Любовь после тебя

Не ищи виноватого, это сделал ты.

Сегодня Чимин просыпается с осознанием, что больше не хочет тратить своё время на страдания и слёзы. Он не хочет теряться в одиночестве и отчаянии, жалея себя. Пусть жалеет тот, кто посмел предать его и упустить. Он мечтает о бумеранге и уверен, что каждый, кто посмел сделать ему больно, получит по заслугам. Стоя перед зеркалом, Чимин поправляет воротник белоснежной рубашки и внимательно осматривает себя, пытаясь найти хоть какой-то недостаток, который мог бы послужить оправданием для того, чтобы остаться дома. Но его нет. Омега выглядит соблазнительно и безумно привлекательно сейчас. Стройные ноги обтянуты чёрными кожаными брюками. Расстёгнутая на три пуговицы рубашка идеально подчёркивает тонкую талию и открывает вид на изящную шею. Украшения из белого золота — подвески и серьги — дополняют образ. Новые драгоценности он купил вчера на деньги Намджуна, опустошая его кредитку. Увлажнив губы гигиенической помадой и поправив вьющиеся светлые локоны чёлки, он подмигивает своему отражению, убеждаясь, что выглядит сногсшибательно. Надев чёрные высокие сапоги и кожаную куртку, он проверяет документы и, убедившись, что всё на месте, выходит из квартиры. Подъехав к офису мужа, Чимина совсем немного трясет, но вовсе не от боли. Её уже почти нет. Там внутри, где должно быть сердце, сейчас зияет огромная черная дыра, полная ненависти и омерзительной злости. Он не боится посмотреть в глаза предателю и больше не страшно увидеть там пустоту. Намджун уничтожил в нём чувство страха. Лифт оповещает о прибытии на тридцать пятый этаж. Чимин, поправив волосы перед зеркалом, гордой и уверенной походкой входит в приёмную генерального директора. Его встречает бесячая секретарша, которую он невзлюбил с первого дня. Она загораживает ему дорогу в кабинет, и Чимин, нахмурившись, останавливается. — Господин Ким сейчас занят, — пищит девушка, выставляя руку вперёд и не подпуская к двери. — Меня это никогда не волновало, — расправив плечи, Чимин обходит её, но она хватает его за руку. Опустив взгляд на тонкие пальцы, что стискивают его рубашку, он приподнимает бровь и смотрит прямо в глаза сотрудницы. — Руки убрала. — Господин Ким просил его не беспокоить, — резко дёрнув руками, пытается объяснить секретарь, но в её голосе явно слышится недовольство и превосходство. И откуда у этой простушки столько уверенности в себе? Чимин на секунду думает, что она тоже вполне могла спать с его мужем. — Значит так, — не выдерживает омега и разворачивается к девушке, — слушай сюда и запоминай: я могу заходить в этот кабинет, когда захочу, и меня не волнует то, что сказал тебе господин Ким, усекла? А теперь иди и сделай мне кофе, — он прищуривается, читая бейдж на груди секретарши, — Ли Сонхи, будьте добры выполнять свою работу, пока она у Вас есть, — оттолкнув её, заходит в кабинет, так и не увидев ошеломленный взгляд от такой дерзости. Зайдя внутрь, тут же ловит на себе устремлённый на него удивленный исподлобья взгляд. Намджун сидит в кресле, держа в руке бокал с виски. — Чимин? — он встает, но тут же садится обратно, когда муж смело проходит к диванчику. Скинув свою сумку на пол, усаживается, облокотившись на спинку и дерзко закинув ногу на ногу. — О, не забыл ещё, — хмыкает омега. — Ну, привет. — Привет, — прочищая горло, отвечает альфа, не сводя горящего взгляда с омеги, — ты прекрасно выглядишь. Чимин усмехается, видя, как его практически пожирают взглядом. «Смотри и осознай, кого ты потерял, скотина», — думает про себя и довольно