«Монстр»

Мигнул маленький экран камеры, пошли разноцветными полосками помехи и вскоре появилась картинка. Снимали круглую небольшую арену, на заднем фоне виднелись разрушенные ступеньки, перепачканные высохшим за много столетий энергоном, и трибуны. Кое-где в стенах — сквозные дыры, открывающие вид на беззвездное черное небо, и застрявшие в металле неразорвавшиеся снаряды. Это был единственный на всем Кибертроне амфитеатр, что находился близ Каона. В центре, на сцене, стоял мех. На его груди, несмотря на отсутствие какого-либо света, полыхал знак десептиконов. Мех дернулся, будто вспомнил о начале съемки, и гордо прошелся вдоль первых рядов, выходя на единственный светлый участок в левом углу экрана. Свет был тусклый — скорей всего от настольного слабого светильника — но он позволял более детально рассмотреть меха. Десептикон улыбнулся, демонстрируя ряды острых сероватых клыков. Болотного цвета корпус с молочными вставками по бокам и на манипуляторах, неприлично острые и длинные когти, ядовитая зеленая оптика и средний — для кибертронца — рост. На летуна он, правда, похож не был. — Так-так-так! — восторженно протрещал надрывно-хриплым мерзким голосом дес и развел манипуляторы в стороны, слегка склоняясь. Картинку снова портили помехи. — Милые феммы и достопочтенные мехи, приветствую вас на моем последнем шоу! Меня зовут Кение Виз, но вы можете звать меня так, как вам того хочется! Мех по-клоунски согнулся пополам, будто приветствуя несуществующую в камере публику. И уже хотел продолжить свою речь, как в верхнем правом углу что-то завозилось и на зрителя уставились два кровавых любопытных окуляра. — Ох, чуть не забыл, — мех шутливо стукнул себя по шлему, — поприветствуйте мою обворожительную и незаменимую помощницу Кнопу! Вышеупомянутая ассистентка ловко впрыгнула на сцену, оказываясь на порядок ниже своего коллеги. Это была ярко красная миниконша, стеснительно улыбающаяся и машущая в камеру. Ее тонкое тельце неестественно выгнулось назад, и Кнопа сделала колесо, оказываясь у серво Виза, похлопала оптозатворами и, будто скраплет, забралась к тому на плечевой сегмент. Мех довольно хмыкнул, возвращая свое внимание камере. — Итак, как я уже успел сказать, это мое последнее шоу. Увы и ах, но наш родной дом погиб, сгорел в пожаре, превратившись в жалкий кусок бесполезного металла, поэтому я вынужден покинуть сцену! — протрещал Кение, смахивая когтем несуществующий омыватель. — Но не отчаивайтесь! Сегодня с нами важный гость. Миниконша встрепенулась, выпрямилась, навострив свои антенны, и юрко шмыгнула в темноту сцены. Послышался лязг и грохот, а после — зажглись софиты. И пусть они не были такими уж яркими, но ужасно ослепляли после естественного полумрака, коим был окутан амфитеатр. Как только камера настроилась на новое освещение, стал различим стул и прикованный к нему автобот. — О! А вот и гость! Так, посмотрим, кто ты у нас, — Виз задумчиво поскреб когтями по шлему, утыкаясь в планшет. — Командир элитных войск. А! Это те зануды, помешанные на уставе. Вспомнил-вспомнил. Ну что, дорогуша, приступим к моей любимой части шоу! Кнопа предвкушающе взвизгнула и подлетела к камере, наводя ее поближе на пленного. Автобот был почти полностью обездвижен; по его шлему, от левого аудиосенсора, вниз по шейным магистралям стекал свежий энергон; некогда голубая броня грудного отсека обуглена и смята, будто тонкая бумага; в местах, не защищенных пластинами, искрилась поврежденная проводка. Виз подошел ближе, и автобот, заметив десептикона, дернулся, сразу же об этом пожалев. Металлические крепления, что неприятно и слишком