Не зарекайся

      Боясь, что домой в любой момент может вернуться муж, Тэхён по-быстрому снял с вешалок одежду и небрежно побросал её в чемодан. На новой квартире ему будет чем заняться — стиркой, глажкой, уборкой и самобичеванием.       Омега по привычке прикоснулся к рубашкам Чона, висевшим на второй половине шкафа, к его рабочим костюмам, которые на прошлой неделе носил в химчистку. После обернулся, поднял с дивана толстовку и футболку мужа, брошенные им впопыхах, и уткнулся в них лицом, вдыхая его аромат. Мозг расценил это по-своему, мгновенно разливая тепло внизу живота и распуская стаю мурашек по позвоночнику. Тэхён прижал вещи к груди, а потом, не долго думая, положил в свой чемодан, надеясь, что муж не сразу обнаружит пропажу. Собрал с туалетного столика свою косметику, украшения, а со шкафа — часы и рамки с фотографиями. О его присутствии в их спальне теперь напоминали разве что свадебный снимок на стене и аромат, который вскоре выветрится.       Ким грустно оглядел комнату, почему-то она больше не казалась ему такой уютной, как раньше. И тут его взгляд случайно зацепился за большого плюшевого медведя, подаренного ему Чоном на свою первую зарплату. Тэхён частенько засыпал в его компании, когда муж отсутствовал в долгих командировках. Ким вдруг отчётливо вспомнил тот день, когда Чонгук принёс его. Тогда они ещё жили у мамы омеги и этот медведь занимал почти полкомнаты, поэтому приходилось всё время его обходить. Но тот до сих пор оставался для Тэхёна самым ценным и дорогим подарком от мужа, подтверждением его любви. Забрав его с собой, омега чётко бы дал понять, что ещё не всё потеряно. Поэтому с чувством горького сожаления Ким отвернулся, схватил чемодан за ручку, и чтобы не передумать, быстро прошёл в прихожую. Там надел кроссовки, накинул пальто и, бросив последний взгляд в зеркало, вышел из квартиры.       Тэхён впервые почувствовал себя таким одиноким, таким потерянным, будто лишился половинки души. Чонгук стал для него своеобразным маяком, освещающим жизнь, а он сам стал для альфы тихой гаванью, к которой хотелось возвращаться. Но всё это в один момент вдруг потеряло смысл и теперь омега не знал, как жить дальше. Эмоции и сознание продолжали настаивать на уходе, а вот бедное сердце рвалось на части от тоски.       Поддержка Чимина оказалась очень кстати. Омега даже слышать не хотел о разводе, всячески отвлекая Кима повседневными вопросами и делами. Они вместе убрались в гостиной, приготовили ужин, поиграли с мальчишками, а когда вернулся Юнги, Тэхён уже благополучно спал в обнимку с Сонхваном, которому до этого читал сказку. На утро омега не был так уверен в своём твёрдом решении развестись. Возможно, им с Чоном просто нужно время на раздумья.       Тэхён решил оставить свой автомобиль на парковке, воспользовавшись такси. По машине Чонгук легко мог узнать его местонахождение, а омеге нужно было побыть в одиночестве какое-то время. Сев в машину, омега включил свой телефон, который отключил ещё вчера. Тут же прилетело несколько сообщений, и одно было от мужа. Омега облизал губы, раздумывая, открыть СМС или потом прочитать, но всё же засунул мобильный в карман и устало прикрыл глаза. В салоне играла тихая музыка, это помогло немного расслабиться. Когда они доехали до нужного района, Ким практически спал. Он вообще заметил, что в последнее время часто чувствовал себя сонным и уставшим. Скорее всего, так на нём сказывались переживания.       