Чему не учат в универе

Антон проснулся в шесть утра — очень рано для воскресения, по его меркам. Действие обезболивающего давно прошло и ожог напоминал, что он все еще на месте. Но, слава богу, болел не так сильно как вчера, но достаточно ощутимо. Антон решил спокойно принять душ без сопроводительных наставлений, поэтому пошкандыбал в ванную. Как хорошо, что растительность на лице пока еще буйно не росла, и брился он раза два в неделю, поэтому сначала почистил зубы. После Шастун только успел залезть в ванну и в этот же момент, он услышал голос Арсения Сергеевича из-за двери. — Антон, ты там не слишком долго намывайся, ты же не забыл, что тебя утром кое-какие процедуры ожидают, — напомнил учитель. Это было так неожиданно, что Антон дернулся и рукой задел и включил кран с холодной водой, которая хлынула на него мощным потоком. От такого сюрприза парень вскрикнул и подскочил, обрушивая полочку с гелями-шампунями в ванную. Грохот стоял знатный. Арсений быстро монеткой открыл замок двери и увидел полный бардак. А как вишенка на торте, посреди всего этого безобразия сидел Антон, которого щедро поливала вода из душа. — Ну и что ты тут устроил? Зачем разгромил мне ванную? И повязку намочил! — сердито начал отчитывать Арсений. — Давно по заднице не получал? Антон сидел в ванной не шевелясь, шокировано уставившись на Попова. Он и сам не ожидал от себя такой подставы. В голове от испуга был вакуум. И, видимо, нервная система решила сдать позиции, поэтому слезы начали наворачиваться на глаза. «Фу, как девчонка-малолетка, не хватало еще разревется перед этим демоном! Это будет финиш» — подумал про себя Шастун, смаргивая слезы и благодаря всех богов, что из-за душа это было незаметно. — Я тут немного не поместился. Вечно всё делают для карликов, а таким выдающимся личностям, как я, приходится туго, — попытался объяснить ситуацию Антон. — Спасибо, что не убился, а то действительно такой длинный труп было бы проблематично спрятать, — понимая абсурдность ситуации, начал успокаиваться учитель. — Давай, я помогу снять повязку и нормально примешь теплый душ. Под горячим погреться не удастся, тебе нельзя. Антон стыдливо прикрылся полотенцем и выключил воду. Он уже изрядно замерз, но старался не показывать, что зубы стучат. Арсений быстро отлепил повязку, собрал все бутылки с гелями-шампунями со дна ванны. — Помочь голову помыть? — добродушно спросил учитель. — Включай теплую воду и купайся, только не долго, тебе можно по-быстрому принять душ, а не откисать под водой часами. — Я сам справлюсь, спасибо. И извините, господин учитель, что я приношу Вам одни неприятности, — проговорил смущенно Антон. — Я видел, как ты сам можешь. Пожалуйста, не разрушь мне тут ванну до основания и не задерживайся, — сказав это, Арсений вышел из помещения. Антон быстро вымылся, пользуясь все тем же Кря-Кря. Решил не заморачиваться и голову помыл им же. Вовремя вспомнил, что растирать полотенцем нельзя ожог, поэтому вытерся не до конца. Как же не хотелось идти в комнату на экзекуцию, но причин оставаться в ванной уже не было. Поэтому собрав всю смелость в кулак, Антон поплелся в комнату. — Почему волосы не высушил? — сразу же поинтересовался Арсений-заботливый-папочка-Сергеевич. — Я же оставил фен на тумбочке. — Простите-извините, не увидел, бес глаза замылил, господин-учитель, — начал валять дурака Антон, чтобы только не показать, как ему было больно. — Пойдем, сейчас высушим, — и Арсений аккуратно подтолкнул Антона обратно в сторону ванной комнаты. После Арсений Сергеевич показал на диван. — Ложись. Что сначала будем делать перевязку или уколы? Права отказаться у тебя нет. Так что выбирай. — Тогда перевязку, — пытаясь отдалить неизбежное, пробормотал Антон. Арсений-профессионал-во-всем-Сергеевич аккуратно наложил новую повязку. Антон только пару раз не сдержал тихий стон боли. — Так, а теперь поворачивайся и снимай трусы. Арсений уже подготовил шприцы с лекарством, пока Антон забавлялся в ванной. Поэтому сразу же приступил к делу. Антону