Разбитое зеркало[破碎的镜子]

      Кошмар совсем перестал навещать омегу, но теперь появилась другая проблема.       Тэхён! Этот альфа… Чонгук совершенно не понимает его, о чём он думает, чего хочет. Он слишком непредсказуемый!       С каждым днём становится стыдно смотреть Жун Мэю в глаза. Чонгук ведь, если так подумать, проводит время с его альфой, а это неправильно. По отношению ко всем. Чувство вины съедает изнутри, ковыряется во внутренностях, заставляя ощущать себя самым настоящим подлецом.       Но Чонгук ведь не претендует на Тэхёна, с чего бы ему так переживать об этом?       Просто… Рядом с альфой мозг принца будто отключается и перестаёт функционировать, делая из него какого-то дурака. Демон слишком сильно на него влияет, и Чонгук слаб перед ним. Но омега не признаёт это всё, отрицает до конца, запрещает себе лишний раз думать о мужчине, вспоминать его образ.       Жун Мэй уже и просто так посылает Чонгука в Зал суда. Вот буквально вчера он попросил принца сходить туда и узнать, когда будет суд у одного из омег с третьего этажа. Хотя сам мог узнать это через письмо!       С Тэхёном встречаться не то, что бы страшно… Волнительно. Просто из-за того, что Чонгук не знает, чего от него можно ожидать. Но на самом деле, он никогда в этом не признается, но он хочет снова провести вечер с альфой, как в день суда по случаю драки с Ван Лином. Хочется вновь сыграть для мужчины, выпить с ним чая и просто посидеть рядом, наслаждаясь уютной, согревающей изнутри тишиной, которая залечивает все-все раны.       Демон одним лишь присутствием закутывает в одеяло покоя и умиротворения, в него хочется зарыться поглубже и сидеть в нём днями напролёт…       Постепенно Лофэн погружается в жгучее тепло, солнце дольше стоит в небе, согревает землю и людские души. А Чонгук всё также ходит по выученному наизусть пути пешком… Вы не подумайте, принц приучен к долгой ходьбе, к тяжёлым изнуряющим тренировкам и строгому режиму, но это всё занимает кучу времени, которое принц мог бы тратить на что-то другое.       Например, посидеть, наконец, с Лю Янем, Се Ином и Цзинь Вэем!       — И снова ты пришёл просто узнать, когда будет суд у омеги Дома тысячи бабочек? — вздыхает Тэхён, встречая Чонгука на пороге Зала суда. Он держит руки за спиной и легко улыбается, смотря как к нему поднимается замученный омега.       Он сам не замечает, но как только оказывается рядом с альфой, перестаёт держать лицо.       — Как ты догадался? — наигранно охает принц, следом вздыхая и просто кивая.       — Я приказал сделать полный список, а то омег ещё много, а ходить каждый день и узнавать про одного будет пустой тратой времени, — с этими словами демон вытягивает руку, и на его ладони появляется небольшой свиток. Глаза Чонгука сразу же светиться маленькой радостью начинают.       — Кажется мне, что Жун Мэй найдёт за чем ещё меня послать, — смеётся принц и берёт в руки свиток, — спасибо, это и правда намного удобнее, а то надоело столько времени тратить на дорогу… Будь у меня золотое ядро, можно было бы воспользоваться техникой сжатия тысячи ли, но увы.       — У демонов есть одна техника перемещения, при которой не требуется духовная энергия. Достаточно записать талисманы и вложить в них частицу любой энергии. Если ты хочешь, я могу научить тебя письму, — неожиданно предлагает Тэхён, облизывая губы. В его глазах теплится надежда на то, что омега согласится.       — Правда? Я хочу, — сразу же радостно кивает Чонгук, но потом осаждает себя: — У тебя много работы, не думаю, что будет время на это…       — Если я предложил, значит будет. Вот, возьми, это готовый талисман. Просто подумай о месте, в котором хочешь оказаться, и активируй его, он действует в пределах от Лофэн до моего дворца в Юду, — Тэхён протягивает небольшой тонкий лист бумаги с идеально выведенным иероглифом Чонгуку и смотрит в светлые глаза. Омега, чуть помедлив, принимает вещь. — Приходи в любое время, ты всегда желанный гость как здесь, так и во дворце Байсюэ.       