Это всё он

      — Охуеть…       Было первое, что пришло в голову и Юнги не сдержался потому, что это так и есть…       — Ты ж моя принцесса… Это твоя тачка? Реально?       Юнги никак не унимался, несмотря на гневный взгляд Чимина. Он представлял Чимина на обычном скутере жёлтого цвета. О да, это тоже было бы феерично, если бы его принцесса приехала спасать своего дракона на скутере. Но вот только не так, как сейчас! Он, не веря своим глазам, подошёл поближе, потому что перед ним стоял настоящий чёрный Porsche Panamera gts. Он бы в жизни не поверил, если бы своими глазами не видел цыпу на водительском сиденье. Да, да, именно… Пак-чёртов-Чимин сидел на водительском сиденье этого чёрного коня.       Но…       Но сейчас перед ним никто другой, как его цыплёнок.       «Глазам не верю».       Он сидел в такой брутальной машине, сверля его взглядом «Сдохни, Мин Юнги» и без капли страха. Чимина из их школы переставить вместо этого серьёзного пацана — это что-то нереальное. Но вот он тут. И он действительно Пак Чимин. Их ботаник. А ещё цыплёнок сейчас совсем другой. Никто бы другой не поверил, что это тот самый Пак Чимин, которого все привыкли видеть в широкой школьной форме и очках, как настоящая лупа. Но сейчас Чимин выглядел совсем иначе. На нём была белая рубашка свободного кроя, рукава которой закатаны до локтя, что делало его ещё брутальнее. Вниз он одел светлые узкие джинсовые брюки. А ещё Чимин серьёзен, сосредоточен, уверенно смотрит ему в глаза, в его взгляде нет и намёка на страх. Даже очки сейчас на парне выглядят совсем иначе…       «Ну, блин, сука, горячо»       «Мои поздравления… Ты, сука, залип».       Но Юнги просто так не сдастся. Он будет сопротивляться до последнего. Нельзя, чтобы цыплёнок узнал о его ненормальной реакции на себя ни в коем случае.       Юнги хороший актёр.       — И у тебя есть права? Ну типа это твоя тачка? Прям совсем-совсем?       — Может уже прекратишь страдать херней и объяснишь, что тебе от меня надо?       «Вау, какой он дерзкий»       Ему нравится такой Чимин. Это слишком.       — Воу-воу… Ты слова фильтруй, цыпа, я ведь могу и наказать.       — А я могу послать тебя на хуй.       — Не можешь, — нагло. — У меня твой мобильник.       — Я могу купить новый.       — И тебе совсем не жалко то, что останется у меня?       — Ты не посмеешь.       — Посмею ещё как. У меня есть тот кто может вытащить отсюда всё о тебе.       — Мин Юнги…       — Слушаю, моя принцесса.       — Я… ты…       — Понял, принял, — сказав это, Мин бесцеремонно сел в салон машины.       Чимин горел от гнева и Юнги казалось, что сейчас он просто взорвётся. Его шумное дыхание, слышалось отчётливо, но Юнги это игнорировал, потому как они и без того опаздывают. Так что, как бы сильно ни хотелось потрепать нервы этого мелкого гада, Юнги должен был прекратить спор первым. Они ещё успеют.       Он хороший игрок.       Адрес клуба он сам забил в навигатор, не обращая внимания на недовольного цыплёнка, явно не оценившего его наглости в своей машине. Ничего. Пусть привыкает.       — Ты серьёзно? Ночной клуб в конце города?       —Ты обижен, что это не гей клуб? Или есть другие причины? Я в принципе удивлён, что ты понял, что это ночной клуб.       Чимин не ответил, но, закатив глаза, нажал на газ, как, сука, настоящий гонщик. О боги, что ещё Юнги не знает об этом парнишке? Кажется, ещё много чего.       Дорога была не близкая, но никто из них лишнего слова не сказал. Чимин был задумчивый, хмурый, но при этом сосредоточенный на дороге. Видно, что за рулём он не первый раз. Как бы ни хотелось позлить Пака, Юнги молчал, потому что смотреть на такого горячего Чимина приятнее, чем на надутого цыплёнка. Ещё, оказывается, язык у него не такой сладкий, как сам цыплёнок. М-м, да… у всех свои минусы, не так ли?       — Отдай мой мобильник.       — А кто сказал, что я его тебе отдам?       — Ты просил тебе помочь, я и пришёл, в чём проблема?       — Я сказал, что нужна помощь, но не сказал сколько и когда она будет мне нужна.       — Ты сейчас шутишь?       — А похоже?       — Сука…       — Ага… Пошли уже, нас ждут, — сказал Юнги выходя из машины возле клуба.       Чимин внутри себя, только бог знал какими прекрасными словами, послал его далеко и надолго, но в реале молча пошёл следом. Юнги не сдержал ухмылку, смотря в горящие глаза Пака.       В клубе, как всегда, было шумно и пахло не очень вкусно. Это не самый элитный клуб Сеула, но при этом многие знали, что тут можно расслабиться по полной. Хорошая музыка и большой танцпол с профессиональными танцорами. Здесь о законах никто не вспоминал, а все наслаждались жизнью так, как хотелось. Тут бывают не только нелегальные андеграундные, но ещё и танцевальные баттлы. В их круге только Хосок обладает способностями и умеет танцевать профессионально, ещё иногда Чонгук мог удивить хорошим результатом. Хотя их кролик прирождённый талант, так что тут нечему удивляться.       — Шуга, ты чего, проспал что ли? — проговорила Джиха, как только их заметила, но, увидев Пака, нахмурилась. — Это ещё кто?       — Отец наказал… У меня типа домашний арест.       — Да ну… И кто тебя спасал на этот раз? — голос подал Джин, ведь побег из особняка Минов — задание не из простых. — Чимин… Пак Чимин? Юнги, ты где его нашёл? Скажи, Юнги тебе угрожал? Чимини, ты только скажи…       — Вот он и спас своего дракона, моя принцесса… Всё, пошли уже, — одарив друга многочисленным взглядом, после обратился к Паку: — Не злись, моя принцесса, наслаждайся жизнью. Но не напейся в стельку. Я тебя на руках носить не буду.       — Иди в жопу…       — К тебе? — с ухмылкой. — Я не против, только после.       Подмигнув своему горе-спасателю, Юнги пошёл в сторону сцены. Потому что вот-вот должен начаться сегодняшний баттл. Юнги будет выступать один, так как Хосока сегодня не было в клубе. Оказалось, сегодня друга не будет вовсе и это очень даже неплохо. В другое время Юнги бы нервничал по этому поводу, но сейчас так лучше. Потому что Хосок бы потрепал ему нервы по поводу Чимина. Поэтому хорошо, что сегодня его тут нет. Пока Юнги сам не уверен, какие у него планы на Чимина, но почему-то он чувствовал, что это не понравилось бы его другу.       Баттл начался со стороны его соперника. Высокий широкоплечий парень с тёмными волосами читал свой дис уверенно с гадкой улыбкой, а Юнги не стёр с лица ухмылку до конца его читки. Он умел, так взбесить соперника, а сам был сдержанный и очень редко можно было увидеть, как он терял контроль. В андеграунде Юнги нравилась именно свобода. Тут можно всё, если красиво подбираешь слова против своего соперника. И неважно, какие слова ты будешь использовать. Главное — заткнуть того, кто напротив, а это у Юнги получалось безупречно. Он мог такие слова сказать, что некоторые соперники просто молча покидали сцену, а некоторые пытались ему набить морду. В такие моменты, получив один удар ты чувствуешь, что на самом деле выиграл именно ты. И неважно насколько сильным был удар твоего соперника.       На этот раз было так же. Юнги просто уничтожил своего соперника, а тот умудрился нанести один несильный удар по его скуле. Боль была несильная, но на его белоснежной коже всё равно появится небольшой синяк. И ему снова придётся замазывать его тональным кремом. Всё в порядке. Могло бы быть и хуже.       — Ого, не маленький синяк будет.       — Ничего серьёзного.       Допив всё спиртное в стакане, Юнги пошёл в сторону туалета. Нужно ополоснуться холодной водой. Место удара неприятно горело, и это раздражало. После можно выйти на улицу и подышать свежим воздухом, потому что тут стало слишком жарко. Сегодня он Король этого клуба, но почему-то это не радовало.       Что же за чертовщина с ним происходит?       — Ю-юнги…       — Снова заикаешься… Что ж испугался-то? Я похож на монстра?       — Нет… нет, конечно. Я не испугался. Просто не ожидал.       — Не ожидал, что я могу появиться в общественном туалете?       Юнги говорил, несмотря на младшего, ополаскивая лицо холодной водой из крана. Настроение было всё ещё паршивое. Хотя он думал, баттл поможет расслабиться от усталости тяжёлого дня. Раньше помогало, но сейчас, как бы классно он не выступал, унижал своего соперника, в душе не было того наслаждения, от сказанных слов. Юнги не понимал, что с ним происходит. Просто всё стало каким-то серым, непонятным для его многострадального мозга.       — Нечего пялиться…       — Я не… Иди на хуй.       — Слишком длинный язык, и слишком грязный ротик.       Юнги наконец поднял глаза на младшего, а тот, кажется, не моргал. Просто смотрел каким-то нечитаемым взглядом. А Юнги хотелось понять, что же этот, сука, взгляд означал. Потому что ему самому от этого взгляда хотелось сделать что-то очень неправильное.. даже грязное. И Юнги… сделал… Он так же, не отводя взгляд, медленно вытер лицо бумажным полотенцем, а младший от его взгляда сглотнул слишком громко, и опустил глаза вниз. Видно, Чимин сильно нервничал, как и он сам. Просто Юнги хороший актёр, а Чимин, оказалось, нет.       Какие-то жалкие секунды, и их обоих понесло совсем в другую сторону. Он не заметил, как их губы соединились в страстном поцелуе. Это будто взрыв эмоций. По-другому объяснить происходящее Юнги просто не мог. Но мог сказать одно… это слишком приятно. Это слишком хорошо.       На самом деле Юнги целовался очень редко. Он не любил все эти нежности. Ему надо было быстро и грубо, но он уже перестал удивляться, потому что с Чимином всё у него пошло по пизде изначально. К чему ему удивляться и сопротивляться, если сейчас от одного тяжёлого дыхания Пака ему, не на шутку, сносило крышу. Руки у обоих блуждали по телу, вызывая табун мурашек. Кажется, Чимин просто не знал, как правильно, а он внутри ликовал от одной мысли, что он первый.       Это на самом деле бой для двоих. Кто же первый застонет и попросит больше. Нет, Юнги так быстро сдаться не может. Так не по его правилам. Но как же, сука, хорошо целовать эти пухлые губы. Как же, сука приятно чувствовать дрожь в теле Чимина от одного поцелуя. Как же сейчас хочется, чтобы Чимин стонал громко своим писклявым голосом. Как же хочется услышать из его уст свое имя.       Это что за блядство?       — Ю-юнги…       Вот оно. Вот то, чего так жаждал Юнги. Как только он опустился горячим языком на скулы Чимина, тот громким стоном произнёс его имя. И уж поверьте, Юнги много раз слышал своё имя со стонами партнёра, но, сука, в первый раз так охуенно, он наслаждался лишь от одного голоса этого мелкого гадёныша.       — Юн… м-м…       — Говори…       Он грубо сжимал мягкие бока Чимина, пытаясь не рычать во весь голос. Возбуждение так сильно накрыло, что болело всё тело. Хотелось… очень сильно хотелось большего, но он не мог начать без разрешения.       — Я…       От каждого стона младшего тело откликалось новой волной, что возбуждение прошибло в край. Теперь ему нужно сильнее сдерживаться, чтобы позорно не кончить от одного голоса Чимина. Скажите ему ещё что голос у этого парня неприятный, Юнги готов поспорить даже сам с собой. Голос Чимина просто божественный.       — Останови, пока не поздно…       Какие же шикарные эти бёдра… Как же на них хорошо будут смотреться его бледные руки… Как же там красиво будут смотреться его отметки…       «Сука… остановись, пока не свихнулся».       Ответа от Чимина Юнги так и не получил. И решил, что это некое разрешение вторгнуться в чужое тело. Он будет чувствовать это тело без лишней ткани. Он будет пробовать его везде… попробует на вкус.. Юнги несильно толкнул податливое тело внутрь одной из кабинок и сразу закрыл дверь на замок. Долго ждать не пришлось, потому как младший сам начал целовать его с сильным напором. Видно, навыков поцелуев у него полный ноль, но Чимин так хотел получить от этого что-то большее, что Юнги с удовольствием ему это даст.       — Не торопись…       Закрыв крышку унитаза, Юнги сам аккуратно посадил Чимина сверху бачка, что для него совсем ново. После, растягивая время, так же аккуратно растёгивал каждую пуговицу на его рубашке, а сам, как можно нежнее и при этом мокро, целовал каждую открытую часть кожи. Он знал, что это за чувство. Знал, как приятно тянется кожа после поцелуев из-за слюней. Это такое удовольствие, что ты даже можешь задержать дыхание, чтобы остаться в этом моменте.       — Я хочу тебя слушать, мелкий, не тяни…       После того как закончил с пуговицами рубашки, он так же медленно спустил её с плеч Чимина, при этом оставляя мокрые следы всё ниже и ниже. А Чимин от каждого его прикосновения становился ещё податливее. И это только усложняло его выдержку.       Юнги любил секс, с каким бы полом это не было. Пусть грубо, но он любил удовлетворять не только себя, но и партнёра тоже. Это самое важное. Его партнёры не должны были сравнивать Юнги с кем-то ещё. Он для них станет самым лучшим. Даже в грубом быстром сексе в кабинке туалета можно дарить незабываемое наслаждение и получать то, что тебе нужно. В этом и есть вся красота интимной жизни.       Кожа у Чимина смуглая, по сравнению с ним бледным, довольно тёмная. И это дало такой контраст, от которого хотелось ещё больше оставлять следы на его идеальном теле. По сравнению с Чимином Юнги худощавый, хотя у них рост одинаковый. Просто Юнги довольно широкоплечий, с длинными худыми пальцами, что его превосходят перед пухлыми короткими пальчиками Чимина. Но это не минус. Ему даже приятно сплетать их пальцы воедино и властно держать руки по обе стороны от головы Чимина. И смотреть… смотреть, какое у Чимина неровное дыхание. Как он пытается успокоить дрожь в теле. Как он, закрыв глаза от слишком приятных ощущений и, скорее всего, от новых эмоций, пытается контролировать свои стоны. Это приятно. С Чимином ему слишком приятно.       — Какой же ты красивый сейчас… — ещё один поцелуй в ухо. — Видел бы ты себя сейчас…       — Юн… х-хён…       И этот хён… Юнги, кажется, совсем сошёл с ума. Потому что он сейчас готов этому засранцу отсосать только за одного его «хёна».       — Я могу… и хочу сделать с тобой слишком много. Но тут не место, и я не уверен, что ты тоже этого хочешь. Так что останови, пока не поздно, Чимин… потому что я сам точно не стану…       И это правда. Юнги не может запретить себе такого удовольствия, когда Чимин сам таял в руках от его ласк. Он возбуждён не меньше Чимина. Просто он не пубертатный подросток, чтобы показать, как же ему, сука, охуенно. Нет. Это будет позор. Хотя Юнги не уверен, хватит ли выдержки после ещё нескольких стонов Чимина с его «хёном». Но пытался как мог.       — Я…       Ещё и ещё поцелуи за ухом и в шею. Юнги языком чувствовал его вены. Чимин как струна на гитаре. Сейчас им можно играть на удовольствие. И это будет приятно не только для Чимина, но и самому Юнги тоже.       — У меня не бы… но я… и мне страшно…       И больше слов не нужно. С ним надо нежно. Юнги будет врать, если скажет, что ему не льстит, что он для Чимина первый… А ещё, что он не хочет, чтобы у него был кто-то кроме него. И нормально, что Чимину страшно.       Как вы представляете секс в клубе? Ещё и в туалете и на не совсем трезвые головы? Это обычно просто быстрый перепих без каких-либо прилюдий. Нежности и ласкам тут обычно не место. Тут часто происходит что-то грубое или обычный отсос. Но сейчас всё по-другому. Только не сейчас. И только не с ними.       