Никто тебя не спасет

Отражение в зеркале Хонджуну нравится, а вот лежащий на столе чек — не очень. Идеальный черный костюм, подобранный так точно по фигуре, будто его шили на заказ. Кипенно белая рубашка, ворот которой Хонджун застегивает не до конца, узкий галстук с ослабленным узлом. Не хватает еще Ролексов, но это уже что-то уровня «мечтать не вредно». Хонджун ожидал, что будет чувствовать себя неловко, все-таки такого рода вещи он никогда не носил, но на удивление никакой скованности или дискомфорта, ему настолько же удобно, как в любимых поношенных джинсах и футболке. Единственное, что все-таки портит ему настроение, это маленький белый клочок бумаги с указанием полной стоимости всего этого великолепия. Хонджун выгреб все свои запасы до последней воны. Ему нечем платить за квартиру в следующем месяце, а ближайшие пару дней и есть особо нечего, только это все ерунда. Работа у него есть, Ёсан даже обещал подогнать ему что-нибудь поинтереснее простой доставки, как успел понять Хонджун, Уён помогал ему с логистикой, и теперь в одиночестве тот зашивается. Так что справится, не в первый раз. Хонджуну чертовски интересно, как именно на его внешний вид отреагируют. Как ни странно, единственный, в чьей положительной реакции он уверен, это Юнхо. Минги, скорее всего, скажет какую-нибудь колкость. Как отреагирует Сонхва — Хонджун без понятия, и от этого немного нервничает. Он вызывает такси, потому что не на метро же в таком виде кататься, и это первый раз, когда он пользуется возможностью оплаты с корпоративного аккаунта. Ёсан говорил, что потом эти деньги вычтут из его зарплаты, так что злоупотреблять Хонджун не планирует. Сообщение от Сонхвы приходит на полдороге к ресторану, в котором они должны были встретиться, он пишет, что планы поменялись и просит приехать к нему домой. Хонджуну немного жаль, все-таки выгулять свой новый прикид ему хотелось бы в соответствующей обстановке, но главное, что Сонхва в целом все не отменяет. Открывает Хонджуну Юнхо, но только он даже бровью не ведет, будто и не заметил как тот выглядит, не улыбается как обычно, когда здоровается и кивает в сторону двери в гостиную: — Хён там. — Что-то случилось? — хмурится Хонджун. Он не помнит, чтобы видел Юнхо настолько мрачным. — Потом, ладно, — Юнхо трет переносицу и неохотно добавляет, — Посмотрим, до чего вы договоритесь. Хонджун хмурится еще сильнее, ему очень не нравится не понимать, что происходит. — Эм, ладно, — кивает он. Сонхва сидит за столом, облокотившись на него и переплетя пальцы, Хонджуна он встречает непривычно тяжелым взглядом. — Сонхва? — Хонджун неуверенно замирает не дойдя до стола несколько метров. — Что происходит? Плохие новости? — Садись, — Сонхва без улыбки кивает ему на диван. Это странно, обычно Хонджун всегда занимает место напротив него за столом. — Знаешь, я начинаю нервничать, — морщится Хонджун. — Я что-то не то сделал? Я, правда, даже предположить не могу, что. Вчера утром все отлично же было. — Вчера, — задумчиво и тихо повторяет Сонхва, опустив взгляд. Когда он снова смотрит на Хонджуна, то взгляд у него холодный и равнодушный. — Нет, Хонджун, проблема не в том, что ты что-то сделал. Проблема в целом в тебе. — В смысле? — хмурится Хонджун. — Ну, или не в тебе, а во