Чему не учат в универе

Учитель включил диктофон и вышел из подсобки, а потом, якобы доставая еще документы из тумбочки учительского стола, незаметно положил туда телефон, не до конца задвинув ящик. Кивнул Антону и вышел из класса. Антон осмотрел учеников с некоторым опасением, немного волнуясь. Дети же смотрели заинтересованно. — Привет, народ! Я бы хотел сегодня вам рассказать о силе и разнообразии любви в поэзии великих русских, — начал урок Антон-типа-теперь-учитель-Андреевич. — О, началось! И Вам это не скучно рассказывать? — поинтересовался паренек наглого вида с задней парты. — Вы же сами были недавно на нашем месте! Неужели вы не понимаете, как нудно слушать все эти правильные россказни? — послышалось уже с конца второго ряда. — И еще будет самостоятельная по этому материалу на следующем уроке, — тяжело вздохнула девушка, сидевшая перед самым учительским столом, видимо, отличница. — Поэтому я советую вам записать некоторую информацию из моей лекции и то, что я буду рассказывать, поверьте мне, будет не скучно, а очень даже интересно. То, что я записываю на доске, запишите в тетрадь или в черновик, если таковой у вас нет в наличии, — Антон сделал акцент на последних словах. На доске написал «Вопросы к с/р» и в скобочках дописал для особо одаренных «в рабочую тетрадь это писать не стоит». Он сам не понимал, зачем это писал, а не произносил. Видимо, подсознательно боялся, что Арсений может подслушивать под дверью. А из замочной скважины доску не было видно. Обзор на нее перегораживал фикус — гордость Арсения. Учащиеся оживились, достали листочки и начали добросовестно записывать. Вопросов было немного, всего пятнадцать. Антон их случайно увидел на столе, когда Арсений ушел в подсобку, и сфоткал их на всякий случай. Как оказалось — не зря, потому как Арсений забрал их вместе со своими бумагами перед уходом. После того как ученики записали все вопросы, с указанием страниц учебника, где можно было найти на них ответы (спасибо Арсению-педанту-Сергеевичу, который все это указал возле каждого вопроса), Антон стер информацию с доски и начал свою лекцию. — А теперь давайте рассмотрим, про какую такую любовь писали великие поэты. Как вы знаете, любовь бывает разной: к женщине, к мужчине, к Родине, к еде, к временам года. Поэтому поэты не стеснялись в выборе объекта для своей любовной лирики. Вот например, Сергей Есенин очень любил воспевать любовь к природе. К вашему вниманию стихотворение об осени. И Антон тут же продекламировал стихотворение: Не смотри, что рассеян в россыпь, Что ломаю и мну себя. Я раздел эту девку — Осень, И забылся, её ебя. Ах ты сука! Такое тело Меж блядьми мне не сыскать! Сладкой влагой плодов вспотела, Кольца ягод в твоих сосках. Распахнула! О, алый бархат Губ и губ! Сумасшедший визг! Не могу!!! Позовите Баха! Он напишет «сонату пизд». Ах, пора ты моя живая! Голова — голова — минет. Разрывает меня, сжигает, Я кончаю…простите мне. Ученики с открытыми ртами и глазами смотрели на Антона в немом удивлении. — Надеюсь, вы не будете разглашать эту информацию, — прокомментировал Антон Андреевич, улыбаясь лукаво. — Ну что Вы! Обижа-а-аете. А еще знаете что-нибудь этакое, интересненькое? — спросил тот же хулиган за последней партой. — А возражений нет у прекрасного пола слушать подобное? — спросил молодой учитель, подмигнув девушкам. — Нет, продолжайте, пожалуйста, — сказали с придыханием девушки почти что хором, мило зардевшись при этом. — Тогда продолжим! Главный тип любви, который воспевали поэты, это, конечно же, любовь к женщине. Для многих любовь к женщине и к сексу были музами в творчестве. Вот возьмем все того же Есенина, — предложил Антон и снова зачитал выученное наизусть стихотворение: Мне бы женщину — белую, белую, Ну а впрочем, какая разница, Я прижал бы ее с силой к дереву И в задницу, в задницу, в задницу. И тут руку подняла красивая девушка, явно, королева класса. — Ну, все мы знаем, что Есенин был дебошир и дамский угодник. Но неужели и другие поэты писали нечто подобное? — спросила она, кокетливо хлопая глазками. — Конечно, Есенин в этом плане был не одинок. Возьмем, например, Маяковского. Он очень часто воспевал любовь к сексу и к женщине: Стоит баба с жопой метр на метр В очереди за продовольствием. Отрастить бы себе хуй В километр И доставить ей Удовольствие! Одиннадцатиклассники еще никогда не слушали лекцию с таким вниманием. А Антон Андреевич воодушевленно продолжал. — И куда же нам деваться от мастера литературного слова и любимца нашего незабвенного Арсения Сергеевича — Александра Сергеевича Пушкина, — не забыл и про фаворита учителя Антон. — Он писал и про неразделенную любовь к Анне Вульф: Увы! Напрасно деве гордой Я предлагал свою любовь! Ни наша жизнь, ни наша кровь Ее души не тронет твердой. Слезами только буду сыт, Хоть сердце мне печаль расколет. Она на щепочку нассыт, Но и понюхать не позволит. — И о любви к сексу не только мужчин, но и женщин: На Давыдову Иной имел мою Аглаю За свой мундир и черный ус, Другой за деньги — понимаю, Другой за то, что был француз, Клеон — умом ее стращая, Дамис — за то, что нежно пел. Скажи теперь, мой друг Аглая, За что твой муж тебя имел? — И даже о любви к своей жене, Наталье Гончаровой: Недавно тихим вечерком Пришел гулять я в рощу нашу И там у речки под дубком Увидел спящую Наташу. Вы знаете, мои друзья, К Наташе вдруг подкравшись, я Поцеловал два раза смело, Спокойно девица моя Во сне вздохнула, покраснела; Я дал и третий поцелуй, Она проснуться не желала, Тогда я ей засунул хуй — И тут уже затрепетала. Антон лукаво улыбнулся и продолжил: — Как видите, даже великие русские поэты были не прочь приударить за женщиной. И не важно была она замужем или нет. И мало кто из них отличался скромностью, поэтому воспевали свои подвиги в стихах, — продолжал рассказывать Антон, наблюдая заинтересованных и веселых учеников. — А так же не брезговали перемыть кости в стихотворной форме ближайшему окружению, как это мастерски делал А.