Никто тебя не спасет

Хонджун чувствует себя до отвратительного неуместно, словно ему лет пятнадцать и он тайком пробрался на вечеринку в клуб, и теперь рискует в любой момент попасться на глаза охране, которая его тут же с позором выгонит. Он понятия не имеет откуда у него это чувство, не то чтобы это был первый раз, когда он знакомится с компанией своего нового парня, к тому же почти всех Хонджун и так уже знает. — Хён, я просмотрел все отчеты… — начинает Чонхо, тот единственный человек, которого Хонджун раньше не встречал, но Сонхва его мягко перебивает: — Дождемся наших гостей и тогда обсудим, не вижу смысла повторяться. — Гостей? — поднимает на него взгляд Хонджун. Сонхва растерянно хмурится, но тут же улыбается: — Ах да, я же про это говорил без тебя. Забавные ребята, уверен мы найдем общий язык, — Сонхва трет пальцем бровь, явно что-то недоговаривая, а Минги не сдерживает презрительного смешка, смотря прямо на Хонджуна. Тот делает большой глоток из своего стакана и отворачивается. Маленький бар, адрес которого дал ему Сонхва меньше, чем за час до встречи, и который сначала показался ему чертовски уютным, а то, что в нем не оказалось случайных посетителей даже обрадовало, теперь выглядит слишком темным и неоправданно огромным для их небольшой компании. К тому же на Хонджуна давит и общее мрачное настроение, причину которого он не понимает. — У тебя случайно сигаретки не найдется? — спрашивает Юнхо и садится рядом с ним, поставив на столик пепельницу. — Я торопился и не успел купить по дороге, а курить ту дрянь, что есть у Минги выше моих сил. Хонджун без вопросов лезет в рюкзак и достает оттуда пачку, которую протягивает Юнхо. — Не знал, что ты куришь, — удивляется Сонхва. — Очень редко, — пожимает плечами Хонджун. — Например, эту пачку купил месяца два назад. — Я тебе компенсирую, — улыбается Юнхо. — Чонхо тоже в полиции работает? — Хонджун и сам едва ли не тянется за сигаретой, но все-таки сдерживается. Как-нибудь потом наедине он спросит у Сонхвы как тот к этому относится, а сейчас он бы и не вспомнил про них, если бы не Юнхо. — Ага, стажер, как и я, — кивает Юнхо. — Только смен больше берет, зарабатывает репутацию. — А ты значит не зарабатываешь? — наклоняет голову с легкой усмешкой на губах Хонджун. — Моя репутация давно уже работает на меня, — улыбка Юнхо становится еще шире. — Ага, он практически сын маминой подруги, — фыркает Сонхва. — И учился всегда лучше всех, и по стопам отца пошел в полицию, и свою маленькую мастерскую открыл, и в неприятности никогда не влезал. Золото, а не человек! — А вот сижу тут с подозрительными типами, пью и курю, позор-позор, — смеется Юнхо. — Хён, прекрати прибедняться, по сравнению с тобой я проигрываю по всем фронтам. Хонджун вздыхает и снова отпивает из стакана. — Я могу разве что похвастаться тем, что очень метко стреляю. — О, правда? — еще сильнее оживляется было Юнхо, но тут же сдувается под взглядом Сонхвы. — Кхм, да, это круто. Я вот вечно нагоняй получал от инструктора. Но ты кстати еще почти обогнал Ёсана, при том, что ехал на велосипеде! Мне все рассказали! — Но не обогнал, так что и говорить не о чем, — качает головой Хонджун. — Я пойду возьму еще выпить, вам принести? Гости, про которых говорил Сонхва, приходят в тот момент, когда Хонджун возвращается за столик и один из них, Хёнджин, не нравится ему с первых же слов, которые тот с насмешкой бросает: — О, оказывается у тебя не только башни-близнецы есть, но и свой личный маленький Цербер. Хонджуну огромных усилий