Это всё он

      Вам когда-нибудь казалось, что вы находитесь во сне, и вы не могли поверить в реальность происходящего?       Именно в таком состоянии сейчас находится Юнги. Он сидит в кабинете дяди Сувона. В руках у него документы на опекунство, подписанные его родителями на имя господина Пак Сувона, а также ключи и документы на особняк Минов, оформленные на его имя.       Всё это, конечно, очень здорово, но после всего, что произошло, сложно в это поверить. Нет, это почти невозможно. Однако дядя Сувон серьёзен и, кажется, ожидает какой-то реакции от Юнги. Но тот совершенно не знает, как на это реагировать. В голове роятся мысли, которые он не может упорядочить. Ему нужно собраться с мыслями и понять, что же произошло, почему его родители решили сделать ему такой подарок? Или что это вообще такое? Как правильно назвать всё, что происходит?       Кажется, ему всё-таки нужна помощь, чтобы понять и принять всё это.       — Дядя, я ничего не понимаю, — признался он, наконец, подняв взгляд от документов, лежавших перед ним.       — Я всё понимаю, сынок. Знаешь, я долго думал, стоит ли рассказывать тебе о том, о чём мы говорили с твоими родителями. Но потом решил, что лучше рассказать всё как есть. Чтобы в твоей душе не осталось вопросов вроде: «Почему мои родители меня ненавидят?» или «В чём я виноват?». Я знаю, как тяжело тебе с этим жить.       Поэтому я хочу сейчас рассказать тебе всё, как бы больно это ни было. Но ты должен запомнить: ты ни в чём не виноват. У некоторых людей есть мотивы, которые нам никогда не понять. И у нас нет другого выхода, кроме как смириться с этим и продолжать жить дальше.       Я хочу, чтобы ты не зацикливался на прошлом, а просто отпустил его.       — Я не понимаю.       — Тогда выслушай меня и прости за то, что мне пришлось это рассказать.       Ранее:       — Господин Мин, я собирался встретиться с вами в ближайшее время, но, честно говоря, не ожидал, что вы сами пригласите меня к себе. Думаю, нам есть о чём поговорить.       Сувон много слышал о Мин Минхёне, главе корпорации «Min Company», но лично не был с ним знаком. Потому что такие люди, как Мин, не считают таких, как он, равными себе. Они известны своим многолетним наследием и считают себя потомками древней династии. Возможно, так оно и есть, но Сувон не может сказать точно. Ему не нравятся высокомерные люди, которые считают себя выше других. Поэтому он предпочитал общаться с обычными бизнесменами, лишёнными какого-либо высокомерия.       Сейчас, глядя на этого статного мужчину, Сувон задумался: все ли они такие или есть исключения? Потому что ему несложно понять, насколько этот человек холоден к окружающим. Ему очень жаль Юнги.       — Вы правы, — сказал мужчина, наливая себе виски. — Хотите?       — Нет, спасибо, я не пью.       — Я хотел поговорить с вами о Юнги, но я просто не знаю, с чего начать.       — Пожалуй, начнём с того: как вы умудрились обвинить меня в том, что я виновен в вашем конфликте с сыном?       — Ох… Я не думаю, что это доставило вам какие-то серьёзные неудобства. Ведь мой сын сразу же пришёл вам на помощь. Какой воспитанный мальчик!       — Да, Юнги — хороший ребёнок. Он не хотел, чтобы у меня из-за него были неприятности. Я осведомлён о ваших отношениях и понимаю, что не имею права вас судить. Однако мне искренне жаль его. Почему бы вам просто не оставить ребёнка в покое? Я знаю, что он не станет так поступать, но если вдруг Юнги попросит у меня помощи, я с удовольствием ему помогу. Даже если он решит подать на вас в суд, чтобы избавиться от вашего влияния и получить свою долю в компании.       — Вы так уверены в себе, господин Пак? Вы действительно думаете, что можете соперничать со мной? С Мин Минхёном?       — Будьте уверены, господин Мин, меня совсем не волнует ваше происхождение. Я не отступлюсь, пока Юнги не обретёт спокойствие и счастье.       — Жить с вашим сыном? Как его там, Чимином? Вы всё это делаете, чтобы ваш сын получил долю в компании? Чтобы в будущем ваш сын и Юнги… Не знаю, как это называется — поженятся? Вам не противно?       — Мин Минхён, следите за своими словами… Иначе вы пожалеете об этом. Мой сын здесь ни при чём. И мне совсем не противно. Потому что это мой ребёнок, и мне совершенно неважно, кого он полюбит. Это такие, как вы, высокомерные люди, которые, считая себя идеальными, живут по стереотипам, но сами погрязли в своих никому не нужных мнениях.       