Любовь после тебя

Над Сеулом снова повисли низкие тяжелые тёмные тучи. Улицы по-прежнему омывает ледяной мелкий дождь, а ветер гоняет опавшие жёлтые листья прохожим под ноги. Вокруг всё кажется так уныло, мрачно и бледно, и единственное, что хочется, — это лежать в тёплой кровати с горячим какао и думать о вечном. Но не для Чимина. Он, как только вышел на улицу, всё преобразилось ярким сиянием какого-то небывалого счастья, а улыбка, что украсила его лицо, словно лучики солнца, озаряла всё вокруг. — Юнги! — заметив альфу возле автомобиля, он быстро преодолевает между ними расстояние и налетает на него с крепкими объятиями. Зонт из рук мужчины падает, и он прижимает омегу за талию к себе, приподнимая над мокрым асфальтом. Чимин обхватывает тёплыми ладонями его прохладные щёки и прижимается губами к губам, совершенно никого не смущаясь. — Здравствуй, — опаляет дыханием губы, даря легкое прикосновение, и это прикосновение заставляет голову Юнги кружиться подобно осенним листьям, что гоняет ветер. Чимин — его ветер, только теплый и ласковый. — Здравствуй, — шепчет в ответ альфа, — как ты себя чувствуешь? — Всё прекрасно, — широко улыбаясь, отвечает Чимин и снова прижимается к губам. — Садись скорее, сегодня так холодно, — он отпускает омегу и открывает ему дверцу. Сам же поднимает зонтик, отряхивая от капель, и, закинув на заднее сидение, садится на водительское. — Я не знал, что у тебя есть машина, — Чимин тянется к руке Юнги, обхватывая его ладонь. — Это машина Чонгука, — отвечает Юнги, слегка вздрогнув от нежного прикосновения. Его сердце так сильно забилось от чувств, которые, казалось, с каждым днём становились всё сильнее. Как же он был глуп, когда думал, что не сможет никого впустить в своё сердце! Он противился, сопротивлялся, но теперь понимает, что рискнуть и доверить его было самым лучшим решением. — Себе не думал завести? — откинувшись на спинку мягкого сидения и глядя на профиль сосредоточенного альфы, интересуется Чимин. — Зачем? Мне твоей хватит, — шутит Юнги, и они начинают смеяться. — Наглый, остроумный, красивый, да ещё и чувство юмора на высоте, — кусает губу омега, крепче сжимая чужую ладонь. — Мин Юнги, да вы мечта, — кокетничает он. — И кому же я такой достанусь? — смотря на дорогу, задумчиво тянет Юнги. — Да ещё и бесстрашный! Юнги хрипло смеётся, чувствуя себя сейчас на седьмом небе от счастья. Как же с Чимином легко и комфортно. Хочется остановиться прям посреди дороги, наплевать на все правила и целовать его. Целовать до горячих губ и ярких звёздочек перед глазами. — Так что за прокурор? Вы раньше виделись? — интересуется Чимин. — Нет, но он сын одного нашего старого знакомого, — рассказывает Юнги, — может помочь с делом Тэхёна. — Так а почему ты думаешь, что я смогу чем-то помочь? — Чимин слегка удивился, когда Юнги позвал его с собой на рабочую встречу. О бизнесе бывшего он мало чего знал, он ненавидел его работу, и никогда не интересовался подробностями. — От меня не будет толку. — Давай всё-таки встретимся с ним, ведь у тебя всё равно нет дел, — припарковавшись возле одной из высоток их района и повернувшись к омеге, просит Юнги, — а после проведем время вместе, — притягивает его руку и целует несколько раз, — хочешь? — Ты так просишь, что я не могу сказать нет, — широко улыбается Чимин и манит пальчиком альфу к себе. Тот всё понимает и, отстегнув ремень безопасности, обнимает ладонью его за шею и целует в губы. — Я раньше столько никогда не целовался, — тихо шепчет и смеётся. — Нравится? — игриво интересуется Чимин. — Очень, — Юнги снова целует, слегка кусая пухлые, самые вкусные и желанные губы, — нам пора. — Идём, — кивает Чимин, но лишь теснее прижимается к мужчине, продолжая расцеловывать его губы и щеки. — Чимин, — смеётся альфа и