Чему не учат в универе

Урок пролетел неожиданно быстро для Шастуна. Антону было не по себе опять ехать в больницу. Тем более он до сих пор боялся снимать повязку, потому что там, очевидно, было не совсем все хорошо. Рана болела и иногда даже дергала. На бинте появились со вчерашнего дня бурые пятна. Явно, вчера ему основательно прилетело от тех мелких пакостников. После уроков Арсений с Антоном вышли из здания школы и, усевшись в автомобиль, поехали в филиал ада на земле — в больницу. Как обычно, за стойкой регистрации их поприветствовала улыбающаяся девушка, сверила данные о назначенном приеме и пригласила пройти к кабинету и подождать немного, потому что они приехали раньше назначенного времени. Антон нервничал так, что у него вспотели ладошки. Он сегодня был одет в светло-голубую рубашку, тонкий вязанный серый свитер и черные брюки. Верхнюю одежду они оставили в гардеробе на первом этаже больницы. — Антоша, чего ты так переживаешь? Все хорошо, тебе не будут ничего делать зря или во вред. Только то, что необходимо для твоего выздоровления. Я прослежу. Хочешь, я могу присутствовать при осмотре, как твой представитель, — предложил Арсений Сергеевич, видя как студент волнуется. — Я даже не знаю. Вам может быть неприятно смотреть на такое. Это же картинка не для слабонервных, — замялся Антон. — Ты, наверное, забыл, что я тебе делал перевязки несколько раз уже. Так что для меня там нет ничего ужасного. Тебя только осмотрят, скорректируют лечение, — подбодрил Арсений. — Ну, может, возьмут какие-нибудь анализы. Поэтому мы и не обедали, чтобы была более четкая картина. А завтракал ты уже достаточно давно. — А я не завтракал, я не успел, — вырвалось у Антона. Только мгновение спустя он осознал, что ляпнул. — Какие у нас подробности вырисовываются! Ты что, таблетки на пустой желудок выпил? Ты понимаешь, что можешь заработать проблемы с желудком? — рассердился учитель, строго смотря на Антона. Арсений и дальше хотел распекать Шастуна, но в этот момент дверь в кабинет отворилась и из нее вышел мужчина. — Можете проходить. Олег Олегович просил пригласить следующего, — сказал мужчина и ушел по коридору к лестнице. Антон завистливым взглядом проводил его. Но Арсений уже его настойчиво подталкивал в сторону кабинета. — Здравствуйте, — робко поздоровался парень. — О, мои любимые клиенты-пациенты, — лучезарно улыбнулся врач. — Проходите, проходите, милости прошу. — Здравствуй, — Арсений поздоровался, крепко пожимая руку Олегу Олеговичу. — Как у нас дела? Как самочувствие? Вижу, что не сбежал еще, значит наш Арсений еще тебя не закомфортил до ручки, — посмеялся доктор, оглядывая Антона, который вытирал потные ладони о свитер, отчего тому стало еще страшнее. — Нет, все нормально, — пробурчал Антон, пытаясь скрыть нервозность. — Все предписания выполнял? — спросил врач скорее у Арсения, чем у парня. — Почти, — ответил вместо Антона учитель. — Тэкс, ну тогда проходи за ширму, раздевайся и надень вот эту рубашку для осмотра, — Олег Олегович указал на небольшой стеллаж, где лежала стопка одноразовых сорочек. — Завязки на спине. Сразу говорю, снимаем все, затем надеваем рубашку. Когда переоденешься, позовешь, Любочка поможет с завязками. А мы пока поговорим с Арсением Сергеевичем. — А я могу присутствовать при осмотре? Антону так будет спокойнее, — спросил Арсений. — Можешь, если Антон будет действительно не против. Я спрошу у него наедине, а тогда решим. Он же совершеннолетний. Значит, ему решать, кто будет присутствовать, когда его будут осматривать, даже если ты оплачиваешь все