мне, — Сонхва морщится. — Я заигрался, с этим надо завязывать. — Ты о чем?.. — Хонджун никак не может понять о чем говорит Сонхва, в его словах как будто нет смысла. — О том, что мы расстаемся, — спокойно произносит Сонхва и пожимает плечами, добавляя: — Не стоило и начинать, конечно, но мне было интересно как далеко ты зайдешь. Я говорил, ты забавный. — Сонхва, что за чушь ты несешь? — теряется Хонджун. — Господи, Хонджун, проснись, — закатывает глаза Сонхва. — Ты что, всерьез решил, что нас ждет «долго и счастливо»? Много сказок в детстве читал? У меня было немного свободного времени, я решил развлечься. Правда, не рассчитал, что ты так быстро начнешь про серьезные отношения задвигать, спасибо, что хоть в любви не признался. Это явно было бы лишним. По ощущениям Хонджун словно только что получил в солнечное сплетение. Он не может произнести ни слова, не может даже нормально вдохнуть. Смотрит на Сонхву и не понимает, как так может быть, как тот может говорить то, что говорит, после того как сам недавно приехал к нему домой просто, чтобы поддержать из-за ссоры с Чанми, после того, как еще прошлым утром отказывался выпускать его из постели, потому что ему хотелось валяться в обнимку. — Ты же сейчас несерьезно, — говорит Хонджун, и сам же морщится от того, как жалко звучит его голос. — Вот давай не будем разводить лишнюю драму, — кривит губы Сонхва. — Мы приятно провели время вместе, но теперь мне пора заняться делами и уже не до всяких глупостей. — Ты же сам говорил про наши отношения, что тоже хочешь, чтобы все серьезно, — Хонджун нервным жестом трет висок. — Ты врал? — Конечно, — фыркает Сонхва. — Я хотел потрахаться, а тебя вдруг пробило на всю эту чушь. Что я должен был ответить? Что мне это на хрен не надо? Ну, сказал бы я все честно и что? Ты бы свалил тут же. Хонджун поджимает губы. Ему хочется наорать на Сонхву, хочется устроить истерику, какая разница уже, ну упадет он еще ниже в его глазах, хотя будто есть куда падать. Только и смысла в этом никакого. — Ясно. Я тебя понял. Еще что-то? — цедит Хонджун. — Ты можешь продолжать у меня работать, то, что я не хочу больше с тобой спать, не значит, что я тебя увольняю, — Сонхва пожимает плечами, он говорит об этом так спокойно, словно подчеркивает, что ему вообще без разницы увидит он еще Хонджуна или нет, что если увидит, то не испытает никакой неловкости. — Да иди ты хуй! — все-таки не выдерживает Хонджун, резко поднимаясь с дивана. Сонхва морщится и отводит взгляд. — Мне же не придется звать Юнхо, чтобы он проводил тебя до двери? — тихо уточняет он. — То, что ты только развлекался, не повод сейчас пытаться унизить меня еще сильнее, — едва ли не шипит Хонджун. — Я знаю, где выход. Уходя он даже не хлопает дверью, но мимо Юнхо буквально пролетает, не слушая, что тот пытается ему сказать. Хонджун хочет на улицу, хочет на воздух, словно есть хотя бы один шанс, что это поможет. Он жмет и жмет на кнопку первого этажа даже когда двери лифта закрываются и тот уже едет, а потом цепляется за остатки собственной гордости, чтобы выйти с территории с выпрямленной спиной, а не рухнуть тут же на колени. Хонджун продолжает идти и дальше, вдруг понимая, что все, что у него осталось это новенький и совершенно бесполезный теперь костюм.

