Горгона. Слепая любовь

             Никто не помнит, когда это началось, но вот уже несколько веков подряд жители пограничной крепости Канге каждые два года выбирали одного или одну омегу и отправляли, как великий дар к Великому хранителю. Скажите, а что в этом особенного? В принципе ничего, если не считать того, что сам Хранитель был чудовищем, заключившим союз с местными жителями. Когда-то крепость подвергалась каждодневным набегам врагов и теряла множество своих храбрых сыновей на поле боя. Вот и пошли старейшины на сделку с чудовищем, по случайности оказавшимся в их края. Высокий доминантный альфа был на две головы выше всех местных жителей, серая холодная кожа, покрытая чешуей, делала его похожим на статую, а многочисленные змеи, растущие вместо волос у монстра, и которые обращали в камень всех тех, кто осмеливался посмотреть на могучего альфу, заставляли трепетать сердца всех его врагов. Имени никто не спрашивал у пришлого монстра — его просто окрестили Великим хранителем. Альфа сам построил себе дом недалеко от крепости, и по мере надобности обращал всех врагов Канге в каменные изваяния, с застывшими взглядами наполненными ужасом.       С тех пор как была заключена эта сделка, в крае стало спокойнее. Молва расходилась быстро, лес из каменных статуй рос, а желающих устраивать набеги на тот край с каждым годом становилось всё меньше и меньше. Всех врагов пугал собой альфа, но у этого спокойствия была своя цена. Каждые два года проводился отбор среди всех омег крепости от девятнадцати до тридцати пяти лет и та или тот, на кого падал жребий, отправлялся к Хранителю. Более живым избранного омегу никто не видел. Иногда убитые горем отцы, братья или мужья пробовали поменять порядки, но Хранитель быстро напоминал всем, за что платят местные. Один омега в пару лет — взамен на несколько сотен альф и бет. Такой ценный для крепости и такой скорее неравноценный обмен для монстра, чем для жителей крепости и им было грех на что-то жаловаться. Так и жили все.       И вот подошёл очередной год выбора жребия. С самого утра все омеги готовились в этому событию. Девятнадцатилетний Пак Чимин из семьи писарей не был исключением. Его матушка со слезами на глазах готовила сына к посвящению. Смотря на сына, госпожа Пак не могла понять своё дитя. — Как ты можешь быть таким спокойным, сынок? Возможно сегодня… Боже, я даже думать об этом не желаю. — Матушка, если жребий выпадет на меня, я буду только рад. — Чему? Чему радоваться ты будешь? Смерти? — Тому, что одна омега получит ещё два года счастливой жизни. А вы, матушка, избавитесь от лишнего рта. — Что ты такое говоришь?! — Правду, матушка. Я — слепой, меня никто не возьмёт в мужья, а значит для вас с отцом, я всегда буду обузой и лишним ртом в голодные времена и холодные зимы. — Не говори так, сын. Мы тебя любим! — Я знаю, но это не изменит того, что я бракованный омега. Так что, матушка, наоборот, я буду счастлив, если сегодня выберут меня. Чимин перестал ощущать руки матери на своих волосах и спросил: — Как я выгляжу? — Ты прекрасен, Чимин-а. И можно было бы обвинить госпожу Пак в предвзятости, как и любую мать, но не в этом случае. Сам омега был очень миниатюрным: с маленькими ладошками и пальчиками, милым личиком, пухлыми губами, которые так часть изгибались в улыбке. Яркие глаза, которые становились полумесяцами при смехе, многим альфам нравились, но также быстро их отпугивала пустота, отражающаяся во взгляде. Всем хотелось получить в супруги хозяйственную омегу, а Чимину самому нужна была помощь… Какой из него муж…? Потому и радовался он отбору, как возможности закончить свой путь красиво. Встав, он поймал ледяные руки матери и поцеловал их. — Пусть будет как будет, я приму любой знак судьбы. — Ох, сынок, надеюсь, ты не накаркаешь беды на свою голову. Госпожа Пак обняла своего сына, поправила его нежно-голубой ханбок и, взяв за руку, повела на площадь, где собирались все омеги крепости для отбора дара Великому хранителю.

