Не вспоминай

***

Скулить и молить и пощаде? Аякс забыл, как это делается в тот самый день, когда увидел Дика, планомерно опускающего тесак на тело, уже лишённое рук и ног, но почему-то ещё продолжающее жить и дрожать. «У меня нет права жалеть себя». Именно… ведь Аякс соучастник этого преступления и многих-многих других. На его руках кровь десятков невинных людей, так что получать наказания, вновь и вновь испытывая унижения и боль — возможно, единственное его спасение. Единственный способ остаться в своём уме. — Ну же, блядь! Нога со спины исчезает, вместо этого Аякса хватают за волосы и дергают, заставив прогнуться. Жирный хрен проскальзывает мимо цели, и Звонарь ругается, пытаясь прицелиться одной рукой. Перед глазами вспыхивают звёзды, к горлу вновь подкатывает тошнота, а в ушах поселяется оглушающий звон… Из-за которого Аякс даже не сразу замечает, когда в подвале устанавливается подозрительная тишина. И в этой тишине Звонарь вдруг издаёт удивлённое: — О? Хватка на волосах слабеет, и Аякса падает обратно на острый край ящика. Почти падает. Но его подхватывают в последний момент: пол, стены и потолок меняются местами пару раз, после чего Аякс обнаруживает себя сидящим на чём-то тёплом. Разорванная верёвка валяется на полу, освобождённые руки безвольно свисают вдоль тела — под кожей словно тусуется стало ежей, мышцы совершенно не слушаются… голый же зад отчётливо ощущает под собой шершавую и сухую ткань брюк. Знакомо шершавую, ибо Аякс не раз расстёгивал их, добираясь до стоящего колом члена… — Г-господин? Аякс чувствует себя странно маленьким и беззащитным, сидя на коленях Чжун Ли, хотя у них не такая уж и большая разница в росте. «Какого дьявола сейчас произошло?» Мигающий свет вырывает из полумрака застывших людей, словно решивших сыграть в «море волнуется раз»… или прикинуться экспонатами музея восковых фигур. — Х-ха… — тяжело вздыхает Чжун Ли, аккуратно ощупывая опухшие глаз и скулу Аякса, при этом мешая ему повернуть голову и взглянуть на себя. — Прости. — А? — Я не должен был подвергать тебя опасности. — Что тут… — раздаётся вдруг в подвале явно встревоженный женский голос, но мгновенно обрывается. И вновь Чжун Ли удерживает голову Аякса, мешая оглянуться, да ещё и закрывает ему глаза ладонью. Только вот Аякс всё равно успевает заметить краем глаза фиолетовое свечение, перекрывшее мигание электрической лампы. — Обсудим это потом. — Ха-ах… — вздыхает гостья. — Ладно. Этого следовало ожидать, учитывая… — Райдэн, — перебивает её Чжун Ли. — Кхм. Сквозь тёплые пальцы Аякс вновь замечает фиолетовую вспышку, отразившуюся от ящиков и стен. И почти тут же появляется ощущение, что гостья ушла, хотя не было слышно ни скрипа двери, ни шагов. А все члены банды, спустившиеся в подвал, продолжают неподвижно стоять, словно застряв во времени и пространстве. — Надо отправить тебя в больницу. — Ч-чего? Чжун Ли наконец убирает руку, и Аякс заглядывает в глубокие карие глаза, похожие на горны с тлеющими углями. — Надо показать тебя врачам, — чуть мягче, словно ребёнку, повторяет старик. — Зачем? Я в порядке… — морщится Аякс, сбитый с толку. Но быстро вспоминает про «слона в комнате» и уже опасливо косится на хозяина дома. — Эй, старый, ты кто вообще такой? Что ты сейчас сделал? — Ничего. — За дебила-то меня не держи! Внезапно в глазах Чжун Ли отражается глубокая печаль, которую Аякс уже замечал раньше, только не понимал причины. Иногда казалось, что старик догадывается о планируемом ограблении… но разве нормальный человек не обратился бы к копам? Ключевое слово — «нормальный». Чжун Ли же показался Аяксу странным с самой первой встречи, когда, знакомясь с новым слугой, почему-то пожелал ему удачи. А когда дворецкий доложил, что Аякс разбил несколько тарелок во время мытья посуды и едва не устроил пожар в библиотеке, тот лишь приказал перевести его к себе в кабинет, где усадил за стол секретаря и попросил разобрать стопку бумаг, которые оказались счетами за разного виды работ по дому. Так Аякс и начал этим заниматься каждый день: сортировать счета по датам, составлять перечни книг и вещей, названия которых даже не знал, и всё это вручную! В кабинете не было ни компа, ни даже планшета! Помнится, когда он попросил калькулятор, у Чжун Ли на лице отразилось то самое растерянное выражение, которое бывает у пожилых людей, когда им приходится иметь дело с современным телефоном или каким-нибудь терминалом в общественном