показалось, что сегодня уколы были болезненнее, потому как слезы выступили еще в начале процедуры и ему пришлось закусить уголок подушки, чтобы не орать. Он с ужасом думал, как он будет терпеть их вечером, если сейчас уже казалось, что задницу прижгли каленым железом и на ней нет живого места. — Вот и все, молодец. Можешь одеваться и полежать немного после уколов. Потом позавтракаем. Надеюсь, ты любишь блинчики, — с этими словами Арсений-заботливая-сволочь-Сергеевич удалился на кухню. Антон только сейчас почувствовал запах жареного теста, ранее было не до этого. Живот сразу же напомнил о своем существовании недовольным бурчанием. Буквально через десять минут Арсений-я-накормлю-всех-Сергеевич принес поднос с восхитительными блинчиками, сметаной, двумя видами джемов и чашкой ароматного чая. Антон даже улыбнулся от такой картины. Но немного скис, когда понял, что ему нужно будет сидеть на изрядно болящей жопе. — Попробуешь сесть или покормить тебя в лежачем положении, — заботливо предложил Арсений. — Я сяду, — морщась и мысленно посылая учителя в ад с его правильностью и обязательностью в выполнении всех предписаний лечения, Антон с горем пополам сел немного бочком. Завтрак был действительно на высоте. Они даже вели легкую беседу на тему «Чудеса света». Как оказалось, Арсений Сергеевич изучил эту тему вдоль и поперек, но и Антон не пас последних, поэтому разговор получился занимательным. Арсению пришлось признать, что студент неплохо разбирается в вопросе скульптуры и архитектуры, даже процитировал несколько предложений из литературных произведений, где упоминалось то или иное чудо света. У Антона была шикарная память. Попов еще раз пожалел, что из-за своей некомпетентности в первые дни своей карьеры упустил такой самородок. Завтрак затянулся больше чем на час. Арсений подхватил поднос с посудой, унес его на кухню, предоставив Антона самому себе. Шастун открыл телефон и решил написать Сереже несколько строк. Матвиенко в сети не было, поэтому он решил отложить рассказ о своих «приключениях». Позвонил родителям. Мама почему-то не ответила, а папа как-то отвечал невпопад. Поэтому Антон быстро распрощался передал приветы и отключился. «Он что, не в настроении? Или я позвонил не вовремя? » — подумал расстроено Антон. — «Ладно, надеюсь, у них все в порядке.» Было скучновато. Телевизор студент включить не решался, поэтому взял свой рюкзак и достал оттуда материалы, которые нужно будет подготовить на понедельник. Арсений-я-всех-научу-Сергеевич любезно снабдил ими еще в пятницу. Как знал дьявол. На понедельник нужно было написать развернутый конспект урока для пятого класса. Только вот как его писать у студента не было ни малейшего представления. Он исправно посещал все лекции по методике преподавания. Но то ли препод не хотел объяснять, то ли Антон невнимательно слушал, витая в облаках, а то и вовсе две ситуации вместе. Вот почему Антон постарался внимательно изучить теорию, чтобы потом написать хоть что-либо. Примерно в тот момент, когда студент был готов сдаться, потому что все было непонятно, рассказывалось в общем и без примеров, в комнату заглянул Арсений. Он удивился, потому что думал, что Антон или спит, или играет в телефон, но никак не ожидал увидеть читающего распечатки Шастуна. — Чем занимаешься? Помощь нужна? Если что-то непонятно, спрашивай, — любезно предложил Попов. — Ну, мне не совсем понятно, как должен выглядеть развернутый конспект урока, — аккуратно попробовал закинуть удочку студент. — Ты что, пары методики прогуливал? — подозрительно спросил учитель. — Так в том-то и дело, что не прогуливал. У меня нет ни одного пропуска в этом семестре, — ответил студент. — Я даже когда болел приходил в универ. Но, к сожалению, у меня нет этого в конспектах, а здесь слишком расплывчато написано, господин учитель. — И чему же вас там учат? — вздохнул учитель, присаживаясь к Антону. — Ладно, я тебе сейчас все объясню подробно. Чтобы тебе было удобно записывать, давай я тебе поставлю сюда столик