-----------

      Чимина вёл за собой старейшина Го, не оглядываясь на парня. Звук их шагов странно звучал для омеги, но он молчал. Ещё бы… Ведь в этом году выбор пал именно на дочь господина Хо, но Чимин добровольно предложил себя. И старейшина тут же согласился, внеся имя Пак Чимина в брачный договор. А после этого у омеги была только одна дорога — в дом своего новоявленного мужа Великого хранителя. Чимин слышал, как плакала его матушка, но старался держать улыбку на лице. В конце концов, это было лучшим выбором для него. Да, и старейшина шепнул, что не оставит семью Пак теперь своей милостью. Любопытство разбирало омегу, но он продолжал молчать. Внезапно послышался стрекот. Он узнал этот звук — так змеи предупреждают об опасности, и Чимин понял, что пришло время прощаться с пошлой жизнью и вступать в новую. — Старейшина Хо. — Да, Чимин. — Позаботьтесь о моей семье. Моя сестра скоро замуж должна выйти, не обделите её приданным. — Хорошо, я всё сделаю за твою сегодняшнюю милость. Твой… Муж тебя ждёт уже. Иди, просто прямо. — Прощай, старейшина. — Прощай, Пак Чимин. Господин Хо быстро развернулся и ушёл, а омега с гордо поднятой головой пошёл вперёд. Приближаясь к источнику звука, Чимин не паниковал. Не раз в его фантазии мелькали образы Великого хранителя, но насколько они были близки к истине, омеге не было дано знать. — Оу, в этот раз судьба мне ниспослала парня-омегу в качестве мужа. Бархатный баритон окутал Чимина, заставив того замереть на месте. Судя по всему, он пришёл на место, но определить где был его супруг омега не мог из-за эхо. — Приветствую Великого хранителя и своего супруга, — Чимин вежливо поклонился и замер, ожидая, что ответит супруг. — Встань. Чимин резко дёрнулся вправо и замер. Впрочем, не только он один. — Позвольте задать вам вопрос и узнать ответ на него, супруг мой. — Смотря что тебе интересно. — Как ваше имя? Все зовут вас Великим хранителем, но. Есть же у вас имя? — Занятно, за почти две сотни лет ты первый кто задал мне этот вопрос. Не вижу в этом какой-то-то тайны. Меня зовут Ким Тэхён. — Спасибо, Тэхён-нампён. — А ты отличаешься от других омег. За пару столетий я впервые вижу настолько спокойного супруга в моём доме. — Я думаю, слепых мужей у вас тоже не было до этого. — Что? — Я почти тринадцать лет как ничего не вижу, Тэхён-нампён. — Хм… Это даже интересно. Ладно, пошли, поговорим в доме. Альфа уверено направился вперёд, но сделав несколько шагов замер, так как не услышал шагов за своей спиной. Он совершенно забыл, Чимин незрячий и понятие «дом» для него лишь звук. Ругнувшись, Тэхён вернулся к мужу, подхватил его как ребёнка и, держа лишь одной рукой, понёс в неизвестность. Только вот хрупкого омегу это совсем не испугало и крепкие объятия новоявленного мужа, как и шёпот его живой шевелюры дарили некое успокоение.