улыбается. — Я знаю. — Рад тебя видеть, — Намджун так же откидывается в кресло, продолжая откровенно и ни разу не смутившись, любоваться омегой. — Не могу сказать того же. Они молча смотрят друг на друга, и Чимин чувствует, как внутри него закипает гнев, перерастающий в отвращение. Ему вмиг стало неприятно находиться здесь, и, тем более, видеть своего мужа. — Мы поговорим? — кусая губу, интересуется Намджун. — О чём? — хмурится омега. — О твоих изменах? Или о том, что твоя шлюха приходила ко мне? На этих словах альфа заметно напрягается, и Чимин усмехается. Очевидно, что он не знал об этом. — Что значит — приходил к тебе? Чимин молча достаёт бумаги, встаёт с дивана и кидает их на стол. — Это документы на развод. Подпиши и не затягивай, у меня совершенно нет на тебя времени. — Какой развод? — Намджун хватает документы, внимательно читая. — Стоять! Чимин, успевший дойти до двери, оборачивается и выжидающе смотрит. — Сядь, — требует альфа, но заметив холодный и даже какой-то озлобленный взгляд омеги, вмиг тушуется, — пожалуйста. Давай поговорим. Чимин садится на стул и с незаинтересованным видом ждёт, что последует дальше. — О чём? Прощать твоё блядское поведение я не собираюсь, поэтому подпиши бумаги и вали на все четыре. — Детка, давай обсудим. Чимина передёргивает от этого приторного и нелепого прозвища. Отвратительно и теперь уже слишком пошло. — Я был не прав, — продолжает альфа. — Я… я не знаю, как позволил этому случиться. Все вышло из-под контроля, я запутался. Прости меня. Мне важен только ты, — он встаёт из-за стола, и Чимин невольно напрягается. Омега внимательно следит за мужем, стараясь скрыть нахлынувшее, непонятно откуда взявшееся волнение. Чёрт бы его побрал. — Где мой кофе?! — нервно выкрикивает Чимин в сторону двери. В эту же минуту секретарь приносит напитки и, даже не взглянув на омегу, выходит из кабинета. — Прости… я оступился один раз, детка, — Намджун садится рядом, берёт руку супруга и целует. — Ты же знаешь, что люблю я только тебя. Тэхён мне не нужен, только ты. Ты один. Только тебя люблю, — он покрывает поцелуями руку, поднимаясь выше, а второй рукой обнимает за талию. Опаляя дыханием чужую шею, продолжает шептать лживые слова, которые уже никакого значения не имеют. — Ну какой развод? На что ты жить-то будешь? — тихо и добродушно усмехается, чтобы снова не разозлить. Чимин, мотнув головой, резко отталкивает альфу и встает на ноги. Как бы не старался смягчить последний укол Намджун, это действует на омегу, как отрезвляющая пощёчина. Он смело делает шаг вперёд, вынудив мужа отступить назад, прижимая его к столу. — Милый… — мурлыкает омега, обнимая когда-то любимого мужчину за плечи. Чимин проводит ноготочками по груди, отчего альфа прикрывает глаза, наслаждаясь ласковыми поглаживаниями. — Я всё это время думал о тебе, — томно шепчет, обжигая жарким дыханием мужественную шею, слегка лижет её и прикусывает мочку уха, — и вдруг понял, что… — Да, детка… — Меня от тебя тошнит, — раздраженно заканчивает и отстраняется, злясь, что Намджун так легко верит в его отходчивость. Будто измена — это всего лишь невинный взгляд на чужого омегу, а пощёчина — сущий пустяк. Он убил его надежды и испачкал душу страданиями, заставив разувериться в том единственном, во что так горячо верил. Намджун раскрывает глаза в удивлении и, тяжело дыша, смотрит на дерзкую ухмылку. — Да ты без меня никто! — недовольно бросает в ответ. Чимин никогда себя так не вёл, и его поведение сейчас безумно злит. — Я всё делаю для тебя и только ради тебя! Работаю