зажмуривается, — неприлично опаздывать. — Поцелуи — это уважительная причина, — нежно гладя порозовевшую щеку, он оставляет еще один сладкий поцелуй и, отстегивая ремень безопасности, выходит из автомобиля. Прокурор Чон Хосок назначил встречу в небольшом кафе. Чимин лишь усмехнулся, не понимая, почему все важные разговоры проходят в таких местах. Почему нельзя выбрать рабочий кабинет или обычный парк, где меньше любопытных глаз и ушей? Хотя от горячего кофе с горкой взбитых сливок он бы сейчас не отказался. Ему не верится, что от его присутствия будет какой-то толк, но если Юнги будет спокойнее, то отказать он просто не в силах, особенно когда его так сладко просили об этом. Они заходят в заведение, проходят в гардероб. Юнги любезно помогает снять омеге пальто и отдает сотруднику. — Я немного волнуюсь, — стоя у зеркала и поправляя волосы, говорит Чимин, — я совсем бесполезен буду. — Успокойся, — Юнги так же поправляет свои волосы и начинает улыбаться, когда омега разворачивается и, легонько оттолкнув его руки, начинает сам зачесывать челку, — всё будет нормально. Ответишь на пару вопросов и всё. — У тебя очень красивый лоб. Юнги лишь закатывает глаза и смущенно фыркает. — Идём. В зал их провожает официант. — Вы бронировали? — Нас должны ожидать, столик на имя Чон Хосок. Сотрудник кивает и провожает до столика. За ним сидит молодой альфа с черными волосами и прямой челкой, что практически закрывает его глаза, в сером оверсайз худи с разноцветными надписями, на ногах у него широченные темно-синие джинсы и белые кроссовки. Чимин удивленно рассматривает молодого человека. В голову лезут сомнения, что так должен выглядеть серьезный прокурор. Обычно они ходят в занудных костюмах-тройках или в душных галстуках, ведь именно так он себе его и представлял. — Чон Хосок? — уточняет Юнги. — О, — альфа разворачивается к подошедшим и ярко улыбается, — привет! — он встает, пожимая руку. — Привет, — растерянно отвечает Юнги, явно не ожидая такого неформального приветствия, но руку пожимает, слегка улыбнувшись. — Мин Юнги, — кивает Хосок и переводит взгляд на притихшего Чимина. — А вы — Ким Чимин. — Пак, — поправляет омега. — Я Пак Чимин, здравствуйте, — он протягивает руку в надежде, что не почувствует на костяшках чужих губ. К облегчению, его ладонь лишь пожимают и предлагают присесть. — Я Чон Хосок, — он так же садится напротив, — дело важное, времени нет, так что начнем. Значит так, — он достает небольшую папку из сумки и открывает, — Ким Намджун очень крупная рыбка, которую я мечтаю слопать, — палец альфы показывает на фото бизнесмена, и Юнги понимает, что это досье на него, — шесть лет назад он работал с одним очень влиятельным человеком, которого подставил и посадил, натравив прокуратуру. Тот человек ни в чем не виноват был, разве только в том, что доверился Киму. — Его имя случайно не Ким Джису? — перебивает Чимин. — В точку! — щелкает пальцами альфа, — ты знаешь его? — Нет, мы лично не знакомы, но тогда у Намджуна было много проблем на работе, я хорошо помню это время. Много он мне не рассказывал, но я слышал, что некий Ким Джису мешает ему. — На самом деле, он не мешал ему, а хотел помешать, — отвечает Хосок, улыбаясь, — это разные вещи. Мне понадобилось много времени, чтобы во всём разобраться. Бизнес вашего супруга… — Бывшего, — недовольно исправляет Чимин. — Бывшего, — кивает альфа, — нелегален. Он отмывает деньги, прикрываясь юридическими фирмами, которые вдобавок кидают и обычных людей. Ты знал что-нибудь? — обращается к омеге. Чимин удивленно выгибает бровь, затем хмурится, отрицательно мотая головой. — Как мы можем помочь тебе? — встревает Юнги. — Очень просто. Недавно было ещё одно дело, — Хосок облизывает палец, переворачивая файл, — Ким Тэхён, который писал заявление, — он