-----------

      Чимин вполне себе уютно устроился в купальне. Тэхён приставил к нему несколько слуг, и те помогали омеге устроиться на новом месте. Чимину было любопытно, почему прислужники, в отличие от других, не обращались в камень, но спрашивать постеснялся, хотя любопытство гложило его. Тихо напевая песенку себе под нос, омега умащивал свое тело различными маслами, думая о предстоящей ночи. Став слепым, Чимин лишился многого, в том числе и такой стороны жизни как отношения с альфами или бетами. Он часто слышал, как другие шептались об украденных поцелуях, свиданиях при луне, но кто будет возиться с ним — слепым. За всё это время никто даже не попытался поцеловать омегу. Уже знакомые шаги и шелест заставили замереть Чимина и поглубже опуститься в воду. — Ух ты, вот не ожидал тебя здесь увидеть, мой дорог супруг. — Ваши слуги разрешили мне принять тут ванную. Простите, если нарушил границы. — Да ничего страшного… Шелест шелковых одеяний заставил замереть Чимина в горячей воде, что не укрылось от внимания его мужа. — Боишься? — А разве бояться неизвестности зазорно? — В смысле неизве… Погоди, ты разве ни разу не… — Нет, — с обидой в голове бросил Чимин и попытался выйти из купели, но слепота и нервозность сыграли в ним злую шутку, и омега упал снова в воду, прямо в руки альфы. — Какой прыткий. Тэхён прижался грудью к спине омеги и провел языком по ушной раковине замершего парня. Змеи ожили и начали вокруг головы Чимина виться клубком. — Страшно? Альфа чувствовал скованность, и наслаждался этим. Слишком необычным был этот омега, и это выбивало почву из-под ног уже самого Тэхёна. Тут он почувствовал, как на его руку упали капли, но всхлипов от Чимина он не слышал. Зато аромат вербены стал горчить. Вместо свежего запаха лимона, который отличался тонким леденцовым ароматом с цветочно-фруктовым колоритом, сейчас чувствовался запах прогорклой карамели. — Эй, маленький, ты чего? Альфа с легкостью повернул к себе лицом Чимина и посадил на свои бёдра. И вот тут осознал, что они оба обнажены, и для нежного и невинного омеги такое было полной неожиданностью. — Ох, невинный цветочек, — рассмеялся Тэхён. За долгие годы одиночества альфа отвык от нежного отношения к слабым омегам и теперь ему придётся этому учиться заново. — Прости меня, я слишком долго был один и забыл как быть это заботливым. — А те омеги, что были до меня? — У меня есть накидка, которая закрывает змей на моей голове и не дает каменеть всему вокруг меня. Но большинство омег не слушали меня и едва переступали порог моего дома, как превращались в камень. Чимин немного стал расслабляться и Тэхён притянул хрупкое тело к себе. — Как вы стали таким? Вы же не родились таким как сейчас. Простите, наверное, вам неприятны такие вопросы. — Я так давно один, что твои вопросы для меня скорее приятны, чем раздражают. Слуги — это магические существа, как ты догадался, и не подвержены моей силе, но и они скорее меня боятся. А вот такое общение… лет четыреста, наверное, со мной никто не общался. Ты догадливый. Когда-то я был обычным альфой, но я был слишком гордым, и за это получил своё наказание. Теперь я монстр, чудовище, которого все бояться. Омега протянул руку и замер, и одна из змей сама потянулась под ласку. Чимин сначала замер, но не чувствуя опасности, а лишь прохладную чешую змей под ладонью, протянул и вторую руку. Тэхён смотрел на своего мужа и удивлялся этому маленькому комочку. Он совершенно не боялся альфы. А после омега опустил свои маленькие ладошки на плечи самого Тэхёна. Чимин замер, но не чувствуя сопротивления, продолжил изучение. Альфа закрыл глаза и откинул голову на подушечку, тогда как омега стал проводить по широкому лбу, бровям, очертил пальчиками скулы и добрался до подбородка. Прикоснуться к губам Чимин не осмелился, и это заметил расслабленный супруг омеги. — Ну что скажешь? — Вы красивый. — Но как-то ты не уверенно это произнес. — Я уже и забыл, как выглядят люди. Слишком давно я не вижу этот мир. — А как ты потерял зрение? — Я с матушкой пошёл в лес, она отвлеклась, а я упал в бурную реку. Ударился головой о камень и наглотался воды… вот и итог. Тэхён притянул к себе на грудь грустного Чимина, выпуская свои феромоны с ароматом базилика — с горьковатым, камфорным, анисовым привкусом. Альфа чувствовал. Как начинает испытывать к этому хрупкому парнишке очень даже живой интерес, и не желая пугать омегу больше чем есть, решил вытаскивать их из воды. — Я думаю, на сегодня с тебя хватит стресса. Давай я отнесу тебя в спальню, и ты ляжешь спать. — А вы? — Ты хочешь, чтобы я был рядом? — Если вас это не затруднит. Я… — Хорошо, пойдём. Тэхён отпустил омегу, быстро выбрался из купальни и накинул на себя шёлковый халат. А после укутал в тёплое полотенце хрупкого Чимина. Сегодня впервые засыпая в своей кровати, альфа чувствовал умиротворение, когда рядом посапывал мирно спящий омега.