стоит сдержаться и не ответить что-нибудь мерзкое, но для себя он делает пометку, что надо или лучше держать себя в руках, или не пить вовсе, когда он рядом с Сонхвой, но при этом они не наедине, то, что Хёнджин мгновенно считал его подозрительный и ревнивый взгляд это нехорошо. — Мы можем говорить свободно? — уточняет Чан, кажется, главный среди пришедших, когда все рассаживаются. Хонджун отмечает, что тот ограничился банкой колы, в отличие от остальных: Минхо взял пиво, а Хёнджин и Ёнбок выбрали виски. Вопрос Чана кажется Хонджуну странным. — Конечно, — кивает Сонхва. — Чонхо, что там по отчетам полиции? — Ничего, — тут же отвечает тот. — Я перепроверил несколько раз, ни в больницах, ни в морге не появлялось никого похожего. Как и тел, которые вообще не удалось бы опознать. Достать расшифровку звонков их семей было сложнее, но что Уён, что Сан накануне дольше обычного разговаривали с родителями, так что я думаю, что они знали, что пропадут на время и тех предупредили. — То есть вероятнее всего они готовили свой побег заранее, — кивает Чан. — С этим работать будет, пожалуй, попроще. Хонджун хмурится, он помнит, что Сонхва один раз уже называл имя Уёна, при чем тогда он очень странно оговорился, но развивать тему не стал. В дальнейшем разговоре Хонджун понимает далеко не все, да и почти все звучащие имена ему и вовсе незнакомы, но главное он улавливает — он не имеет ни малейшего понятия о жизни Сонхвы, и тот совсем не торопится это исправлять. Хонджун уверен, что и на эту встречу он попал только потому что так настойчиво хотел пересечься вечером, что Сонхве было проще согласиться, чем придумывать причину по которой они не смогут этого сделать. — Хён, ты пойдешь с нами на вечеринку сегодня? — спрашивает Сонхву Хёнджин, при этом он то и дело косится на Хонджуна, как будто проверяя его реакцию. Хонджун сосредотачивает все свое внимание на стакане с джином, хоть у него внутри все мгновенно сводит от ревности. — У меня другие планы, — качает головой Сонхва. — К тому же нам не стоит там слишком активно светиться вместе, общих интересов у нас вроде как нет. — Что это за вопросы такие? — прищуривается Минхо. — Ты так намекаешь, что тебе со мной скучно? Интонации у Минхо серьезные, а выражение лица непроницаемое, Хонджун без понятия, что там у них за отношения с Хёнджином, но очень похоже на то, что тот сейчас нарвался. Только вот Хёнджин начинается смеяться, искренне и расслабленно, а следом за ним улыбается и Минхо, а Ёнбок закатывает глаза. — Ты не настоящий мафиози, тебе еще учиться и учиться, — хмыкает Хёнджин. — Вот Сонхва-хён сразу производит правильное впечатление. Он со мной всего парой слов перекинулся, а я уже понял, что человек он серьезный. — Еще бы тебе это помогло рот на замке держать, — качает головой Чан. Хонджун медленно облизывает губы и тянется за пачкой, которая так и валяется на столе. Мафия, ну, конечно. Это сразу объясняет все — и странное поведение и слова Чанми, и что Хонджун не смог ничего толком про Сонхву узнать, натыкаясь на советы не лезть не в свое дело, и очень странную организацию его бизнеса, наличие у него телохранителей и, как вишенка на торте, эту встречу с обсуждением поиска внезапно пропавших друзей. Нормальные люди идут с такими проблемами в полицию. У Хонджуна уходит одна сигарета и полпорции джина на то, чтобы переварить эту информацию. Поговорить с Сонхвой им определенно есть о чем, но это подождет удобного момента, а пока Хонджун возвращает на лицо улыбку и подключается к общему разговору.

