Никто тебя не спасет

— Я так больше не могу! — Уён прижимается лбом к стеклу, с тоской смотря на тихий и пустой переулок за окном. — Так — это как? — уточняет Сан, при этом не отрываясь от очередной игры, это Уён видит в отражении. Он и не думал никогда, что тот окажется заядлым геймером. — Сидя в четырех стенах, — морщится Уён. — Там уже весна вовсю… — Ты правда хочешь рискнуть и выйти на улицу? — Сан все-таки ставит игру на паузу и поворачивается в его сторону. — Нет, — Уён вздыхает и отходит вглубь небольшой комнаты, которую уже видеть не может, и садится на пол около Сана. — Просто не думаю, что что-то изменится. Сколько уже прошло? Месяц же скоро. Если бы кто-то нашел инфу, уже что-нибудь всплыло бы, а Ёнджун говорит, что бурлений хватает, но не на эту тему. — Еще Ёнджун говорит, что нас ищут, но не те, кто должен был бы. Так что у меня возникают сомнения насчет его осведомленности, — фыркает Сан, отложив геймпад. К несчастью для него, игры Уёна почему-то совсем не привлекают. — Скажи спасибо, что у меня хотя бы такой друг нашелся, никак не связанный с хёном — кривит тот губы. — Мне все еще ужасно интересно, почему твой типа случайный друг оказался готов нам помочь, и к тому же достаточно в теме происходящего в городе, — Сан скрещивает на груди руки, на что Уён только закатывает глаза. Этот разговор повторяется раз за разом, ему уже надоело объяснять, что с Ёнджуном они познакомились во время одной из его поездок на велосипеде, когда тот выскочил буквально из ниоткуда, и все, что успел Уён, резко затормозить, но все равно это не спасло их от столкновения. К счастью, кроме гордости Уёна, тогда никто серьезно не пострадал, а вот общаться они начали. Почему он не познакомил его ни с кем, Уён и сам не знает, как будто их отношения были слишком поверхностными, чтобы втягивать его во всю эту сомнительную и не слишком законную движуху. — Ты повторяешься, — все-таки отзывается Уён. — Ну, прости, тяжеловато придумывать новые темы, — теперь очередь Сана закатывать глаза. С этим утверждением Уён не спорит. Он вообще уверен, что они еще хорошо держатся, другие на их месте уже бы просто поубивали друг друга — проводить вместе двадцать четыре часа в сутки, без возможности выйти из квартиры и без телефонов, та еще проверка отношений на прочность. В те дни, когда к ним заглядывает Ёнджун, если вдруг без Бомгю, то становится даже хуже. Сан ревнует настолько сильно, что даже неловко. Ему сразу становятся не интересны новости, которые приносит Ёнджун, хотя если приходит Бомгю, то он на него просто набрасывается с вопросами. Уён не уверен, а спросит он лишь в том случае, если точно решит заканчивать жизнь самоубийством, но ему кажется, что вся проблема в том, что Ёнджун смог им помочь — нашел квартиру, где они смогли спрятаться, приносит продукты, пытается разобраться в том, что происходит, и есть ли хоть один шанс, что все закончится без пули в лоб. В то время как Сан не может в этой ситуации ничего. Его маниакальное желание защищать Уёна раньше радовало, но теперь приносит одни только неприятности. Хотя если бы не оно, кто знает, что сделал бы с ним Сан, когда Уён признался в том, насколько сильно облажался. — Может, все-таки свяжемся с хёном? — неуверенно предлагает Сан после долгого молчания. — Нет! — категорично отрезает Уён. — Я не хочу, чтобы наши косяки повесили на него. А их повесят! Минхёк ни за что не поверит, что Сонхва-хён был не в курсе. Сан вздыхает и опускает голову. — Мы что-нибудь придумаем, — неуверенно произносит Уён и утыкается лбом в его плечо. — Обязательно, — соглашается Сан и обнимает его. Они сидят в таком положении так долго, что у Уёна затекает все тело. — Я пойду на кухню, надо ужин приготовить, — вздыхает Уён, отстраняясь, и морщится, пытаясь размять плечи. — Составишь мне компанию? — Мы еще не все пакеты разобрали, которые твой дружок притащил, — отзывается Сан. Он протягивает руку к шее Уёна и не спрашивая начинает разминать его мышцы. Уён аж дыхание задерживает, настолько ему приятно, не сам процесс — он-то немного болезненный, а то как чутко Сан реагирует на его дискомфорт. — Если ты не