-----------

      Чимин осторожно ступал голыми ступнями по земле и радовался как ребёнок. Он чувствовал приятные солнечные лучи на своём лице, а вокруг него была высокая трава. Дома его почти всегда держали взаперти, боясь, что омега пораниться или просто упадёт, а вот Тэхён с удовольствием гулял с мужем как по саду, так и по окрестностям. — Нравится? — Да, оппа, спасибо! Альфа, услышав это обращение, хмыкнул, но продолжил медленно идти вслед за мужем. До Чимина было несколько омег, которые попытались из брака с Тэхёном выжить для себя что-то нужно, но очень быстро обращались в прах. А вот этому омеге не нужны были его богатства, а только сам альфа — его время и внимание. И Тэхён дарил это всё Чимину. Омега обожал их совместные прогулки, альфу смешили их совместные приёмы пищи, где чаще Тэхён кормил смущенного Чимина своими руками. Альфа восхищался талантом мужа в игре на каягыме и часто просил сыграть ему. А вот сегодня Тэхён привёл омегу насладиться закатом. Пока они гуляли, альфа нарвал букет полевых цветов и, догнав мужа, вложил ему в руки. Чимин покраснел и спрятал свою мордашку в цветах. Идя рядом с супругом. Омега обдумывал одну идею, и, остановившись, молодой парень решился кое-что попросить у Тэхёна. — Оппа? — Да, маленький. — Я могу попросить тебя об одной вещи? — Смотря какой. — Ты можешь меня поцеловать? — Поце… поцеловать? Ты уверен? Чимин лишь активно закивал, а альфа на это лишь усмехнулся. Подойдя совсем близко, Тэхён обнял омегу и осторожно подхватил на руки. Змеи окружили Чимина, но тот ждал другого прикосновения и дождался. Губы альфы накрыли дрожащие нежные губы мужа. Несмело он обвел то одну губу, то другую, а когда омега приоткрыл губы, Тэхён уверенно стал познавать новые территории. Тихий вздох сладостной музыкой звучал в ушах альфы, и он всё сильнее прижимал к себе тело Чимина. Взяв с трудом себя в руки, Тэхён оторвался от сладких припухших губ. — Понравилось? Омега лишь смог закивать в ответ и спрятал своё лицо в сгибе шеи супруга под его тихий смех. — Какой же ты милый, Чимин-а. — Не смущай меня, оппа. — Ладно, не буду. Омега обвил руками шею альфы и прижался к нему. Пусть небеса лишили его зрения, но подарили ему счастье иметь такого чудесного мужа. Чимин о большем и не мечтал.

-----------

      Тэхён медленно облачался в доспехи. Сегодня утром пришла новость, что соседнее княжество встало под стенами крепости с войском и требует сдачи от Канге. Старейшины тут же бросились к Великому хранителю, требуя защиты, при этом даже малый отряд воинов не отправили против врага. Все давно привыкли, что все военные вопросы решал он — Монстр Канге. А самому альфе с появлением Чимина в его жизни стали скучны военные игрища. Куда больше его интересовал маленький омега. Если так и пойдёт дальше, но Тэхён думал отказаться от всех последующих отборов. У него уже был тот самый омега. В последнее время они всё больше сближались, и альфа всерьёз думал консумировать их брак. То как сладко стонал Чимин в их купальне, когда Тэхён нежил его в своих объятиях, давало серьёзные предпосылки для крепкого союза. — Господин, господин, беда, — один из слуг влетел в спальню и тут же змеи на подобное наглое вторжение откликнулись шипением. — Беда случилась. — Что произошло? — задумчиво произнес Тэхён. — Господина Чимина похитили. — Что?! — Утром он пошёл с парой слуг на озеро. На них напали, слуг убили, а господина увели. — Кто посмел?! Альфа схватил кусок ткани, и та тут же превратилась в камень, который стёр в порошок. — Там видели вражеских лазутчиков. — Вот как? Ну что ж… хотят войны — они её получат! Тэхён был в ярости, его мужа похитили враги, решив, что так он будет сговорчивее. Издав нечеловеческий вопль, альфа быстро вышел во двор, выпустил крылья и взмыл в небо. Ну что ж… Он преподаст урок незваным гостям о том, что можно трогать, а что нет.