Сувон с трудом сдерживал желание ударить этого человека. Его руки так и чесались, однако он старался контролировать себя. Он понимал, что не должен быть первым, кто нанесёт удар. Он осознавал, что будет сложно сравниться с этим человеком.       Мужчина перед ним, казалось, принимал какое-то важное решение, пристально глядя на Сувона. Наконец, он заговорил:       — Кажется, наш разговор пошёл не совсем по плану. Я пригласил вас по другому поводу. Мы скоро переезжаем в Штаты, и это навсегда. А Юнги останется здесь. Мы долго думали об этом. Моя жена больше не хочет здесь оставаться. Вы сказали, что Юнги вам всё рассказал, поэтому мне нет смысла повторяться. Но он спрашивал, почему мы его ненавидим, и я хочу ответить на этот вопрос раз и навсегда. Мы не испытываем к нему ненависти, но будем честны мы не хотели второго ребёнка. Это произошло случайно. В то время его мама эмоционально не была готова ко второму ребёнку. Аборт делать было поздно, и она просто не справилась. Мы пытались помочь ей: врачи, няни, я. Но она просто отвернулась от него. Я думал, что со временем она придёт в себя, и всё наладится, но ситуация только ухудшалась. В конце концов, я перестал воспринимать Юнги как своего сына, а стал видеть в нём источник всех бед моей любимой женщины. Вы можете осуждать нас сколько угодно, от этого ничего не изменится. Время нельзя вернуть, и мы не можем заставить себя полюбить его. Но мы понимаем, что он наш сын.       Я всегда думал, что раз у него есть всё, значит, всё в порядке. Но, кажется, я ошибался. О, нет… Не смотрите так, я не жалею, и моя жена тоже. Это просто… Мы хотим всё забыть и начать сначала. И ему желаем того же.       От меня он ничего не примет, поэтому я решил оставить этот дом ему через вас. Пусть сам решает, что с ним делать. Не думаю, что этот дом значит для него что-то особенное, учитывая, как ему было плохо все эти годы.       Просто скажите ему, что мы его не ненавидим, но и полюбить не могли. И мы больше не побеспокоим его.       Сейчас:        Сувон внимательно смотрел на юношу, который изо всех сил пытался сдержать слёзы. Ему искренне жаль Юнги. Каждый ребёнок заслуживает любви и заботы родителей, но Юнги, к сожалению, этого не получил. И, судя по всему, не получит в будущем.       К сожалению в мире есть люди, которые не могут любить собственных детей. Сувон не может винить их за это, но он будет винить их за всю боль и обиду, которую они причинили этому мальчику.       Юнги сильный, Сувон это понял уже давно. Но как бы он ни старался быть сильным и не показывать свои чувства, в его душе живёт тот маленький мальчик, который ждёт от мамы ласкового слова и тёплых объятий. В Юнги живёт тот ребёнок, который мечтает услышать похвалу от отца и хочет поиграть с братом.       Сувон не знает, когда Юнги наконец отпустит своё прошлое и забудет о нём. Но он уверен, что со временем ему станет легче. Лучше получить ответ на свои вопросы сейчас, как бы больно это ни было, чем мучиться от них всю жизнь.       — Юнги… Сынок…       — Дядя Сувон, вы можете мне помочь продать этот дом?       Юнги хочет избавиться от груза прошлого и начать жизнь с чистого листа. Для этого ему нужно продать дом и забыть о том, что было.       — Могу, если ты этого хочешь.       — Хочу продать этот дом и на вырученные деньги купить отдельные квартиры для меня и Юджин, моей няни. Моя квартира не обязательно должна быть большой, но мне бы хотелось, чтобы в ней была небольшая звукозаписывающая студия со всей необходимой аппаратурой для продюсирования. Также я планирую продолжить обучение по этой специальности. Как вы думаете, этих денег хватит?       — Хватит… Не переживай.       — Спасибо. Со мной всё в порядке. Как вы и сказали, услышав всё это, не могу сказать, что совсем не больно, но мне стало легче. Пока не знаю точно… Наверное, нужно время.       — Да, ты прав. Я уверен, со временем станет легче. Ты не одинок, сынок. Мы тебя любим.       — Я знаю… Спасибо.       Возможно, действительно нужно время, чтобы стало легче. Юнги не будет отрицать, что ему очень больно. Но что это изменит? Его начнут любить? Кажется, этого уже никогда не случится. Это просто факт.       Хотел ли он услышать правду? Да, хотел. Вот и услышал. Дядя Сувон прав: лучше узнать правду, какой бы болезненной она ни была, чем всю жизнь мучиться от безответных вопросов и чувствовать вину за то, в чём ты не виноват.       Юнги не виноват. Просто он родился не в то время и не в том месте. Ему придётся смириться с этим. Но он справится, потому что он не одинок.