***

— Жду тебя завтра ближе к полудню, — Сонхва похлопывает Минги по плечу. — И не вздумай гонять сегодня, ты слишком пьян для этого. — Хорошо, хён, хорошо, — смеется тот. Хонджуну на прощание он кивает даже не перестав улыбаться, что удивляет. Возможно, Минги и правда сильно пьян. Сам Хонджун чувствует себя кристально трезвым, но знает, что это обманчивое чувство, в нем плещется достаточно джина, чтобы лучшим решением стало отложить все серьезные разговоры хотя бы до утра, но терпение явно не его сильная сторона. — Я хочу поговорить, — тихо говорит Хонджун, едва они проходят вглубь квартиры Сонхвы. — Звучит немного пугающе, — хмыкает Сонхва, отходит к бару и, даже не спрашивая, наливает обоим джин. — Я думал тебя такое должно обрадовать, — Хонджун опускает взгляд на свои руки. — Ну, что вместо того, чтобы надумывать и всякое такое, взять и поговорить словами через рот. — Это похвальное желание, — кивает Сонхва и садится напротив, поставив на стол стаканы. — Итак? — Мы обсудили как тебе больше нравится трахаться, но как-то обошли стороной тему того, что между нами происходит, — Хонджун понимает, что лучше бы ему перестать отводить взгляд, но посмотреть в упор на Сонхву почему-то никак не получается. — Чувствую тут какой-то подвох, — вздыхает Сонхва и берет свой стакан. — Раз уж в прошлый раз свои предпочтения озвучивал я, то теперь предлагаю начать с тебя. Хонджун нервно смеется и трет пальцами шею. Он запоздало понимает, что сразу не правильно начал весь разговор, что надо было задавать прямые вопросы. — Чего я хочу от наших отношений? — Хонджун подушечкой пальца ведет по кромке стакана, — Хочу быть с тобой. Не от случая к случаю, без обязательств или что-то в таком духе, а прям вместе. Когда серьезно, долго и счастливо, и вот эта вся сопливая ерунда. — Хонджун, посмотри на меня, пожалуйста, — мягко просит его Сонхва и накрывает при этом его руку своей, а когда Хонджун наконец поднимает взгляд, улыбается, — Ты с таким мрачным лицом это все говоришь, что мне не по себе. Но я могу нас обоих поздравить, наши желания совпадают. Может, теперь ты улыбнешься? — И когда ты собирался мне рассказать? — хмурится Хонджун. — Рассказать что? — растерянно переспрашивает Сонхва. — Что у нас все серьезно? Или ты о чем? — Я о том, чем ты занимаешься, о твоем бизнесе. Что там за фасадом фирмы по доставке всякого дешевого говна? — Хонджуну самому не нравится как звучит его голос, гораздо жестче, чем ему хотелось бы, с заметными обвиняющими нотками. — Рассказал? — Сонхва убирает руку с ладони Хонджуна и берет свой стакан. — Я был уверен, что ты в курсе. Без подробностей, понятно дело, но в целом. — Откуда бы? — резко откидывается на спинку стула Хонджун. — Ну, например, от Чанми-сонбэним, — закатывает глаза Сонхва. — Мы же у нее впервые встретились. Да, дел мы ни с ней практически не ведем, но сложить два и два проще простого же. — Подожди, — машет рукой Хонджун. — Чанми-нуна-то тут при чем? — А ты не знаешь? — выгибает бровь Сонха. — Ну, что она работает на Джебом-сонбэ, который крышует весь район Мапо, а значит и Хондэ, где ее кофейня. — Она… что?.. — Хонджуну вдруг кажется, что выпил он слишком много, и теперь у него слуховые галлюцинации. Не может же то, что говорить Сонхва быть правдой. — Ты хочешь сказать, что нуна тоже занимается чем-то нелегальным? — Хонджун, — Сонхва отставляет стакан в сторону, облокачивается на стол, переплетает пальцы и опирается на них подбородком, смотрит он очень внимательно и обеспокоенно. — Как ты умудрился? Я так понял, вы с ней дружите какую-то уйму лет, что она тебе как семья уже давно, но ты не в курсе? Даже не догадывался? — Представь себе — нет, — огрызается Хонджун, но сразу же морщится и опускает взгляд. — Прости. В моей невнимательности ты не виноват. — Надо будет у нее мастер-класс взять, — тихо смеется Сонхва. — Меня ты раскусил за сколько? За две недели? — Ты не