Мой волчонок

— П-п-пусти, не лезь. Боже. Чонгук пытается увернуться от мокрого носа, который, не прекращая делать попыток (пока безуспешных), слюнявит его задницу, облаченную в светлые спортивные штаны. Волк всё норовит добраться до его дырочки, но Чонгук пока сопротивляется и следы остаются на штанах. Он может и позволил бы давно овладеть собой, но, на секундочку, он всё ещё разговаривает по телефону с Чимином, но волку на это восхитительно плевать. — Н-нет, всё хорошо, Чимин. Это Тэхён, он… Лезет с обнимашками, а я говорю, чтобы не мешал, — Чонгук и сам не понимает, почему именно такое оправдание вылетает со рта, но не может же он рассказать лучшему другу, что волк его домогается? Пускай этот волк и есть Тэхён, только в другом обличии. — Дай мне трубку, я с ним поговорю. — Ээ, — Чонгук этого не ожидал, когда ляпал, и судорожно пытается придумать что-то. Опять. — Он уже вышел на кухню. Но давай закругляться, потом созвонимся. Волк все ещё крутится возле его ног, прыгает сзади, царапает немного бока, пока пытается добраться до дырочки. Не перестаёт делать попытки. И это длится уже минут двадцать, на протяжении всего разговора с Чимином. — Чонгук! Я хотел тебе ещё рассказать, какой Юнги-хён устроил нам сюрприз на годовщину. — Друг не скрывает обиду в голосе и Чонгуку становится немного стыдно, немного, потому что волк не выдерживает, валит его на кровать, и сам умащивается рядом. До этого Чонгук ходил, наворачивая круги по комнате, а теперь уже, видимо, волчье терпение урывается и он толсто так намекает, что пора. Чонгук ещё секунду раздумывает, пока плечом не прижимает трубку, слушая уже краем уха болтовню друга, а сам в это время не стягивает проворно и немного торопливо спортивки вместе с боксёрками, наконец открывая волчаре вид его голую задницу. И волк благодарно тихо скулит и сразу тычется носом между половинками, раздвигает их и язык просовывает в дырочку, начиная там вылизывать. Чонгук немного нервно дёргает задницей, насаживаясь на длинный язык и громко, испуганно охает, когда Тэхён попадает по простате и начинает только там стимулировать языком. — Хорошо я придумал?.. Чон Чонгук! Ты меня вообще слушаешь? — Чонгук изо всех сил пытается сфокусироваться на голосе друга, но волк уже ускоряется, увеличивает темп и ему становится не до этого мира, он весь в ощущениях, что сосредоточилось в одном месте. — П-прости, хён, я тебе потом перезвоню. Чонгук, больше не тянет, нет времени на реверансы и оправдания, потому что волк вытаскивает язык и быстро буквально пихает туда свой огромный, эрогированный член. Волк сегодня беспокойный немного, и толчки тоже выходят такими же: суетливыми, быстрыми, обрывистыми, он то ускоряется, буквально втрахивая его, то напротив, замедляется и выходит, оставляя лишь большую, багровую головку внутри. А Чонгук только и может, что громко стонать и вскрикивать, когда член попадает прямо по набухшей уже точке наслаждения внутри. Чонгук прогибается всё сильнее, подставляет зад под громадный член, который так хорошо заполняет его дырочку. Одну руку просовывает себе под живот, и спускается ниже, обхватывая двумя пальцами головку и пробует дрочить, пытаясь попасть под быстрый темп волка. Он дёргает задницей, пока в него хаотично вбиваются, и сам ускоряет движения на собственном члене, массируя не только головку, а и проходясь по всей длине. Кончает громко, обильно, когда Тэхён, этот несосносный волчара, делает пару сильных и глубоких толчков и заливает его спермой. Она заливает его ещё долго, заполняя собой плотно, а узел не позволяет хоть капле вытечь. Но в этот раз, на удивление, узел держится дольше всего, и он кончает ещё раз, когда волк почему-то начинает пытаться вытащить. — Эй, ты чего, не надо. Чонгук удивлён. Не понимает. Дискомфорт всё сильнее нарастает, пока волк пытается. Но после его слов, волчара замирает и послушно прекращает. Теперь они оба ждут, пока узел спадёт. И Чонгуку кажется, что его хвостатый любовник даже боится двигаться, чтобы не причинить ему боль больше. Он любит его ещё больше за это. Заботливый. Оттрахает сначала, конечно, от и до, а потом заботливый. Чонгук прикрывает устало глаза, пока ощущает в себе узел. Хочется очень сильно в туалет, но волку он не скажет, потерпит. Вместо этого чуть поворачивается на бок и смотрит на живот. Неудивительно, что ему так хочется: живот увеличился, и сейчас, лежа на нём он просто давит на мочевой пузырь. Он немного дёргает ногами, и укладывается обратно. Узел всё ещё находится в его растраханной дырочке. Так долго. И спустя вечность, что длится ещё пару минут, тот спадает и волк с чавком вытягивает его. Сперма тут же мощным потоком льётся наружу, но Чонгук чувствует, что и внутри ещё предостаточно осталось. — Поможешь мне? — Чонгук сейчас почему-то спрашивает, хотя, всегда раньше тот первый проявлял инициативу и естественно не брал разрешения. А просто вылизывал. Целительная слюна, ага. Волк шумно, тяжело выдыхает, и послушно принимается вылизывать задницу. Более бережно, так осторожно. С опаской? Боже, какой он дурак!.. — Волчара, — зовёт, немного повышает голос из-за эмоций, которые он и не пытается скрыть, не пробует даже, а наоборот демонстрирует волку свою уязвимость, открытость и полную обнаженность, как телом, так и душой, — всё хорошо. Я не обижаюсь. Правда, маленький. Я всё также люблю тебя. Тэхён, во время его монолога, прерывается, а потом резко подрывается на лапы, подбегает к его лицу и начинает мокро, несдержанно вылизывать большими мазками влажного языка. — Эй, малыш, осторожнее. Сзади затопил, теперь и спереди собрался, — Чон громко смеётся и пытается увернуться от вертлявого языка, но не получается от слова совсем. Волк ластится, словно маленький, выпрашивает ласку и поскуливает, когда Чонгук, сдаваясь, ныряет пальцами в густую шерсть на голове и принимается поглаживать между ушами.