для тебя и твоих хот… — О да, — жёстко перебивает Чимин, и его глаза холодно сверкают, напоминая острые осколки льда, — и других трахаешь тоже ради меня?! Намджун напряжённо смотрит на супруга, его грудь тяжело заходится от гневного дыхания, а кулаки сжимаются. — Это было всего раз! — Какая к чёрту разница?! — повышает голос омега, забыв, что обещал себе не срываться. Но болезненный нарыв вскрывается вновь, заставляя его потерять контроль. — Ты предал меня! Неужели ты не понимаешь? — Чим… — Подпиши эти ёбаные бумаги! — снова перебивает. — И пришли с курьером. Я не могу видеть твою лживую рожу, мразь! Намджун резко хватает супруга за локоть, до боли сжимая, и рывком притягивает к себе. — Следи за своим языком. Чимин тяжело дышит, приоткрыв рот, и смело смотрит в глаза. Не страшно больше видеть эту пустоту и безразличие, потому что отныне и сам пропитан этим насквозь. — Успокойся, приди в себя и поговорим, — продолжает использовать командный тон Намджун. — Я жду подписанные бумаги завтра, — он вырывается из крепкой хватки и снова садится на стул. Дрожащей рукой берёт чашку с кофе, делая глоток. — То есть, ты твердо решил развестись? — Намджун тоже опускается в своё кресло, раздраженно швыряя документы обратно на стол. — Дошло наконец? — дерзит Чимин. — Знаешь, Намджун, я ведь действительно тебя любил и был для тебя идеальным мужем. Я хотел семью, но ты всё разрушил, и поверь мне, теперь ничто не сможет переубедить меня в обратном. — Да ты никто без меня! Ноль без палочки, — рычит альфа, ударяя по столу кулаком, и Чимину очень хочется засмеяться от такой самоуверенности. — Бракованный омега, да кому ты нужен вообще? Ни один альфа не женится на том, кто не сможет родить ему ребёнка, разве что, только для удовольствия! Но и этого добра навалом на стороне, знаешь ли. — Я нужен сам себе, — холодно отвечает Чимин, стараясь пропускать мимо ушей болезненные оскорбления. — Тридцатилетний разведёнка без возможности иметь детей — вот ты кто, — Намджун повторяет мерзкие слова и откидывается в кресле, нагло ухмыляясь. Он открывает папку с документами, которую достаёт из ящика рабочего стола. — Ты не забыл, что у нас брачный договор? Ты же на улице останешься, — он сминает лист в файле и кидает им в омегу. — Прошу тебя читать внимательнее. Машина и квартира принадлежат мне, так что это ты ищи, где тебе ночевать, — Чимин берёт чашку с горячим и отвратительным на вкус кофе, выливая на брачный договор, — упс. — Какого хрена ты творишь? — альфа вскакивает с кресла, хватая испорченный важный договор. — А что, у такого предприимчивого бизнесмена нет копии? — жалобно тянет Чимин. — Ай-яй-яй. — Прекрати это! — рычит Намджун. — А то что? — шипит омега, вставая из-за стола и вплотную подходит к мужу. — Снова ударишь меня? — Чимин… — предупреждающе сипит альфа. — Я тебя не боюсь, — смело произносит и отталкивает мужа подальше, — и передай своей шлюхе, чтобы больше не приходил ко мне, — он забирает свои вещи, направляясь к двери, но останавливается, оборачиваясь к альфе. — Ах да, поздравляю с пополнением. Надеюсь, ваш отпрыск будет хоть немного человечнее. Как же я счастлив, что не забеременел от тебя, иначе бы даже смотреть на собственного ребёнка не смог! — выплевывает всю горечь обиды и выходит из кабинета, громко хлопая дверью. — Проклятье! — в гневе и отчаянии Намджун сметает всё со стола и пинает кресло. Он вне себя от злости и непонимания. Альфа был уверен, что сможет вернуть своего мужа, но теперь, из-за поступка Тэхёна, у него нет ни единого шанса на прощение.