С. Пушкин: Орлов с Истоминой в постеле В убогой наготе лежал. Не отличился в жарком деле Непостоянный генерал. Не думав милого обидеть, Взяла Лаиса микроскоп И говорит: «Позволь увидеть, Чем ты меня, мой милый, ёб». — И вы все до сегодняшнего дня не слышали той похабщины, которую я сегодня представил на ваш суд. Но, поверьте мне, поэты были обычными людьми с обычными потребностями, радостями и печалями. И не нужно возводить их в статус бога, — подытожил Антон в конце всего своего выступления. — Они отличались лишь тем от обывателей, что могли мастерски передать свои мысли, идеи, а иногда и зависть в стихотворной форме. В школе, естественно, всегда учат прилизанную, возвышенную поэзию, чтобы показать красоту слова. Но это бывает слишком скучно и непонятно современной молодежи. — Спасибо вам, что вы открыли нам глаза на некоторые истины. А то я чувствовала себя ущербной, что не всегда понимаю поэзию и не могу так высокопарно изъясняться, — сказала девушка за первой партой. — Я думаю, никому не нужно объяснять, что Арсению Сергеевичу не стоит читать подобные стихотворения. Он ожидает высокопарных, правильных и красивых стихов. Так удовлетворите его потребность, — на всякий случай напомнил Антон. — Если кому-то нужна будет помощь с отработкой выразительности и расстановкой акцентов, обращайтесь. Арсений Сергеевич не любит просто рассказанных строчек. Ему подавай надрыв в душе или свет нимба над головой, когда вы декламируете что-либо. Иначе, больше, чем три, вам не светит. — Извините, а вы откуда знаете, как надо? — спросил один из учеников, деловито поправляя свои очки с толстыми линзами. — Во-первых, я учусь уже на третьем курсе вуза и, естественно, нас там дрессируют насчет выражения с первого курса. Во-вторых, я был учеником Арсения Сергеевича с восьмого по одиннадцатый класс и знаю все его придирки. А в-третьих, я закончил театральную школу, где обучали риторике и выразительному чтению, — спокойно с улыбкой проинформировал Шастун. — Можно вам сейчас продекламировать стихотворение, а вы поможете с акцентами? Я уже выучила его наизусть, — спросила отличница с первой парты. — Конечно, с удовольствием помогу. Давай, к доске. Я покажу как эффектно стоять и рассказывать естественно, — попросил Антон. Девушка, немного запинаясь, протараторила стихотворение Александра Сергеевича Пушкина «Что в имени тебе моем?» — Вы выбрали очень красивое стихотворение, которое Александр Сергеевич Пушкин посвятил графине Каролине Собаньской. Тем более этот роман остался в памяти поэта как самое светлое и знаменательное любовное приключение, связавшее их сердца искренними чувствами, как казалось на тот момент Пушкину. А Вы прочитали это стихотворение, как будто речь идет о бомже дяде Васе, — под конец спокойно заметил Антон. Класс грохнул смехом. — Тихо пожалуйста, — чуть серьезнее попросил парень и школьники замолчали. — Нужно попытаться прочувствовать слова поэта, которые повествуют о таком чувстве. У вас есть любимый человек? В классе захихикали и оживились. — Это не обязательно бойфренд, может быть, хороший друг или подруга, сестра или брат. Даже если такого человека нет, то представляйте, что вы говорите это своей любимой собаке или еде в конце концов. Вложите в слова свои чувства привязанности или любви. И увидите, у вас получится, — наставлял Антон. — Я однажды на сцене произносил речь героя-любовника, а сам представлял любимую бабушкину котлету на месте не очень привлекательной партнерши. И все в зале поверили, что у нас с ней роман. Потом долго объяснял и партнерше по сцене и окружающим, что я могу так мастерски играть. Все тихо смеялись и переговаривались, представляя эту сцену. Тут девушка попробовала еще раз прочитать стихотворение. И как она преобразилась, когда рассказывала, что даже хулиган с последней парты слушал ее с открытым ртом. — Вот видите, у вас все получилось, вы молодец. Запомните те чувства, которые были с вами сейчас и расскажите так же Арсению Сергеевичу. Он, я думаю, будет доволен. Класс сидел в молчании, переваривая информацию. Тут открылась дверь и на пороге появился Арсений Сергеевич. Все от неожиданности вздрогнули. И, как по команде, прозвенел звонок. — Минуточку, не расходимся. Мне необходимо услышать ваше мнение о проведенном уроке, — строго попросил учитель. Антон с замершим сердцем ждал, что скажут одиннадцатиклассники. Но все учащиеся, практически хором, начали расхваливать студента на все лады. Что такого интересного урока они не ожидали и тому подобное. Антон выдохнул с облегчением. — Ну что ж, если всем понравилось, то до следующего урока, домашнее задание у вас есть. Все свободны. Fortsetzung folgt…