Треск боярышника

Этот день был ужасным.

Дешёвая обивка кровати пропиталась шлейфом духов, одеколонов, была пропалена дымом сигарет и прожжена пролитым алкоголем. В номере душило амбре пережитой ночи, и Тобиасу очень хотелось поскорее его смыть, прочистить лёгкие, забитые травкой и табаком, паром горячей воды. Она шипела по плечам, жарила затылок, но выходить из душа не хотелось. Парень прижался лбом к ещё прохладной плитке душевой кабины. В ушах всё играл заезженный мотив из клуба, чьи огни в сумраке раннего утра вяло размазывались за шторами комнаты. Страшно мутило и хотелось спать, но нельзя было закрывать глаза – шум воды перекрывался уведомлениями телефона от ожидающего внизу таксиста. Мысли уже раздражала необходимость потом забирать машину, припаркованную у мотеля, с какой-нибудь ржавой стоянки, но водить самому было нельзя – не с таким количеством градусов, что взмывали от желудка краснотой к глазам. Милая блондиночка листала ленту в соцсетях, кутаясь в сорванную простыню, когда Бэднар уже сражался с пряжкой ремня, чтобы быстрее выбежать на улицу. Он ненавидел блондинок, но его коллега настаивал на том, что она крашенная. Чуть не забыл мобильный – длинные ноги рывками пронеслись обратно в ванную, пальцы нашарили в темноте телефон у раковины. В тусклом свете торшера из комнаты серый взгляд зацепился за использованные презервативы в унитазе. Да, коллега смылся быстрее, чем они, торопился вернуться домой – утром везти детей в школу и ехать с женой на распродажу за диваном. Они с Тобиасом работали на одном этаже, их столы разделяла увенчанная полками с коллекционными книгами и обитая бархатом стена разных кабинетов. Отличие было лишь в том, что тот скрывал свою мерзотную натуру, а Бэднар – нет. Блондиночка захихикала, когда щетина парня, точно наждачкой, припала краснотой к её плечу – на прощание. Он ненавидел блондинок, но ночью не было времени смотреть на волосы. - Я вбила тебе в телефон свой номер, зайка. Позвони! – последнее слово ударилось о закрывшуюся дверь.

Пока клубный мотив в памяти сменялся музыкой лифта, Тоби заблокировал её контакт и смахнул уведомление от таксиста.

Он уже идёт.

***

- То есть вы, Тобиас, действительно думаете, что сможете найти альтернативу дереву и привычным нам всем видам сердцевин? Голос дамочки был под стать её внешности – тяжёлый, звенящий золотом, шуршащий дорогой мантией, причмокивающий смоченными помадой губами, на высоких нотах – сипящий от старости. И она была блондинкой. На пальцах ещё остался фантомный хруст потраченных за ночь купюр, под ногтями запылился белый порошок – хотелось соскрести его зубами. Тобиас сидел, как сидит обычно на всех собраниях в магловском мире – голова чуть наклонена вбок, одна нога лежит на другой, грудь под тёмной водолазкой мерно вздымается. И волшебницу перед ним это подбешивало. Только в тонких пальцах теперь скользит не сигарета – железная шкатулка, усеянная отпечатками Бэднара, поблёскивала серебром в руках парня, в них отражался тяжёлый серый взгляд. - Я не думаю, я знаю. Больше, чем блондинок, Тоби не любил столы из стекла – звон коробочки о его поверхность заставил собравшихся поддаться вперёд, зашелестеть рукавами мантий по ручкам кресел. - Мы создали нашу компанию не для того, чтобы играться, - крышка открылась с щелчком дорогой зажигалки, интерес в глаза учредителей вспыхнул. – Нет, конечно, вы можете бежать в другие конторки, которые «экспериментируют» с формами дерева, добавляют узорчики, наклеивают на рукоятки дорогие камешки, варят тупые зелья для шуток первокурсников над преподавателями, рисуют наброски для мантий. Меняют внешний вид и форму. Но не меняют суть. Но если вы хотите делать действительно что-то стоящее, то вы должны идти на риск, - бледным пауком рука бесшумно скользнула в коробку. – Это – прототип. В отражении стола блеснуло кольцо на кончике жилистого пальца. - Нанопластик, создано с использованием 3D-моделирования. Полностью бесшовная работа. Внутри… - …волос вейлы, - процедила сквозь зубы волшебница, когтистым пальцем поддев оправу очков на переносицу. Белые пряди внутри кольца переливались вместе с пластиком. - Верно, - парень слабо улыбнулся, - я взял его из своей палочки. Тобиас тактично умолчал о том, что для этого пришлось её разломать – и без уточнения собравшиеся поняли это, если судить по их потемневшему взгляду. - Модель более комфортная и портативная, в отличие от привычных волшебных палочек. Лёгкая, крепкая. В пластик также добавлены частицы свинца для лучшей проводимости магии за счёт нестабильных атомов. - Не сравнивайте магию с наукой, Тобиас, это не одно и то же. - Это не одно и то же, вы правы. Но одно может развиваться через другое. Так и происходили все прорывы – через объединение противоположных вещей. К тому же... Парень согнул руку в локте и прочертил украшенным пальцем по воздуху.