Новое жилье очень понравилось Тэхёну. Бабушка Чимина, похоже, была женщиной аккуратной и трудолюбивой. Квартира казалась настолько уютной и ухоженной, что здесь хотелось остаться. Омега оставил чемодан в коридоре, а сам принялся исследовать комнаты, которых насчитывалось целых три, кухню с белоснежным гарнитуром и большой балкон, куда удачно вписались столик и кресло-качалка. Ким приоткрыл окно, впуская в квартиру лёгкий ветерок, и достал из кармана телефон. Сообщение Чонгука всё ещё оставалось непрочитанным.       «Тэхёни, знаю, ты не хочешь меня видеть, но, пожалуйста, не пропадай надолго. Если хочешь, можешь остаться у нас, а я сниму квартиру, так будет правильнее. Прости меня за всё, я очень тебя люблю».       Омега прижал мобильный к груди, пытаясь успокоить бьющееся сердце. Оно предательски билось, в очередной раз напоминая, что можно просто забыть обо всём, вернуться домой и жить, как прежде. Только вот Тэхён знал, что как прежде уже никогда не будет.       Он быстро набрал ответ и вернулся в коридор, где оставил свой чемодан. Нужно было срочно отвлечься, а распаковка вещей казалась лучшим решением. Хотя в голове то и дело крутились строчки из его сообщения. Киму оно показалось слишком грубым.       «Сегодня я нашёл себе квартиру и уже забрал вещи. Не ищи меня, хочу побыть один».       Когда телефон зазвонил, Тэхён был уверен, что это звонит муж, но из трубки послышался усталый голос Чимина.       — Тэ, привет! Как дела? Вещи забрал? — на заднем плане тихо работал телевизор, Ким слышал рекламные ролики, идущие в эфире.       — Привет! Да. Я уже в квартире, и она просто великолепна! — стараясь говорить воодушевлённо, заметил Тэхён. — Спасибо тебе огромное!       — Да, бабуля была ещё той педанткой, — усмехнулся омега. — Собственно, из-за безукоризненного порядка я и не стал её сдавать. А тебе я полностью доверяю. Юнхван, а ну прекрати! — прикрикнул Чимин на сына. — Извинись перед братом! Драться они задумали, — пробубнил он.       — Мальчишки же, это нормально.       — Ой, Тэ, вчера ходил на УЗИ… — пауза показалась Тэхёну слишком долгой. — У нас снова пацан, а я так рассчитывал на девочку. Да и Юнги дочку хотел. Я пока ему не сказал. Думаю, расстроится.       — Не говори глупостей, Чимина! Ребёнок — это наивысшее счастье, а пол совершенно неважен, — Ким сморгнул внезапно подступившие слёзы и заставил себя улыбнуться. — Может, ещё омежка будет. Так что не переживай.       — Ну да, буду надеяться хотя бы на это. Чонгук, кстати, звонил, интересовался, не связывался ли ты с нами, — внезапно сказал Чимин, и в трубке вновь повисла пауза. — Мы ответили, как договорились. Правда Юнги против, но я сразу почувствую, если он проболтается. Тебе нужно время, чтобы прийти в себя и набраться сил.       — Спасибо вам! Завтра куплю новую сим-карту и напишу тебе.       — Не пропадай! Я на связи! Обнимаю! — тепло проговорил Чимин.       — И я вас обнимаю! Юнги-хёну и мальчишкам привет!       Проще всего сейчас казалось выплакаться и пожалеть себя. Временами Тэхён так и делал, когда было совсем невыносимо. Разговоры о детях и нормальной семье сбивали омегу с толку, ведь разве мог понять его человек, который сам никогда подобного не испытывал. Но Чимин, несмотря на довольно молодой возраст, был мудрым не по годам. Киму всегда не хватало его уверенности.

