе очень рады. — Женщина добродушно виляет хвостом и хитро посматривает на внука.       — Спасибо вам. — Чонгук ещё раз кланяется и отходит к двери, последний раз погладив Миён по макушке.       — Я провожу, — хрипит Тэхён и запрыгивает в свои кроссовки.       Они выходят на улицу, и Чонгук легко улыбается, замечая, как небо начинает розоветь от заходящего солнышка.       — Я видел, где здесь остановка, так что могу сам дойти, — бросает он альфе, когда тот спускается за ним по лестнице. Он не смотрит в глаза Тэхёна, но чувствует, что тот точно хочет что-то сказать.       — Чонгук, — альфа мягко касается его запястья и останавливает, поворачивая омегу к себе, — в чём дело? — Он хмурится и пытается поймать чужой уходящий взгляд.       — М? О чём ты? — Чонгук смотрит под ноги, пытаясь контролировать дёргающийся хвост, и делает вид, что это не он сейчас переваривает внутри себя ревность, грусть, злость, раздражение, отчаяние, тепло и ещё какие-то непонятные чувства.       — Тебя что-то расстроило? Если это из-за Миён, то… — Тэхён отпускает чужую руку, навострив уши.       — Что? Нет! Всё в порядке, — отмахивается Чонгук и натянуто улыбается. — У тебя замечательная семья! Я приятно провел время и спасибо большое за ноутбук. Ты правда спас меня, Тэхён. Но мне действительно пора идти. Пока. — И разворачивается, спеша к дороге и надеясь, что Тэхён не станет его останавливать и продолжать этот диалог.       Альфа этого не делает, но Чонгук ещё долго чувствует на своей спине взгляд и боится обернуться.       Стоя на остановке, омега решает, что хочет поскорее лечь в свою кровать и не желает сегодня больше видеть других людей. Он вызывает такси, наплевав на цену поездки и, что большая редкость, пользуется карманными деньгами, которые бесконечно переводят родители.       Уже смотря в окно машины, Чонгук чувствует, как по щеке плавно скатывается одинокая слезинка. Он не знает, почему вдруг плачет. Просто потому, что это он? Чон Чонгук — гиперэмоциональный, громкий, вредный, обидчивый, ранимый, чувствительный и переполненный любовью к хорошим людям омега. Чон Чонгук, который впервые не может понять, что заставило его нутро так сильно разрываться от самых разных волнующих чувств.       Или всё-таки… кто?