месте… Кажется, именно в тот момент Аякс и стал про себя звать Чжун Ли стариком. Но насколько бы странным не был этот мужчина, почему он не выгнал его? Другие слуги наверняка доложили, что опыта у Аякса нет, да и случившийся в библиотеке пожар — следствие попытки найти тайник. Там был какой-то хитрый механизм, и Чжун Ли не мог не догадаться, почему он сработал… и всё же вместо увольнения заставил Аякса постоянно быть на виду. Подозрительно? Да. Разбирая бумаги в первый день, Аякс сидел как на иголках. Он нервничал, ловя на себе редкие пристальные взгляды из-под очков в тонкой оправе. Эти взгляды не были похожи на липкие и гадостные, от которых к горлу подкатывает тошнота, но и не было в них ничего угрожающего. Когда Аякс решился открыто встретить один из таких взглядов, старик вдруг спросил, не хочет ли он перекусить. А ещё через пять минут в кабинет принесли кофе и пирожное. Причём, пирожное — только для Аякса. Хотя ранее, во время инструктажа, дворецкий ясно дал понять, что господина ни за что нельзя отвлекать от работы, и что тот не приемлет перекусов, и что основные приёмы пищи должны быть по строгому расписанию, как и всё происходящее в этом доме. Однако и на следующий, и во все последующие дни Аяксу продолжали приносить ланчи, причём всё менее сладкие, словно кто-то заметил, что он не особо любит сладкое… «Неужели, я ему нравлюсь?» — однажды подумал Аякс. Да, ему потребовалось время для подобной догадки, ибо никто и никогда не относился к нему так… деликатно. До сих пор Аякс о подобном только читал. Совершенно не веря, как в какую-то сказку. И надо же ему было вспомнить о таких глупостях, просиживая штаны у залитого солнцем окна и наблюдая за красивым мужчиной, вместо того, чтобы обыскивать его дом на предмет тайников… Однако Аякс до странно неплохо проводил время. А Чжун Ли — он ведь действительно красивый мужчина. Да, старомодный, предпочитающий даже писать перьевой ручкой, постоянно макая в чернила, и его слуги словно сошли со страниц старых книг, а распорядок дня расписан чуть ли не поминутно… но осанка и взгляд словно шепчут о внутренней силе и неоспоримом достоинстве. Как же так вышло, что его заинтересовал кто-то вроде Аякса? Совершенно не верилось, что у подобного человека в голове могли завестись извращённые мысли. И потому Аякс долго решался на первый шаг. А решившись, долго топтался перед зеркалом в выделенной ему комнате, раздумывая о собственных умственных способностях: с одной стороны, было бы неплохо соблазнить старика — это помогло бы выудить коды от тайников… однако Аякс почему-то совершенно не был уверен, что верно понял чувства старика, ошибка грозила увольнением, возвращаться же в банду совсем не хотелось… И всё же он заявился в спальню Чжун Ли, благоухая чистым и молодым телом. Старик очень долго просто смотрел на него, застывшего посреди комнаты. Пока наконец не снял очки и не отложил книгу, которую, видимо, читал перед сном. — Повтори, пожалуйста, что ты сказал. — Я сказал, что люблю вас, — повторил Аякс смущённо и почти не притворно. Впервые он лгал, чувствуя искренний стыд. И впервые жалел, что до сих пор даже не пытался никого соблазнять. — И ты пришёл, чтобы рассказать мне об этом? — Я… не могу заснуть, господин. Мой разум сходит с ума, а вместе с ним и тело… — Аякс добросовестно готовился, сочиняя это признание, пытаясь придумать что-то в старомодном стиле, но не скопированное из книг. — Тогда ты пришёл, чтобы я помог тебе с этим? Холодная прямота удивила, причём неприятно. Хотя старик не выглядел оскорблённым, что всё-таки внушало надежду… но в то же время заставляло держаться настороже. — Мы могли бы… помочь друг другу, — попытался проявить тактичность Аякс, избегая называть вещи своими словами, нервничая, словно в первый раз, и из-за этого неосознанно комкая край чистой и выглаженной футболки. — Кажется, у вас нет никого, кто бы грел вашу постель, так что… я мог бы… если вы, конечно, не против… — Подойди, — слава богам, старик перебил его и сел на кровати, спустив ноги на пол. Аякс сразу же опустился перед ним на колени. — У меня совсем нет опыта, поэтому, прошу, направляйте меня… И потянулся к поясу черного шёлкового халата, однако руки его перехватили и сжали. — Юноша… В тот момент Аякс подумал, что всё не так понял. Что старик поглядывал на него по какой-то другой причине. Но будучи так близко, он вдруг почувствовал, как горячи пальцы, сжимающие его запястья, и