сильно сдавливали чувствительные пластины на манипуляторах, впились своими кривыми расколотыми краями в свежие раны. Автобот взвыл. — Ну, это никуда не годится! Видишь ли, я больше люблю, когда моими представлениями наслаждаются молча, — Кение хохнул, когда на него в ужасе уставились два неоновых окуляра. Зрелище поистине великолепное! Десептикон задумался на мгновение, будто бы окончательно решая для себя что-то, и выпустил из спинных сочленений четыре щупа, на концах которых извивались маленькие усики-рецепторы. Щупальца какое-то время медленно вились в воздухе, а после: одно метнулось в темноту и выудило оттуда длинные щипцы, а второе впилось усиками в шею автобота, перекрывая энергон в главных магистралях. — Ох, прости-прости, просто меня ужас как раздражает твой голосок. Не люблю, когда на аудиосенсор орут, понимаешь? — задает риторический вопрос десептикон и берет в манипулятор щипцы. За его спиной зловеще вырастают эти мембранные шнуры и тянутся к энергоприемнику пленника, усиками проникают сквозь выбитые и сколотые денты, насильно разводя в стороны. Автобот отчаянно дергается, пытаясь закрыть приемник, но Виз лишь скучающе наблюдает за этим цирком, а после — впихивает в горло щипцы. Слышится хрип. Тихий и едва различимый среди помех на видео. Кение опасно глубоко пропихивает железные клешни внутрь, цепляет вокодер и, будто издеваясь, замирает. — Готов? Раз, два, три! — десептикон с силой дергает щипцы на себя, с бетским восторгом наблюдая вырванный вокодер. Автобот захлебывается энергоном, который удивительно быстро хлынул наружу. — Вот и все! Последние приготовления завершены. Теперь мы можем начать! Кнопа заулыбалась, прикатывая на сцену небольшой столик с разложенными на нем различной формы ножами, щипцами и тонкими иглами. — О, благодарю, — десептикон ласково потрепал миниконшу по шлему и гордо прошествовал к столу. Автобот за это время слегка оклемался. Пелена боли спала, и он вновь мог различить невысокий силуэт мучителя. Виз склонился над столом, с садистским удовольствием рассматривая различные инструменты. Внимание меха привлек небольшой металлический предмет с вытянутыми «лепестками» на одном конце и с закручивающимся винтом на другом. — Надеюсь у вас, благородные гости, крепкие нервы, — Виз усмехнулся в камеру. — Спешу заметить, что я ни в коем случае не принуждаю смотреть мое небольшое шоу. Однако… если все же вы решились, то, думаю, у вас возник один «ма-аленький» вопросик. Почему этот бедняга здесь, и что же он такого натворил? — десептикон подошел ближе к стулу, наклонился к замершей в ужасе жертве, и слегка царапнул когтем чужую лицевую. — Кнопа, будь добра, просвети нашу публику! — Кхм! — в цент вышла миниконша, показательно прочищая горло и деловито листая планшет. — Сий господин долгое время вел незаконную торговлю наркотиками, был замечен в передаче ценной информации вражеской фракции, а так же часто вступал в коннект с бетами, — Кнопа хмыкнула, пролистывая список чужих заслуг. — Мелкие кражи, словоблудство, насилие над интерфемм и т.д. и т.п. Одним словом — ржавый мерзкий болт! — гневно прошипела Кнопа и кинула в нерадивого пленника планшет, разбивая его о чужой шлем. Автобот болезненно замычал. Кение разразился низким хриплым смехом. — Фух, это и впрямь было забавно! — он хлопнул в ладоши и без каких-либо усилий вновь раскрыл жертве приемник щупами. В когтях десептикона опасно блеснуло вышеупомянутое орудие пыток. Виз смазал грушевидный наконечник прозрачной смазкой и резко пропихнул его в горло автоботу. Тот захрипел, пытаясь выплюнуть железку. — Крути! Крути! — рядом