Трон: яшмовый эликсир

—Венгера, 212 год после Ноя. Ыёгай. Квартира 4 отряда. 2 июня. 5:28 утра—

Что может быть хуже, чем пробуждение в самую рань из-за звонка в дверь? Агнесс открыла глаза только потому, что, судя по звукам, Бен уже вышел из комнаты, закрывая дверь в её комнату. Он делал так всегда, после одного несчастного, но очень значимого для него случая. Шархан лежала в ногах и не особо хотела вставать, однако завидев тойкура спокойного пути в проёме— тут же подорвалась, разбудив при этом и девушку. Хоть кошку и спас Рэй, больше всего привязана та была к Кюри, который мало того, что вылечил её, ещё и купал, стриг когти, и вычёсывал. Коши стало даже забавно от всей ситуации: лицо его друга выглядело озадаченным, когда рыжий клубок шерсти предпочитала его. Спать— с ним. Есть— с ним. Купаться— с ним. Эйлер протёрла глаза, зевнула и встала с постели, потягиваясь. Постель была заправлена, но, всё равно, значительно примята. Ей не нужно покрыло или что-то вроде этого. И так было слишком жарко. Надев тапочки и почесав кожу между грудей, совсем тихо отварила двери, выглядывая в коридор. В общей темноте её глаза светились, как две лампочки с тёплым светом. Домашние шорты, короткие и свободные, вместе с коротким топом, закрывающим татуировку достаточно, чтобы ни она, ни остальные не могли её видеть, сейчас отлично помогали: холод лестничной клетки потихоньку проникал в квартиру, одаряя только проснувшуюся девушку, которая, откровенно говоря, хотела полностью раздеться и прижаться к холодильнику, приятной прохладой. — Повод? Спросил Кюри, не оборачиваясь. Не услышал? — Арест. Бенедикта Кюри, Рэй Коши и Агнесс Эйлер. Молодой мужчина был явно не в настроении. В такую рань просыпаются, разве что, куры да петухи, тут довольным быть сложно. — Вы могли прийти и позже. Цепочка на двери позволяла Кюри не быть лицом к лицу с незнакомцем. — Повод? Вновь переспросил парень. Его волосы были в беспорядке. Это виднелось из-за света, который освещал лестничную клетку. Он проникал в квартиру через щель открытой двери. — Без чётких оснований я вас даже в коридор не пущу! Брюнет был в гневе. Несвойственно громкий тон, приказной и очень, очень злой. Не удивительно — они вернулись сюда позднее первого часа ночи, однако им ещё предстояло помыться, что заняло время. И вот, когда они уже легли, уверенные, что хотя бы у них есть 5 часов на законный сон, а к ним врываются! Да ещё и не просто по ошибке, а с целью арестовать! Однако Агнесс думалось, что сейчас вмешиваться не стоит. Если ситуация станет накаляться— придётся изменить решение, потому что безучастно стоять уж точно не её вариант. — Но я ведь вам показывал удостоверение и ордер! — К нормальным людям приходят не раньше семи утра и не позже первого часа ночи. — Мне был отдан приказ— прямо сейчас явится сюда. Поверьте, что я сам не в восторге от этого. Меня вырвали из постели и дома ради этого. Бен осмотрел его в щель. Глаза ещё были полузакрытыми и перед ними мигали огни концерта и сна. Он перевёл взгляд на стакан с водой, стоящий около зеркала на высокой узкой тумбе. Кюри взял его с собой на всякий случай. Если что— он сможет защитить свой дом, даже, если там всего ничего. — Проходите. Ответил тойкур спокойного пути, убирая цепь с двери. Офицер только сейчас заметил две красно-золотых огонька в темноте, которые неотрывно следили за каждым его действием. Силуэт самой девушки был скрыл наполовину шкафом, а чёрные волосы сливались с темнотой. Лицо мужчины перекосилось от страха при виде этого. Парень тоже повернулся туда, на секунду оказавшись с незнакомцем в одной лодке. — Извини, что разбудил. Эйлер покачала головой, наполовину выходя из укрытия и складывая руки на груди. — Меня разбудила Шархан. Та сидела около ног Бенедикта, заинтересованно выглядывая в подъезд. — Можешь идти обратно. Я разберусь. Девушка не доверительно посмотрела на него, включая маленькую лампу на стене в коридоре, дёрнув за верёвочку с бусинами. — Мне тоже интересно, за что нас хотят арестовать. Опираясь о стену, поинтересовалась она. Их разделяло всего три метра, однако прочитать друг друга было легче, чем когда-либо. Она боялась, что кто-то мог сопоставить пожар и их прибытие, несмотря на все старания Итана их выгородить. Бен переживал за то, на что никак не мог повлиять, но старается делать вид, что главный виновник— он сам. И их обоюдное волнение