двигает папку ближе к полицейскому. — Да, это оно. Его закрыли взятками. — Вот именно. Это двенадцатое дело. — Что? — восклицает Чимин. — Что вы… ты… вы имеете в виду? — Двенадцать закрытых дел, связанных с Ким Намджуном, которые благополучно для него завершились, и все мы понимаем, как. Я же говорю, эта золотая рыбка давно у меня на крючке. — В нашей базе только одно, — вспоминает Юнги. — Неа, — усмехается Хосок и снова переворачивает листок в папке. — Чон Чонгук, твой коллега? — В ответ кивают. — Сейчас арестован за драку с Ким Намджуном, верно? — Да. — Вопрос. Как Ким Тэхён и Чон Чонгук связаны? — Они друзья, — отвечает Чимин. Он слегка напуган и обескуражен большим количеством информации о своем бывшем супруге. Двенадцать откупных дел. Что же он творил всё это время за его спиной? — Почему это так важно? — Потому что Ким Тэхён приходил к Намджуну пару дней назад и просил забрать заявление. — Что? — в один голос восклицают Юнги с Чимином и переглядываются. — Откуда ты знаешь? Хосок снова усмехается и, откинувшись на спинку диванчика, улыбается. — Я, похоже, с вами надолго, предлагаю заказать перекусить, я голодный жуть, — он подзывает официанта, — здесь очень вкусная свинина, возьмем? Или говядина, что вы больше предпочитаете? Чимин растерянно хлопает ресницами, не зная, что ответить и как себя вести. Этот прокурор вызывает сомнения своим странным поведением. Юнги внимательно разглядывает альфу. На самом деле ему не кажется он несерьезным. Ведь Лисан не стал бы подсовывать им свинью. По прокурору видно, как долго он гоняется за преступником и действительно желает засадить его, учитывая, сколько информации у него уже нарыто. Он обязан помочь сейчас ему, чтобы в первую очередь защитить того, кто сердцу стал дорог. — Перекусим? — тихо интересуется у Чимина, и тот лишь кивает. Юнги замечает потерянный взгляд и поникшее настроение. Понимает, как тяжело такое слышать про человека, которого ты считал своей семьей. Но сладкая ложь никому не нужна, и лучше омега увидит всю суровую реальность о своём бывшем муже и проглотит эту каплю горькой правды, навсегда убедившись, что развод с этим человеком был самым верным решением в его жизни. Поначалу разговор с прокурором приносил лишь непонимание и легкое раздражение от этого непонимания. О работе бывшего супруга Чимин почти не участвовал в дискуссии, в основном Юнги, зная, о чем идет речь, поддерживал Хосока и расспрашивал более подробно о грязных делах бизнесмена. Омега ещё не понимал, для чего он был здесь нужен, ведь никаких тёмных тайн он не выдавал, и не потому что хотел защитить, а потому что ничего не знал. Но когда речь зашла о некой Сонхи, что работала на Кима, тут уже стало куда интереснее. Оказалось, что прокурор без проблем вышел на неё и так же, как сейчас, просил о помощи в надежде, что омега окажется адекватной, но не тут-то было. Та вместо того, чтобы сотрудничать по-чистому, попросила о взаимной услуге. Убрать с её пути мужа и любовника господина Кима. Хосок, разумеется, не представившись кем является, согласился, дабы ближе подобраться к желаемому объекту и пополнить свою коллекцию преступлений бизнесмена. Сонхи была легкой добычей, глупой и очень-очень мстительной. Обычно такие дамочки на всё готовы, чтобы заполучить своё, даже на предательство. Глупые, алчные омеги, которые идут по головам, считая себя умнее и хитрее всех. Именно она предоставляла всю информацию о своём боссе в надежде, что это поможет ей наконец-то избавиться от ненавистных омег, которых, по её словам, любит Намджун. Но как бы не старалась эта дурочка угодить, Хосок понимал, что она никогда и ни при каких условиях не смогла бы стать ближе к своему руководителю. Пару раз трахнуть на рабочем столе и один раз свозить на деловую встречу — единственное, для