***

Если бы у Хонджуна были деньги — он бы напился. Если бы он был готов поговорить хоть с кем-то — позвонил бы Мингёму, заодно и решив проблему отсутствия денег на выпивку. Только ни денег, ни желания говорить или хотя бы думать, у Хонджуна нет. Он лежит и смотрит в потолок, раздражая самого себя. Они познакомились с Сонхвой ровно три недели назад, Хонджун посчитал, встречались из них одиннадцать дней, хотя встречались ли вообще? С точки зрения Сонхвы явно просто трахались. В любом случае это слишком мало для того, чтобы страдать и по-настоящему переживать. Только вот Хонджун и страдает, и переживает, и ему выть хочется от того, как давит в груди. Звонок в дверь он игнорирует. Мингём бы сначала написал, что приедет, а кого-то другого он тем более не ждет. Хонджун закрывает глаза тыльной стороной ладони, но в дверь настойчиво звонят снова и снова. — Да вашу мать! — он заставляет себя подняться на ноги, а открывает даже не посмотрев в глазок. На пороге стоит Юнхо, причем в полицейской форме, так что Хонджун не удерживается от комментария: — Пришел меня арестовать? — Очень смешно, — вздыхает Юнхо. — Я могу зайти? — Твой босс не все мне вчера сказал? — морщится Хонджун. — Он не знает, что я здесь. А если узнает, то головы мне не сносить, — Юнхо пожимает плечами и просто терпеливо ждет, пока Хонджун все-таки не отходит в сторону, позволяя ему войти. — И зачем ты пришел? — пройдя к матрасу, Хонджун падает обратно, ему вообще без разницы, что будет делать Юнхо. — Рассказать тебе одну историю, — оглядевшись по сторонам, Юнхо просто садится на пол, подогнув под себя ноги. — И очень рад, что ты трезв. Ты же трезв? — К сожалению, — Хонджун закладывает руки за голову и смотрит в потолок, у него нет ни малейшего желания слушать какие бы то ни было истории, но и спорить сил нет. — В общем, я редко с кем-то обсуждаю решения босса, — начинает Юнхо, и Хонджун не может не заметить, что тот вдруг называет Сонхву именно так, как назвал того сам Хонджун — боссом, хотя никогда раньше не использовал это слово. — Даже если считаю, что он не прав. Тем более последнее дело лезть в чужие отношения. — Если можно, то покороче, — закатывает глаза Хонджун. — Я уже понял, что сейчас ты решил нарушить свои принципы. — Да, — кивает Юнхо. — Я не знаю, что он тебе вчера наговорил, но не думаю, что рассказал все как есть. — Боже, тебе-то откуда знать, что там есть? Ты еще и психотерапевт у него, что ли? — не сдерживается от язвительного комментария Хонджун. — Я просто не тупой и умею делать выводы, — Юнхо пожимает плечами. — Короче, вот тебе просто набор фактов. Позавчера на одного из ребят Чан-хёна напали, причем не случайно в подворотне, а заранее выследив. К счастью, все закончилось не так плохо, всего лишь трупом этого самого нападавшего. Кто он, откуда взялся и чего хотел, мы выясняем, но это может быть связано как с делами, которые нас не касаются, так и с поисками Уёна и Сана. Это был первый факт. Второй факт: тебя кто-то пасет. Первым это заметил Минги, потом уже я. Кто и почему — мы пока тоже не знаем, но учитывая, что ты ни в чем не замешан, то это может быть связано только с боссом. Факт третий: после того как мы узнали о неприятностях у Чан-хёна, босс ходил мрачным как никогда, наорал на Чонхо, что тот ничего не успел выяснить ни по трупу, ни по твоему сталкеру, а это первый раз на моей памяти, когда босс вообще голос повысил. Ну и факт четвертый: после вашего вчерашнего разговора, он разбил пару стаканов и бутылку джина, а сегодня утром выглядел так, словно полночи плакал. Сложить эти факты в единую картину сможешь? Первый порыв Хонджуна — огрызнуться, обвинить Юнхо в слишком богатой фантазии, но он сдерживается. Слишком странно Сонхва себя вел накануне, слишком неправильно, будто вообще другой человек. Они провели достаточно времени вместе, как наедине, так и при свидетелях, не мог Сонхва так долго и так хорошо играть, да и смысла в этом никакого. Хонджун морщится, садясь на матрасе, ему не нравится то как быстро он вцепляется в подкинутую Юнхо мысль. — Ладно, допустим, — Хонджун разворачивается лицом к Юнхо и скрещивает на груди