♡

Выйдя из офиса, Чимин садится в машину и опирается лбом на руль. Он старается заглушить чувство вины за слова о ребёнке, которого он, безусловно бы любил, кем бы не являлся его отец. Его сердце грохочет, отбивая неровный ритм о грудную клетку, но это больше не причиняет боли. Высказав мужу всё, что он думает, и известив о разводе, теперь перевернёт эту страницу жизни, чтобы убрать в багаж горького опыта. Он чувствует прилив адреналина и какое-то странное приятное возбуждение. Внутри словно бушует торнадо, наполняя его уверенностью, и ему это нравится. Чимин поднимает голову к потолку, чтобы вытереть слёзы, которые ему всё-таки не удалось сдержать. — Боже… Как же я его ненавижу… Телефон вибрирует, оповещая о сообщении, и, читая его, он начинает смеяться.

Урод (бывший муж)

Давай поговорим!

Прости за резкость… я буду ждать тебя в ресторане «FLORA».

Детка, я заглажу вину, дай мне шанс.

Прочитав сообщение, омега решительно открывает окно и выкидывает телефон прямо в лужу. Заводит автомобиль и срывается с парковки, врубая музыку на полную громкость, решая начать новую жизнь прямо с этой минуты. А начнет он её с покупок и самого дорогого салона красоты.