***

      Спустя неделю Тэхён окончательно освоился в новом жилище, где проводил большую часть времени. Он вполне привык к уютному гнёздышку, где ему было комфортно. Правда уже на третий день пребывания здесь омега начал безумно скучать по своему родному дому и Чонгуку. Муж, кстати, снился ему постоянно, зовя и прося вернуться. Тэхён спал в обнимку с его вещами, вдыхая родной запах, с каждым днём становившийся всё слабее.       Несколько раз в гости захаживала престарелая соседка — омега лет семидесяти, приносившая Киму пирожки со сладкой фасолью, которые он раньше терпеть не мог, но сейчас неожиданно оценил по достоинству, и холодное кукси с тушёной говядиной и овощами. Уплетая всё за обе щеки, Тэхён внимательно слушал рассказы женщины о её тяжёлой, но интересной жизни.       Поэтому, когда в очередной раз раздался звонок в дверь, Тэхён, не задумываясь, открыл дверь. Он никак не ожидал увидеть за ней человека, из-за которого его брак начал трещать по швам. Президент Ким собственной персоной стоял на пороге с корзиной фруктов и букетом цветов. Его довольная улыбка не понравилась омеге, ничего хорошего она всё равно не сулила.       — Здравствуй, Тэхёни-щи! — мужчина замялся в дверях, видя, что радушного приёма не будет.       — Здравствуйте! — омега по привычке облизал губы и сложил руки на груди, приняв воинственную позу. На самом деле он ужасно волновался из-за прихода альфы, потому что от этого человека можно было ждать чего угодно.       — Могу я войти? — поинтересовался Ким, уже протискивая внутрь корзину и протягивая её омеге. — Это тебе, витамины.       — Зачем вы пришли? — проигнорировав его вопрос, спросил Тэхён, плечом прижавшись к косяку двери, тем самым не позволяя альфе переступить через порог. — Я не хочу вас видеть.       — Я понимаю. Но мне нужно было тебя увидеть, — лицо президента Кима светилось от нескрываемой радости, словно он получил в наследство очередной миллиард. — Соскучился.       Тэхён нахмурил идеальные брови и посторонился, впуская альфу в квартиру, хотя и совсем не хотел этого. Ким вручил омеге букет, а корзину поставил на пол в кухне.       — У тебя уютно. Я думал будет хуже, невозможно за пару дней найти хорошую квартиру, — заявил он, по-хозяйски расхаживая по комнатам и осматривая обстановку. — Вполне себе ничего, мне нравится.       — Вы за этим сюда пришли? Посмотреть, как я живу? — недовольно заметил Тэхён, положив букет на стол.       — И за этим тоже. Ты остался один, без защиты. Я почувствовал твою тоску и не мог не приехать. Найти тебя не составило проблемы.       — Ну конечно… Только вот тосковал я совсем не по вам, господин Ким, — омеге захотелось уколоть альфу побольнее. — Да и видеть вас мне не хочется.       — Прости, я поступил опрометчиво, выложив всё твоему мужу. Но я ведь предлагал мировую, вы оба отказались.       — Вы не имели права влезать в нашу личную жизнь. Мы ведь прожили с Чонгуком столько лет, сами бы разобрались.       — Не забывай про истинность, Тэхёни. Я хотел использовать любую возможность, чтобы завоевать тебя.       — Ну да, вы же бизнесмен, а в бизнесе подставить конкурента ничего не стоит. Только вот играли вы по нечестным правилам!       — Неужели ты не дашь мне ни единого шанса? — альфа удержал Тэхёна за руку, перебирая его пальцы своими.       — Уходите, пожалуйста, и впредь больше никогда не появляйтесь здесь! — выпалил омега, убирая руки за спину. — А придёте, дверь я вам не открою.       — Я понял, — грустно произнёс Ким, идя к двери и внезапно оборачиваясь. — Кстати, забыл сказать. Я уволил Чонгука с канала, вход на телевидение для него закрыт. Надеюсь, хоть теперь он поубавит свои амбиции. А вот тебя я готов принять в любой момент, только скажи.       После ухода альфы у Тэхёна напрочь пропало настроение, зато появилась неуёмная энергия, которую он растратил на генеральную уборку квартиры. Новость о том, что муж остался без работы, легла на сердце тяжёлым грузом, а усилившееся беспокойство мешало нормально думать.       Чонгук ведь был прирождённым журналистом. Отличался острым как бритва умом и язвительным пером, от которого многим досталось по заслугам. Как альфа воспринял своё увольнение ещё и на фоне разлада с Тэхёном, можно было только гадать. И хотя нанесённая обида по-прежнему была сильна, омега постоянно интересовался у Чимина, как дела у Чона. Только вот отвечал тот слишком расплывчато, словно не хотел нагружать Тэхёна ещё и этим.       