лечение, сказал врач, открывая карту Антона. — А теперь заполним жалобы и моменты болезни. Ты регулярно его перевязывал? — Да, конечно, даже больше, чем надо. Ты говорил, что через день, но у нас получалось каждый день. Только вчера не перевязывали, — рассказал Арсений. — Хорошо, а температура поднималась? — Да, я же тебе звонил по этому поводу. — А, точно, — вспомнил Олег Олегович, вводя данные в компьютер. — Сколько раз кололи обезболивающее? — После звонка еще два раза. Но давался с трудом. А вот антигистаминное не регулярно принимал. Я проследить не смог. — Это не очень хорошо. Сейчас посмотрим, насколько, — деловито произнес врач. — Антон, если готов, проходи в соседнее помещение, как и в прошлый раз. — А если я не готов, то что делать? Я никогда в здравом уме к этому не буду готов, — себе под нос пробурчал Антон. Медсестра помогла завязать завязки на рубашке и проводила в смежный кабинет. — Присаживайтесь на кушетку. Не волнуйтесь. Врач сейчас подойдет. А пока я Вам давление измерю, — проинструктировала Любочка, вытаскивая тонометр. Антон оглядывался и рассматривал обстановку, которая существенно нервировала. В прошлый раз он от боли не обратил внимание на это. — Хм. Давление повышено и пульс зашкаливает. Вы волнуетесь? Нервничаете? Недавно занимались интенсивно спортом? — спросила медсестра, спуская воздух в манжете и снимая стетофонендоскоп. — Я нервничаю немного, — честно признался Шастун, не видя смысла скрывать очевидное. — Не стоит. Мы, если понадобится, обезболим, и у Вас не будет болезненных ощущений. Олег Олегович не любит причинять боль. Поэтому успокаивайтесь. Вам воды принести? — дружелюбно предложила девушка, улыбнувшись. — Успокоительного пока дать не могу. Врач еще Вас не осматривал. — Ну, может, немного, если Вам не трудно, — нервно улыбнулся Шастун. — Можете пока прилечь на кушетку и попытайтесь расслабиться. Все будет хорошо, — сказала медсестра и ушла за водой. «Все-таки приятно, когда с тобой носятся. Но это не избавляет от страха за целостность своей тушки», — подумал парень, пытаясь успокоиться. Через пару минут Любочка принесла стакан прохладной воды. А когда Антон практически допил, зашел врач. — Ну-с, приступим. Ты хочешь, чтобы Арсений Сергеевич присутствовал? — спросил Олег Олегович. — Или тебе лучше, когда он не смотрит на тебя? Антон неопределенно пожал плечами. Он не знал, что хочет в этот момент. С одной стороны, с Арсением он чувствовал себя более защищенным. Но, с другой стороны, он боялся, что Арсений начнет его распекать прямо при посторонних или ляпнет чего-нибудь лишнего. — Ладно, пока без него, а потом можно будет его позвать, если захочешь. Врач тем временем спустил до талии рубашку и аккуратно отклеил повязку. Когда Олег Олегович увидел состояние раны, он нахмурился. — А теперь признавайся, ребенок, в какой мясорубке ты побывал? Почему у тебя посредине ожога гематомы в двух местах? Арсений в курсе, где ты получил дополнительные травмы? Антон испуганно помотал головой. — Я не в мясорубке побывал. Я разнимал дерущихся школьников, ну и мне нечаянно прилетело. Я не специально, — запинаясь, рассказал Антон. — Понятно. Но зачем было подставляться под кулаки? — Так получилось, школьники просто меня не заметили. А мне нужно было действовать быстро, чтобы они друг другу не навредили. — Тебя не заметили? Такую шпалу?! — изумленно спросил врач. — Ну вот, и Вы обзываетесь. Знаете, как обидно, что все называют тебя то шпалой, то каланчой, то дядей Степой. Хотя я Вам ничего не сделал, — обиженно проговорил Антон. — Ладно-ладно, ребенок, не