♡

Семь тридцать утра. Юнги в очередной раз благодарит капитана за отдельный кабинет, где можно укрыться от посторонних глаз и постоянного шума. После второй смены подряд он чувствует недосып, хроническое раздражение и дикую усталость. Даже кофе не помогает, а лишь усугубляет ситуацию. Однако он всё равно заваривает вторую чашку, щедро добавляя в неё сливки и сахар. — Мин, у нас две малолетки, — в кабинет заходит Ингём, — сто пятьдесят восьмая. — Понял, оставляй, — кивает на стол, куда тут же кладут папку, пополняя гору таких же с документов. — Я пойду, встретимся на обеде? — Да, хорошо. Юнги точно не успеет разобраться со всеми этими документами до обеда, но он даже не думает оставаться на третью смену. Чимни его тогда на порог не пустит. Вчера вечером сын устроил настоящую истерику. Дохён его еле успокоил, пообещав, что отец скоро вернется. Юнги чувствует себя отвратительно в такие моменты. Ребёнку не хватает родителя, и сделать с этим альфа ничего не может. Чимни возненавидит его, когда станет взрослее и осознает, что почти все детство провёл без внимания отца. Он отдалится от Юнги и закроется в себе, не подпуская близко, и альфа точно этого не переживет, ведь ужаснее для родителя ничего быть не может. Юнги себя никогда не простит, если сломает ребёнку жизнь и оставит подобные травмы. Он знает, какие бывают дети, что лишены внимания и любви со стороны родителей, и ему до смерти таким родителем быть не хочется. Альфа часто размышляет о том, что было бы, женись он снова. Возможно, тогда Чимни не чувствовал бы себя таким одиноким и покинутым. Однако альфа не знает, как открыть своё израненное сердце и впустить кого-то постороннего в их с сыном жизнь. Юнги сомневается, что кому-то нужен чужой ребёнок и чужие проблемы. Не каждый омега захочет продолжать чью-то жизнь, вместо того чтобы строить свою собственную. — Не спи, замёрзнешь! — раздаётся бодрый голос Чонгука у уха, заставляя вздрогнуть. — Снова тошнотворно радостный, — фыркает Юнги. Альфа снимает верхнюю одежду и убирает зонт в дальний угол, чтобы он просох после дождя. Затем садится за стол и достаёт из пакета купленный в местном семейном кафе завтрак. — Хандрить — это по твоей части, — улыбается Чонгук. — Я купил тебе кашу, ещё тёплая, — он отдаёт небольшой контейнер в руки друга. — Ешь. — Спасибо, — с чувством благодарит Юнги. — Как дела? — гремя посудой, альфа делает себе чай, решая позавтракать, прежде чем приступать к работе. — Куча бумаг. — Как всегда, — поджимает губы Чонгук. — Ну да ладно, — отмахивается, — я разберусь, а ты доедай и отправляйся спать. — Спать я точно не буду, — усмехается Юнги. — Хочу провести время с сыном. — Как он? Успокоился? — Чонгук помнит вчерашнюю истерику крестника и прекрасно понимает его. Не видеть родителей для ребёнка — очень тяжело, и отсутствие должного внимания не проходит бесследно, неся за собой неприятные последствия. — Да, поэтому сегодня мне нельзя опаздывать. Заберу его из садика и поедем гулять. Он хотел в аквапарк. — Хён, я конечно понимаю, что тебе не до этого сейчас, но может стоит хотя бы немного подумать о расширении семьи? Юнги допивает сладкий кофе и хмурится, глядя на друга. — Я про вторую половинку. — Ой, даже не начинай! — Посмотри, — Чонгук берет телефон. — Тельцы, — начинает он и Юнги закатывает глаза, — сегодня вы можете почувствовать приступ одиночества и грусти, но гороскоп советует: не поддавайтесь унынию! Главное для Тельца — не превращаться в лежачий камень и не проводить этот день в пассивном ожидании, — дочитывает и поднимает взгляд на коллегу, — понял? Больше активности, хён. — Обязательно, — хмуро отвечает Юнги, — сейчас поеду в магазин, потом домой. Потом нужно приготовить ужин, сходить за сыном и отправиться в аквапарк — активность повысится на сто процентов! — Я не об этом! — Чонгук-и, хватит, — недовольно перебивает альфа. — Ни одному омеге не нужен альфа с ребёнком. Это бред, и знаешь, я могу их понять. — А вот и неправда, хён, — спорит Чонгук, — во-первых, чужих детей не бывает, а во-вторых, никто тебе не говорит пойти и сразу жениться на первом встречном. Просто развейся, сходи на свидание и потрахайся уже! — Совсем афигел? — Юнги расширяет глаза, удивленно моргая. — А что? Это лучшее снятие стресса и глядишь, появится интерес к поиску мужа, — пожимает плечами альфа. — Ты когда в последний раз с омегой общался? — Недавно кофе пил с одним. — В смысле? — выкрикивает Чонгук. — Почему я не в курсе? — Я просто извинился за свою неаккуратность, ничего такого. Это было не свидание, я был с Чимни. — Хён, ты номер его взял? — в ответ ему мотают головой, и Чонгук с досадой на лице бьёт себя по лбу. Его хён — бестолочь. — Нет, а зачем? Чонгук прикрывает глаза и устало трёт переносицу. — Так, ладно. Пошли сегодня в клуб на пару часов. — Детское меню там появилось? — Попроси Дохёна остаться на ночь. — У него тоже есть своя жизнь, Чонгук. Юнги понимает, что его друг искренне хочет помочь ему в личной жизни. Он очень благодарен ему за это. Но, к сожалению, всё оказывается не так просто, как кажется на первый взгляд. — Один вечер. — Так всё, — Юнги встает из-за стола, откладывая пустой контейнер из-под каши в сторону, и выключает компьютер. — У меня сегодня много дел, я пошёл. — Я планирую пойти в одиннадцать, хён. Не упускай возможность, звёзды тебе этого не простят! — кричит Чонгук в спину друга и улыбается, увидев в ответ средний палец. — Не хочешь сам, я помогу найти тебе вторую половинку, — кивает сам себе и, убирая грязную посуду на столешницу, решает начать работать.