для завтраков. В течение часа Арсений-учитель-от-Бога-Сергеевич рассказал все то, что им должны были рассказывать на протяжении семестра. И все было в доступной и понятной форме с примерами и пояснениями. — О, теперь я понимаю то, что написано в распечатках, — улыбнулся Антон. — И скорее всего теперь смогу написать конспект более-менее адекватный. Мне же можно воспользоваться этим столом и стулом, чтобы попробовать выполнить Ваше задание на понедельник? Мне же сегодня уже можно не лежать все время? — спросил он вежливо. — Ну, я думаю, немного умственной деятельности тебе не повредит. Но давай договоримся, что как только ты почувствуешь малейшую усталость, ты сразу ложишься и отдыхаешь. Ты меня понял? И еще пей воду периодически. Вот бутылка со стаканом, — Арсений Сергеевич указал на угол стол. — Хорошо, спасибо Вам, Арсений Сергеевич. Но не стоит так переживать, я не стеклянный, — смущенно проговорил Антон. Он сел за стол, поморщившись. Все-таки было пока еще больновато. Антон стоически приступил к работе. Он успел написать начало, разминку и даже часть основной части, как Арсений потребовал, чтобы он прервался на отдых. — Ну а вдруг я забуду то, что наметил написать, — запротестовал Антон. — Ничего не знаю, сейчас ты принимаешь горизонтальное положение минут на тридцать, а потом посмотрим, — строго сказал учитель, не слушая возражений Шастуна. Через полчаса Арсений принес легкий перекус, после которого Антон опять засел за работу. Арсений действительно удивился. Если честно, то он считал Шастуна не слишком прилежным студентом. Поэтому видеть эту ситуацию было полнейшим сюрпризом для него. Спустя час, когда уже время подходило к обеду, Арсений решил проверить то, что написал Антон. — Давай я посмотрю, а потом мы будем обедать, — потребовал он. — Нет, я не могу Вам сейчас отдать, я еще не закончил, а это будет не очень хорошо, потому что Вы будете делать замечания, что у меня этого нет или другого, — воспротивился Антон, откладывая тетрадь подальше от учителя. — Ладно, тогда откладывай свою работу, сейчас пообедаем. Обед прошел тоже в обсуждении проекта. После него Шастун обдумывал идею, как уломать учителя отпустить его домой, потому как хотелось улизнуть от вечерних уколов. — Арсений Сергеевич, а Вам не кажется, что я у Вас загостился. Мне право неловко, что я стесняю Вас, объедаю. Вам приходится тратится на меня, проводить со мной свое свободное время. А Вы бы могли потратить его более плодотворно, если бы я не свалился Вам на голову, — начал издалека Антон. — Антон, что ты хочешь? Что это за прощупывание почвы? — подозрительно поинтересовался Арс. — Мне, по-моему, пора домой, — прямо сказал Шастун. — Мне стало намного лучше. Ожог уже не болит, я даже могу терпеть без медикаментов. Вы же сами видели, когда перевязывали, что хуже не стало. Даже не так уже опухло, — уговаривал Антон. — Тебе что-то не нравится тут, что ты домой рвешься? А вдруг тебе плохо станет, что будешь делать? А так ты под присмотром. — Мне у Вас очень нравится, но мне жутко неудобно, — правдоподобно играл стесняшку Антон. — Почему мне должно стать хуже? И потом, у меня нет одежды для завтрашнего похода в школу. — Хорошо, уговорил, я тебя отвезу вечером, но перед этим сделаю тебе укольчик антигистаминный и может быть еще обезболивающее, — поставил условие Арсений Сергеевич. — Посмотрим на твое состояние, ну и поужинаем. — А может давайте уже заменим таблетками? Ну пожалуйста, мне уже правда лучше, — продолжал торговаться Антон. — Все с тобой ясно, — вздохнул учитель. — Ты просто решил сбежать, потому что боишься уколов. Но должен тебе напомнить, это — воспитательный момент. — Что может быть воспитательного в болящей жопе?! — довольно эмоционально воскликнул Антон. — Успокойся, попей воды, ты слишком разнервничался, — спокойным голосом сказал учитель. — Извините, — студент виновато опустил голову. — Можно мне продолжить работать над конспектом? — Можешь, только недолго. Полчаса, а потом у тебя по графику дневной сон. Антон, закатив