обижайся. Я шутя. Просто удивился, как с таким ростом можно не заметить человека, — успокоил врач. — Рассказываю, что мы сейчас будем делать: так как волдыри полопались при помощи механического воздействия, то нужно удалить аккуратно отмершую кожу, чтобы она не была рассадником болезнетворных бактерий. Антон непроизвольно дернулся и посмотрел на врача глазами, полными ужаса. — Не надо тут бледнеть и падать в обморок. Мы обезболим, и ты ничего не почувствуешь. Хочешь, мы даже можем обрядить Арсения Сергеевича в стерильный халат и он будет тебя держать за руку во время процедуры. — Нет, не хочу, наверное. Туловище без кожи — то еще зрелище. Вдруг ему станет плохо, — отказался он. — Не станет, у него железные нервы. А если станет, то мы быстро приведем его в чувство. Или можно пригласить кого-нибудь из твоих родных. Они могут приехать сейчас сюда в течение часа? — уточнил Олег Олегович. — Нет, родители находятся в другом городе. Я попытаюсь сам справиться, — тихо сказал Антон. — Мы можем сейчас спросить у Арсения Сергеевича, захочет он присутствовать или нет. — Вы только не рассказывайте Арсению Сергеевичу о драке. Он же мне мозг чайной ложечкой скушает, — попросил Шастун. — Не расскажу с одним условием: ты выполняешь все предписания. Антон шумно сглотнул и кивнул головой. — Договорились. А теперь ложись сюда на стол. Сейчас все обезболим, — указал врач и заметил как дрожит парень. — Да не трясись, обезболивать будем спреем. Это на ночь можно сделать укол, если будет беспокоить, чтобы ты смог поспать спокойно. Врач быстро снял с пациента рубашку, очистил рану от остатков мази, накрыл Шастуна стерильной простыней с отверстием для раны. Быстро распылил лекарство над пораженным участком. — Все, сейчас будет неметь, и чувствительность частично уйдет. Но все равно постарайся не дергаться. Просто говори, если будет больно, не терпи до последнего, — дал четкие инструкции врач. — Дыши глубоко и медленно. Вот так, молодец. Все, приступаю, — через пару минут сказал Олег Олегович. Врач быстро срезал всю отмершую кожу волдырей, освобождая рану, периодически брызгая анестетик. Шастуну скорее было страшно, чем больно. Он уже жалел, что не согласился на присутствие Арсения. Через десять минут Олег Олегович закончил, покрыл все Левомеколем, мазью с антибиотиком и анестезирующим эффектом, и наложил повязку. Когда врач приклеивал края повязки он ужаснулся, какой Антон был худой. — Слушай, ребенок, а ты регулярно питаешься? — Да, более-менее. Я же студент, иногда не успеваю, — начал оправдываться Антон. — Почему ты такой худой? Ты же просвечиваешься весь. Так, а бессонница мучает? — начал серьезно спрашивать врач. — Бывает, но не часто, — на всякий случай приуменьшил Шастун. — При резких движениях в глазах темнеет? В обмороки падал? — продолжал допрос Олег Олегович, заканчивая перевязку. — Нет, вроде не было такого, — неуверенно промямлил парень. — Все, я закончил. А ну-ка, подойди сюда к весам, взвесим тебя, — попросил он, подходя к прибору. — Так может, Вы мне дадите надеть рубашку хотя бы? Я же голый! — попытался возмутиться Антон. — Ой, да что я там не видел! — отмахнулся врач. — Поверь мне, ты ничем не отличаешься от других особей мужского пола. Все нормального размера и цвета. Или у тебя какие-то аномалии имеются? — Нет! — быстро сказал Шастун и, стыдливо прикрываясь, встал на весы. — Шестьдесят пять килограмм! — эмоционально сказал врач, не очень успокаивающе. — Это маловато для такого высокого юноши, как ты! Становись сюда, сейчас рост измерим, — Олег Олегович приготовил