пытался ничего скрывать, — качает головой Хонджун, но тут же с тоской добавляет. — Почти ничего. — Так? — подталкивает его Сонхва. — Допустим, ты считал, что я в курсе, что ты занимаешься каким-то криминалом и для меня это «ок», — Хонджун все-таки берет со стола стакан, делает небольшой глоток и снова отводит взгляд. — И да, пусть я был и не в курсе, но для меня это, скорее всего, приемлемо, хотя, конечно, вопрос, чем именно ты все-таки занимаешься. Но я сейчас не о том. Ты не посчитал нужным рассказать мне про Уёна и Сана, даже когда это пришлось к слову. — Потому что не видел в этом смысла? — вздыхает Сонхва, краем глаза Хонджун замечает, что тот тоже отворачивается, но всего лишь на несколько секунд. — Я вообще не хочу втягивать тебя в это все. — Почему? — кривит губы Хонджун. — Из-за того, что я бесполезен? — Из-за того, что я не хочу о тебе волноваться, — в голосе Сонхвы вдруг появляются жесткие нотки. — Ты прав, мы все тут не крестиком вышиваем. Ничего совсем уж страшного, никакого насилия, наркотиков или проституции, просто старая-добрая торговля контрабандой. Если тебе нужны крутые комплектующие для байка — это ко мне. Но это все равно деньги, причем немаленькие и которые вполне возможно кто-то захочет присвоить себе. Я не знаю, куда и почему слились Уён с Саном, но предполагать могу только худшее, с них станется вляпаться во что-то серьезное по своему скудоумию. Я не знаю кому они перешли дорогу и искать их в открытую не могу, ни своими ресурсами, ни тем более ресурсами отца, потому что как только он узнает, что у меня что-то пошло не так, снова начнется, что я должен примкнуть к нему и под его чутким контролем учиться вести дела так, как он считает единственно верным. И вот при таком раскладе, на кой черт мне что-то говорить тебе? С Чаном и его ребятами — нет, меня не свяжут, они в моей квартире не появятся, как минимум. К тому же я все еще не знаю, что они могут нарыть и на кого наткнуться. Если их грохнут — ну что ж, мне будет искренне жаль, они мне понравились, но плакать я не буду. Хонджун облизывает губы, медленно потирает глаза пальцами и шумно вздыхает. Все, что говорит Сонхва очень верно и правильно, в его словах есть логика и чувствуется забота, это должно быть приятно, но самое главное тот все-таки упускает. — Для тебя это важно, — тихо говорит Хонджун, — Уён и Сан важны. Они же не просто люди, которые на тебя работают, так? — Так, — не спорит Сонхва. — Но я не понимаю какая взаимосвязь. — Ты мне не доверяешь, вот какая, — вздыхает Хонджун и одним глотком выпивает джин. — Ой, а то ты мне прям душу раскрываешь? — фыркает Сонхва и снова берет в руки стакан. — Как бы мы там друг к другу сейчас не относились, что бы не чувствовали, это не отменяет одного очень простого факта — мы знакомы две недели, Хонджун. Для некоторых вещей этого все-таки слишком мало. Извини, если моя прямолинейность тебя задела. — Да нет, я понимаю, — тихо говорит Хонджун, снова касаясь подушечкой пальца кромки стакана. — Я хочу пойти в душ, — через несколько минут неприятного молчания произносит Сонхва. — Ты можешь пойти со мной, можешь подождать здесь, а можешь пойти на балкон, там можно курить. — Опции, что я могу уйти, чтобы переварить последние новости, нет? — с усмешкой спрашивает Хонджун. — А ты хочешь уйти? — Сонхва не справляется, ему не удается удержать бесстрастное выражение лица, Хонджун замечает, как он на секунду хмурится, как нервно дергается у него уголок губ. — Даже не мечтай, — качает головой Хонджун, вставая со стула. Он обходит стол, а когда Сонхва поднимается ему навстречу, просто крепко-крепко обнимает его за талию, притягивая к себе и утыкается лицом в сгиб между плечом и шеей. У Хонджуна идиотское настроение, он все еще пьянее, чем хотелось бы, а новостей для одного вечера слишком много, так что он даже не удивляется, когда говорит очередную банальность, — Я тебя никогда не отпущу.