чего она нужна ему. Ким Намджун, судя по многочисленным любовникам, не разборчив в любви, но строить отношения альфа с кем попало не стал бы, тому пример его долгий и «счастливый» брак. В своих кругах он считался добропорядочным и любящим мужем. Ему нужно было, чтобы его считали таковым, ведь в большом бизнесе многим важна семья, ведь если человек постоянен и стабилен, значит, бизнес у него такой же. Постоянный и стабильный. Брак с Чимином был прикрытием, Хосок понимал, но не спешил говорить об этом самому омеге. Узнать такое неприятно, да и портить настроение совсем не хотелось столь гадкими новостями. То, что они развелись, видимо, открыло глаза Чимина на многое, Чону так хотелось бы думать. Пусть это и не его дело, и в любви Хосок был не профи, он все же не понимал, как можно быть настолько гнилым человеком и использовать ради своей выгоды того, кто любил тебя всем сердцем. — То есть эта сучка сливает всю информацию о делах Намджуна, чтобы ты убрал меня с её пути?! — не сдерживается Чимин. — О да, — довольно улыбается Хосок. Омега начинает смеяться, и этот смех кажется безумно нервным. Юнги замечает это и спешит утешить, он сжимает ладонь омеги под столом, молча проявляя поддержку. Чувствует, что зря привёл его сюда. Бередить старые раны ни к чему, об этом он совсем не подумал. Черт… — Он спит с ней? — звучит даже не как вопрос, а как констатация факта. — Чимин, — перебивает Юнги. — Чёртова тварь, — усмехается омега, — я подозревал, я знал. — Чимин, не думаю, что сейчас это важно, — вдруг серьёзно говорит Хосок понимая, что не нужно было давить прошлым на омегу. — О, что ты! Я это уже пережил, — отмахивается Чимин, — просто до сих пор трясет от её вида. Как вспомню, — он показательно вздрагивает и смеётся. — А что насчет Ким Тэхёна? — недовольно интересуется Юнги, решая сменить тему. — Он приходил к Намджуну, просил забрать заявление на Чон Чонгука. — Когда это было? — жестко перебивает Чимин. Его всего трясет от этого разговора, от новостей. И хер с ней, с этой секретаршей, это его уже не касается. Но как Тэхён мог проворачивать дела за его спиной, за спиной Юнги в одиночку и идти к тому, кто в буквальном смысле сломал его? Кажется, что Чимин прямо сейчас готов приехать домой и прибить этого глупого идиота! — Почти сразу, когда Чона арестовали. Он приходил в участок, его встретил Ингём, — рассказывает Хосок, — а после он пошёл к Киму. — Это Сонхи рассказала? — Да, — кивает прокурор. — А если она врёт? — интересуется Чимин. — Не думаю, она назначила мне встречу и была в ярости, что видела омегу в офисе. — Сука! — злобно выкрикивает Чимин, ударяя кулаком по столу. — Что он сделал ему? Хосок кусает губу, переводя взгляд на альфу. — Чимин, послушай, — начинает Юнги, но его перебивают. — Я задал вопрос, — шипит омега не в силах больше выслушивать этот бред. Мало того, что ему снова напомнили о бывшем и его похождениях, нераскрытых делах, так ещё и гадости об омеге, об его друге, которого Чимин действительно считает близким человеком. — Секретарь не знала, что было в кабинете, но слышала лишь отрывки разговора, — Хосок облизывает губы и смотрит на Чимина, — думаю, мы все понимаем, что там могло быть, но после Ким Тэхён выбежал оттуда, по ее словам, как ошпаренный. Чимин поднимает голову к потолку прикрывая глаза и медленно выдыхает. Этого не может быть! Боже! Только не это! Неужели они… — Какая информация нужна от нас? — Юнги пытается закончить это всё, видя состояние омеги. — Мне нужно дело Ким Тэхёна, все, кто к нему причастны, и… — он косится на омегу, уже жалея обо всем, что говорил, и о том, что настоял на его визите, — давай я позвоню тебе в рабочее время, идет? — Так и нужно было, — рычит Юнги, когда Чимин, не попрощавшись, встаёт и уходит, — я сам наберу.