прекратишь, — понизив голос тянет Уён через несколько минут, когда прикосновения Сана превращаются в очевидную ласку, — ужин придется отложить. Сан хмыкает, легко целует его в висок, поднимается на ноги и протягивает руку, помогая встать. — Как только мы сможем выйти отсюда, то сразу пойдем есть барбекю, — обещает Уён, начиная крутиться около маленькой плитки. — А вот рамен я больше никогда есть не буду! Даже смотреть в его сторону! — А мне нравится, ты его так по-разному готовишь, что не надоедает, — пожимает плечами Сан, вытаскивая из пакета пачки лапши и какую-то пожухлую зелень, которую явно надо было еще несколько дней назад убрать в холодильник. — Ты это говоришь, просто чтобы подлизаться, — фыркает Уён, берет пару пачек со стола и возвращается к плитке. — Я сейчас вернусь, — Сан заканчивает с пакетами и торопливо уходит с кухни, Уён только пожимает плечами, не придавая этому особого значения. Когда через несколько минут Сан почему-то зовет его из ванной, прося подойти, он удивляется, но не слишком сильно. — Что у тебя здесь случилось? — улыбается Уён, открывая дверь. Вместо ответа Сан затягивает его внутрь и прижимает к стене, целуя напористо и жадно. Уён удивленно охает, он никак этого не ожидал: не того, что Сан вдруг полезет к нему с поцелуями, это, к счастью, нормально для них обоих, а того, что почему-то выберет для этого ванную — маленькую, тесную и полутемную. Правда, очень быстро он перестает об этом думать, как и о воде на плите, которая наверняка уже закипела, это не важно. Пока Сан целует его, вжимая в стену и забираясь пальцами под резинку домашних штанов — ничего не важно. — Мы все-таки откладываем ужин? — довольно жмурится Уён, подставляя шею губам Сана. Тот усмехается и ведет кончиком языка по коже, одновременно с этим запустив руку под штаны Уёна. — О, ты без белья. — Ты так удивляешься, как будто я не при тебе одевался с утра, — Уён хмыкает, но тут же вздрагивает, удивленно раскрывая глаза — он чувствует как Сан проталкивает в него что-то небольшое. — Сан?.. Вместо ответа, Сан снова его целует — жадно и жарко, крепко обхватив рукой за талию и сильнее прижимая к себе. Уён не успевает даже толком подстроиться под поцелуй, как его прошивает вспышкой удовольствия, от которой он стонет в губы Сана — маленький вибратор оказывается удивительно мощным. — Нравится? — улыбается Сан, разрывая поцелуй. — Где ж ты его прятал раньше?.. — Уён зажмуривается и утыкается лицом в плечо Сана. Тот гладит его по пояснице, от чего по коже разбегаются мурашки, и снижает интенсивность вибрации — достаточно, чтобы ни на секунду не забыть про игрушку, но слишком мало, чтобы можно было от этого кончить. — Ты обещал приготовить ужин, — Сан отстраняется и улыбается самой невинной улыбкой из всех, на которые только способен. — Пойдем? Уён прижимается спиной и затылком к стене, облизывает губы и силится улыбнуться в ответ, но это слишком сложно, когда колени подгибаются, а собственное возбуждение видно невооруженным глазом. — Пойдем, пойдем, — Сан перехватывает его за запястье и тянет за собой на кухню. Идти у Уёна получается с трудом, он прикусывает губу и зажмуривает один глаз, ни о каком ужине он уже не думает, зато очень ярко представляет как было бы классно, окажись они сейчас в комнате на матрасе, и чтобы Сан не просто держал его за руку, а целовал и касался, дразня все сильнее. Уён утыкается лбом в плечо Сана и едва слышно стонет. — Может, ну его… Ужин этот… — выдыхает он, обвивая руками талию Сана. — Не так быстро, — строго произносит Сан и осторожно убирает от себя руки Уёна, развернувшись к нему лицом. — Будь хорошим мальчиком. — Вот еще раз скажешь что-то подобное и будешь сам себе готовить, — морщится Уён. — Вибратор — да, отличная идея. Подобные разговоры — нет. Сан выгибает бровь и нажимает кнопку на маленьком ярко розовом пульте — Уёна разве что не пополам складывает, он судорожно хватает ртом воздух, вцепившись в плечи Сана. — Это не вибратор, чтоб ты знал. Это вибропуля, — все тем же строгим тоном говорит Сан. — Да какая к черту разница, — выдыхает Уён, с трудом удерживая себя от того, чтобы потянуться к