Шальное наследство

Брастлварк был городом поэтов и художников, а также книжных развалов и маленьких лавочек с антиквариатом. На всё это Лаир оказался более падок, чем брат, однако Наир тоже не отставал. Если один из них не останавливался, засмотревшись на древнюю гравюру или старинную книгу, то другой тут же застревал у какого-то киоска, разглядывая непривычного вида магический артефакт. Сандро двигался на два шага позади и вёл в поводу лошадей. Он привычно отслеживал возможные опасности под карнизами крыш и в тени узких переулков и просто… думал. Ночью, вымотанные соревнованием «кто принесёт другому больше удовольствия», они так ни о чём и не поговорили — просто уснули. Это была одна из немногих ночей, когда Сандро не снились кошмары. Возможно, он просто слишком устал, чтобы думать и переживать события прошлого, которые никогда не мог выбросить из головы. Наутро он проснулся более отдохнувшим, чем всегда, хотя тело приятно ныло, и, одеваясь, он обнаружил на себе несколько следов от укусов. Сандро не знал почему, но эти метки заставили его расплыться в улыбке. Они доказывали, что хозяин всё ещё не собирался его прогонять. Сандро всё ещё был «его». Натянув рубашку и брюки, он спустился вниз и попросил приготовить завтрак для господина. Небольшая заминка произошла, когда он осознал, что за еду стоило бы сразу заплатить. Трактир был незнакомый и здесь им никто не обязан был доверять. Однако жена трактирщика, стоявшая за стойкой, только махнула на его сомнения рукой и сказала, что накануне за всё было заплачено вперёд. Сандро вздохнул с облегчением, однако мысль гвоздём засела у него в голове. Он слегка удивлялся, почему она не приходила ему в голову никогда до сих пор. С Давенхилом всегда было однозначно ясно, что он всего лишь посыльный и не может отвечать за такие вещи. С Наиром всё как обычно было не так. Он взял поднос и поднялся в номер, чтобы обнаружить, что хозяин уже понемногу ворочается в кровати и скребёт рукой по её опустевшей второй половине. — Сандро, — пробормотал он, услышав шаги. — Вернись, без тебя холодно. Сандро не сдержал улыбки, однако послушался и, не раздеваясь, забрался к нему, отставив поднос чуть в сторону. — Я принёс тебе завтрак, господин, — прошептал он и, повинуясь порыву, поцеловал Наира в висок возле сбившейся за ночь серебристой пряди волос. Наир открыл один глаз и с укором посмотрел на него. — Я опять господин? — Я не против, если ты иногда побудешь господином. Сандро замер, улыбаясь и глядя на него, и далеко не сразу заметил, что это происходит. Только через некоторое время, смутившись, кашлянул и потянулся за подносом. — Я уже думал, ты вообще не умеешь улыбаться, — поддел его Наир, помогая установить столик с завтраком посредине широкой кровати и примериваясь ложечкой, чтобы расколоть яйцо. Первые несколько минут он просто сосредоточено поглощал гостинцы, а затем замер, не дожевав кусок бутерброда, и насторожённо посмотрел на эльфа. — Сандро, а ты почему не ешь? — Я перекусил на кухне, — отозвался тот, не глядя на хозяина. — Вообще-то, я просил тебя приносить завтрак в постель, чтобы мы могли съесть его вместе без посторонних глаз. Так что давай, — Наир сунул свой бутерброд ему под нос. Сандро от неожиданности не сразу сориентировался в ситуации, попытался отступиться и кусочек масла остался у него на носу, даже когда он, смирившись, откусил кусок. Заметив любопытный взгляд Наира, он с трудом поборол желание спросить: «Что?». Это определённо было бы недостойно хорошего раба. Наир расплылся в улыбке, заметив его вопросительный взгляд, наклонился и молча слизнул масло языком. Сандро был уверен, что покраснел. — Сандро, — сказала Наир наконец, дожевав и начиная наполнять кофе единственную чашку. Наир уже смирился, что им, очевидно, придётся пить из неё по очереди, так же как Сандро смирился, что ему вообще придётся пить. — С мёдом или без? — перебил он сам себя. — Я пью кофе в первый раз, — признался Сандро. — Тебе видней. Наир с подозрением посмотрел на него. — Кофе ты пьёшь в первый раз. Но вино и многое другое явно нет… — Я пробовал еду на яды для господина, — отозвался Сандро, пожав плечами. — Кофе всегда делала одна и та же доверенная кухарка, его не могли отравить. — И об этом нам тоже надо будет поговорить, — вздохнул Наир. — Но сначала я хочу убедиться в том, что мы одинаково понимаем то, что вчера произошло. И то, что возможно ещё произойдёт. Я не злюсь на тебя за ошибку, мы тут все косячим по очереди и это нормально. Ты не обязан быть идеальным бойцом. Но я действительно начинаю злиться на то, что ты постоянно считаешь меня врагом и постоянно в чём-то подозреваешь. — Я не считаю тебя врагом! — слова сорвались с губ Сандро прежде, чем он понял, что перебивает господина, и он в который раз за последние несколько дней задался вопросом, что вообще с ним происходит. Он был дерзок и раньше, особенно поначалу. Давенхилу понадобилось время, чтобы научить его быть рабом. Но он никогда не был болтлив и всегда хорошо контролировал себя. Наир внимательно наблюдал