Железная коробочка начала плавно подниматься, в её крутящихся гранях отражались заинтересованные лица.

- Она работает.

Бэд был рад тому, что теперь все взгляды перебегали от взмывающей коробочки к кольцу. Так никто не видел капельки пота, что проступили на висках. Главное не уронить её. Главное сохранять контроль. - Будет ли она работать на массового потребителя – вот вопрос. Многие испугаются таких вещей. Они ненадёжны. Они требуют проверки. Не просто на практике, не на моделях, Тобиас. Реальные проверки. Клокотание волшебницы начинало раздражать.

Коробочка начала вертеться быстрее.

- Вы используете пластик? Свинец? Волос вейлы из своей палочки? А что будет с другими сердцевинами? Где вы их достанете? Переломаете все наши палочки ради этой затеи?

Воздух бился о грани переворачивающейся коробочки с тихим железным свистом.

Бэд крепко сжал челюсти, выступающие жилки на шее и руке запульсировали.

Голос женщины становился громче, сливался с переслушанным клубным мотивом в невыносимый гам.

- Ваша разработка может и способна поднять железный ящичек в воздух, но что насчёт нормальных заклинаний? Вы знаете нормальные заклинания, Тобиас? Мы решили заключить договор, опираясь на доверие к вашей крови и ваши предпринимательские способности. Но вы лезете не туда, не в ту отрасль. Это не ваша забота, не ваша ниша. Да и как мы можем доверить решение вопросов, связанных с жизнью магов, «волшебнику», который сломал собственную палочку ради глупой затеи!?

Грохот.

***

Это был ужасный день.

Тобиас насупил взгляд на своё отражение в крови. Оно становилось всё шире с каждой падающей из ран каплей. Прерывистое дыхание блуждало по смотровой вместе с их стуком. Одной рукой парень крепко сжимал платком сочащийся палец. В этой чистой комнате он выглядел как неудачный первый опыт в программе для редактирования фотографий – мелкие раны поблёскивали в свете ламп стеклянной крошкой разбитого стола и расколотого пластика, свитер потемнел, отяжелел и набух от багрового – вздымающаяся грудь под ним лишь пачкалась, не в силах сдвинуть мокрый крой. Щетинистая челюсть всё гуляла из стороны в сторону не то от злобы, не то от онемения дёсен, что до сих пор не прошло. Бэднар в принципе не любил больницы. Особенно он не любил больницы магов, где решение могут найти всему, кроме того, что ему нужно. Парня привели сюда коллеги. Сами они отделались лёгкими царапинами и испугом, а кто-то даже вознаградил себя злорадством – идея Тоби себя не оправдала.

Но это пока.

Он найдёт новые материалы, найдёт новые способы.

А эту блондинку он вышвырнет из компании вместе с её ссанными акциями, на которые он не прожил бы и недели в своём мире.

О, да, он её вышвырнет.

И вышвырнет всех, кто не оценит его по достоинству.

Нужно будет только поспать, как Торрен выберется отсюда. Сон прогонит чужие голоса, что бьются о череп раздражением, прогонит дым и алкоголь. А пока же Бэд сидит здесь, выравнивает дыхание, считает от одного до десяти уже в пятый раз. И ненавидит блондинок.