-----------

      Чимин сидел тихо, вслушиваясь в то, что говорили вокруг. Омега понял, что попал в плен к очередным захватчикам города, и скорее всего его убьют. Но несмотря на это, омега больше переживал за своего мужа. Он был, в конце концов, одним из сотни, а вот Тэхён — был уникальным. — Так, так, так… Милый омега защитника города пришёл в себя. Страшно? — У меня есть муж, мне нечего бояться. А вот вам бы стоило начать читать молитвы… заупокойные молитвы. — Ой, боюсь, боюсь. — Мой муж так этого не оставит и придёт по ваши души. — Я на это надеюсь, милашка. Ведь в этом случае, благодаря тебе, твой муж и падёт, — рассмеялся кто-то из командиров и этим породил новую волну паники в душе Чимина. Тут послышалось крики и вопли, но для ушей омеги они были сладкими. Тэхён прибыл в лагерь нападавших и стал сеять ужас и панику среди нападавших. Чимин слышал шелест змей на голове своего альфы, то, как обращённые в камень враги, рассыпались от его ударов. Омега понадеялся, что в суматохе, поднявшейся здесь, про него забудут, но зря. Его резко схватили за руку и куда-то потащили. — Что, уже не так весело дразнить чудовище? — ехидно спросил Чимин, едва поспевая за бегущим. — Даже не думай! Неизвестный под крики Тэхёна куда-то вёл и вёл омегу, но не было ясно куда. — Эй, чудовище, не это ли ты ищешь?! Чимин поморщился, от почти истерического крика над ухом и тут же почувствовал, как поток ветра погнал песок вокруг него. Острое лезвие неприятно царапнуло горло пленному омеге, но он постарался сдержать стон боли. — Убери своих змей, чудовище, и склони голову. Иначе я убью твоего мужа. — А что, не рискуешь смотреть мне в глаза? — ехидно уточнил Тэхён. — Вместе со мной умрёт и он! — Уверен? — насмешливо парировал врагу альфа. Чимина схватили за челюсть и поворачивая лицо заставляли смотреть куда-то, но омеге не страшно. Он смотрит, и чувствует объятия уже холодного камня, а не живого человека. Оставив на мгновения мужа, Тэхён своим криком и взглядом разгневанных змей превращает остатки лагеря в сад статуй, заставляя замереть всех навеки вечные в мертвой тишине. И становится ясно, что больше никого рядом нет. Живых людей нет рядом. — Тэхён? Чимин пробует выбраться из каменных объятий, и на помощь ему приходит его альфа. Одно движение — и вот омега уже свободен и нежится в объятиях своего спасителя. Пристав на цыпочки, Чимин оставляет нежный поцелуй, но тут же морщится от боли в боку. — Нет, нет, нет! Тэхён кричит нечеловеческим голосом и просто разрывает того, кто исподтишка ранит Чимина. Но это уже не поможет самому омеге. Он понимает, что рану ему нанесли смертельную. — Тэхён, — едва слышно шепчет он, опускаясь на землю. — Чимин, нет, ты будешь жить, я сейчас найду лекаря и… — Шшшшш, прошу, мы оба знаем, что рана смертельная. Дай мне насладиться твоими объятиями последние минуты. — Чимин, — альфа опустился на землю со своим мужем, нежно прижимая того к сердцу. — Я рад, что судьба подарила мне пусть и недолгое, но счастье быть твоим мужем. Жаль только я так и не смог увидеть тебя. — Чимин, нет, не уходи. Ты был единственным светом в моей жизни, не умирай. Я вымолю твою жизнь у небес, и мы будем вместе. — Нет, Тэхён. Я умоляю тебе не делать этого. Каждому из нас отмерен свой срок и мой, видимо, пришёл. Пообещай мне, что проживёшь хорошую жизнь… И в следующей жизни, мы будем вместе. — Чимин… — Я люблю тебя, Тэхён. И пусть моя любовь слепа, но она останется со мной навсегда. Я люблю тебя, мой альфа. Рука омеги в последний раз коснулась щеки Тэхёна, и жизнь оставила Чимина. А жуткий рёв боли сотряс округу. Ярость и гнев переполнили альфу, но сделать ничего он уже не мог. Тэхён не хотел более оставаться здесь. Свой единственный свет он только что потерял в пылу битвы. Альфа подхватил бездыханное тело мужа и резко взмыл в небеса. Тэхён летел недолго, взгляд мужчины начали застилать слёзы, и он понял, что это конец. Альфа чувствовал, как постепенно его тело становиться всё легче и легче, а крылья будто перо за пером опадают. И тут он вспомнил, что проклятие может снять истинная любовь. Маленький слепой омега смог взрастить её в сердце надменного и жёсткого альфы. Но смерть уже не страшила мужчину. Сегодня он потерял самое дорогое, что было в его жизни. И падая вниз камнем, он лишь молил небеса даровать ему возможность еще когда-либо прижать в своему сердцу Чимина и прошептать ему на ушко как сильно Тэхён его любит.