руки. — Но что это меняет? Он меня бросил, а по какой причине это дело десятое. — Серьезно? — наклоняет голову Юнхо. — То есть для тебя нет разницы между тем, что он бросил тебя из-за того, что ты ему не нужен или из-за того, что он боится за тебя настолько сильно, что считает, что разумнее разойтись? — Ты додумываешь, — качает головой Хонджун. — Это уже не факты. — Полагаешь? — Юнхо вздыхает и взлохмачивает волосы. — Но, может и правда. Я ошибся в попытках понять его мотивацию, ошибся и в тебе. — Я-то тут при чем? — Хонджун понимает, что это провокация, но не повестись у него не выходит. — Ты произвел впечатление человека, который просто прет к своей цели, — хмыкает Юнхо. — Ты мне что сейчас предлагаешь-то? — устало вздыхает Хонджун. — Переубеждать Сонхву, что не надо за меня беспокоится и я прекрасно могу за себя постоять? Каким образом? — Я тебе предоставил факты, а что с ними делать — твое дело, — улыбка у Юнхо настолько безмятежная, что Хонджуну хочется ему врезать. — Можешь не делать ничего, разошлись и разошлись. Можешь попробовать побороться за отношения. Ты говорил, что хорошо стреляешь, это тоже может быть аргументом, знаешь ли. Если бы ты спросил моего мнения, я бы ответил, что побороться стоит, есть за что. Юнхо лезет в сумку и кладет на край матраса небольшой конверт, судя по виду с деньгами. — А это от меня. И не смей отказываться, отдашь, когда отдашь. Босс… Сонхва-хён здесь не при чем. — С чего ты решил?.. — начинает Хонджун, но осекается под взглядом Юнхо. — Я еще и наблюдательный, — улыбается тот. — Все, мне пора возвращаться в участок, пока меня не хватились. — Спасибо, — тихо, но очень искренне благодарит Хонджун, и сам не знает, за что именно он благодарен больше всего.

***

— Я бы сказала, что рада тебя видеть, но мне категорически не нравится твое выражение лица, — вздыхает Чанми, садясь напротив Хонджуна, поставив на стол два стакана кофе. — Кажется, ты даже еще более мрачный, чем в нашу последнюю встречу. — Помнишь, ты спрашивала, есть ли у тебя шансы, заслужить мое прощение? — Хонджун привычным движением обхватывает ладонями стакан. — Я кое-что придумал. — Начало не внушает оптимизма, — Чанми облокачивается на стол. — Я само внимание. — Ты говорила, что Джебом может мне предложить работу, которой мне бы лучше не заниматься. Что ты имела ввиду? У меня всего три таланта: один это знание города, второй умение быстро крутить педали, а третий это мои результаты на стрельбище. — Хонджун, — хмурится Чанми и откидывается на спинку дивана. — Зачем тебе вдруг Джебом-сонбэ? Это другая группировка, это сейчас в городе тишина и спокойствие, но может случится разное. — Странно, что ты первым делом заговорила про это, — усмехается Хонджун, опустив взгляд на свои руки. — Я не хочу пополнять ряды его банды, но мне нужна работа. Такая, чтобы быстро поднять нормальные деньги. Я могу, конечно, и так заявиться куда угодно, но что-то мне подсказывает, что с твоими рекомендация разговор выйдет более конструктивный. — Зачем тебе вдруг? Из-за Сонхвы? — Чанми едва ли не закатывает глаза. — Хотя о чем я, как будто есть другие варианты. Решил, что тебе очень нужен мотоцикл? Или что? — Нуна, я расскажу тебе все подробности, но только позже, — пожимает плечами Хонджун. — Сейчас мне надо решить проблему. — Полагаешь, что сможешь убить человека? — он ждал этого вопроса, но не думал, что Чанми спросит прямо вот так в лоб. — Из пистолета-то? Не вижу ни одной причины, почему не смог бы, — отпивает из стакана Хонджун. На самом деле он не знает, но предпочитает про это вообще пока не думать. — Не сомневаюсь в твоей меткости и умении обращаться с оружием, — Чанми покусывает губу, задумчиво на него смотря. — Тут в другом проблема. — Даже не попробуешь воззвать к моему рассудку и меня переубедить? — удивляется Хонджун. — А смысл? — невесело смеется Чанми. — Я же вижу, что ты уже принял решение. Почему вдруг не обратился к Сонхве, гадать не хочу, сам сказал, что потом поделишься. Но вот только про Джебом-сонбэ забудь, там не получится работать на аутсорсе, не его методы. К тому же у него достаточно людей, скажем так, такого