Эхо в тени

[От лица Тома Реддла] Дуэль с Гарри оставила неприятное послевкусие. Сначала я считал, что разозлён тем, что не смог пробить его защиту. Но дело было не в этом. Меня раздражала сама его сущность: скрытная, неуловимая, как ртуть. Я наблюдал за ним весь следующий день. Гарри не показывал никаких признаков эмоций. Он ел за дальним концом слизеринского стола, отвечал учителям сдержанно, но точно, и полностью игнорировал все взгляды, которые направляли в его сторону. В этом было что-то искусственное. Как будто он не принадлежал нашему времени, нашему миру.

***

Вечером в гостиной Слизерина я не удержался и подошёл к нему. Он сидел в углу, держа в руках небольшую старую книгу. — Ты всегда один, — начал я, усаживаясь напротив него. Гарри поднял взгляд. — Это проблема? — Для кого-то — да. Он слегка улыбнулся, но в этом жесте не было ни радости, ни раздражения. — Ты следишь за мной, — сказал он, и я заметил в его голосе что-то новое — вызов. Я выдержал паузу. — Наблюдаю. Это не одно и то же. — Но зачем? На мгновение я замолчал. На этот вопрос у меня не было ответа, который удовлетворил бы его. Я мог сказать, что это обычное любопытство. Но Гарри бы не поверил. — Ты интересный. Он приподнял бровь. — Интересный? Это довольно скучный ответ. Я улыбнулся. — Возможно. Но он отражает реальность. Он закрыл книгу и посмотрел мне в глаза. — Тогда позволь мне спросить: тебе часто становится скучно, Реддл? — Редко, — признал я. — Тогда перестань смотреть на меня, как на игрушку.

***

Эти слова застали меня врасплох. Никто никогда не говорил со мной таким тоном. Ни учителя, ни студенты, ни даже Дамблдор, с его постоянно настороженным взглядом. Гарри Поттер не боялся меня. — Ты ошибаешься, — спокойно ответил я, подавляя вспышку раздражения. — Ты не игрушка. Игрушки бесполезны. — Значит, ты уже решил, что я полезен? — его тон был мягким, но слова били точно. Я рассмеялся. — Умный вывод. Мне нравятся умные выводы. Он вновь улыбнулся — так, будто между нами происходила игра, чьи правила знал только он. — Тогда мы, возможно, ещё поговорим, Реддл. Но не сегодня. Он поднялся и ушёл, оставив меня одного.

***

Я долго размышлял о нашей беседе. Гарри не был обычным человеком. В его глазах таилась тьма, такая же глубокая, как моя собственная, но совершенно иного оттенка. Он не хотел контролировать мир. Он хотел его понять. Но для чего? На этот вопрос я не мог найти ответа.

***

Через несколько дней я впервые увидел его ночью. Это было случайностью. Я шёл по коридору в западной части замка, направляясь к тайной комнате, о которой не знали даже мои ближайшие соратники. Луна светила сквозь витражные окна, и звук моих шагов разносился эхом. Я заметил его силуэт у окна. Он стоял неподвижно, глядя на ночное небо. Я подошёл ближе. — Поттер? Он вздрогнул, но не обернулся сразу. — Почему ты здесь, Том? Тон был спокойным, почти отрешённым. — Скорее, почему ты здесь? Гарри наконец повернулся ко мне. Его лицо выглядело иначе. Более уязвимым? Нет. Уязвимость предполагает слабость. Это было что-то другое. — Ты веришь в звёзды? — спросил он вдруг, игнорируя мой вопрос. Я нахмурился. — Верить? Звёзды — лишь горящие массы газа. Он улыбнулся уголком губ. — И всё же ты никогда не смотрел на них, как на что-то большее? — Ты говоришь загадками. — Возможно, — ответил он, глядя на меня. — Просто иногда кажется, что они что-то скрывают. Я не знал, что ответить. Эта беседа была далека от всего, к чему я привык. — Ты слишком много думаешь, Поттер, — произнёс я наконец. — А ты — слишком мало чувствуешь, — парировал он, отходя от окна. Он вновь ушёл, оставив меня одного в темноте.

***

Почему я не могу перестать думать о нём? Эта мысль жгла меня изнутри. Я не привык к такому хаосу. Гарри Поттер был не только загадкой. Он стал моей слабостью. И я ненавидел его за это.