-----------

Сеул, наши дни. — Чимин, сынок, умоляю тебя, давай пойдём на приём к этому врачу? — А зачем, мам? Чтобы в очередной раз услышать то, что я и так знаю — мне не суждено видеть? — Но, Чимин… — Ну, что, Чимин?! Что?! Ты долго ещё будешь мучить нас обоих пытаясь исправить то, что невозможно исправить? Ты нашла нового мужа, ему такой бонус как я не нужен. Окей, уезжай с ним, я уже не первый год живу самостоятельно, в чём проблема? — Чимин, прошу, последний раз. Если доктор Ким скажет что вариантов нет, то я откажусь от всех попыток вылечить твои глаза. Обещаю. Я оставлю тебя в покое. — Хорошо. Если это последний раз, я схожу. Но больше, чтобы я не слышал про врачей. Я понятно выразился? — Спасибо. Я обещаю, что это в последний раз. Чимин слышит цокот каблуков матери и выдыхает. Как же ему надоело это желание родительницы замолить грехи прошлого. Когда омеге было шесть лет, он попал в ДТП. За рулём машины была на тот момент ещё Пак О На. Может это не стало бы каким-то особым случаем, но госпожа Пак была пьяна. Она сама отделалась лишь парой ушибов в той аварии, а вот маленький омега потерял зрение. С тех пор мать Чимина всё пытается исправить свою пьяную выходку, да только, похоже, сделать это невозможно. Брак родителей омеги рассыпался, сам Чимин научился жить со своей слепотой и не сильно горевать, а его мать похоже нет. И вот очередная попытка… Ну что ж… Омега надеялся, что она поставит точку в этой истории, и все будут жить дальше кто как может.

-----------

      Чимин не сильно вслушивался в то, что говорила его мать. Он послушно шёл, куда вели и на этом всё. Сегодня омеге был назначен осмотр у очередного светила офтальмологии — Ким Тэхёна, но парень уже не верил во что-то хорошее. Их проводили в кабинет и попросили подождать, так как доктор Ким находился на послеоперационном обходе. К счастью и мать Чимина вышла из кабинета из-за телефонного звонка. Омега успел уже заскучать, как услышал шаги. — Доктор Ким? — Прошу прощения, был на обходе. А вы, я так полагаю, Пак Чимин. — Всё верно. — Я уже ознакомился с вашим анамнезом и… — И ничем помочь мне не сможете, знаю. — Ну почему же? Вы вполне мой профиль. — Атрофированные за двадцать лет мышцы не восстановить. Мне эти сказки можете не рассказывать. Я всё что мог по своему диагнозу изучил вдоль и поперёк. — А с вашими мышцами всё в полном порядке, не знаю, как врачи это упустили, но дело тут в другом. — И вы можете мне вернуть зрение? — Да, но сначала я хочу вас осмотреть. Врач подошёл к Чимину и заставил его подняться. Но омега запнулся в ножке стула, и упал прямо в объятия врача. Оба замерли, будто пронзённые током. Чимин чувствовал тёплые ладони на своей талии, лёгкий аромат базилика проникал в легкие омеги, и ему казалось, что он сходит с ума. Не отдавая себе отчёта, Чимин прижался ещё ближе к врачу и осторожно провёл пальчиками по его щеке, окутывая того своим ароматом вербены. А Тэхён, как ласковый щенок, потёрся об его руку, и оба замерли. У обоих было чувство, что такое происходит не в первый раз, что уже такое было, но поймать того самого мгновения узнавания они не могут. Тут дверь открылась, и к полной неожиданности всех Тэхён зашипел, как змея, на вошедшего, и тот сразу захлопнул дверь. Это заставило и врача, и пациента замереть, и первым в себя пришел Чимин. — Альфа, прошу, помоги мне увидеть этот мир, — прошептал он. Доктор склонил голову и осторожно поцеловал ладошку омеги. — Я сделаю всё возможное, чтобы свет снова озарил твои глаза. В ответ на это, Чимин лишь прижался сильнее, и впервые за долгие годы страхи покинули парня.