же профиля, но при этом с опытом. Дай мне подумать. Хонджун снова отпивает из стакана. Он пока не представляет, что будет делать, если Чанми не сможет ему помочь, можно поговорить с Чаном, но как понял Хонджун, тот со своими ребятами сами по себе, хотя может что и подскажут, хотя бы в какую сторону копать. — Насколько срочно тебе нужна работа? — Чанми достает из кармана телефон и быстро набирает сообщение. — Еще вчера? — криво улыбается Хонджун. — Чем раньше, тем лучше. Это очень важно. — Господи, во что ты вляпался? — она поднимает на него обеспокоенный взгляд. — Если нужны деньги, я могу одолжить. Если нужно очень много денег, то что-нибудь придумаю. Зачем же так? — Нуна, все потом, — качает головой Хонджун. Он не хочет и не готов ей объяснять, что на самом деле деньги интересуют его меньше всего. Возможно, ему стоило подумать ещё, стоило поискать не настолько очевидный путь. Возможно, это все вообще лишнее и достаточно просто поговорить с Сонхвой. Для себя Хонджун решает, что если за неделю не найдет за что зацепиться, то так и сделает. Если Сонхва и правда врал именно в их последний разговор, и Хонджун ему дорог, ну что ж, удачной ему недели. Подобная мысль явно не красит Хонджуна, но на благородство у него пока нет никаких моральных сил, да и в конце концов, он просто дает Сонхве то, что тот сам захотел. — А знаешь, может и не будет у тебя никаких проблем с тем, чтобы нажать на спусковой крючок, — прерывает его раздумья Чанми. — Глядя на твое выражение лица, я понимаю, что не хотела бы стоять у тебя на пути. — Я конечно на тебя злился, но не настолько, — качает головой Хонджун. — Глупости не говори. — О, уже в прошедшем времени? — выгибает бровь Чанми и улыбается, — Это мне нравится. — Но ты же понимаешь, что так как раньше уже не будет? — Хонджун вздыхает и отворачивается. Он обводит взглядом кофейню и удивляется сам себе, еще меньше месяца назад это место казалось ему уютным, безопасным и едва ли не родным, а теперь он видит только декорации, скрывающие неприглядную правду, пусть он до сих и не имеет ни малейшего понятия, чем же занимается Чанми на самом деле. — Если говорить откровенно, то все изменилось в тот момент, когда Сонхва переступил мой порог и попался тебе на глаза, — равнодушно пожимает плечами Чанми. — Даже если бы он не рассказал тебе обо мне, все равно все начало слишком быстро меняться. Ты начал меняться. — Ты о чем? — теряется Хонджун. — Не то, чтобы это первый раз, когда у меня случились отношения. — Это первый раз за очень долгое время, когда в тебе проснулись амбиции, — поясняет Чанми. — Ты может не замечал, но последние несколько лет двигался словно по инерции. Я уже и забыла каким целеустремленным ты можешь быть. — Звучит как что-то, что надо обсудить с психотерапевтом, — Хонджун смеется, искренне и расслабленно, хотя вообще не думал, что сейчас на такое способен. — Если будет надо, то могу подогнать, — улыбка Чанми становится хитрой, понизив голос она добавляет: — Такого, которому можно рассказать вообще все, если ты понимаешь о чем я. О любой своей работе. — Буду иметь в виду, — кивает Хонджун и тут же прикусывает губу — у Чанми вибрирует телефон. — Ну, что ж, не знаю хорошо это или плохо, но с тобой готовы встретиться, — задумчиво тянет Чанми, смотря на экран. — Я перешлю тебе адрес, встреча послезавтра в полдень. Биби она… своеобразная. У нее принципиально только девочки в штате, но иногда нужна помощь со стороны, особенно если она хочет, чтобы дело не связали с ними. Так что по твоим вводным — вариант идеальный. Поскольку я за тебя ручаюсь, она готова поговорить, но там уж ты дальше сам. Главное не хами ей, а то мы можем больше с тобой и не увидеться. Хонджун немного нервно смеется, не то от последнего замечания Чанми, не то от всей ситуации в целом. — Я же само очарование, неужели ты во мне сомневаешься? — улыбается он. — Мне, кстати, еще нужна помощь с тем, чтобы достать оружие. А то странно это будет смотреться, ищу работу, а работать-то и нечем. — Для таких разговоров в моем кофе определенно не хватает чего-то крепкого, — вздыхает Чанми. — И плевать, что день на дворе.