Мы же ещё давно поняли, что с Юнги что-то не так, верно? Так вот, Юнги сейчас со всей нежностью, сколько у него есть, ласкал тело младшего губами и руками, что раньше за ним не наблюдалось. Проникновения не будет, это точно. Тут не место для правильного первого раза. Но оставлять их возбуждение так тоже нельзя. Он будет стараться, как можно приятнее сделать Чимину и решить у обоих проблемы. И он почему-то уверен, первый раз у них настоящий будет совсем иначе. Мечтать не вредно, не так ли?..       — Доверься мне…       Он аккуратно освободил их члены от грубой ткани джинсов. Чимину стало намного легче. Он всё ещё дышал неровно, но пытался справиться со своими эмоциями. Юнги не дал ему отпустить взгляд и увидеть, что он с ними собрался делать. Это может его сильно смутить или даже напугать, так как это его первый раз. Поэтому, он спрятал лицо Чимина в сгибе своей шеи. После одной рукой медленно залез в его трусы между аппетитных половинок и старался пощупать колечко мышцы, а другой соединил их члены. Чимин заметно вздрогнул, но Юнги начал медленно целовать ему шею. Кажется, это помогло успокоиться. После нескольких мокрых поцелуев Чимин медленно расслабился. А Юнги продолжил то, что начал. Он массировал Чимина сзади и при этом имитировал несильные толчки.       Скажите ему, что ещё когда-то он не любил этот голос. Юнги будет стыдиться первый раз в жизни. Потому что сейчас этот голос для него самое лучшее. Ему хотелось не только стонов, но и прекрасного пения. Юнги уверен, что Чимин поёт восхитительно.       — Х-хён… я…       Юнги чувствовал, что Чимин на грани. И от этого ему тоже хотелось кончить громко и грязно. Потому что из-за него Чимину хорошо. Да… именно.       — Кончай, малыш…       Последний толчок, и Чимин ещё сильнее обнял его за плечи. Буквально прижимаясь к нему всем телом, а после с громким стоном кончил, испачкав их обоих. Юнги не хватило надолго. Он тоже догнал Чимина и кончил с грязным матом и зверским рыком.       Как же, сука, хорошо…       Им обоим нужно было время выравнять дыхание. И, наверное, что-то надо сказать. Вот только что, Юнги не знал. Чимин всё ещё скрывал лицо на его шее. Руки тоже не торопился убрать с его плеч. И это на самом деле очень приятно и… мило… да, это слишком мило.       Сказать что-то понятное Юнги так и не нашёлся, но…       — Поздравляю с потерей действенности… уроки поцелуев восемнадцать плюс сдал на пятёрки… — но сказать такую херню мог. — Ей, что с тобой?       Чимин его будто не слушал, но дрожал как осенний листочек на ветру. Юнги наконец понял, что натворил делов. Вот только как исправить, не знал. Он пытался сдержать ладонь младшего, пока тот, судорожно дыша, справлялся с одеждой. Но видно пальцы не слушались. И Чимин на это просто забил. Только приведя в порядок брюки, Чимин оттолкнул его в сторону и открыл дверь.       — Стой…       Его снова игнорировали. Но зато теперь видно, как слёзы катились по красивому лицу Чимина, и это отозвалось в сердце болью.       — Чимин, стой…       Юнги крепко схватив, притянул младшего в свои объятия. Тот дёрнулся и что-то пробурчал где-то в районе груди. Как же дерьмово на сердце. Так не должно быть. Нет.       — Чимин успокойся, давай поговорим…       — Отпусти… отпусти меня, мудак… О чём… о чём надо поговорить? О том, что как я… я…       — Нет-нет… нет, ты чего… ты всё неправильно понял.       Юнги отпустил его из объятий, чтобы взглянуть в глаза. Чтобы тот не придумывал себе лишнего. Но… кажется уже поздно. Потому что там боль…       — Ненавижу… ненавижу…       Чимин полностью избавился от его хватки и снова собрался в сторону выхода. Юнги всё ещё стоял как вкопанный. Ему не по себе от этой боли. Потому что это он… Это он причинил боль.       — Послушай…       И удар. Сильный и на этот раз прямо в лицо.       Но он заслужил…       Он заслужил остаться тут с одинокой болью в сердце. Он заслужил то, что Чимин ему сказал. Он заслужил получить в лицо.       И, кажется, он испортил всё…