***

      Развалившись прямо на полу, Чонгук лениво дотянулся до очередной бутылки с соджу, но та, как назло, оказалась пуста. Он откинул её к двери и, простонав, приподнялся. Голова в буквальном смысле шла кругом. Казалось, ещё немного, и она оторвётся и улетит куда-то далеко.       Раньше альфа никогда не напивался до такого состояния. Нет, было несколько раз, что коллеги привозили его домой чуть ли не в бессознательном состоянии, но на следующее утро он свежий и отдохнувший вновь шёл на работу. А пить уже столько времени, покидая дом только, чтобы купить алкоголь, такого он не припоминал.       Когда три недели назад он не обнаружил в квартире вещей Тэхёна, всерьёз испугался, что они и правда расстанутся. Было видно, что омега собирался быстро, словно боясь передумать. Он не забрал ни одного его подарка, зато прихватил все фотографии, похоже, не желая оставлять напоминаний о себе. И только их свадебный портрет говорил о том, что здесь когда-то жила семейная пара.       Без Тэхёна их квартира превратилась для альфы в склеп. Единственная рубашка, которую муж забыл в корзине для белья, теперь служила Чонгуку отдушиной, без неё он не мог заснуть, даже если был слишком пьян.       Только потеряв Тэхёна, Чон осознал, что не работа была его смыслом жизни, а любимый муж. Лишь он один был центром его Вселенной.       В дверь несколько раз позвонили, и альфа выругался, понимая, что вряд ли дойдёт до входной двери, не набив себе шишек. На прошлой неделе он расшиб себе затылок об угол стола, а вчера разбил бровь о косяк. Кое-как поднявшись, он доковылял до входа, на этот раз удачно, и открыл дверь. На пороге стоял хмурый Юнги с двумя бумажными пакетами в руках, очевидно из супермаркета.       — П-привет! — пробубнил Чон, пропуская дорогого гостя в квартиру.       Юнги на это лишь покачал головой и, сняв кроссовки, проследовал на кухню. Чонгук пошёл за ним, хватаясь за стены, чтобы не упасть.       — Пивко принёс? — поинтересовался альфа, заглядывая через плечо на стол, где Мин раскладывал продукты.       — Ещё чего! Тебе Чимин сварил похмельный суп и только попробуй его не съесть. Завтра ты мне нужен в идеальном состоянии! — заявил Юнги, убирая упаковку с яйцами, мясо и сыр в холодильник.       — Зачем? — спросил Чонгук, усаживаясь за стол и непонимающе глядя на друга. Мин Юнги только с виду казался суровым, в душе он был добрым и мягким человеком, готовым в любой момент помочь нуждающемуся. Судя по всему, сегодня таковым выступал Чон.       — Ты бухаешь столько времени. Я сквозь пальцы наблюдал за этим, понимая, что тебе нужно было немного пострадать, но, по-моему, уже хватит. Превратиться в пьяницу я тебе всё равно не позволю!       — Серьёзно? Заботишься обо мне? — Чонгук игриво подмигнул Мину, хватаясь за ложку и черпая ею аппетитный на вид суп.       — В общем так, — со всей серьёзностью начал Юнги, усаживаясь на соседний стул, — я нашёл для тебя работу корреспондента на независимом канале. Его спонсирует человек из Штатов, но давно живущий у нас. Нужно готовить репортажи и выходить в прямые эфиры. Собственно, чем ты раньше и занимался. Конечно, место ведущего более выгодное и перспективное, но тебе ведь не привыкать к трудностям. К тому же перед Тэхёном ты должен появиться в презентабельном виде и с нормальной работой.       Чонгук даже жевать перестал после этих слов. Мысль о том, что муж реально может к нему вернуться, тут же занозой засела в голове.       — Он не хочет меня видеть…       — Всё может измениться, Чон. Поэтому хватит раскисать и давай уже соберись! — дружеские наставления Юнги и, возможно, светлое будущее с Тэхёном придали альфе сил.       — Как он там? — уточнил Чонгук, отправляя в рот ложку вкуснейшего супа.       — Думаю, переживает, — Мин почесал подбородок, раздумывая. — Чимина говорит, делает вид, что держится, а глаза на мокром месте.       — Мой малыш… Юнги-я, ты мне так и не скажешь, где он живёт? Я ведь могу провести и собственное расследование.       — Хотел бы — давно провёл. А пугать его своим внешним видом сейчас, считаю, глупо, но, если хочешь, пожалуйста! — Юнги раскинул руки в стороны. — Только тебе не кажется, что лучше подготовиться? К тому же президент Ким всё ещё бродит где-то поблизости. Он заходил к Тэхёну, но тот его выставил. Так что не расслабляйся.       — Вот ведь сволочь какая! — Чон с силой сжал ложку в руках. — Продолжает его мучить! Но он никогда его не получит! Клянусь!       — Поэтому в твоих же интересах бросить это дело и начать жить нормальной жизнью. Дай Тэхёну отдохнуть от себя и время поразмыслить. Уверен, скоро всё встанет на свои места.       Чонгуку так хотелось в это верить, что он дал себе обещание, сделать возможное и невозможное, чтобы вновь вернуть расположение мужа.

***

      Как бы Тэхёну не хотелось покидать пределы своего нового дома, где он мог спокойно пострадать, скрываясь ото всех, но необходимо было решать и дела, которых порядком накопилось за это время. К тому же на днях позвонила мама и сообщила, что Ёнджин положили в больницу, малыш должен был вот-вот появиться на свет, а её альфа исчез в неизвестном направлении. Госпоже Ким даже пришлось заявить в полицию, чтобы та разыскала горе-папашу, но поиски не увенчались успехом. Оказалось, что у парня огромные долги, которые он тщательно скрывал от семьи.       Тэхён ужасно переживал не только за физическое здоровье сестры, но и за психологическое. Из-за волнений она почти перестала есть и сильно похудела, врачи всерьёз опасались, что ребёнок не сможет родиться естественным путём и предложили сделать кесарево сечение. А вскоре встал вопрос и о том, что, возможно, омега не переживёт операцию.       Ким, как мог, поддерживал маму, которая за считанные дни постарела на несколько лет. Ёнджин всё реже приходила в себя, и её пришлось погрузить в медикаментозную кому. Омега часто сидел у постели сестры, смотрел на бледное, без единой кровинки, но такое красивое лицо и молил небеса, чтобы она и малыш выжили. Вот только судьба распорядилась иначе. Из комы Ёнджин так и не вышла, и пришлось делать экстренную операцию, чтобы спасти хотя бы малыша.       Всё происходило ночью, поэтому, когда плачущая в трубку госпожа Ким позвонила Тэхёну, тот не сразу вникнул в её слова:       — Она ушла, она покинула нас! — кричала мама, раздираемая рыданиями. — Моя девочка!..       В больнице им сказали, что Ёнджин умерла тихо, даже не почувствовав, что произвела на свет замечательную малышку с огромными карими глазами. Девочку положили в отдельный бокс, чтобы не подхватила инфекцию и немного добрала вес, но в целом она была совершенно здоровой. Тэхён с волнением смотрел на ангелочка с маленькими ладошками и пухлыми губками, роняя горькие слёзы по умершей сестре.       Похороны полностью организовал Чонгук. Они прошли словно в тумане. Госпожа Ким безмолвно просидела всю церемонию на полу, глядя на траурное фото дочери в рамке. Тэхён с младшим братом поддерживали её, как могли. Чон держался в стороне, но, когда всё закончилось, подскочил к госпоже Ким и помог ей подняться, обнимая и соболезнуя.       — Спасибо, что сообщил мне, — сказал Чон, присаживаясь за поминальный стол рядом с Тэхёном. — Она была светлым человеком, добрым и отзывчивым, просто нарвалась на такого придурка.       — В полиции нам сказали, что, скорее всего, он сбежал за границу. А самое страшное, что все его долги теперь лежат на маленьком существе, которое только начало жить. И я совершенно не представляю, что нам с этим делать, — ответил омега, глянув на маму, которая со вчерашнего дня так ничего и не ела. Ким повернулся к мужу и посмотрел на него. Чонгук немного осунулся, под глазами залегли тени, но он с таким искренним сочувствием смотрел на Тэхёна, что тот не устоял и обнял его. — Ёнджин ничего не рассказывала. Мы ведь могли ей помочь.       — Не вини себя, — родные руки обхватили его и прижали к себе, — и не зацикливайся. Я подумаю, что можно сделать. Сейчас нужно думать о дальнейшей судьбе девочки и здоровье матушки, мне не нравится её состояние.       В нужный момент Чонгук умел не только поддержать, но и рационально мыслить. За это Тэхён был отдельно ему благодарен. Никогда в своей жизни омеге не приходилось тащить на себе тяжёлое бремя в одиночку, муж предпочитал решать все проблемы сам.       — Спасибо, без тебя мы бы не справились, — шмыгнул носом Ким и отстранился от мужа. — Я сам отвезу маму домой, а потом заеду в больницу.       — Хорошо. Я закончу здесь со всем. Кстати, вы уже придумали имя для малышки?       Тэхён удивился, почему вдруг муж заинтересовался этим. Честно говоря, омеге даже не пришлось думать над важным решением, он с первой секунды знал, что возьмёт опеку над дочкой сестры. Был уверен, что Ёнджин одобрила бы этот шаг. А после того, как увидел беззащитную малышку в больнице, так похожую на него и маму, понял, что просто не сможет с ней расстаться.       — Мы с мамой подумали, что ей подойдёт имя Хэвон, — Тэхён смахнул с щеки слезу. — Она очень красивая девочка. Ты должен её увидеть.       — Обязательно, — Чонгук тепло улыбнулся, несмело сжимая пальцы омеги в своих. — Уже мечтаю познакомиться с ней.       — Я видел тебя в эфире, ты вновь делаешь крутые репортажи, — произнёс Тэхён, понимая, что должен был это сказать, чтобы хоть как-то поддержать мужа. — Всё-таки это твоя стезя.       — Спасибо! Ты всегда был самым благодарным моим зрителем. Кстати, президент Ким тебе не надоедает? — в голосе Чона слышались не только интерес, но и привычные нотки ревности.       — Приходил ко мне как-то, но я его выпроводил. Мне абсолютно неинтересно его внимание, — Тэхён надеялся, что муж не напридумывает себе ничего лишнего. Им обоим и так было несладко в последнее время.       — Если с ним будут проблемы, звони мне, разберусь.       — Он думает, что мы на грани развода, поэтому и постоянно вынюхивает обстановку. А благодаря истинности, ещё и считывает меня, хотя я пытаюсь держать себя в руках. Но у меня плохо получается. Теперь из-за всей этой ситуации мой эмоциональный фон сбился, боюсь, он вновь будет меня доставать, — раздражённо заметил Тэхён, поднимаясь и разглаживая свой чёрный костюм.       Чонгук нахмурился и вновь сочувственно погладил Кима по руке. Как ему не хватало его объятий и ласки. Как же он соскучился по любимым пальцам и по идеальным заострённым скулам. Тэхён слишком резко отдёрнул свою руку и на лице Чона появилось смятение. В душе омега всё ещё не простил его, а вот тело продолжало привычно реагировать на мужа.       — Мне пора. Я должен успеть в больницу до пяти часов. Ещё раз спасибо за всё! — омега поклонился Чонгуку, будто тот был гостем, и посмотрел на маму, которая сидела за соседним столом вместе с Сонхёном.       — Пришлёшь мне её фото?       — Кого? — не сразу понял вопрос мужа Ким.       — Нашей малышки, — чуть ли не шёпотом произнёс Чонгук, а Тэхён так и застыл на месте, не зная, что думать. Похоже, альфа тоже для себя уже всё решил и это окончательно сбило Кима с толку.