* * *

      — Юджин, пожалуйста, прими это. Эта скромная квартира не сравнится с твоей любовью и поддержкой, которые ты дарила мне все эти годы. Я бы не справился без тебя. Я говорю это от всего сердца.       — Гос… Дорогой мой мальчик… Я ведь ничего особенного не сделала. Я люблю тебя и без этого. Буду любить всегда.       — Тогда прими этот маленький подарок. Я не буду спокоен, если ты откажешься.       В тот день Юджин всё же приняла его подарок. Квартира была небольшой, но находилась рядом с их школой. Оказалось, Юджин уже несколько лет копила деньги не только на учёбу сына, но и на квартиру. Теперь она на эти деньги планировала открыть рядом с домом небольшую кафешку. Юнги был уверен, что люди будут стоять в очередь за едой, потому что Юджин готовила очень вкусно.       Юнги был спокоен за них с Джином, потому что Юджин воспитала самого лучшего сына, который всегда будет помогать маме. А ещё у Сокджина теперь была прекрасная девушка Джиха. Они давно были знакомы с Юджин, поэтому она очень обрадовалась, когда узнала, что Джиха и Джин встречаются. Хотя Джиха со стороны казалась хулиганкой, но она была умелая, будь то домашние дела или готовка на кухне. Юнги надеялся, что их любовь с Сокджином будет долгой и счастливой.       Юнги себе долго искал квартиру, потому что ему не хотелось жить в роскоши, как в его старом доме, но при этом он не хотел выбирать слишком маленькую квартиру, ведь там должна была разместиться его будущая студия. Однако, как говорится, кто ищет, тот всегда найдёт. И они нашли!       Они с Чимином нашли двухэтажный дом в благополучном районе Сеула. Он сразу понравилась Чимину, и они вместе выбирали мебель и всё необходимое для жизни. Конечно, у них были небольшие разногласия по поводу оттенков дома, но кто такой Мин Юнги, чтобы противостоять невинным глазкам Чимина или его надутым губкам?       В итоге они решили, что дом будет в светлых тонах, как и вся мебель и декор. Но студия — это совсем другое дело. Это территория Юнги, и он сам будет решать, как она будет выглядеть. Студия Юнги была выполнена в тёмных тонах, он тщательно выбирал оборудование для неё и не жалел денег. Если домом занимался Чимин, то за свою студию Юнги отвечал сам, даже в мелочах.       За всеми заботами о доме, студии и оборудовании Юнги совершенно забыл о других делах. И вот, когда все хлопоты остались позади, прошло уже почти два месяца. Однако ему всё ещё не хотелось ни о чём думать.       Хотя в это было трудно поверить, но нужно было привыкать к тому, что теперь он полностью свободен. У него есть свой дом и студия, и он был очень рад этому.       Теперь он сам принимает решения в своей жизни. Раньше это казалось невозможным, но теперь это реальность.       Прямо сейчас, сидя в гостиной перед большим телевизором после просмотра очередной дурацкой юмористической передачи, ему в голову пришла отличная идея. Или назовите её как хотите, ему всё равно.       Да, Чимин ночует тут часто, но это другое.       Чимин, каждый день бывает у Юнги дома, и проводит здесь больше времени, чем в своём собственном доме. Он сам украсил и продолжает украшать этот дом различными декоративными вещичками, которые раньше не нравились Юнги. Он также вырастил множество цветов как в доме, так и в их небольшом саду. За цветами ухаживал сам, лишь иногда прося Юнги помочь, на что тот недовольно бурчал.       В целом, Чимин явно жил здесь вместе с ним, но хотел ли он, чтобы это было официально? Возможно. А вот Юнги очень этого хотел, но не знал, как объяснить это ни себе, ни тем более кому-то другому. Но факт остаётся фактом: они жили здесь вместе.       — Чимин?       — Мм? — ответил Чимин сонным голосом.       В такие моменты Юнги хотелось поцеловать его так, чтобы перехватило дыхание. Хотелось приласкать, как маленького котёнка. Потому что Чимин безумно милый. Но когда он был сонным и немного растрёпанным, он становился просто очаровательным.       — Я хочу, чтобы ты остался у меня, — произнёс Юнги, сглотнув. Ему было неловко и страшно, потому что Чимин мог отказаться или не так понять его.       — Хорошо, я тогда переоденусь. — Он на секунду задержал на Юнги задумчивый взгляд, но тут же взял себя в руки. — Я немного устал.       — Нет, ты не так понял. Я хотел спросить тебя, согласен ли ты жить со мной… в нашем доме?       «Чёрт, Мин Юнги, что ты говоришь? Успокойся»       — Я… Не совсем понимаю…       Теперь Чимин был по-настоящему растерян. Его глаза больше не были сонными, он хмурил брови, пытаясь понять, чего Юнги от него хочет.       — Ну знаешь… Чимин, я не знаю, как тебе это объяснить, но я хочу, чтобы мы жили вместе как пара?       — Но я и так каждый день у тебя, хён.       — Я знаю. Ты думаешь, я глупый? Да, возможно, я иногда веду себя немного странно, но я хочу чтобы мы жили вместе… официально? Хочешь, я тебе подарю кольцо?       «О боже, какое кольцо?»       Как же это всё сложно. Юнги не знал, как объяснить всё по-человечески, и, кажется, уже всё испортил. Он хотел бы подарить Чимину кольцо, ведь ему давно хотелось, чтобы у него было что-то, что напомнило бы о Юнги. Но не так, не таким образом.       — Юнги, ты рехнулся?       «О да, мой цыплёнок, кажется, ты прав. «Рехнулся» — это ещё мягко сказано»       — Да, наверное? Не знаю… Ну Чимина, не смотри на меня как на придурка, правда, я не понимаю, как тебе объяснить. Я просто хочу, чтобы мы официально жили вместе. Ну, блядь, почему так сложно? — Юнги чувствовал, как начали гореть уши. Он отвёл взгляд. Ему стыдно. Ну как же ему объяснить?        — Ты не хотел бы каждый день ужинать вместе?       — Мы и так ужинаем вместе.       — А смотреть разные фильмы и кушать вредные закуски?       — Это мы тоже делаем вместе, если ты не заметил.       — А засыпать вместе?       — Хён…       — А просыпаться вместе?       — Юнги-я…       — А ещё я бы тебе утром завтрак в постель принёс?       — Ты… — чуть громче проговорил он. Юнги наконец остановился, смотреть в глаза не было сил. Ему всё ещё очень неловко. — Юнги-я, смотри мне в глаза? — с долей нежности попросил он.       — М-м…       — Я тебя понял.       — Да… То есть ты согласен?       — Я согласен.       — Но мне ужасно неловко. Ты чего со мной так, Чимин-а? Я… понимаю, что умру от стыда перед твоими родителями, но я так хочу.       — Хорошо… Я что-нибудь придумаю.       После недолгого молчания Чимин загадочно улыбнулся и, не говоря ни слова, взял его за руки и повёл в сторону душа. Юнги сначала растерянно смотрел на их соединённые руки, а затем перевёл взгляд на хитрый прищур Чимина. Он был в недоумении и пытался понять, чего же хочет Чимин. Но когда они наконец оказались в душе и Чимин молча снял футболку, до Юнги, кажется, начало доходить, чего же хотел этот маленький засранец.       — Я правильно тебя понимаю? — на всякий случай уточнил он.       — А что ты понял?       — Не играй со мной, цыплёнок, плохо будет только тебе.       Чимин не ответил, а Юнги было не до того. Кажется, он всё правильно понял. После того последнего раза под мостом они не занимались любовью. Просто в их жизни было слишком много событий. Но они часто целовались, и эти поцелуи были такими страстными, что иногда Юнги приходилось избавляться от напряжения в душе. Однако ничего большего, чем поцелуи, не происходило. Всему своё время. И если сейчас Чимин решил, что готов, Юнги сделает всё возможное, чтобы он не пожалел.       — Тогда готовься, Чимин. Сегодня ты от меня одной дрочкой не отделаешься.       Хотя Юнги и имел близость с парнями, для него это были просто физические отношения. Для Чимина же это первая настоящая близость с мужчиной, поэтому Юнги должен быть особенно нежным и внимательным.       Сегодня важно, чтобы Чимин получил удовольствие. Юнги сделает всё возможное, чтобы Чимин чувствовал себя хорошо. Их первый раз — это особенный момент, поэтому Юнги не хочет торопиться. Он даже не думает о том, чтобы сделать это в душе, хотя он и достаточно просторный. Юнги просто помог Чимину хорошо помыться и оставил его одного. Юнги не решился рассказывать об особенностях мужского соития, чтобы не смущать его ещё больше.       Несмотря на свою смелость, на его щеках появился румянец. Это так мило. Как можно быть одновременно сексуальным и милым? Юнги видел это только в Чимине. Чимин — это сладкий соблазн, который может свести с ума. Он настоящий соблазнитель, к которому хочется прикоснуться, зная, что обожжёшься. Чимин — это огонь, от которого можешь сгореть дотла. Сегодня они будут гореть вместе.       Когда все водные процедуры были завершены, Юнги покинул ванную комнату, решив, что Чимин сам разберётся, что делать дальше.       В спальне он включил неярко светильник, чтобы создать полумрак. Юнги понимал, что не все готовы предстать перед своим партнёром обнажёнными при ярком свете, особенно если это происходит впервые. Для него это не было проблемой, но он знал, что Чимин может чувствовать себя некомфортно в такой ситуации.       Подготовив всё, что считал нужным, Юнги слегка приоткрыл окно, чтобы впустить свежий воздух. Он был уверен, что так им обоим будет комфортнее, ведь он предполагал, что в комнате будет жарко. Ему было несложно представить Чимина в своей постели, но вот его полностью обнажённым — это было выше его сил.       — Успокойся, Мин Юнги.       Да, ему определённо нужно было успокоиться. Он действительно пытался унять грохот своёго сердца. Как бы опытен Юнги ни был, сейчас испытывал совсем другие эмоции. Ведь раньше он никогда не волновался так сильно. А сейчас:       С Чимином всё по-другому… Потому что Чимин особенный.       Пока он мысленно настраивался на важный момент, не заметил Чимина, появившегося у двери. Юнги не мог точно сказать, во что одет его цыплёнок, но, кажется, это был халат. Только он был не банный, а легкий, белоснежный и шёлковый. В полумраке, светильник красиво подсвечивал ткань. Юнги захотелось прикоснуться к ней немедленно.       О том, что Чимин подготовился к их первому разу, он подумает завтра.       — Иди сюда… Мой храбрый цыплёнок больше не такой смелый, да?       Чимин снова ничего не ответил, но медленно приблизился. Юнги протянул руки, чтобы прикоснуться к своему божеству. Да, именно так, Чимин похож на божество. Сейчас он такой красивый. Его волосы слегка влажные, а губы слегка покраснели от того, что он их беспрерывно кусал. Глаза опущены вниз. На щеках румянец. Такой нежный…       «О боги… До чего же он прекрасен!»       — Такой красивый… мой… Мой Чимини.       Юнги нежно провёл ладонями от плеч Чимина до его запястий, слегка сжал их и притянул к себе. Чимин не сопротивлялся и медленно опустился на колени Юнги, отчего полы халата распахнулись, обнажая смуглую кожу, которая оказалась прямо перед глазами Юнги. Он начал нежно ласкать тело Чимина через тонкую ткань халата.       Халат был из гладкой и мягкой ткани, украшенной по краям гипюром. Интересно, когда Чимин успел купить такую красоту?       — Мой цыплёнок готовился? — спросил Юнги.       — Угу… — ответил Чимин, но не стал вдаваться в подробности.       — И когда ты успел? — спросил Юнги, не дожидаясь ответа. — Если не хочешь, не отвечай, но мне безумно нравится то, как ты выглядишь…       После этих слов Юнги взял Чимина за подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом. Чимин был смущён, но держался молодцом.       Не говоря ни слова, Юнги нежно коснулся губами губ Чимина. Он целовал его очень нежно, слегка сжимая бока и бёдра. Чимин охотно отвечал на поцелуй. Юнги мог поклясться, что слышал, как бьются их сердца. Это было безумие, это было сумасшествие.       Юнги чувствовал каждую клеточку своего тела. Кровь кипела в венах, в ушах шумело, а пальцы покалывало при каждом прикосновении к коже Чимина. Такого с ним никогда не было.       Ему хотелось услышать, как Чимин произносит его имя… или, возможно, его сладкое «хён». Он хотел, чтобы Чимин парил от удовольствия, а его карие глаза сияли ярче звёзд. Он желал, чтобы они оба окунулись в водоворот любви и нежности, сгорая в лаве страсти. Он хотел, чтобы этот момент длился вечно.       — Мой… мой Чимини, — повторил он, словно в бреду, и, закрыв глаза, начал изучать губами каждый сантиметр лица Чимина.       Тот дышал рвано и шумно, и для Юнги это было лучшей мелодией. Он медленно спускался поцелуями вниз, к ключицам. Аккуратно сняв с плеч халат, он сначала целовал, а затем прикусывал нежную кожу.       Сначала Чимин просто держался за него, но когда Юнги обратил всё своё внимание на его соски, он что-то промычал и крепко сжал его плечи. Чимину было хорошо, и это было самое главное.       Их первый раз — это танец под мелодию любви и искренних чувств.       Это и есть настоящие… это и есть главное…       Их желание горело, превращая всё вокруг в пепел, но они не боялись этого огня. Они готовы были сгореть в нём, чтобы снова и снова танцевать под мелодию любви и страсти.       — Чимин-а, мой любимый… — прошептал Юнги.       — Хён… я… — Чимин задыхался от нехватки воздуха.       Юнги ловил каждый стон Чимина своими губами, тихо шепча ему, какой он красивый, когда такой податливый, отзывчивый и разрушенный под ним.       Юнги не хотел, чтобы Чимин почувствовал хоть малейшую боль, нежно лаская губами, словами отвлекая от неприятных ощущений. Когда, наконец был уверен, что он готов, медленно погрузился в горячее нутро Чимина, после дал ему время привыкнуть.       — Потерпи немного… Сейчас пройдёт…       — Всё хорошо… Хён, ты можешь…       Его толчки не грубые, не быстрые, но они глубокие, с нежными прикосновениями по всему телу. Чимин задыхался от этих ощущений, податливый, отзывчивый, разрушаясь громкими стонами, повторяя его имя.       Такого Чимина он будет хранить глубоко в сердце под тысячами замков, чтобы только он один любовался, восхищался, влюблялся снова и снова.       Потому что Чимин только его…       А он только Чимина…       — Ю-юнги… я…       — Да, мой милый… Да, сделай это…       — Юнги… я люблю тебя…       Перед глазами яркие звёзды. В ушах последние слова Чимина. Мин Юнги — самый счастливый человек во вселенной. И это даже не обсуждается. Им не нужны деньги, слава, богатство или внимание окружающих.       Ведь «Быть богатым — не значит быть счастливым».       У них есть они сами…       У них есть прекрасные родители…       У них есть самые хорошие друзья…       У них есть всё, что нужно для полного счастья…       — Я тоже тебя люблю, Чимин-и…       «Когда-то я сказал, что не обещаю любви до гроба, но, кажется, я буду любить и после…»