мельтешила Кнопа, восторженно пища и указывая коготком на винт, что ужасающе выглядывал из энергоприемника автобота. Пленный задергался в панике, когда десептикон пару раз повернул резную деталь. Лепестки в горле впились в мягкий металл, натягивая его. — Достаточно? — Виз скосил яркие окуляры на напарницу. Кнопа нахмурилась, сложила на груди манипуляторы и покачала шлемом. — До конца, Виззи, до самого конца! Десептикон не обратил внимание на смешную интерпретацию его позывного и милостиво выполнил просьбу миниконши. Лепестки внутри горла еще сильнее раскрылись, порвали внутреннюю мягкую мембрану и до боли натянули металлические пластины, сквозь который потекло топливо. Кнопа удовлетворенно хмыкнула и подбежала к столику, стащила оттуда небольшой молоток и пару гвоздей и вручила его десептикону. Автобот еще сильнее задергался, пытаясь вырвать свои манипуляторы из оков, но только кривой ржавый металл еще сильнее вонзился в голубую броню, причиняя жертве ноющую боль. — Кажется гость бушует. Тц, Как же быть, публика требует зрелище Перед ними совершенное жалкое и мерзкое создание, которое, увы, все еще актив. Да-а уж, непорядок, — Кение аккуратно взял в четыре щупа по гвоздю и с силой вонзил их в конечности автобота. Тот задергался в агонии, молча трепыхаясь и с каждым разом все сильнее ударяясь шлемом о спинку стула. Виз по очереди забил молотком каждый гвоздь настолько глубоко в корпус, что голубые защитные пластины на манипуляторах и серво погнулись. За кадром послышался писк, возвещающий о скорой разрядки камеры. Кнопа обиженно провентилировала и надула губки. — Виззи, пора кончать! — Как скажешь, милая, — десептикон вновь вернулся к столу, на этот раз чуть дольше выбирая инструмент для последней пытки. — Хм, кажется, это все слишком тривиально. Что ж, будем действовать на свой страх и риск. Дорогие зрители, мне очень жаль, но боюсь, наше шоу подходит к концу. Прошу, наслаждайтесь последним актом! Виз обошел со спины автобота, обвивая его брюшную секцию двумя щупами с разных сторон, и что-то шепнул ему на аудиосенсор своим неестественно хриплым голосом. Жертва, охваченная ужасом, дернулась. Голубого меха пробила мелкая дрожь, и десептикон, довольный произведенным эффектом, сильно сжал щупальца. Кнопа небрежно схватила со штатива камеру, от чего экран снова заполонили помехи. Послышался громкий хруст. Миниконша навела объектив на пленного, который корчился в агонии, пока десептикон в прямом смысле разрывал его корпус. Брюшные пластины треснули, переломившись, и впились острыми концами во внутренние магистрали и фасциальные платы. Следом щупальца смяли и т-шестерню. Автобот уже не сопротивлялся, безвольно повиснув в тисках своего мучителя. Кение тем временем закурил, выпуская в темное небо голубоватый дым. Хреновая сигарета отдавала горечью некачественного энергона, и кислым вкусом оседала на глоссе. Камера вновь издала предсмертный писк, и Виз, недовольно рыкнув, одним выверенным движением разорвал жертву. На пол амфитеатра брызнул энергон, разливаясь неоновой лужей вокруг двух десептиконов. — Что ж, мои дорогие зрители, вот и все! На этом мы с вами прощаемся! — Виз поклонился, возвращая перепачканные щупы за спину. Кнопа навела на себя камеру, помахала манипулятором, в конце шутливо послав воздушный поцелуй, и завершила запись. Экран быстро потух и продемонстрировал кибертронцам красную батарею. — Разрядился, — грустно сообщила напарнику миниконша. — Эх, какая досада! — Кение лениво потянулся, сгребая щупами все со стола пыток, и направился на выход из амфитеатра. — Пойдем, Кнопа, здесь наша работа завершена.