-----------

      Пак Чимин любил приходить на берег реки Хан и встречать здесь рассвет. Это утро не стало исключением. Сегодня ночью к нему снова пришло странное видение, что не один год тревожит омежью душу и сердце. Это скорее некое забытое воспоминание, но омега точно знает, что это не может быть его жизнью. Или может это видение прошлой жизни? Чимин потратил много времени, пытаясь найти хоть какие-то упоминания об аналогах Медузы Горгоны в корейской мифологии или истории, но всё было безрезультатно. А ведь именно в своих снах-видениях он чувствовал присутствие именно такого альфы — со змеями на голове, сеющими смерть. Но почему его душа и сердце постоянно тянулись к нему. В его снах никогда не было лица, лишь запах базилика, и чувство полной защищенности… а иногда и сладкого поцелуя на губах. — Не ожидал вас здесь увидеть, господин Пак. — Простите? Голос неизвестного заставил Чимина вздрогнуть и замереть. — Простите вы меня, это доктор Ким. Ким Тэхён. Альфа прокашлялся и сел рядом на скамейку. Хоть и прошло несколько недель, но выкинуть тут случай из своей головы Тэхён так и не смог. Откуда у него было чувство, что всю свою жизнь он ждать именно этого парня? Альфе безумно хотелось укрыть от всех бед и невзгод хрупкого Чимина и дать ему чувство дома. — Я вам мешаю? — Нет, что вы. Я просто был на пробежке и заметил вас. — Я люблю встречать рассветы здесь. Солнце так нежно касается меня, и это изумительное чувство. Как-то незаметно они снова перешли на «вы» и в смущении замолчали. Но лишь до того момента как Чимин поднял голову ласковому солнцу. Тэхёна будто накрыло воспоминаниями, и он не смог себя сдержать. Подойдя, он уверенно дернул Чимина на себя и накрыл его губы своими. Поцелуй был иссушающим, он забирал будто сердце и душу с собой, но омега не был против. Он уже знал эти властные руки, эти требовательные губы — альфа из его снов был рядом с ним. Слёзы невольно стали собираться в глазах Чимина, и стали капать на руку Тэхёна. — Тихо, маленький мой, я рядом. Я не дам тебя в обиду. Твой монстр рядом с тобой. — Тэхён, ты же… — Да, Чимин, я тоже… я тоже ждал тебя сквозь века и, наконец-то, я нашёл тебя. Теперь никто не посмеет встать между нами. — Боже. Я думал это игра моего воображения, странные видения от безысходности, а оказывается, ты здесь, ты рядом! Омега проходил руками вдоль тела альфы, и тот позволял себя изучать. — Тише, мое сокровище, тише. — Я просто … я не могу поверить в это. Ты и я снова вместе. — Только в этот раз судьба на нашей стороне. Я верну тебе зрение, моё сокровище, и мы будем вместе счастливы. — А если нет? Что если я останусь таким навсегда? — Ты для меня всё, Чимин, я приму тебя любым, как когда-то принял меня ты. — Альфа. Тэхён прижал крепко к себе омегу, и очень расстроился, что сейчас у него не было крыльев. Он бы с радостью поднял их над Сеулом и унёс к озеру, где смог бы произнести и показать своей потерянной любви, что те сотни лет, что они провели вдали друг от друга, никак не поменяли их отношения друг к другу. — Отвези меня домой, я хочу насладиться каждой минутой с тобой, оппа. — Ох, Чимин-а, играешь не по правилам. — А у меня дома огромная ванная, а не душ… — Вот после такого и не рассчитывай от меня отделаться, омега. — Ни за что… я так ждал тебя, Тэхён. — Я тоже ждал тебя, Чимин. И сегодняшний рассвет озарил пару, которая сквозь века смогла найти путь друг к друг.