Сердце реагирует на глубокий тембр альфы и слова о желанном госте, кончики ушей, скрытые прядями золотистых волос, краснеют.       — Хорошо, спасибо, Тэхён, — принц улыбается, взглянув на альфу, после чего разворачивается, слегка помявшись. Не хочется так быстро уходить, но оставаться надолго омега не может.       — До встречи, Чжао Ян, — кивает демон и стоит на месте, ждёт, когда Чонгук уйдёт, провожает его. Омега спешно покидает территорию Зала суда, прижимая свиток к груди и пытаясь унять колотящееся сердце, которое только набирает обороты от пристального взгляда цепких глаз, впивающихся в ровную спину.       Чонгук не ожидал, что получит такое приглашение от Тэхёна, но не спешит им пользоваться. Всё никак не может решиться. Каждый вечер он наматывает круги по двору своего дома, пребывая в тяжёлых думах, пытаясь прийти хоть к чему-то.       Мысль о том, что он сможет целый вечер провести в компании альфы, приносит какое-то странное удовольствие и радость, но Чонгук сразу же осаждает себя, стучит по голове и вздрагивает всем телом, будто желая сбросить все эти неправильные мысли.       Так нельзя, Жун Мэй же его друг! Чонгук не может просто так проводить время с тем, кто уже живёт в сердце его близкого человека. Это сродни предательству...       Но омега же не собирается соблазнять Тэхёна!.. И как-либо претендовать на него. Просто с мужчиной приятно проводить время, как с другом!       Да, они просто друзья, ничего более! Чонгук считает его другом, а все эти непонятные волнения и смущение от непривычки.       А Жун Мэй будто специально продолжает отправлять принца в Зал суда. Неужели ему не лучше сходить самому и провести больше времени со своим любимым? Спросить об этом Чонгук не решается.       Омега оттягивает момент как может, но всё же, набирается сил и решает воспользоваться талисманом перемещения, который ему отдал Тэхён, чтобы самому научиться создавать такие.       Чонгук уверяет себя, что это будет просто обычная дружеская встреча. Демон покажет ему технику письма подобных талисманом, и на этом они разойдутся. Ну, может быть выпьют вместе чаю и обсудят что-нибудь в непринуждённой обстановке.       Принц смотрит на талисман, изготовленный на тонком пергаменте, выдыхает и прикрывает глаза, представляя место, в котором ему нужно оказаться. Он не знает, как выглядит дворец Байсюэ, но зато уже был в одном из его залов. Вообразив в голове нужный образ, омега открывает глаза и удивлённо охает, когда видит перед собой проход прямо в зал Цзинчжи! И правда сработало!       Парень улыбается и осторожно шагает в него. Оказавшись в нём, проход исчезает, оставляя после себя лёгкое сияние. Чонгук оглядывается и понимает, что здесь кроме него самого больше никого нет.       «Надеюсь, Тэхён не рассердится», — проносится в голове. Мужчина хоть и сказал, что Чонгук может приходить в любое время, точно имел ввиду не такое появление, но увы, иначе у омеги попасть сюда не получилось бы.       Принц вздыхает и выходит тихо из зала, оказываясь на улице. Увидев необычные красоты, Чонгук застывает с приоткрытым ртом. Снег! Везде лежат мягкие сугробы яркого снега! Удивительно, как такое возможно? Сейчас же последний месяц весны...       Омега острожно сходит с террасы, ступая на землю, покрытую тонким, почти прозрачным слоем белых воздушных хлопьев. В голубых глазах проскальзывает блеск. Чонгук уже хочет пройти дальше, рассмотреть часть двора получше, но тут его окликают.       — Господин Чжао! — никто иной, как Хань Синь, быстро идёт к нему по помосту с другой части двора. Омега выпрямляется и растягивает губы в лёгкой улыбке: — Как Вы здесь оказались?       — Твой Господин одолжил мне талисман перемещения, — принц показывает уже недействительный пергамент, потерявший вложенную в него силу. Хань Синь понимающе мычит и кивает.       — Вот как. Его Величества сейчас нет во дворце, я сообщю ему о Вашем приходе. Вы можете прогуляться по дворцу, здесь много красочных мест.       — Правда? — Чонгук удивляется такому предложению, но отказываться не думает. Даже отсутствие Тэхёна его не сильно расстраивает. — Хорошо.       — Если вдруг потеряетесь — просто позовите меня, — Хань Синь кланяется ему и удаляется. Принц кивает и решает пойти дальше. Удивительно то, что ему позволенно самостоятельно бродить по владениям Демона Душ.       Чонгук подходит к сугробу в тени под высокой стеной и наклоняется, набирая в ладонь немного снега, и глаза его поражённо расширяются. От него не исходит холода! Принц растирает снежинки, что стремительно таят на коже пальцев и охает. Немыслимо. Такого чуда Чонгук ещё не видовал. Снег, который не приносит с собой холод...       Наверное, это следствие какого-то заклинания, иначе принц не может объяснить сие явление.       Чонгук выпрямляется, вытирает влагу с ладони о рукав ханьфу и идёт дальше, решая как следует осмотреть окресности. Территория дворца Байсюэ огромна, обойти её всю не получится, но вот малую части удастся. Пока Тэхён занят, омега прогуляется.       Множественные постройки, выполненые в одном строгом стиле, приковывают взгляд. Одинаковая чёрная черепица, мосты, перекинутые через покрытые тонким слоем льда озёра, ведут в разные части, клубы снега лежат повсюду, деревья, богатые яркой листвой придают дворцу жизни, а в сочетании с зимним пухом заставляют восхититься видом.       Омега любуется всем этим, ходит медленно по выложенным дорожкам, здоровается со снующими туда-сюда слугами, занятыми работой, и чувствует такую небывалую лёгкость, от которой танцевать хочется. Вмиг все проблемы становятся размером с малюсенькую горошину, недостойную внимания.       Блуждая по неописуемому внутреннему двору Чонгук натыкается на ограждённую стенами местность. Он заинтересованно заглядывает за округлую арку, а когда замечает скопление пышных персиковых деревьев, глазам своим поверить не может.       — О, Небеса, — вдыхает он изумлённо, прикрывая рот ладонью. Глаза жадно всматриваются в прекрасные деревья, ветви которых ломятся от множества дивных, словно написанных художником, плодов. Листья и созревшие персики, покрытые лёгким слоем снега, приковывают внимание, дары природы так и манят своим видом и тонким фруктовым ароматом.       Неподалёку стоит замёрзшее озеро, через которое переброшен мост, ведущий в новую, не менее интересную часть двора, но Чонгук не может оторвать взгляда от сказочных персиковых деревьев.       Омега подходит к ним ближе, рассматривает богатые на плоды ветви, выбирает взглядом фрукт и осторожно срывает его. От движения ветвь отскакивает, дрожит, и с листьев мигом падают хлопья снега, приземляясь точно на Чонгука. Он слегка ёжится, стряхивает с волос снежинки и очищает персик от тающих крупинок.       Принц, не задумываясь, кусает мягкую плоть, и в ту же секунду мычит, и вытягивает голову вперёд, не ожидая того, что фруктовый сок польётся прямо по лицу и рукам. Необычайно сочный персик прыскает содержимым на ханьфу. Сладкая жидкость течёт по подбородку вниз по шее и от ладоней до самых локтей. Чонгук совсем не ожидает, что этот персик окажется настолько сочным!       Омега тихо вздыхает, облизывает губы и стирает ладонью сладкие дорожки на шее, слегка дуясь. Ну вот, теперь нужно найти где-то воду и смыть всё это.       Но это позже, фрукт-то, очень сладкий! Не будет же Чонгук просто выкидывать лакомство. Откусив ещё кусочек, омега довольно улыбается, но потому вдруг застывает и немного хмурится, заподозрив что-то не ладное.       Сердце ёкает, падает вниз к желудку и подпрыгивает резко вверх.       