♡

Громкая музыка долбит по ушам, пока в теле плещется адреналин и два уже выпитых мохито, расслабляя и одурманивая мозг. Чимин сидит на высоком стуле за баром, качая ногой в такт заводной музыки. Выбраться в клуб было не такой уж и плохой идеей. Снять усталость и наконец-то почувствовать себя свободным — это то, что так необходимо сейчас. Чимин даже не помнит, когда последний раз посещал такие места, кажется, это было вечность назад. Он допивает третью порцию коктейля, гоняя трубочкой по дну бокала листья мяты. Алкоголь не помогает забыться, но немного притупляет боль. В голове продолжают звучать ужасные слова мужа о его бесполезности, и та новость о беременности омеги вновь всплывает в памяти, только подтверждая слова Намджуна. Они прожигают в его душе новую дыру, забирая всю чувствительность без остатка, не оставив и грамма жизненных сил. Слишком жестоко. Но Чимину не хочется лежать в холодной кровати и снова глотать снотворное, чтобы хоть немного поспать. Ему не хочется чувствовать, как сердце умирает от нестерпимой тоски и одиночества. Если уж и переживать этот ад, то в роли главного. — Чёрт, я забыл свои очки… — слева раздается приятный тембр голоса, и Чимин вздрагивает. — Просто Вы так ослепительны… Он поворачивает голову, натыкаясь на молодого альфу, что стоит перед ним с хмельной улыбкой на губах. — Господи Боже, — нервно прыскает от смеха. — Вы правы, Вы божественно красивы. — Ещё одно слово, и я вылью остатки этого коктейля Вам на голову, — смеясь, угрожает омега, демонстрируя в руках коктейль. — Бокал же почти пустой, — игриво улыбается незнакомец. — Или это такой намёк, что я могу продолжать испытывать удачу? Чимин лишь хмыкает, пожимая плечами и оставляя чужой флирт без ответа. — Что пьёте? — Мохито. — Ммм. Мохито — отличный выбор, — незнакомец кивает бармену, а после снова переводит взгляд на омегу. — Вы знали, что своё название этот напиток получил в честь королевы Шотландии Мэри Тюдор, прозванной в народе за жестокие преследования приверженцев протестантизма «Кровавой Мэри?» — Ещё одно слово и у меня будет несварение, — смеётся Чимин. — Странные у Вас подкаты. — Моя главная цель лишь рассмешить собеседника. Извините, если перестарался в желании впечатлить, — подмигивает альфа. — Что ж, Ваши познания и вправду впечатляют, — улыбается Чимин, благодарно принимая бокал мохито. — Чон Чонгук, — протягивает руку для знакомства. — Пак Чимин, — осторожно касается чужой ладони, некрепко пожимая. — Так в чем же дело, Пак Чимин? Сегодня даже не пятница, — закинув ногу на ногу, интересуется Чонгук, попивая свой коктейль. Чимин на короткий миг уныло опускает голову, понимая, что выглядит так, что ему можно лишь посочувствовать: — Поднимаю тост за моё грядущее моральное разложение. — Звучит грустно. Чимин лишь усмехается, поднимая взгляд. — Но мы же здесь не для того, чтобы грустить и разлагаться, — улыбается Чонгук, подзывая бармена. — В каждом из нас есть частичка грусти, любви и даже боли, потому что мы многогранны. — О, Кафка? — Нет, пацанский паблик с цитатами, — пожимает плечами Чонгук. Чимин громко хохочет, откидывая голову назад. — Вы такой начитанный. У меня как раз были планы провести время с умным молодым человеком, — наконец поддаётся на флирт и кусает губу, стреляя глазками. — А что, сейчас ещё кто-то подойдёт? — с широкой улыбкой отвечает альфа. Чимин снова заливается смехом, полностью погрузившись в непринуждённую беседу. Он не собирается искать кого-то для случайной связи, чтобы на следующее утро в спешке покинуть чужую квартиру, а затем корить себя за это. Возможно, секс мог бы помочь ему расслабиться лучше, чем клуб и мохито, но сегодня он ограничится лишь лёгким флиртом. В конце концов, он всё ещё состоит в браке и не может поступить так низко, достигнув уровня своего мужа — переспать с кем-то, будучи женатым. Несмотря на то, что Намджуну хочется причинить боль, лучше Чимину от этого ему не станет. После часа болтовни они заказали ещё по паре коктейлей, перешли на «ты», решив оставить все формальности и свободно пообщаться. Затем пересели на мягкие диванчики за столик, и Чимин успел рассказать свою горе-проблему, получив немало интересных и местами забавных советов. Иногда, когда мы делимся с незнакомыми людьми своей болью, то после чувствуем себя словно окрылёнными, более спокойными и не ощущаем весь груз проблем. Чимину это было остро необходимо. Ему нужен был рядом человек, который действительно будет слушать его и во всем поддержит. Близких людей