-----------

      Пак Чимин, скучающе, сидел в своей палате. Сегодня закончили с анализами, и буквально в ближайшие часы должна состояться операция. Но омега не её ждал, а своего лечащего врача — Ким Тэхёна. Но вместо него появилась его матушка. — Сынок, привет. Как ты? — Прекрасно. Цвету и пахну. — А можно не столько грубо разговаривать с матерью? — Ох простите, простите, госпожа Ли. — Этого альфы еще не было? — Если бы тут был Тэхён, в палату ты бы вряд ли попала. — Ты меня удивляешь, Чимин. То ты как ёжик никого к себе не подпускаешь, то как мотылёк летишь в пламя. — Мама, тебе радоваться надо. Нашёлся альфа, готовый взять меня любым, да ещё в официальные мужья, прошу заметить, к тому же он богат и известен. Все как ты любишь. — Чимин, но ведь… — Что ведь? Если ты продолжишь что-то говорить против Тэхёна выйди сразу из палаты. У меня через несколько часов операция, а я молча глотать оскорбления в адрес своего альфы не буду. — Хорошо, я молчу. — Спасибо. Сейчас Ли О На смотрела на своего сына и не узнавала его. Всегда маленький и нежный, теперь стал уверенным и дерзким омегой и из-за кого?! Никто не понял, но буквально через пару дней после знакомства Ким Тэхён и Пак Чимин объявили о своей помолвке. Для всех это был шок. Альфа был старше своего омеги, почти вдвое! Тэхёну было сорок один, тогда как Чимину лишь двадцать шесть. Один — известный врач, другой — пациент с малыми шансами увидеть снова этот мир своими глазами, но пару это не остановило. Они проводили друг с другом всё то время, насколько работа позволяла обоим. И вот Тэхён объявляет, что готов провести операцию и кладёт Чимина в больницу. Матери Чимина такой расклад не по душе, но ее сын её даже не пытается услышать. Он весь растворился в докторе Ким Тэхёне. И вот слышаться шаги за дверью палаты, а один нетерпеливый омега сразу кричит: — Хён! Мать видела, как расцвел её ребёнок, едва на пороге палаты появился доктор Ким. — Ну как ты, маленький мой? — Готов, — Чимин протягивает руки, и Тэхён сразу берёт их в свои, бережно целуя ладошки. — Ничего не беспокоит? Ничего не болит? — Нет, всё в полном порядке. — Ну и отлично. Значит, скоро начнём. Омега поднял голову и подставил губы для поцелуя, и Тэхён не разочаровал. Наплевав на мать своего жениха, он поцеловал его в губы. — Всё будет хорошо, моё солнце. — Я верю тебе. Поцеловав в макушку Чимина, альфа кивнул его и пошёл готовиться к операции, а омега остался ждать анестезиолога и медсестер. — С тобой остаться? — Зачем? — И то верно. Зачем тебе я, если есть Ким Тэхён. — Угу… — Чимин-а, — госпожа Ли замялась, видя задумчивого сына. — Не важно, что между нами в отношении твоего выбора альфы, но в любом случае, я желаю тебе удачи. Пусть эта операция пройдет легко. — Спасибо, мам. — Я пойду, не буду мешать тебе готовиться к операции. Дождавшись ухода матери, омега, наконец, смог вдохнуть феромоны своего альфы. Профессия обзывала в больнице пить подавители врачей, но за её пределами Чимин наслаждался терпким ароматом базилика, что был присущ Тэхёну. Он незаметно передал платок, пропитанный его запахом, и омега сразу почувствовал себя лучше. Почему-то Чимин был уверен, что операция пройдет отлично и спустя долгие годы, он, наконец, сможет увидеть альфу, по которому так тосковало его сердце.

-----------

      Тэхён выдохнул и вошёл в палату к Чимину. Сегодня должны снимать повязки с глаз омеги после операции, и хотя альфа был уверен в успехе операции, крошечный шанс на непредвиденные обстоятельства не стоило упускать из вида. Чимин в позе лотоса сидел на своей разворошенной постели и теребил его платок. Шипение омеги заставило Тэхёна тихо рассмеяться. Мужчина сразу понял, что вызвало такую реакцию, и извинился перед своим женихом. — Прости, просто слишком благодарная и эмоциональная мать одного пациента. — И насколько она красивая? — Не знаю, мои глаза видят лишь тебя. — А мои… Давай побыстрее снимем повязки. — Ты не веришь мне? — Ты же видел мою карту… Эта операция была далеко не первой… Ты конечно почти господь бог, но всё же. — Прости-прости. Давай тогда начнём. Тэхён устроил Чимина на постели поудобнее и приступил к самому волнительному моменту. И вот снимая слой за слоем повязки, сердце альфы начало грохотать о рёбра. А вдруг действительно он не смог сделать то, о чём обещал своему омеге? Но альфа старался гнать от себя черные мысли. И вот повязка снята, а Чимин открывает свои глаза. В первые мгновения он пугается, что ничего не вышло, но вот туман расходится, и перед взором омеги предстает он — Ким Тэхён. Золотистая кожа, копна длинных кудрей до плеч, будто живущих своей жизнью, красивые нос с родинкой, скульптурные скулы и такие манящие губы. Но самое главное — это глаза, смотрящие с беспокойством и любовью на него, и Чимин робко улыбается. Морщинки мгновенно собираются вокруг глаз, выдавая возраст Тэхёна, но кому какое дело, ведь куда важнее было то, что чудовище теперь снова держит в руках своё сокровище, и уже никто не в силах встать между ними. — Я люблю тебя, Пак Чимин, — шепчет в ушко альфа, нежно прижимая к себе хрупкое, но столь любимое тело. — Я люблю тебя, Ким Тэхён, — шепчет в ответ омега, обретя дом в крепких и надёжных руках спустя вечность.