♡

— Чимин-и, — альфа подбегает к парню. Тот стоит у машины нервно открывая пачку сигарет. — Отвези меня домой, немедленно! — требует омега. — Успокойся, ладно? — просит Юнги, отбирая сигареты, но их тут же выхватывают обратно. — Я спокоен! разве не видно? — но то, как звучит его голос говорит об обратном. — Хочешь мы… — Юнги, я хочу, чтобы ты отвёз меня домой, или я вызываю такси! — угрожает он и достаёт телефон. — Прекрати! — альфа забирает мобильный и приобнимает омегу за плечи. — Убери эту дрянь, — кивает на пачку «Мальборо». — Садись, и я отвезу тебя, ладно? Чимин убирает пачку в карман, ему открывают дверцу, и он садится, пока Юнги обходит автомобиль и садится на водительское. В напряженной тишине они едут домой к омеге. Тэхёну придется несладко, и лучше быть начеку. С омегой предстоит серьёзный разговор, и альфа обязан быть с ними.

♡

— Прошу, будь спокойнее, всё-таки он в положении, — просит Юнги, когда Чимин открывает дверь в квартиру. — Он думал об этом, когда ходил к нему? — рычит Чимин, и альфа молчит, понимает, что тот прав. Нельзя было так поступать, не сказав никому. Порыв Тэхёна был ясен, но всё-таки в первую очередь нужно думать головой. Но как же думать головой, когда сердце готово умереть ради любви? Чимин, не снимая обуви и одежды, заходит в гостиную. Тэхён сидит за ноутбуком и что-то печатает, совсем не замечая пришедших. — Ой, — он пугается, когда крышка компьютера громко хлопает. Перед ним стоит злой до чёртиков Чимин, и омега клянётся, что впервые видит его таким. Следом подходит Юнги. — Привет, — растерянно говорит он. — Ну как дела? — нервно интересуется Чимин. — Что делал? Куда ходил? Тэхён хмурится, чувствуя нарастающую панику внутри. Голос Чимина звучит так недобро, даже злобно, и это очень пугает. — Чимин-а, я работаю… — Я сейчас задам вопрос и хочу услышать правду, Тэхён, — Чимину кое-как удаётся держать себя в руках. — Хорошо. — Ты ходил к Намджуну? Просил забрать у него заявление? Тэхён расширяет глаза, замирая на месте, и смотрит на друга, не зная, что ответить. Тело пробивает крупная дрожь, а по спине пробегает страх, что сковывает своим холодом, не давая возможности говорить. Чимин смотрит на него и горько усмехается, понимая ответ. Да, я ходил к твоему бывшему. Да, я сделал это за твоей спиной. Да, я не подумал о безопасности. Да, я сам всё могу решить, и да, мне плевать на тебя, Чимин. — Сволочь, — сокрушенно шепчет Чимин. — Чимин-а, послушай, — дрожащим голосом начинает Тэхён, но его жестко перебивают. — Заткнись! — кричит омега, хватаясь за его футболку. — Хочешь к нему уйти? Иди! Нравится унижаться? — Он хватает ноутбук и кидает его на пол под испуганный вскрик Тэхёна. Юнги тут же подбегает к Чимину, но тот отталкивает его. — Ты не думал своей башкой тупой, когда пошел к нему! Почему? Неужели тебе плевать? Я всё для тебя сделал! — Слёзы уже непослушно стекают из глаз, а голос срывается. — Я пытался защитить себя, тебя, нас! А что делаешь ты, мать твою?! Думаешь, без тебя не разберутся? Кем ты себя возомнил?! — Напирает Чимин, и Тэхён прикрывает лицо руками, сгорая от стыда, и задыхается в слезах. Он понимал, что об этом узнают, но тогда он не отвечал за себя, ведь самым важным было лишь спасти Чонгука. Любой ценой… — Чимин, прошу… — Заткнись! — снова перебивает, — Я тебя пригрел! Хотел помочь, я душу тебе свою открыл! А ты нагадил туда! За что, блять?! За что? — истерично кричит, хватая парня за руки. — Я никогда не просил тебя о благодарности, но чем ты в итоге