глаза, встал с дивана и сел за стол. После обеда работа не очень быстро писалась. Поэтому он не успел дописать, как учитель уже вошел в комнату. — Ну, как дела, может уже дашь почитать свой опус? — поинтересовался учитель. — А сам пока ложись отдыхать, хватит напрягаться. — Я еще не закончил, дайте мне еще полчасика, — проныл Антон. — Значит позже закончишь, хватит выделываться, — строго прервал нытье Арсений. Антон неохотно сложил все материалы в папку и улегся на диван. Он сразу же уснул, хотя думал, что не сможет спать вообще. Когда Арсений заглянул через десять минут, Антон мило сопел, укрывшись практически с головой. Мужчина в это время решил поработать, у него наконец-то выдался свободный час. Арсений, чтобы содержать такую квартиру и себе любимому ни в чем не отказывать, был совладельцем переводческого бюро с необычным названием «Tradukinto». С эсперанто это переводилось как «Переводчик». Компания приносила очень хороший доход, она была аккредитована и сотрудничала с таможней. Бюро занималось переводами, начиная от документов и заканчивая художественной литературой. Арсений Сергеевич знал не только русский язык. Он свободно говорил на немецком и английском, об этом позаботились его родители. Поповы были довольно состоятельными людьми. Они вложились в сына достаточно, чтобы дать ему блестящее образование. У него было несколько репетиторов иностранцев, поэтому немецкий и английский Арсений знал в совершенстве. Но поступил он, вопреки ожиданиям родителей, в педагогический вуз на факультет русского языка и литературы. Арсений учился на бюджете и закончил с красным дипломом МГУ. Родители очень хотели, чтобы сын работал или где-нибудь заграницей переводчиком или в Москве. Но Арсений решил сам пробиться. Профессию переводчика он сначала воспринимал как свое будущее. А потом, когда ему блестяще удалось подготовить сына друзей родителей к поступлению, он решил, что ему очень нравится преподавание. Тем более в этой профессии он в полной мере реализовывал свое желание доминировать, обучать и общаться. Единственное, что печалило Арсения так это то, что в школах отменили телесные наказания. Тогда бы бе сомнений его работу можно было назвать идеальной. После университета он с удовольствием пошел работать в школу учителем русского языка и литературы. Тем более в этом же учебном заведении уже работал его друг, с которым они хоть и учились на разных направлениях, но в одном вузе и часто пересекались — Павел Воля. Что же касается переводческого бюро, то они ее организовали вместе с другим другом — Антоном Захарьиным, когда оба были на четвертом курсе, когда захотели самостоятельности. Сначала это была маленькая компания, которая хваталась за любую работу. Затем, благодаря связям и поддержке родителей Попова, компания стала известна и начала приносить немаленький доход. Пришлось расширяться, так как заказов становилось все больше и больше. Они наняли еще несколько сотрудников, которые владели другими языками. Сейчас компания «Tradukinto» спокойно могла профессионально переводить на пятнадцать языков и это не предел. Поэтому Арсений в свободное время занимался переводами и вел документацию предприятия. На деньги от бюро он купил себе машину, сделал ремонт в квартире, которую ему на двадцать первый день рождения подарили родители. И теперь мог довольно многое себе позволить. Сейчас он не столько времени посвящал переводам, как в начале. А в школе он работал, потому что это было как хобби. Мужчине нравилось воспитывать грамотных, знающих этикет и умеющих поддержать беседу людей. Ему написали, что требуется перевод для очень солидной компании. Руководство просило, чтобы Арсений сделал его сам. Попов просмотрел документы. Текста было немного. Требовался перевод на немецкий. С такой работой Арсений справился за час. Отослал файлы в бюро, заполнил еще некоторые документы и дал распоряжения. За работой он не заметил, как прошло практически три часа. Стрелка часов доходила до пяти вечера. Арсений пошел