***

Хонджун опирается на ограждение около дороги и задумчиво смотрит на проезжающие мимо машины. Он не меньше часа выбирал, что надеть на встречу с Биби и остановил в итоге выбор на своем новеньком костюме. Чанми говорила не слишком выпендриваться, и Хонджун решил, что слегка небрежная классика, подойдет лучше всего остального. Машина около него останавливается ровно в полдень. — Садись, — командует сидящая на заднем сидении девушка, открыв дверь и сразу же сдвинувшись к противоположной. — Добрый день, — сдержанно улыбается Хонджун, садясь и пристегиваясь. У него почти срывается с языка комментарий про наглухо тонированные окна, как у него на голове оказывается мешок. В первую секунду Хонджуну рефлекторно хочется шарахнуться в сторону, попробовать стащить его с себя, но все что он себе позволяет, это немного нервно фыркнуть, — Вот это ни фига себе. — Не дергайся и все будет в порядке, — раздается сбоку. Хонджун только вздыхает. У него нет клаустрофобии, но все равно становится ужасно не по себе без возможности видеть то, что происходит вокруг. Он ожидал, что от мешка будет пахнуть пылью, плесенью или чем-нибудь еще более противным, но на удивление от плотной ткани достаточно приятно пахнет каким-то цветочным ароматом. Сколько проходит времени до того, как машина останавливается, Хонджун не знает. Оказывается, в темноте и тишине очень сложно ориентироваться не только в пространстве. — Выходи, — мешок с его головы сдергивают достаточно неаккуратно, неприятно зацепив его краем сережку в ухе. Девушка, которая это сделала, смотрит на него с вызовом и хищной улыбкой, как будто ждет, что он начнет возмущаться, но Хонджун только мило улыбается самыми уголками губ и выходит из машины. Понять, куда его привезли, у Хонджуна ни единого шанса — с подземной парковки они поднимаются на лифте, дальше идут по коридору без окон, наконец оказываются в просторном полутемном зале какого-то ресторана, все окна которого плотно закрыты тяжелыми шторами. Еще Хонджун никогда не видел Биби, но с первого же взгляда понимает, что именно она выходит его встретить и провожает до места за столом. На ней такая же черная рубашка, застегнутая на единственную пуговицу и с закатанным рукавами, как и на всех девушках в зале, такие же брюки, украшения практически никак не выделяются, они у всех разные, но все равно в едином стиле. Отличается взгляд — холодный, цепкий, чуточку надменный. Вместо того, чтобы сесть на предложенное место, Хонджун обходит стол и отодвигает стул по центру. — Прошу вас, — улыбается он. — А онни не обманула, чутье и манеры у вас есть, — смеется она и садится, Хонджун делает себе мысленную пометку уточнить потом у Чанми насколько близко она дружит с Биби, не просто так та про нее упоминает именно в такой форме. Когда Хонджун устраивается напротив, Биби снова становится серьезной. — Итак, Хонджун-щи, вы ищете работу. Но при этом похвастаться хоть каким-то резюме не можете? — Все верно, — соглашается Хонджун. — Но все же с чего-то начинают. — И почему же вы пожаловали ко мне? — Биби облокачивается на подлокотник стула и подпирает подбородок пальцами. — Сонхва-щи не смог подобрать вам что-то интересное? — Предпочитаю не смешивать личное и рабочее, — улыбается Хонджун, искренне