отплатил мне? Ходил к этому чудовищу, что сломал тебя, что убивал тебя! Неужели ты настолько глуп, Тэхён? Что ты делал ему? Он трахнул тебя и обещал, что выпустит Чонгука? — на этих словах Тэхён судорожно мотает головой. — Нет, нет. Чимин-и… Я просто хотел, я хотел как лучше… — Лучше для кого? — огрызается Чимин. — Ты подверг опасности не только меня, раз тебе на свою жизнь похуй, как ты посмел не подумать о ребёнке?! — оглушительно кричит и замахивается, полностью теряя контроль, но его руку тут же перехватывают и притягивают к себе. Тэхён испуганно отскакивает и загнанно дышит, прикладывая руки к животу. Чимин плачет. Оглушительно. Он плачет навзрыд, сжимая в кулаках куртку Юнги. Тот прижимает его к себе, глядя на Тэхёна. — Иди в комнату, — тихо шепчет ему, и тот быстро убегает. — Тише, Чимин-и, — Юнги сажает омегу на стул, быстро наливает воды и подает бокал. — Не хочу! — он закрывает лицо руками, судорожно всхлипывая. — Что нам делать теперь? Как ему в голову пришло идти к нему? Они слышат шум, а после в прихожей замечают Тэхёна, он спешно одевается. — Ты куда собрался? — Чимин вскакивает со стула. — Я не хочу больше портить тебе жизнь, прости меня. — Тэхён, успокойся! — встревает Юнги. — Ах, серьёзно? Теперь ты оставляешь меня?! Да вали к чертям! — кричит Чимин, выталкивая парня к двери. — Иди! Иди к нему, беги, упади в ноги и скажи, как тебе плохо, может, он наконец-то выбьет из тебя всю дурь, тебе же это нужно? Тэхён молча выбегает из квартиры, и Юнги тяжело вздыхает. — Чимин, прекрати! — рычит он, и это немного приводит в чувства омегу. — Жди меня здесь, — он хватает ключи и выходит следом за Тэхёном, закрывая дверь.

♡

— Тэхён, стой, — альфа догоняет омегу и останавливает, — куда ты собрался? — Я больше не могу портить жизнь ему, не могу, — он начинает плакать, и Юнги притягивает его в свои объятия, — мне так жаль… — Зачем ты пошел к нему, а? — Я хотел, чтобы он забрал заявление, я хотел помочь Чонгуку, ведь он из-за меня попал в тюрьму. Если бы не я, всем было бы лучше. Только я во всем виноват, — утыкаясь в грудь альфе, продолжает плакать. — Ты ни в чем не виноват, прошу тебя, успокойся, — Юнги гладит его по спине и впервые так растерян, не зная, что делать. Он понимает чувства обоих омег и так же знает, что ни в коем случае нельзя отпускать Тэхёна одного, ведь тому некуда идти, а Чимин, когда успокоится, не простит себе того, что посмел отпустить. — Чимин-и больше не захочет меня видеть, мне лучше уехать. — Он сейчас на нервах, ты сам все видел, не принимай его слова так близко к сердцу. — Юнги-хён, отпусти меня, пожалуйста, я уеду. Я всем приношу только боль, а я не хочу ломать жизнь ни Чимину, ни Чонгуку… — он поднимает заплаканные глаза и смотрит так жалобно, что у альфы сердце сжимается. — Значит так, я сейчас отвезу тебя к себе, успокоишься и поспишь, а потом вы спокойно поговорите. — Нет, он меня никогда не сможет простить. Юнги тяжело вздыхает. — Ты слышишь, что я тебе говорю? Ну куда ты пойдешь? Мало тебе неприятностей? Тэхён стирает слезы с щек и делает глубокий вдох, не смея спорить. Юнги прав, ему некуда идти, и самое важное сейчас — прийти в себя и успокоиться. — Я сейчас позвоню Ингёму, он отвезет тебя, ладно? — на что ему лишь молча кивают. Юнги передает ключи от квартиры в руки омеге и решает подождать вместе с ним приезда коллеги. Тот сейчас патрулировал улицы и обещал быть через пару минут. — Дома есть еда, перекуси и ляг спать. — А как же твой сын… Он… — Не переживай, Чимни ещё