Чонгук с опаской оборачивается и видит Тэхёна. Тот, столкнувшись с ошеломлённым и напуганным взглядом омеги, теряется на мгновение и быстро отворачивается, будто застукал Чонгука за чем-то непристойным.       Принц сразу же закашливается, подавившись остатками персикового сока во рту. Он сгибается, закрывая рукой, пытаясь подавить смущённый кашель. Как же стыдно!       Тэхён стоит к нему спиной и ничего не говорит. У него в голове перекати-поле пролетает. Перед глазами стоит весьма соблазнительная картина. Альфе докладывают о прибытии Чонгука во дворец, он спешит вернуться и находит омегу в этом саду, но заметив, что тот срывает персик, замирает, не в силах окликнуть его.       О, Небеса, как же греховно выглядит принц, когда по его подбородку и шее стекает сладкий сок персика. Эти капли быстро скрываются под одеждой, прячась там, куда мужчине доступ запрещён. И обнажённые запястья, на которых удобно располагаются нефритовые браслеты, тоже приковывают взгляд сражённого наповал Тэхёна.       Демон стискивает челюсть и прикрывает глаза, прогоняя всё это из своей головы, прочищая горло и поворачиваясь к переставшему кашлять Чонгуку. Тот весь раскраснелся. Сердце, не жалея, барабанит по рёбрам.       Омега так неуклюже и неподобающе выглядел, когда наслаждался этим фруктом, а Тэхён наблюдал за ним всё это время!       — Я… взял без разрешения, прости, — подаёт голос Чонгук, пытаясь придать своему лицу невозмутимый вид, но горящие смущением глаза выдавают его с головой.       — Нет, не извиняйся, — хрипло звучит в ответ, — можешь делать всё, что угодно, тебе не нужно моё разрешение.       Между ними витает лёгкое напряжение, которое омега никак не может охарактеризовать. Он весь мелко дрожит от накатившего смущения.       — … Если ты закончил, то можем пройти в зал для письма, — спустя пару секунд молчания добавляет Тэхён, прочистил горло. Он не знает, как разбавить обстановку.       — А! Д-да, конечно, — принц бросает взгляд на персик, который не успел доесть, быстро откусывает остаток, бросает косточку, а потом чуть ли не спотыкается о собственное ханьфу, издав тихий писк.       Чонгук подхватывает ткань и быстро подходит к Тэхёну, не отводящему от него взгляд. Их глаза сталкиваются. Альфа смотрит на забавное выражение лица омеги, который быстро пережёвывает фрукт. Чонгук выглядит сейчас необычайно мило.       Омега же, выпучив свои большие голубые глаза, быстро отворачивается, избегая зрительного контакта. Он чуть ли не икает от стыда.       Ну почему именно перед Тэхёном он всегда предстаёт в таком нелепом свете?!       Дурак, дурак, дурак!       Они идут молча, каждый погружён в свои мысли. Мужчина вот выглядит совершенно спокойно и невозмутимо, хотя внутри него сущность бьётся в конвульсиях сдерживаемого желания.       Тэхён ведёт его к отдельной постройке огромной библиотеки, сравнимой по размеру с Домом тысячи бабочек. Светлое просторное помещение прямо располагает к учёбе, но честно, Чонгуку вообще сейчас не до этого, он хочет сбежать отсюда подальше и покричать в подушку.       Ему с Тэхёном ещё несколько часов быть наедине! Омега точно просто в обморок свалится.       Демон выходит к отдельной комнате с открытыми большими окнами, открывающими вид на возвышающиеся горы, частично скрытые облаками. Принц бегло осматривает место для работы: столик на возвышенности, две подушки для сидения, по бокам стоят полки с нужными для письма вещами, а на самом столе покоится подставка для каллиграфических кистей.       — Можешь умыться, если нужно, — произносит низко Тэхён, указывая на маленький ручей. Чонгук быстро спускается с террасы и отмывает руки и шею от липкого слоя фруктового сока. После этого омега возвращается в комнату и садится на свободную подушку по правую сторону от альфы. Тот успевает разложить письменные принадлежности и ждёт, когда принц присоединиться к нему.       — Думаю, мне не нужно рассказывать принцип написания, ведь ты и так это знаешь, — прокашливается Тэхён. Он отгоняет всё ненужное и берёт кисть в руку. Чонгук просто кивает, не в силах произнести и слова.       Демон обмакивает кисть в чернила и приступает к письму. Ворс порхает по пергаменту, выводит идеально ровные штрихи, по которым сразу можно определить уровень мастерства альфы. Чонгук засматривается, находя это зрелище завораживающим.       Поставив последний элемент, мужчина откладывает кисть на подложку, берёт талисман в руку и направляет в него часть своей демонической энергии. Выведенный иероглиф на секунду загорается, словно впитывая в себя силу, после чего потухает.       — Довольно просто. Так как ты уже длительное время прибываешь в Лофэн, в тебе уже есть часть демонической силы. Но не пугайся, в ней нет ничего плохого, — уверяет омегу Тэхён и поворачивает талисман лицом к Чонгуку, чтобы тот смог получше рассмотреть все черты.       — Хорошо, я понял, — мычит понимающе Чонгук, убирает длинный рукав в сторону, обнажая руку до середины предплечья, и берёт кисть.       Кое-как удаётся унять дрожь в пальцах, принц сосредотачивается и начинает выводить нужный иероглиф, подсматривая в готовый талисман мужчины. Поставив последнюю черту, омега откладывает кисть на подставку и, прежде чем влить в бумагу имеющуюся в нём демоническую энергию, протягивает Тэхёну, чтобы тот проверил.       Альфа ухватывается за другой край талисман, и их пальца неожиданно соприкасаются. Чонгук, как ошпаренный, одёргивает руку и прячет взгляд, чувствуя, как кожу покалывает. Даже такое лёгкое, невесомое и секундное касание заставляет его сущность трепетать. Принц трогает другой ладонью пальцы, спрятав их под столом и пытается унять бушующееся сердце.       Тэхён никак не реагирует на это, подносит бумагу ближе и проходится по ровно выведенному иероглифы взглядом.       — Здесь другая черта, — демон поворачивает к Чонгуку его талисман и показывает, где тот допустил ошибку, — попробуй ещё раз.       — Хорошо, — выдыхает омега. Он выпрямляется и пишет новый талисман, стараясь учитывать прошлую ошибку.       Так происходит несколько раз. Чонгук просто не может сосредоточиться на письме. Вообще никак. Всё мешает. Никак неунимающееся сердце, сущность, необычно активно проявляющая себя, эта мелкая дрожь в теле. Этот мягкий Тэхён, сидящий рядом, витающий по комнате уже знакомый аромат… Чонгук такими темпами просто сойдёт с ума.       Он отчётливо чувствует, что между ними есть какая-то недосказанность, напряжённость и смущение. Принц не знает, как реагировать на всё это.       — Чжао Ян, ты находишься где-то не здесь, — не выдерживает Тэхён и обеспокоенно всматривается в лицо омеги. Кажется, ему неуютно. Ему не хочется, чтобы тот чувствовал себя некомфортно рядом с ним. — Расслабься. Может ты голоден? Выпьем чай?       — От чая я бы не отказался, — соглашается Чонгук и поднимает взгляд. Он смотрит в глаза альфы пару мгновений, и напряжённые плечи расслабляются. В голове постепенно появляется белый шум.       Тэхён кивает, говоря, что чай принесут через несколько минут.       — Давай я покажу тебе, как нужно.       С этими словами Тэхён придвигается ближе к Чонгуку, садится плечом к плечу и обхватывает мягко его ладонь своей. Омежье сердце замирает. Он затаивает дыхание и краем глаза смотрит на профиль альфы. Тот обмакивает кисть, что принц уже держал в руке, в чернила и подносит к бумаге, начиная писать. Демон управляет Чонгуком, говорит о том, какие особенности нужно запомнить, а омега ничего не слышит.       Он смотрит на Тэхёна, ощущает тепло его ладони на своей и ни о чём думать не может, хочет лишь откинуться на него, уложить голову на сильное плечо и закрыть глаза. Собственное желание пугает.       Закончив писать, мужчина отпускает ладонь омеги из плена, и только тогда Чонгук приходит в себя.       — Понял? — спрашивает тихо Тэхён, улыбнувшись. Кажется, мозг омеги отключается.       