ростомер, протерев еще антисептическими салфетками. Шастун чуть замялся, но подошел и встал на платформу прибора. — Так, рост метр девяносто семь сантиметров. Из-за дефицита массы тела организм работает на износ и не включает защитные функции. Вот поэтому и заживает все плохо. Надевай пока рубашку и приляг сюда на кушетку, немного отдохни, — врач помог надеть рубаху и накрыл легким одеялом. — Нужно немного полежать после перевязки. Я сейчас переговорю с Арсением Сергеевичем и напишу рекомендации, лечение и направления на анализы. — Анализы? — забеспокоился Антон. — Зачем анализы? Какие анализы? — зачастил с вопросами парень. — Стандартные анализы, которые помогут нам определить, почему у тебя дефицит веса, почему так медленно заживает рана и какие медикаменты помогут твоему организму прийти в норму. Не переживай, все как обычно, — типа успокоил Олег-садист-Олегович, приглушил освещение и вышел в соседний кабинет, где ждал и переживал Арсений. — Что так долго? Он там хоть в сознании? — беспокойно спросил Арсений. — Все прошло хорошо, у вас мальчик! — широко улыбнувшись, выдал врач. — Да прекрати ты со своими дурацкими шуточками! Я тебя как человека спрашиваю, а ты тут дурака валяешь! — начал возмущаться учитель. — Все-все, спокойно. Валерьяночки накапать? Папаша, успокойтесь, с ребенком уже покончили, — не удержался Олег от еще одной глупой шутки. — Вам осталось только заказать пирожки и цветочки на могилку. — Завязывай ты со своим черным юмором, — сердито сказал Арсений Сергеевич. — И без тебя плохо! — Арсений, ну в самом деле, чего ты так переживаешь? Он даже не твой родственник! — Он — мой студент, а это еще ответственней, чем родственник! — Хорошо. Успокаиваемся. Сейчас серьезно, — сказал Олег Олегович и принялся что-то писать. — Рану я почистил, наложил повязку с мазью, мальчик сейчас отдыхает, — отчитался врач. — Нужно будет делать перевязки каждый день в течение недели. Затем, нужно сдать анализы. Ты же видел, какой он худой? Это — ненормально. Ты случайно не замечал, он не страдает булимией? В туалете после еды не вызывает рвоту? — Ну, пока он у меня жил, ни разу такого не было. По крайней мере при мне. Ест он мало. Всегда маленькие порции. Не знаю, с чем это связано, — поделился Арсений Сергеевич. — И от добавки отказывается. Я подозреваю у него денежные затруднения. А, еще от еды отказывался в школе, когда сильно волновался. — Тогда нужно еще сдать не только кровь на биохимию, а и анализы на глисты и другие кишечные паразиты. Может, у него подселенцы, а мы тут голову ломаем. Значит вот направления, — закончив писать, Олег Олегович протянул бумаги Арсению. — Он обедал? — Нет, он не завтракал и не обедал! Он, видите ли, проспал, поэтому не успел. — Вот пакостник мелкий, — усмехнулся врач. — Значит, сегодня можно сдать анализы в лаборатории. Она на первом этаже. Ты знаешь. А потом по результатам уже скорректируем лечение. Может, таблетки нужно будет попринимать, а может, и уколы. — О, я представляю эти истерики, — вздохнул Арсений. — Постарайся подобрать лечение без иголок, а то и мне нужно будет нервы лечить после всего. — Так можно и тебе назначить общеукрепляющий курс витаминов, как раз узнаешь, что чувствует мальчик, — посмеялся Олег Олегович. — Не нужны мне пока витамины. Я здоров, а там посмотрим, — быстро проговорил Арсений. — Хорошо, если что, обращайся. Я всегда тебе предоставлю лучший персонал, — продолжал подкалывать Олег. — Так, можешь забирать деточку, папаша. И контролируй его питание, чтобы ел почаще, но не переедал слишком. Fortsetzung folgt...