за друг друга. Рэя в доме нет, оттого на душе обоих становится значительно легче. Они уже придумали план отступления, который готовы реализовать в любую секунду. Вкладываемый Лиорой реализм в их головы давал понять, что это не выход. Без бо́льших последствий, по крайней мере. — Мне нужен ещё и Рэй Коши. Проходя внутрь, а не оставаясь на пороге, сказал офицер. Шархан виляла хвостом, потираясь о ноги хозяина им же. — Его нет. До обеда должен вернуться. Мужчина тяжело выдохнул. — Тогда поступим так. Потерев переносицу, начал он. — Я приду после обеда. На работу вам не нужно. Попытаетесь выехать из города— будете арестованы и помещены под стражу без разбирательств, а позже— в тюрьму. — Что мы, всё-таки, нарушили? — Государственная тайна. Мне сказали вас арестовать, дали бумаги. Разбираться будете с одной из трёх сестёр. И нет, юная леди, в ордере не написано, но стоит подпись всех трёх маршалок..Похоже, что вы очень и очень крупно влипли, ребята. Во время ареста не было указаний обращаться к ним формально, а потому мужчина сорока лет и чуть выше ростом Агнесс, даже не старался сохранять субординацию, хотя первоначальная вежливость сохранялась весь диалог. — Хорошо. Но можете, пожалуйста, уйти? Нам всё ещё необходим сон. Девушка старалась быть очень вежливой и даже улыбалась, от чего создавалась дружелюбная атмосфера. Осмотрев их, мужчина кивнул и сделал шаг за порог. Как только дверь закрылась— лицо Агнесс побелело от страха, а Бен нахмурил брови и выглядел уж слишком недовольным. — Чтобы я ещё раз куда-то с вами поехал.. Потерев переносицу, заявил он. Девушка, схватившись за сердце, нервно задышала. Чувство ужаса охватило её быстро, окутывая от головы до пят, буквально заставляя застыть в одном положении. Хотелось просто остаться одной во всём мире. Сбежать, не думая о последствиях. Не думать. Бежать. Бежать. Бежа-.. — Я сделаю всё возможное, чтобы вы были в порядке. Прозвучало совсем близко. Кюри чувствовал чужой жар, даже стоя в шаге от девушки, но всё равно подошёл ещё, ближе, обнимая. Их не разделяло более расстояние, небольшая разница в росте или излишнее тепло. Он обнимал её, поглаживая по запутанным волосам, вдыхая аромат шампуня. Виноград. Нежный, утонченно-изысканный, тёплый. — Я не хочу вновь быть той, за которой всё разгребают.. Призналась девушка, опустив голову на плечо. Ради этого ей даже пришлось наклониться, чтобы почувствовать себя в большей безопасности. Казалось, что всё вокруг смотрит именно на неё, а темнота сгущается плотными клубами чёрного дыма. Маленькие руки того чудовища виднелись отовсюду. — Ты и не будешь. Пока мы сами не знаем, за что на арестовали— нет смысла сдаваться раньше времени. Генерал-майор наверняка скоро узнает. И, к тому же, нас об этом предупреждали. Разговаривали шёпотом. Так тихо-тихо, что за окном слышалось шуршание листвы на дереве. — Да, но.. не предупреждали, что мы можем попасть в тюрьму, а потом.. потом.. — Я сказал, что всё будет хорошо— значит будет. Агнесс, возьми себя в руки. Без паники. — Я знаю, знаю, но.. мне так страшно. Я опять втянула вас в какую-то задницу, а теперь сижу и плачу, как маленький ребёнок, при этом только и делаю, что говорю.. — Мы, разумеется, можем во всём обвинить тех пятерых. — Это будет не очень аргументом, я думаю. Среди них не было тойкуров искристого пути. — Это уже не наша забота. Они пытались нас убить, мало ли, что у них с собой ещё было, кроме тех ножей. К тому же— Рэй потушил большую часть пожара. Да и к тому же— они мертвы, так что вину опровергнуть свою не смогут, поэтому можем повесить всё на них. — Но ведь.. — Ты очень хочешь в тюрьму? — Нет. Чётко запротестовала девушка. Она знала, что это оптимальный вариант, но свою вину больше ни на кого перекладывать было нельзя! Если делать так всё время— то и можно забыть об ответственности за ошибки, а после и вовсе пуститься во все тяжкие. «Пусть тойкуры искристого действуют от сердца, совершая много добра, это не значит, что они не пользуются разумом, совершая при этом много зла.» — так сказал отец, заканчивая свой рассказ касательно тойкуров разных путей. — Тогда дождёмся Рэя и будем составлять подробный рассказ. А пока— иди спать. Девушка отстранилась, а парень остался на месте. — Забери и её с собой. Думаю, что этот клубок поможет тебе больше. Наклонившись в сторону и взяв Шархан на руки, заявил Кюри. Агнесс