на кухню, чтобы приготовить ужин. Было решено пожарить мясо, которое он замариновал еще в обед, и подать его с отварными соцветиями брокколи под сырным соусом. Ужин был готов через сорок минут и доходил в духовке. Арсений нарезал салат из свежих листьев салата и помидоров черри с оливками. После этого подготовил шприц с лекарством и пошел будить Антона. Попов понимал, что сейчас начнется опять выступление драматического актера, но все-таки решил сделать последний укол. — Антон, вставай, уже шесть. Что ты ночью будешь делать? — тихонько потряс за плечо Арсений. Парень сквозь сон застонал, потому как неудачно повернулся и задел ожог. Но тут же открыл глаза и уставился на Арсения Сергеевича. — Сильно болит? — Нет, совсем не болит, — поморщившись, сказал Антон. — Ну да, я вижу, — тяжело вздохнул учитель. — Ложись на живот и приспусти белье. Давай, если ты не будешь сейчас капризничать и пререкаться, то мы сделаем последний укол. А все остальное лечение продолжим в таблетках. Хорошо? Антон спросонья не совсем еще понимал, что происходит, поэтому без слов перевернулся на живот, спустил трусы и тут же начал засыпать. Но когда почувствовал как вошла игла и лекарство начало сводить и тянуть мышцу, то проснулся окончательно и, не удержавшись, застонал. — Ну зачем? Бо-о-о-ольно, — заскулил Антон. — Ничего, можно и потерпеть. От тебя не убудет, — отозвался Арсений-садист-Сергеевич. Антон обиженно засопел и отвернулся к стене. — Все, готово. Одевайся, — наконец закончил учитель. — Теперь смотри: эти таблетки нужно принимать дважды в день после еды обязательно. Это чтобы предотвратить инфекцию и убрать отек. А это — обезболивающее, его можно принимать по необходимости, но не больше трех таблеток в сутки. Это понятно? — серьёзно уточнил учитель. —Может тебе еще уколоть обезболивающее? Оно все-таки сильнее таблеток. — Нет, спасибо. Мне уже лучше. А теперь мне можно домой? — спросил Антон. — Сначала мы поужинаем. Что я зря готовил? Сейчас принесу, — с этими словами Арсений-сейчас-мы-вас-накормим-Сергеевич вышел из комнаты. Буквально через пару минут он принес ужин. Увидев брокколи, Антон скривился. — Не нужно тут корчить недовольную рожу. У тебя сбалансированный ужин, так что вперед, чтобы все съел, — строго сказал Арсений, увидев гримасу Шастуна. На вкус все оказалось выше всяких похвал, но для виду Антон еще погримасничал немного. После ужина парень начал собираться домой. — И что тебе не сидится здесь? Тебя кормят, за тобой ухаживают, следят за твоим распорядком. Что тебе еще не хватает? — сокрушенно спросил учитель, тоже начиная собираться. Антон предпочел не отвечать. Они вышли из дома и сели в машину. Антон сел рядом на переднем сидении. Когда они почти подъехали к дому Шастуна, студент, помявшись, подал голос: — Да, и Арсений Сергеевич… Можно задать вопрос? Только Вы сердиться не будете? — нерешительно начал парень. — Ты меня заинтриговал. Я никогда не видел тебя таким нерешительным. Спрашивай, — милостиво разрешил Попов. — А сколько я Вам должен за лечение, за еду и прочие сопутствующие расходы? — тихо спросил Антон. — По-моему, я уже тебе отвечал на этот вопрос. Нисколько. Ты меня не объел и я могу позволить себе немного поухаживать за тобой. Так что не волнуйся, — успокоил его Арсений. — Но мне не удобно, — попытался возразить Антон, но его тут же перебили: — Ничего через пару дней все пройдет и будет удобно. И хватит об этом. Мы приехали, — закрыл тему Арсений Сергеевич. — Значит так, сейчас заходишь домой, собираешь рюкзак на завтра и ложишься отдыхать. Можешь на завтра не учить материал. Завтра жду тебя в школе. И пожалуйста, аккуратней с бытовыми приборами. Иначе мне придется поселить тебя у себя, чтобы ты не причинил себе вред, — продолжал давать наставления Арсений-тошнила-Сергеевич. — Да, сэр. Все сделаю, сэр. Конечно, сэр, — начал паясничать Антон. — До свидания, господин учитель. Вы тоже аккуратнее на дорогах. Спокойной ночи. С этими словами Антон быстро скрылся в подъезде. Fortsetzung folgt…