рядом у него не осталось, ведь замужество отняло у него друзей, работу, и всё то, в чём он так нуждался раньше. Он забыл даже о семье, отдавая и посвящая себя лишь одному человеку, сделав того центром своей Вселенной. Какой же был глупый. Замужество стало для него спасательным кругом от опеки родителей, и когда появилась такая возможность, он ухватился за неё, даже не подозревая, что навсегда теряет свою свободу. Желание выйти за Намджуна появилось поначалу не от большой любви, как и не от большого ума, как стало известно позже. Безусловно, Чимину просто было удобно сделать это, но со временем, в благодарность за всё, он сумел полюбить этого человека, которого гордо называл «мужем». Он так старался построить для них настоящую счастливую жизнь с самого начала, собирал по малюсеньким камешкам ступеньки к счастью, осторожными шагами прокладывал дорогу в светлое будущее, пока это всё бездарно не разрушили. Теперь свобода станет ему по душе, Чимин надеется на это, уже чувствует преимущества освобождения от лжи и заблуждений. То, чего он так боялся, теперь можно обратить в силу и превратить в необходимость. — Ты отлично двигаешься, — Чонгук плюхается на диванчик, стараясь отдышаться от очередного танца. — Спасибо, — смущенно улыбается. — Мне пора домой, — хихикает Чимин, садясь рядом с альфой. — Время почти три ночи, ты прав, пора закругляться, — соглашается Чонгук. — Счёт пополам? — с озорной улыбкой интересуется. — Я привык, когда за меня платят, — высокомерно фыркает Чимин. — Так всё-таки ещё кто-то подойдёт? — шутит альфа, слыша весёлый хохот. — Сколько там? — вдруг серьезно спрашивает омега и лезет в сумку, доставая карту. — Я пошутил, убери это, — Чонгук кладёт в счёт наличные. Чимин пожимает плечами и не спорит. Если этот альфа хочет заплатить, то пусть платит. В конце концов, это приятно. Внимание от других мужчин непривычно, но оно поднимает самооценку и доказывает, что слова его мужа были несправедливыми и лживыми. Чимин прекрасен, он привлекателен, и он не бракованный омега. Просто всё это время был не с тем человеком. Люди часто видят в других то, что беспокоит их самих. Они переносят на других свои проблемы, обвиняют в своей никчёмности и пытаются самоутвердиться за чужой счёт. Так поступает и Намджун. Мерзко. Подло. Как ничтожество. — Я вызвал два такси, — допив коктейль, говорит Чонгук. — Благодарю, — улыбаясь, Чимин поднимается с диванчика. Ему приятно, что Чонгук не намекает на продолжение, и это ещё больше располагает альфу к себе. Омегу любезно придерживают за руку и помогают накинуть на плечи кожанку. Ветер ночью гораздо холоднее, и он отрезвляет. Они стоят сбоку у входа в клуб, ожидая такси. — Было очень здорово. — Да, я давно так не веселился, — хихикает Чимин, — я был очень рад, что ты составил мне компанию, но скажу сразу, на большее можешь не рассчитывать. — Тоже самое хотел сказать и тебе, — смеётся альфа, за что получает кулаком в плечо. — Гад, — добродушно журит его омега. — Но номер всё же оставь, — предлагает Чонгук, — дружбу никто не отменяет, — пожимает плечами. — Почему бы и нет, — Чимин записывает свой номер на чужой телефон, и делает дозвон. — Готово, — отдает гаджет обратно. — Серьёзно? — фыркает Чонгук, — Чимин-хён? — Будь добр, — кивает омега, широко улыбаясь. — И сколько же тебе? — весело хмыкает Чонгук. — Двадцать восемь. — Да, ты правда старше. У меня кстати есть друг, вы бы друг другу подошли, — прищуривается альфа. — Ты дева, друг телец, а у этих двух знаков идеальная совместимость. — Воу, воу, воу, остановись! — смеётся Чимин, — ты слишком разогнался. Меня совершенно не интересуют отношения. — Да, да. Мой друг говорит точно так же, вы идеальная пара! Чимин хмурится, едва заметно вздрагивая. Слышать такое непривычно. Он никогда не задумывался о других отношениях, да у него и не было никого, кроме Намджуна. Ему сейчас сложно представить себя с кем-то другим. Да и открыть своё сердце Чимин не готов. Слишком тяжело. К тому же, погружаться в новые отношения, едва выбравшись из старых, — не очень мудрое решение. — Машина приехала, — замечает такси и делает шаг назад, — спасибо за приятный вечер, и пока, — омега машет рукой и благодарно улыбается. Чонгук идёт вместе с ним, открывает дверцу, изображая из себя джентльмена, чем снова доводит до смеха. — Был рад знакомству. — Сладких снов, Чимин-хён, — смеётся Чонгук и закрывает дверь. Он провожает взглядом уезжающий автомобиль и отвлекается на сигнал другого автомобиля. Его такси приезжает следом.