в садике. — Спасибо… Я правда хотел лишь помочь Чонгуку… — Для этого есть такие дяденьки, как я, полицейскими зовутся, — улыбается Юнги, щелкая омегу по кончику носа. — Чонгуку ты никак не поможешь сам, мы разбираемся. Тем более его выпустят под залог, я об этом позабочусь. Судья еще не назвал стоимость, но скоро он выйдет и вряд ли обрадуется тому, что ты сделал. — Ты расскажешь, да? — Он всё равно узнает. Около подъезда останавливается полицейская машина, Юнги встает с лавочки и провожает омегу, давая указания Ингёму доставить омегу в целости и сохранности и не приставать с вопросами. Юнги, конечно, понимал, что с появлением Чимина его жизнь порядком изменилась, но чтобы настолько… Видя, как страдают два хрупких прекрасных человека из-за одного мерзкого чудовища, он дает себе обещание сделать всё, чтобы он их больше никогда не касался. Он забегает в подъезд, возвращаясь к Чимину, он уверен, что тот сейчас нуждается в его присутствии, и был прав, когда, зайдя в квартиру, находит омегу на полу с бутылкой вина. — Иди ко мне, — Юнги присаживается на пол рядом с омегой и прижимает к себе, когда тот обнимает его и утыкается в шею, снова начиная плакать. Юнги гладит его по волосам, спине, целует в висок, утешая безмолвно. Дает время выплакаться, подставляя свое плечо. — Почему все хотят от меня сбежать? — приглушенно шепчет Чимин. — Что я делаю не так? — Что ты говоришь такое? — ласково отзывается альфа. — Разве ты сам не видишь? — приподнимаясь и заглядывая в глаза мужчине, спрашивает, — муж изменял, для него наш брак ничего не значил. Спал со всеми подряд, пока я ждал его дома. Секретарша шлюха эта знала обо всем, сама спала с ним, а мне улыбалась в глаза. Я таким жалким выглядел, и даже не знал ничего, — губа омеги судорожно дрожит, и он кусает её до боли и зажмуривается, стараясь прогнать подкатывающую истерику, — Тэхён, которого я посчитал другом, несмотря на всю ситуацию, убежал при первой возможности… Он даже не думал обо мне, когда снова ложился под него. О ребёнке не подумал, — он сдается, снова начиная плакать, и Юнги тут же прижимает его к себе. — Дело не в тебе, Чимин. Бывший твой редкостная мразь, — не подбирая выражений отзывается Юнги, — а Тэхён он просто наивен, до боли наивен. Не знает, что делать и как себя вести. — Поэтому идёт к тому, кто сломал его жизнь, да? — горько усмехается. — А не ко мне, кто собрал его по частям. — Все мы делаем ошибки. Ему хотелось помочь, он чувствовал вину. — Не смей его защищать, Мин Юнги! — Я никого не защищаю, Чимин. Я понимаю, что он поступил неправильно. — Как же я зол на него, — мотает головой Чимин и делает глоток вина. — И это нормально, — Юнги отбирает бутылку и ставит с другой стороны, — может, тебе лучше чай сделать? — Не хочу, — Чимин приподнимается и седлает бёдра альфы, обнимая его за шею, — давай так посидим, пожалуйста. Мне с тобой очень хорошо... — тихо шепчет, оставляя поцелуй за ухом альфы. Юнги прижимает его к себе за талию, нежно гладит руками спину и целует в волосы. — Где он? — Я отправил его к себе домой с Ингёмом. — Спасибо, что не дал ему уйти. Я не следил за словами, просто это слишком для меня. — Я понимаю. — Когда же это всё закончится? — Чимин снова плачет. На этот раз тихо, лишь содрогается в чужих объятиях и крепче прижимается к Юнги, ища в нем поддержку, и её дают. Продолжают ласково гладить спину, дарят сладкие поцелуи и шепчут на ухо, что все обязательно скоро закончится, и он станет самым счастливым. Чимин верит, Юнги не подведет.