Вновь эта невероятно нежная, мягкая улыбка, от которой по спине бегут мурашки. Хочется вечность смотреть на неё. На Тэхёна.       — Да, — врёт и не краснеет Чонгук.       — Ну вот ты и улыбнулся, — довольно произносит альфа и, не сдержавшись, убирает вьющуюся прядь светлых волос с лица принца. Тот улыбается шире и отводит взгляд, не находя ответа.       Их прерывает вошедший слуга с подносом чайного набора в руках. Он оставляет всё нужное на столе и удаляется.       Чонгук, более не чувствуя такого яркого стыда от события, произошедшего не так давно, заваривает чай, после чего создаёт правильный талисман.       — Теперь сосредоточься на своём теле, найди ту нить демонической энергии и направь в талисман, — говорит Тэхён, смотря за тем, как Чонгук выдыхает и прикрывает на время глаза, держа в руках талисман.       Открыв глаза, принц направляет два пальца к талисману и прямо чувствует, как поток льётся по меридианам и попадает точно в бумагу. Та впитывает её, светится и потухает.       — Получилось! — улыбается довольно Чонгук и сразу смотрит на Тэхёна. Тот кивает, радуясь за успех принца.       Демон заводит непринуждённую беседу за чаепитием, делится с Чонгуком некоторыми моментами из жизни дворца Байсюэ, отвечает на интересующие омегу вопросы и любуется им. Наслаждается этим днём и даже не скрывает. Просто не может.       А Чонгук сам не замечает, как отпускает себя и расслабляется в компании альфы, проявляет открыто свои эмоции и даже не догадывается, что к необычно терпкому запаху добавляется нежный и цветочный.       Лилия.       Чонгук даже не догадывается, как выглядит в глазах Тэхёна. Альфа готов просто часами наблюдать за принцем, смотреть в его яркие, сияющие чистотой глаза. Сердце болезненно нежно щемит в груди.       — Чжао Ян, — тихо зовёт его и достаёт из рукава что-то интересное. Чонгук любопытно смотрит на него. — У меня есть подарок для тебя.       — Подарок? — удивлённо произносит омега, даже не скрывая своего волнения. Тэхён от этого улыбается и подносит ладонь ближе к принцу, показывая золотую длинную серьгу с месяцем, половиной цветка и голубоватыми драгоценными камнями. У Чонгука перехватывает дыхание. — Как красиво... С чего вдруг? — поднимает заинтересованные глаза, поймав мягкий взгляд мужчины.       — Просто увидел и сразу подумал о тебе, решил, что тебе подойдёт, —произнёс тихо, слегка улыбнувшись. Чонгук чувствует, как сердце пропускает удар. Он осторожно берёт ювелирное изделие в руку, восхищённо рассматривая.       — А почему одна?       — У демонов принято носить по одной.       Чонгук понимающе мычит, а потом аккуратно откладывает подарок на стол и быстро снимает свои серьги с ушей, после чего вслепую надевает украшение на левое ухо. Тэхён с замиранием сердца наблюдает за этим, сжимая пальцы в кулак.       Принц так легко принимает его подарок...       Даже не догадываясь о его значении.       — Мне нравится. Спасибо, Тэхён, — слова сочатся из самой груди, из самых потайных уголков. — Я рад, что мы стали друзьями.       Уголок губ альфы дёргается вверх, и он кивает, смотря на подаренную им серёжку, покоящуюся теперь в мочке уха омега.       Через час Чонгук покидает его, неустанно благодаря за помощь с написанием талисманов и за чудесный подарок. Тэхён не может насмотреться на счастливого принца, глаза которого светятся тысячами звёзд.       Демон чувствует, как годами терзающая его тьма, боль и груз бесконечного чувства вины и сожаления, покидают его, давая дорогу щемящему в груди теплу, возвращая к жизни.       Тэхён ещё долго сидит в библиотеке за столом, рассматривает неудавшиеся талисманы Чонгука, прокручивает в голове этот день и то и дело трогает свою серьгу с месяцем в правом ухе.       Осколок зеркала мелко вибрирует теплом, и мужчина знает, что где-то в доме Фэнхуан Чонгук испытывает трепетную радость и лёгкость.