***

К Чанми Хонджун приезжает сразу от Сонхвы, даже не заходя домой, хотя единственное, чего ему хочется, это завалиться спать, но обычно именно в это время в кофейне меньше всего посетителей. — Надо поговорить, — без улыбки произносит Хонджун, проходя мимо Чанми, которая стоит за стойкой. Он устраивается на любимом диване и мрачно смотрит на сцепленные пальцы, положив руки на стол. — Хонджуни, милый, что случилось? — Чанми садится напротив, против обычного даже не задержавшись, чтобы сварить им кофе. — У тебя неприятности? — Смотря, что считать неприятностями, — пожимает плечами Хонджун и поднимает на нее взгляд. — Нуна, ты ничего не хочешь мне рассказать? — Не хочу, — соглашается Чанми, посерьезнев. — Но судя по всему придется. — Нет, — качает головой Хонджун. — Хранить секреты это твое полное право. Правда, тут есть один нюанс, как говорится: как именно этот твой секрет повлияет на отношения, которые кто-то другой считал абсолютно искренними и доверительными. — Вот давай без пассивной агрессии, — морщится Чанми. — Что именно ты узнал? Я спрашиваю не для того, чтобы не сболтнуть лишнего, а чтобы понимать о чем в целом стоит говорить. — Что ты работаешь на какого-то Джебома, что иногда оказываешь услуги семье Сонхвы, что то, что ты делаешь, не слишком законно, — Хонджун почти не моргая на нее смотрит. Он надеялся, что с утра будет меньше злиться, но просчитался, он в бешенстве. — Ну, в целом ты все знаешь, — фыркает Чанми и откидывается на спинку дивана, подняв одну руку к лицу и начав накручивать на палец прядь волос. — Я так понимаю, это такой намек мне заткнуться и проваливать? — тихо уточняет Хонджун. — Если хочешь получить внятный ответ, то задавай нормальный вопрос, — снова морщится Чанми. — Что ты хочешь от меня услышать? Чем именно я занимаюсь? Как давно? Почему не рассказала? Давай, начну с последнего и, пожалуй, единственно важного. Потому что незачем тебе про это знать, вот и все. Я тебя знаю, у тебя бы точно включилось «нуна, я тоже хочу», а ты не хочешь, потому что если бы хотел, то и сам бы начал пробивать тему. Я твоей матери обещала, что буду за тобой присматривать, вот и присматриваю, не хочу краснеть и прятать глаза при следующей с ней встрече. — Ты поэтому была против моих отношений с Сонхвой? Понимала, что я обо всем узнаю? — теперь уже очередь Хонджун морщиться. — Нет, я была против потому что если я человек маленький и незаметный, то Сонхва полная моя противоположность. Мало того, что рядом с ним просто опасно, в большей степени заслугами его отца, конечно, но главное — а что ты будешь-то рядом с ним делать? — Чанми так и накручивает на палец прядку, без тени улыбки смотря на Хонджуна. — Вот вы сейчас вместе, поздравляю. А что дальше? Он наследник очень могущественного человека, как бы он не артачился, но рано или поздно ему все равно придется вступить в игру по-крупному, иначе его просто уберут на всякий случай. Ты так видишь свое будущее? Рядом с ним на правах тайного любовника? — Прости, я забыл по дороге сюда зайти к гадалке, чтобы она мне по кофейной гуще прочитала это самое будущее, — кривится Хонджун. — Что я должен тебе ответить, если я узнал обо всем вчера вечером? Думаешь, всю ночь я планы строил? Так нет, я был занят более приятными вещами. Чанми вздыхает и откидывает голову назад, смотря в итоге в потолок. — Этого недостаточно, чтобы про него забыть, да? — Я воздержусь от того, чтобы обсуждать с тобой свои планы, хорошо? — хмыкает Хонджун, потерев уголок глаза. — Я вдруг узнал, что человек, которому я доверял как самому себе, оказывается очень многое от меня скрывал. — Прости, — Чанми резко выпрямляется. — Я не знаю, что сказать. Понимаю, что тебе это сейчас видится предательством, но я все равно убеждена, что поступила правильно. Джебом-сонбэ неплохой человек, но то, что он мог бы предложить тебе… Нет, Хонджун, такого тебе не надо. А еще подумай на досуге вот о чем: если бы ты был в банде Джебом-сонбэ, тебя бы и близко не подпустили к Сонхве. Его ребятки перегрызли бы тебе глотку еще на подходе. Так что в том, что ты мальчик из ниоткуда есть свои плюсы, правда? — Это ты намекаешь мне на то, что я должен поблагодарить тебя за то, что ты много лет врала мне в лицо? — удивляется Хонджун. — Ты не могла знать, что так получится, так что это просто случайность, а не твоя заслуга. — Ты узнал кто такой Ким Хёын? — внезапно спрашивает Чанми. — Я могу поспрашивать, если хочешь. — Хёын? — переспрашивает Хонджун, не сразу понимая о чем речь. — А, да, узнал. Ничего интересного, мелкий барыга. Ты так хотела купить мою благосклонность, что ли? Не слишком ли дешево? — И что думаешь делать дальше? — отворачивается Чанми. — Пошлешь меня к черту? Или у меня все-таки есть шансы заслужить прощение? — Сейчас я планирую пойти домой и лечь спать. Потом, вероятнее всего, я буду пить до тех пор, пока снова не вырублюсь, — пожимает плечами Хонджун. — Прости, нуна, но в списке тем о которых мне надо подумать, наши с тобой отношения стоят не на первом месте. — Понимаю, — кивает Чанми, слегка поджав губы. — Мне жаль, что все так вышло. — Мне тоже, нуна, — Хонджун встает из-за стола. — Очень-очень жаль.

***

От звонка в дверь Хонджун вздрагивает, он не ждет Мингёма в ближайший час, так что не имеет ни малейшего понятия кого к нему принесло. Он открывает дверь, даже не думая пытаться изобразить на лице хоть какое-то подобие дружелюбия. — Сонхва? — растерянно выдыхает Хонджун. — Привет, — улыбка у Сонхвы немного неловкая. — Я, надеюсь, ты не против, что я так вот без приглашения? Хонджун непроизвольно хмурится и отступает в сторону, позволяя тому зайти, хотя больше всего ему хочется не только вытолкнуть Сонхву за порог, но и самому выйти следом за ним на площадку и захлопнуть за собой дверь, чтобы тот даже краем глаза не успел увидеть его квартиру-студию — слишком маленькую и тесную, с невероятно дешевой мебелью, с вешалкой с одеждой у одной стены, велосипедом, висящим на креплениях, над ней, и матрасом вместо кровати у другой стены. Хонджун почти говорит что-то вроде «прости, что у меня не убрано», но прикусывает язык, раскиданные как попало вещи в общем-то делают не сильно хуже. — Кажется, ты мне не рад, — вздыхает Сонхва, разуваясь. — Я узнал твой адрес у Чанми-сонбэним. Но, наверное, все-таки стоило написать. — Нет, что ты, — торопливо качает головой Хонджун. — Просто я правда не ожидал. И, ну… Ко мне через час друг должен прийти, Мингём. Правда, я тебе про него, кажется, особенно и не рассказывал. — Это такой намек, что мне надо до этого времени свалить? — уточняет Сонхва, проходя вслед за Хонджуном внутрь. Он садится на стул, который тот поспешно освободил. — Нет, это просто констатация, — Хонджун не очень понимает куда деть вещи, он даже не помнит чистые они или нет, в итоге просто бросает на корзину для грязного белья, решив, что разберется потом. — Хочешь чего-нибудь? У меня правда выбор не слишком большой, кроме воды есть какая-то газировка и, кажется, энергетики. — Хочу, чтобы ты выдохнул и перестал паниковать, — мягко улыбается Сонхва. — Если я вдруг правда не вовремя, то просто так и скажи, я тебя поцелую и уеду. В конце концов, мы виделись только утром, так что было бы странно… Договорить Сонхве Хонджун не дает: он подходит к нему вплотную, запускает пальцы в волосы и мягко тянет, принуждая того запрокинуть голову, а едва тот поддается, целует с такой жадностью, будто на самом деле они не виделись несколько недель, не меньше. — Я просто не ожидал, — шепчет Хонджун, когда находит в себе силы оторваться от губ Сонхвы. — Не