за тем, как эльф, замолкнув, опускает глаза. — И просто на всякий случай, — продолжил нимфарелец, — хотя я думал, это очевидно и об этом не стоит говорить. Я не злюсь, никогда не буду злиться на то, что ты перебиваешь или вмешиваешься в мой с кем-то разговор. Сандро обнаружил, что снова начинает краснеть. — Недавно Конрад, наша святая простота, задал очень интересный вопрос: какие у тебя планы на меня, — Наир поднял руку, заметив, что Сандро снова открывает рот. — Подожди. Я знаю, в какую идиотскую ситуацию он поставил тебя. Но я много думал об этом потом. То, что мы сделали, было спонтанно и немного… странно. По крайней мере, в первый раз. Но после этого был второй, и третий, и мы уже не можем притворяться, что это секс на одну ночь. Я так же не позволю тебе думать, что это были просто развлечения господина с рабом. Ты мужчина, которого я хочу. А там, где я родился, любимым людям не затыкают рот. И если ты… — он запнулся, всё ещё обдумывая, каким конкретным словом это называть. — Если ты мой парень, то ты естественно можешь на равных общаться с моими друзьями и моей семьёй. Даже если тебе по какой-то причине хочется юридически оставаться рабом. Наир перевёл дух и после недолгой паузы продолжил: — И мне особенно важно, чтобы ты понял, что я никогда не причиню тебе настоящую боль и никогда не буду рисковать тобой. Ни в наказание, ни ради каприза, ни в бою. Ты никогда не будешь пробовать мою еду, я никогда не брошу заклятье так, чтобы оно могло тебе навредить. И любые конфликты мы можем разрешить открыто, не устанавливая правил общения между господином и рабом. Когда он снова замолк, Сандро ещё мгновение смотрел на него. Он многое из сказанного хотел обдумать. Например то, как Наир его назвал. Наир достаточно хорошо владел челийским языком, но всё же звучание фраз «мой мужчина», «мой парень» и «мой человек» было между собой слишком близко. Хозяин, очевидно, не различил нюансов, когда говорил это вслух. И Сандро словно со стороны услышал собственный голос, говоривший: — Я пытаюсь. Наир смотрел на него, и, хотя Сандро уже жалел о том, что заговорил, он понял, что придётся продолжать. — Я знаю, что должен верить тебе. Но я просто не могу. Иногда… рефлексы срабатывают быстрее меня. Наир шумно выдохнул и протянув руку легко прошёлся кончиками пальцев по его щеке. — Хорошо, — сказал он. — Я тоже попытаюсь к этому привыкнуть. И мы больше не будем ссориться из-за этого, хорошо? Мгновение Наир ещё ждал ответной реакции, хотя бы кивка, но поскольку Сандро молчал, отвернулся и, сбросив ноги на пол, потянулся. — Ты избаловал меня, — признался он. — Мне становится тяжело одеваться самому. Сандро покраснел, обнаружив на своих губах новую улыбку. — Это определённо то, с чем я всегда готов помочь. — Он от тебя глаз не отводит, — прошептал Лаир. Шёл третий час их прогулки по торговым рядам. Сандро держался на достаточном расстоянии, чтобы не мешать братьям копаться в товарах, но в то же время настолько близко, чтобы толпа не могла их разделить. Вряд ли он слышал этот шёпот, тем более что весь день оставался молчаливым и задумчивым. Наир вздрогнул и с укором посмотрел на брата. — И что ты хочешь этим сказать? — Только то, что он не отводит от тебя глаз, — Лаир пожал плечами. — Он красавчик. И определённо по уши в тебя влюблён. — Лаир! — протянул старший всё так же с укором и наклонился ближе к брату чтобы прошептать. — Он — раб! Ты уверен, что у него вообще была возможность выбирать, в кого он влюблён, а в кого нет? — Я уверен, что слышал разные звуки из вашей комнаты, — откликнулся Лаир. — Ты уже делаешь это, Ней. И я не знаю, что у тебя на уме, но для него это определённо больше, чем просто служба тебе. Ты симпатичный и у тебя никогда не было недостатка в поклонниках, но я никогда не видел никого, кто бы ТАК на тебя смотрел. Ты колеблешься. Но если ты решишь это пресечь, то определённо причинишь ему боль. Наир молча смотрел на брата, пытаясь понять, какие выводы должен сделать из его слов. — Я не колеблюсь, — выдохнул он наконец. — Я утром сказал ему, что он… что он мой. Лаир приподнял бровь. — Я постараюсь не совать нос в чужие дела, — пообещал целитель. — Просто мне нужно было это сказать. Наир кивнул и отвёл взгляд, делая вид, что очень увлечён разглядыванием бус. — Спасибо, брат, — буркнул он. — Чернила у меня, — резко меняя тему, отозвался тот. — Если у тебя нет особых планов на этот город, я бы предложил отправиться дальше сейчас. У меня есть причины торопиться домой. Наир рассеяно кивнул. — Хорошо. Пообедаем и отправимся в путь. Он повернулся к Сандро и поймал себя на том, что улыбается, хотя для этого, вроде бы, не было никаких причин. — Возвращаемся на постоялый двор, — оповестил он. — Обедаем. Забираем вещи. И нас ждёт этот как его… Могильный Лес. — Полный тёмных эльфов и друидов, — Лаир мечтательно закатил глаза. — Старых могил и неупокоенной нежити, — подал голос Сандро. — Уверен, ты легко защитить нас от мертвецов, — легко откликнулся Лаир и, отобрав у эльфа поводья лошади, запрыгнул в седло.