Сану за поцелуем — сегодня правила игры явно этого не подразумевают. Сан наконец снова снижает интенсивность вибрации, и у Уёна получается от него отцепиться и выпрямиться. — Не думал, что ты настолько чувствительный, — тихо и восторженно комментирует Сан. В ответ Уён только закатывает глаза. На самом деле ему есть, что сказать по этому поводу, но пульт все еще в руках у Сана, и пока нарываться Уёну не особенно хочется — ужин, так ужин. — Ты только осторожнее с этими кнопочками, — улыбается он, смотря на Сана полуприкрыв глаза. — Мне не хотелось бы опрокинуть на себя кастрюлю с кипятком. — В доктора мы как-нибудь в другой раз поиграем, — соглашается Сан. Он в итоге садится на стул, подпирает подбородок ладонью и не сводит внимательного и жадного взгляда с Уёна. Сначала тот думает, что лучше держаться так, будто ничего не происходит, будто у него не стоит до боли, а колени не подгибаются, но быстро отказывается от этой мысли. Не потому что не сможет, если Сан не решит поиграть с режимами, то вполне себе сможет, но так будет скучно. Уён позволяет себе расслабиться — не пытается дышать размеренно и спокойно, не сдерживает глухие тихие стоны, когда при очередном шаге вибратор сдвигается внутри и прижимается к простате, вцепляется пальцами в край столешницы, прогибаясь в пояснице, недовольно выдыхая, когда тот снова двигается и ощущается уже не так сильно. Взгляд Сана едва ли не обжигает, Уён ловит его иногда, чуть обернувшись через плечо, но даже когда не смотрит сам — все равно чувствует его кожей. Ему так и хочется спросить какую-нибудь глупость вроде «нравится», но скорее всего Сан нажмет на одну из кнопок, а рисковать, находясь рядом с горячей кастрюлей, Уён не готов, ему и без того все сложнее фокусироваться на том, что он вообще делает. Он выключает плитку, отходит на пару шагов, насколько вообще позволяет малюсенькая кухня, облокачивается на столешницу, сильно прогибаясь в пояснице, прекрасно понимая какой вид открывается Сану, и хрипло выдыхает: — Все готово. Уён тут же давится всхлипом — Сан отмирает и вспоминает про пульт в руке. — Мне есть даже не предлагай, — зажмурившись шипит Уён, вжимаясь лбом в свои запястья. — Еда подождет, — шепчет Сан, обхватив Уёна ладонями за талию и потянув к себе, так что тот упирается ягодицами в его пах. Уён хочет возмутиться, что не для того он сейчас страдал, но не успевает: Сан сдергивает с него штаны и ведет ладонями по бедрам. Все на что хватает Уёна — застонать и чуть шире расставить ноги, насколько позволяют застрявшие на щиколотках штаны. Когда Сан вытаскивает из него вибратор, Уён шипит сквозь зубы. — Тихо, тихо, — Сан целует его в плечо и очень медленно входит, перехватив поперек живота. От этой неторопливости Уёну скулить хочется, но он только сжимает пальцы на запястье Сана. На самом деле он благодарен — и за то, как осторожно двигается Сан, и за то, что не касается его члена. Уёну кажется, что он готов кончить от чего угодно, но совсем этого на самом деле не хочет. Хочется наоборот продлить удовольствие, растянуть его насколько вообще возможно, чтобы до сорванного голоса и едва ли не потери сознания, чтобы это все длилось и длилось. — Ты готов? — у Сана хриплый и срывающийся голос и от этого у Уёна в животе сводит еще сильнее. Он хочет ответить «нет», но вместо этого выдыхает: — Да… Оргазм его накрывает, едва Сан обхватывает пальцами головку члена, не успевает даже провести по нему. Уёна трясет, и он беззвучно хватает ртом воздух, не в силах даже застонать. Уже после, приведя себя в порядок и сидя на стуле, пока Сан разогревает все-таки успевший немного остыть ужин, и крутя вибратор в пальцах, Уён спрашивает: — Почему вибратор ярко-розовый? И почему ты его скрывал все это время? — Не вибратор, а вибропуля, не путай. Она маленькая и со шнурком. А почему такого цвета, спросишь у своего дружочка, — пожимает плечами Сан и ставит перед Уёном тарелку. — И я не скрывал, вот как нашел сегодня в пакете с лапшой, так и пустил в дело. — Может, Ёнджун так пытается тебя задобрить и с тобой подружиться? — смеется Уён, Сан в ответ неопределенно фыркает, но все-таки улыбается.