то, чтобы я вообще планировал показывать тебе где я живу, знаешь ли. Зачем тебе ночные кошмары? — И что меня должно было ужаснуть? — фыркает Сонхва. — То, что у тебя не убрано? Так я уже понял, что ты не отличаешься аккуратностью. Но чтобы меня впечатлить нужно что-то посущественнее, знаешь ли. — Хорошо если так, — вздыхает Хонджун и отходит к холодильнику, в котором так удачно находит две банки газировки. Он поворачивается, чтобы протянуть одну из них, но замирает посреди движения — только теперь он осознает, что на Сонхве тот самый ужасно непрактичный мотоциклетный костюм, куртку от которого тот успел снять и повесить на спинку стула, оставшись в одной облегающей как вторая кожа черной майке. — Мне вот сейчас очень хочется написать Мингёму, чтобы он приехал как-нибудь в другой раз. Сонхва фыркает и закатывает глаза, но мимолетную улыбку скрыть у него не получается. Он протягивает руку, а когда Хонджун вкладывает в нее банку газировки, очень серьезно говорит: — Нет уж, соберись и терпи. Я приехал прежде всего тебе моральную поддержку оказывать. — По поводу? — уточняет Хонджун и садится на пол напротив. — Как вы поговорили с Чанми-сонбэним? — спрашивает Сонхва, открыв банку. Вопрос логичный, но Хонджун все равно морщится. Только он не успевает ничего ответить, как Сонхва добавляет: — Я заехал сегодня к ней, чтобы извиниться. Все-таки очень некрасиво получилось, что из-за меня ты узнал то, что касается ее, жаль она не предупредила, хотя бы в тот раз, когда ей звонил Ёсан. — Ты сейчас говоришь о том, что врал бы мне в лицо, если бы она попросила? — хмурится Хонджун. — Я говорю о том, что я не рассказал бы о том, что меня не касается, — поправляет его Сонхва. — Согласись, тебе самому было бы крайне неприятно на ее месте. Я не оправдываю ее ложь, не подумай. — С ней мы разберемся, — вздыхает Хонджун, опустив голову и запустив пальцы свободной руки в волосы. — Мне кажется или здесь прям просится что-то из серии «а вот с тобой»? — судя по тому как звучит голос Сонхвы, Хонджуну кажется, что тот хмурится. — Нуна подкинула мне тем для размышлений, — невесело смеется Хонджун, не поднимая головы, смотреть на капельки конденсата скапливающиеся на банке газировки гораздо проще. Сонхва терпеливо молчит, ничего не уточняет, не подталкивает. Хонджун медленно облизывает губы, ему кажется, что для такого разговора слишком рано, но и покоя эта мысль ему теперь не даст, так что он ужасно неуверенно говорит: — Ты ведь наследник, правильно? А значит, семья ждет от тебя определенных вещей. — Ты про женитьбу, что ли? — фыркает Сонхва. — Такой мрачный стал, ужас. Хонджун поднимает голову и непонимающе на того смотрит, ему тема не кажется ни капельки забавной, но Сонхва почему-то едва ли не улыбается. — Начнем с того, что у меня есть старший брат, — пожимает тот плечами, снова став серьезней. — И у него полный набор, и жена, и дети. Только вот он свалил в Америку и не слишком рвется возвращаться обратно, так что отец называет наследником меня и да, ждет, что я одумаюсь, вернусь под его контроль, ну и возглавлю весь этот балаган. Если я приду и заявлю, что женюсь, его наверняка удар хватит, ну, разве что я не приведу девушку из этой же среды вдруг, но там уже другие вопросики возникнут. Так что нет, жениться мне не нужно, а очень даже наоборот. Да и мечту отца о настоящем клане, где власть передается по наследству поддерживает не так много людей, как ему хотелось бы. — Ты так запросто обо всем этом говоришь, — Хонджун теперь чувствует себя ужасно глупо. — Я в этом слишком много лет, успел отрастить броню, — Сонхва отпивает из банки. — Если вдаваться в подробности, то все будет чуть сложнее и менее радужно, но в целом, я хотел сказать, что нашим с тобой отношениям что-то извне помешать не