услышал, как странно дрогнул голос Чжун Ли. «Стесняется? Никогда не был с парнем? Или у него плохо стоит?» — Разрешите мне прикоснуться к вам, — сглотнув, попросил Аякс. — Ты уверен, что хочешь… начать с прикосновений именно там? Тихий, немного севший голос поведал о многом. — Да. Можно? Вместо ответа его руки наконец отпустили. Только вот разобравшись с поясом халата, Аякс убедился, что по крайней мере одна из его догадок верна — у старика не стоял. Испытав, но не показав разочарования, Аякс принялся за дело, рассчитывая, что если как следует пососать, затвердеет даже самый вялый член. А даже если и нет… почему-то ему не было противно брать в рот. К тому же старик, кажется, всё равно получал удовольствие. — Я просто хочу сделать вам приятное, господин, — повторял Аякс, поднимая взгляд, отрывая губы от мягкой головки и продолжая работать рукой. — Вы можете не двигаться. Мне ничего не нужно. Уже одно только то, что я касаюсь вас, делает меня очень счастливым. На него смотрели тёмные, почти ничего не выражающие глаза. Впрочем, у Чжун Ли постоянно был такой взгляд — вроде бы спокойный, но заставляющий нервничать. Однако ранее он не вызывал у Аякса странного щекочущего чувства, как в тот момент. А когда на шею опустилась горячая рука, поглаживая затылок, член Аякса встал, настойчиво требуя внимания. А ведь он уже давно не возбуждался сам… да, с тех самых пор, как стал принимать участие в извращенских вечеринках. Аякс так удивился, что начал сосать невпопад. И именно тогда член старика вдруг затвердел, заставив его испытать ещё одно потрясение: а именно из-за того, насколько сильно тот увеличился. Ведь Аякс уже знал, что если член большой в вялом состоянии, то, встав, станет не намного длиннее, — однако у Чжун Ли тот продемонстрировал чудо, и Аякс даже струхнул… понимая, что не осилит такую махину, хоть перед визитом и посетил ванну, чтобы подготовить себя. Знай он заранее о размерах Чжун Ли, растянул бы свою дырочку более основательно… А может, и вовсе бы передумал идти! Но отступать было уже поздновато. Рука на затылке становилась всё горячей, а орган старика продолжал, словно издеваясь, понемногу увеличиваться всё сильней и сильней, так что стало невозможно засовывать его в рот. Страх щекотал нервы. А в трусах становилось всё мокрее и мокрей. Аякс тёк и ничего не мог с собой поделать, так что в какой-то момент решился потянуться рукой в трусы. Пытаясь сделать это как можно незаметнее. Однако едва он начал тихонько дрочить, как по каменному члену старика, чью головку Аякс как раз старательно облизывал, прошла волна напряжения. В плечи тут же впились сильные пальцы. И на лицо брызнула сперма. — Прости, — донеслось сверху спустя пару тяжёлых вздохов, при этом Чжун Ли продолжал сжимать его плечи. — Эт-то… было немного внезапно… Но я рад. А то мне казалось, что я всё так плохо делаю, что вам совершенно не нравится… Горло охрипло, губы пересохли, так что говорил Аякс сдавленно. А ещё у него немного закружилась голова, особенно когда его потянули вверх, заставляя подняться с колен. А потом твёрдая ладонь прижалась к мокрым трусам, прямо к члену, и Аякс закусил губу, сдерживая стон. Ощущение было очень приятным. И пусть страх никуда не ушёл, он просто постарался не смотреть вниз, на всё ещё стоящий колом член старика, заранее смиряясь с тем, во что тот превратит его зад. Однако… той ночью его задница осталась нетронутой. Потому что старик даже не снял с него трусы. Вместо этого Чжун Ли, глядя Аяксу прямо ему в глаза, принялся поглаживать его член сквозь тонкую, влажную, наверняка противно-липкую ткань. Осознание, что этот мужчина трогает его там… прошлось волной жара по спине. И Аякс кончил, даже не успев толком почувствовать приближение оргазма. А старик тем временем вдруг потянулся к колокольчику на прикроватной тумбе и позвонил. Аякс так опешил, что даже ничего не сказал. Да и не успел бы, настолько быстро в дверь постучал явившийся на зов слуга. — Приготовь юноше ванну, — приказал Чжун Ли. И Аякс вылетел из его спальни. Но не из-за чувства стыда, ведь в каком только виде его не заставали посторонние люди… а из-за странной боли, пронзившей сердце. Причем без особой видимой причины… а будто в него вонзился осколок давно забытого сна. Эта непонятная щемящая боль совершенно ошарашила и заставила броситься прочь, словно зверя, спасающегося от пожара. И всю ночь проворочаться в бесплотных попытках успокоиться и уснуть.