***

Уён уверен, что Ёнджун не сдержится от красноречивых взглядов и задумчивой усмешки, когда придет в следующий раз. В том, что его «подарок» обязательно пустят в дело он точно и не сомневается, пара совместных попоек позволила им узнать друг о друге разное, так что то, что Уён открыт экспериментам для него не секрет, да и вряд ли он бы притащил им этот вибратор, если бы не был уверен в реакции. Только вот Ёнджун приходит мрачный как грозовая туча и даже не пытается выдавить из себя улыбку. — Так. И что случилось? — скрещивает на груди руки Сан. Не то, чтобы он хоть когда-то был приветлив с Ёнджуном, но сейчас это интонации совсем уж недружелюбные. — И тебе добрый вечер, — фыркает Ёнджун и проходит на кухню. Уён прикусывает губу и бросает короткий взгляд на Сана, но тот только пожимает плечами и идет следом, как будто вот его вообще не волнует ни в какой степени то, что произошло там всего ничего назад. Уён и сам не знает, почему его вдруг беспокоят такие глупости, скорее всего, просто об этом думать приятнее, чем о том, что за новости принес Ёнджун. — Начну с того, что с вами вроде как и не связано, но думаю знать будет полезно, — Ёнджун садится на стул и тут же закидывает ногу на ногу. Сан отходит к окну, а Уён садится напротив Ёнджуна. В маленькой кухоньке сразу становится ужасно тесно. — Вчера в одном клубе на Хондэ случились разборки. Перестрелка, куча раненых, нормально так трупов, короче, полный набор, — Ёнджун опускает взгляд на столешницу и задумчиво барабанит по ней пальцами. — Кто с кем и из-за чего — я без понятия, но там мелькали ребята, которые вас активно ищут. Они там вообще частые гости, как я смог выяснить. — Клуб на Хондэ? — морщится Уён. — Дерьмово. Если Хондэ, то значит Кисок-сонбэ. — Не думаешь же ты… — начинает было Сан, но мгновенно замолкает под взглядом Уёна. — Ёнджун, прости, я просто не думаю, что тебе стоит знать лишнее, чтобы самому не подставиться, — виновато произносит Уён, игнорируя то, как Сан закатывает глаза и отворачивается. — Да, я так и понял, — машет рукой Ёнджун. — Но кто такой Кисок я в целом уже узнал, серьезный дядя. — Угу, — мрачно бросает Сан. — Так что там с перестрелкой? — Ну, а что с ней? — Ёнджун улыбается широко и совсем неискренне, не то его допекло поведение Сана, не то он реально принес дерьмовые новости. — Постреляли, когда все стихло — приехала полиция. Ведется расследование, принимаем самые жесткие меры, сказали бы еще какие и против кого. По всем каналам срочные новости, в интернете бурление. Думаю, пока ни о чем больше особенно говорить и не будут. — Но мрачный ты такой не из-за этого, — предполагает Уён, потерев щеку. — Угу, — Ёнджун морщится и опускает голову. Он молчит едва ли не минуту, Уён видит, как нетерпеливо переступает с ноги на ногу Сан. — Я облажался и спалился. — В смысле? — растерянно моргает Уён. — Или задавал слишком много вопросов, или задал вопрос кому-то не тому, не знаю, — неохотно произносит Ёнджун. — Короче, меня теперь пасут. И я не знаю когда это началось. — И зная это, ты пришел сегодня сюда? — мрачно уточняет Сан, поджав губы. — Сегодня хвоста не было, я уверен, — качает головой Ёнджун. — И это только подтвердило мои опасения, что пацан, которого я приметил, из той же компашки, что про вас расспрашивает по всему городу, с учетом вчерашних разборок, им сейчас явно не до вас. — Потрясающе, просто потрясающе, — Сан сдавливает пальцами переносицу и отворачивается. — Нам нужно отсюда сваливать, — тихо произносит Уён. Видимо, у него настолько потерянный и испуганный голос, что Сан сразу же делает к нему несколько шагов, остановившись за спиной, и кладет ладони на плечи, принуждая чуть откинуться назад. — Само собой, — кивает Ёнджун. — Бомгю сейчас как раз решает этот вопрос, завтра вечером он за вами заедет. И какое-то время будет к вам вместо меня приходить, он нигде не мелькает, так что может и пронесет. Если бы не перестрелка, я бы предложил вам прям сегодня свалить, но думаю пара дней в запасе у нас теперь есть. Уён прикрывает глаза и сильнее откидывается назад, прижимаясь затылком к груди Сана. Вот надо было ему так облажаться, причем дважды.