3:16

Кому: Юнги

ссылка *совместимость девы и тельца*

♡

Тэхён места себе не находит с того самого момента, как встретился с мужем Намджуна. Ему до сих пор тяжело верится в то, что альфа мог так нагло, коварно и подло обманывать его и своего супруга. Хочется, чтобы всё это оказалось кошмарным сном. Чудовищным, нереальным сном. За все свои двадцать два года омега ни разу не состоял в отношениях, пока однажды вечером не встретил его — красивого, доброго и обаятельного альфу, что покорил нежными словами и клятвами в вечной любви. Наивное и глупое сердце омеги поверило, делая Тэхёна счастливым. Он настолько погрузился в эту иллюзию любви, что не замечал ничего вокруг. Теперь винит себя и ненавидит за свою ошибку, но не может перестать любить этого человека. Если бы альфа был свободен, омега не думал бы о том, чтобы разорвать отношения с ним. Но сейчас, как бы не тянуло вновь окунуться в эту пучину обмана, он понимает, что должен отпустить свои чувства. Ведь это не правильно. Это не честно, и так быть не должно. В тот день, когда он узнал о Чимине, единственное, чего ему хотелось, — это рассказать правду, признаться этому омеге, что Тэхён не такой, каким кажется. Он не хотел разрушать чужую жизнь и действительно верил во всю ложь, что так умело вливали ему в уши. Омега точно так же любил, но был предан. Как же это нелепо и ужасно. Почему кто-то не боится причинить боль другим и способен на такую подлость? Ради чего? Разбить два сердца в одно мгновение и наслаждаться болью двух человек? Намджун — монстр. Другого объяснения Тэхён не находит. Он вспоминает те рассказы о некоем брате, который не может забеременеть, который мечтает о большой семье и его бросает в дрожь. Как можно так поступать с любимыми? Тэхён не может сдержать слёз. Он плачет навзрыд. Ему больно и невыносимо обидно. Он не может ничего изменить, но может попытаться объясниться и попросить прощения, ведь незнание не делает из него святого. В тот день ему было непросто решиться прийти к Чимину. Но, как и ожидалось, его никто не стал слушать. И это понятно, ведь будь на месте того омеги Тэхён, вероятно, поступил бы точно так же. Он хочет откусить себе язык за ту неосторожно брошенную фразу, которая могла ранить омегу. «Я беременный» Зачем он это сказал? Хотел ли он сделать кому-то больно? Нет, наверное, он просто хотел получить сочувствие и поддержку, ведь он тоже обманут, и больше ни за что не сможет подпустить к себе отца своего ребёнка. Но, к сожалению, Тэхён обратился не к тому человеку. Чимин даже не обернулся, он просто ушёл. Омега чувствует себя ужасно из-за того, что, возможно, разрушил надежду Чимина на то, чтобы и без того огромное и тяжелое предательство не обрело такие вселенские масштабы. Зачем? Зачем? Зачем? Лучше бы молчал. Лучше бы вообще не приходил к Чимину! Он услышал звонок в дверь сквозь гул своих мыслей и поспешил открыть. Внутри него всё горело от волнения и боли, которая, казалось, разрывала на части каждый орган. Предательство — это ещё не самое страшное. — Джун-и… — Ты какого хуя сделал? — хватая за щеки одной рукой и прижимая к стене омегу, рычит Намджун. — Кто тебя, сука, просил ходить к Чимину? — Я лишь хотел… — Закрой рот! — рычит альфа и с силой бьёт Тэхёна по лицу. Тот вскрикивает от неожиданной жгучей боли и падает на пол, испуганно глядя на разъярённого альфу. — Пожалуйста, не надо… — Кто тебя просил, я спрашиваю? Что ты ему наговорил? — Намджун делает шаг к омеге, сжимает его мягкие шелковистые волосы в кулак, и снова замахивается, оставляя болезненный удар по челюсти кулаком. — Я тебя убью, сука. — Мне больно, пожалуйста перестань… — Тэхён задыхается в рыданиях, чувствуя, как лицо горит словно в огне. Он вцепляется в руку альфы и старается отползти, но его резко дергают за волосы, заставляя смотреть в глаза. — Не ври! — рычит Намджун. Он снова замахивается, разбивая омеге нос, тот взвизгивает от ужасной острой боли. Кровь растекается по лицу, смешиваясь со слезами, попадает в рот, заставляя кашлять. Его хватают за горло и рывком поднимают на ноги. Тэхён не может дышать, лишь хрипит от удушающей хватки. Его глаза застилает пелена жгучей, пульсирующей во всем теле боли, заставляя ноги дрожать. С силой альфа прикладывает его об стену, и омега жмурится, слыша глухой звон в ушах. — Хватит… прошу… — сипло хрипит, всё еще пытаясь убрать чужую руку. — Мелкая шлюха, — шипит Намджун, сильнее сдавливая хрупкую шею. — Что за хуйню ты нёс про ребенка? — Я… я… — Тэхён кашляет, с усилием открывает глаза, глядя в чёрные, полные ненависти напротив, — это п… правда… Намджун ослабляет хватку, хмуря густые брови, и опускает взгляд. — Ты думал присвоить меня этим? — злится альфа. Со всей жестокостью, на какую только способен, он бьёт омегу в живот. Тот громко вскрикивает и падает на пол, сгибаясь пополам. — Избавься от него, иначе я вас обоих прибью, — выплёвывает угрозу и быстрым шагом уходит из квартиры. Тэхён, судорожно дыша, лежит на полу в луже собственной крови и тихо скулит, ощущая немыслимую боль во всем теле. Дрожащей рукой проводит по животу и, закусив до боли губу, сдается истерике, истошно крича, задыхаясь от душевной боли, что перекрывает физическую. Он сделает то, о чем его попросили. Избавится от ребёнка. Иначе это сделают за него…