надеясь, что улыбка выходит непринужденной. Он знал, что его спросят про Сонхву, но от этого проще говорить не становится, не только из-за того, что они сейчас в ссоре, Хонджун теперь называет про себя это именно так, но и в целом, он не большой любитель распространяться о своей личной жизни. — Личное, — задумчиво тянет Биби. — В этом же еще одна причина, почему именно я, а не, чего далеко ходить, Джэбом-сонбэ? Там протекция онни стоит явно большего. — Все верно, — кивает Хонджун. — Мне не нужны лишние обязательства. Выполнить работу, получить оплату и на этом все. Возможно, повторить, но про это пока рано говорить. — А если ты не справишься? — прищуривается Биби, резко переходя на панмаль. — То вы мне не заплатите, — Хонджун спокойно выдерживает ее взгляд. — Если меня арестуют, то ваше имя не всплывет, все равно я его не знаю. Ваших контактов у меня никаких нет, подозрительных переписок или звонков — тоже, где мы сейчас я без понятия. К тому же я уверен, полиция за вами приглядывает и знает, что парней среди вас нет. — Зато может связать Сонхва-щи, — чуть надувает губы Биби. — Думаешь, мне нужны лишние проблемы? — Не свяжет, он не знает где я, что планирую делать и для кого. Я уже говорил, личное и рабочее я не смешиваю, — спокойно парирует Хонджун. — Позволите вопрос? — Конечно, — улыбается она, взмахнув свободной рукой. — Вы так настойчиво упоминаете Сонхву, потому что вам про мои с ним взаимоотношения рассказала Чанми-нуна, или вы наводили справки и это каким-то образом всплыло? — договорив, Хонджун замечает хитрую усмешку Биби и понимает, что быстро на его вопрос она не ответит, хорошо если вообще решит сказать хоть что-то, а не переведет тему. Биби и правда молчит почти минуту, Хонджуну огромных усилий стоит не ерзать на стуле и сохранять хотя бы видимость спокойствия. — Я очень беспокоюсь за своих девочек, — наконец начинает Биби, как и ожидал Хонджун, издалека. — Поэтому когда ищу людей со стороны для улаживания некоторых проблем, то предпочитаю работать с теми от кого в меньшей степени можно ждать неприятностей. Конечно, девочки могут за себя постоять, да так, что мало не покажется, но согласись, чем меньше гипотетического риска, тем лучше. Так что когда онни писала о тебе, этот пункт стоял сразу следом за тем, что ты хорошо стреляешь. Не бойся, никаких слухов пока нигде не появлялось, хотя это, конечно, только вопрос времени и того как часто вы будете мелькать где-то на людях. Но пока ты вообще как будто не существуешь, что для меня огромный плюс. — Приятно слышать, — слегка наклоняет голову Хонджун. — Что ж, время деньги, — Биби выпрямляется и становится серьезной. — Завтра зайди к онни, она передаст тебе открытку, постарайся запомнить все, что на ней будет написано, а потом уничтожь. Когда все будет готово, можешь написать онни, она дальше разберется. Через нее же получишь и гонорар, его размер зависит от многого, но если все будет аккуратно, то не думаю, что ты останешься в обиде. Хонджун встает из-за стола, кланяется почти под девяносто градусов и очень серьезно говорит: — Надеюсь, я вас не разочарую. Всю дорогу обратно, снова с мешком на голове, Хонджун раздумывает о том, всегда ли Биби устраивает такую театральность или это ему так повезло.