должно. — Как я успел понять, тебя мало интересует мнение окружающих, да? — взгляд Хонджуна то и дело возвращается к яркому свежему укусу на ключице Сонхвы, который совсем не скрывает майка. Сам бы Хонджун точно выбрал что-то более закрытое. — Сказал человек, который позвал меня на свидание, ничего про меня не зная, а потом еще и полез целоваться посреди набережной? — смеется Сонхва. Он внезапно встает со стула и пересаживается на пол рядом с Хонджуном, прижимаясь к нему в итоге плечом. — Скажем так, у меня немного неправильное восприятие этого мира. Люди вокруг меня делятся на три категории — первые боятся моего отца, вторые — меня и моих ребят, третьи — мои люди, которые прекрасно понимают, что от меня можно ждать и их все устраивает. — Ну, не скажи, — смеется Хонджун. — Я вот явно не устраиваю Минги. — Дело не в тебе, я же говорил, — Сонхва немного меняет положение и кладет голову на плечо Хонджуна. — Сан и Уён? — предполагает Хонджун, тоже наклоняя голову и прижимаясь щекой к макушке Сонхвы, так сидеть не слишком удобно, но он готов потерпеть. — Сан и Уён, — соглашается Сонхва. — Вообще, меня Минги с Саном всегда сопровождают, а теперь приходится дергать Юнхо у которого и без того дел по горло. Если бы мы с тобой познакомились в другое время, тебя бы приняли куда теплее. Хонджуну чертовски хочется сказать что-нибудь из серии: «Ты только не злись сразу, я помню, что ты говорил, что не хочешь, чтобы я в это лез, но я все равно хочу немного поспрашивать среди знакомых, может что-то узнаю», но только он не обманывает самого себя, ничего он не узнает, он и про Сонхву-то узнать не смог, а там не то чтобы прям большая тайна какая. Так что Хонджун прикрывает глаза и насколько может уверенно говорит: — Они обязательно найдутся. Если не твои новые ребятки их найдут, то сами выплывут. Когда раздается звонок в дверь, Хонджуну совершенно не хочется идти открывать, слишком хорошо и уютно ему сидеть рядом с Сонхвой и говорить о всякой ерунде, на которую они переключились, но встать все равно приходится. — Бля, хён, ты бы видел какой байк стоит у тебя около подъезда! — вместо приветствия тараторит Мингём, сразу пихая в руки Хонджуна пакет. — Я знаю какой, — хмыкает он, запоздало понимая, что стоило тому написать и предупредить. — Привет, — Сонхва улыбается невероятно очаровательной улыбкой и машет рукой. — О, привет, — теряется Мингём, он явно оценивающим взглядом смотрит на его внешний вид и неловко уточняет, — То есть байк твой, да? — Мингём, знакомься, это Сонхва, он мой… парень, — Хонджун и сам не знает почему вдруг запинается, когда это говорит, Мингём прекрасно знает про его ориентацию, а Сонхва вот явно не тот кого вообще можно стесняться. — И давно? Ты как-то забыл мне про него рассказать, — во взгляде, который Мингём на него бросает, отчетливо читается «хён, ты охренел?». — Не пришлось к слову, — неловко пожимает плечами Хонджун и отходит к столу, чтобы разобрать пакет, который ему тот отдал. — Зато у меня какая-то чуйка сработала и я взял пиво с запасом, — фыркает Мингём и садится на пол напротив Сонхвы, чуть подвинув стул. — Ты же пьешь? — Зависит от того выгонит он меня потом или нет, — смеется Сонхва и кивает на Хонджуна. — Пьяный я за руль не сяду. — Какую еще глупость скажешь? — морщится Хонджун. — Эй, ну это же не я тебя от друзей скрываю, — смеется Сонхва. — Моих ты почти всех знаешь! Хонджун берет упаковку пива, тяжело вздохнув. Он не рассказал Мингёму про Сонхву без какой-то особой причины, просто и правда как-то не пришлось к слову, но не сомневается, теперь ему это будут припоминать оба. — А про меня-то он хоть тебе говорил? — За час до твоего прихода первый раз услышал. — Я вот как чувствовал, что не надо вас знакомить, — ворчит Хонджун, но с трудом сдерживает улыбку.