улыбнулась, забирая пушистое животное с рук друга, после чего зарываясь носом в рыже-белой шерсти. — Спасибо. Шире улыбнулась девушка, заходя внутрь комнаты. Парень закрыл входную дверь, повесив цепь. Рэю не составит труда её убрать, не первый день в этой квартире живёт и не первую ночь в ней не ночует. Лёжа в своей кровати, Бен пытался составить в голове отчётливое объяснение каждому своему решению. Шрамы на нём остались, как бы Манора не старалась их залечить, от того, в некоторой степени, даже было проще оправдаться. Да и к тому же— те обожжённые трупы, которые там остались, наверняка уже разложились до костей. Но суть в том, что и ядра у них больше нет, оттого доказать, был ли среди них тойкур искристого пути, считай, нельзя. Всё складывалось довольно хорошо, если они все будут следовать единому рассказу, а Рэй, как единственный оставшийся в сознании, опишет картину после намного более точно. Он заснул на рассвете, когда солнце начало бить в глаза первыми лучами. Агнесс, которая уснула только спустя час переживаний, была убаюкана урчанием своей рыжей соседки по кровати, что мирно сопела, абсолютно наплевав на ситуацию. Хотя с чего бы вдруг ей не было не всё равно? Эйлер видела во сне лишь темноту, окружающую её со всех сторон. Главным оставался вопрос, который она задавала себе после каждого рассуждения и сценария в голове— кто таинственный отправитель письма? И как скоро им удастся отправиться в Денерию?

—Венгера, 212 год после Ноя. Ыёгай. Квартира 4 отряда. 2 июня. 10:36 утра. —

Рэй вернулся домой ещё в девять и успел принять душ, поиграть с Шархан, которая выбежала из комнаты только завидев силуэт хозяина, а также приготовить завтрак. Бен встал сразу же, услышав, как трещит масло на сковородке. Он расчесал волосы, переоделся, нанёс духи, растирая по шее, и вышел в коридор. Рэй выглядел расслабленным и даже улыбался, когда гладил кошку, однако печаль отчётливо виднелась на его лице. Взгляд смотрел мимо пушистой любимицы, механически поглаживая шерсть, нежели вдумываясь в данное действие. Брюнет выглянул из проёма, некоторое время наблюдая, после чего высунулся, проходя на кухню. Коши сразу обратил внимание на бело-черный силуэт, что видел боковым зрением. — Вы сегодня никуда не пошли.. Заметил он, встречаясь с другом глаза в глаза. — Когда я пришёл на работу — меня развернули и попросили уйти.. что происходит? — У нас серьезные неприятности, если верить офицеру Олегу Уолмеру. — По какому поводу? — Не знаю, но если это про тот пожар в Гракурах, то нам стоит разбудить Агнесс, чтобы составить общую картину событий. Мурчание Шархан было громче их голосом. Девушка, вошедшая в кухню, была настоящим криком среди этой тишины. — Доброе у-у-утро..! В процессе зевая, поприветствовала она, потягиваясь. В данный момент на кухне было очень приятно— прохлада била из окна клубами, приятно ощупывая кожу лёгкими прикосновениями и убирая жар от плиты. — Полегчало? Сразу спросил Кюри, отпивая свой кофе с молоком и тремя ложками сахара. Обычно сверху ещё находится шапочка из сливок и корицы, но в этот раз ни того, но другого в холодильнике не оказалось, из-за чего настроение парня планомерно начинало ухудшаться, беря в расчёт общую картину и события. — Сон— это универсальная таблетка. Заверила его Агнесс, взяв из сковородки яичницу, жареный бекон и кусочек хлеба, при этом наложив побольше огурцов, из переданной им банки. — Вам что? Указывая на сковородку, держа кружку и лопатку, спросила она. — Яичницу, хлеб и один огурец. — Бекон и яичницу. — Тут ещё одна осталась, кому? — Мне! Улыбнулся Рэй, вытягивая руку, как в первом классе, чтобы его первым же заметили. Как только поели— началась суета. — Не забудьте Шархан порезать курицу! — И скорлупу от яйца. — А желток ей можно? — Необходимо. — Но у неё будет грязная мордочка. — Ничего страшного, я вытру. На кухне развивалась целая сцена: Рэй нарезал мясо, Агнесс мыла посуду, а Бен пил вторую кружку кофе, пока кошка крутилась под ногами, мяукая. Железная тарелка наполнилась мясом, мягкими хрящиками, желтком и мелко раздробленной скорлупой. Картину дополняли мелкие кубики свежего огурца. Рыжее чудо сразу начала есть, стараясь уместить во рту всё и сразу. Уж не знала Эйлер, насколько это вкусно, но по виду животного, чавкающего и буквально проглатывающего кусками свежее мясо, создавалось ощущение, что это очень даже ничего. — Спасибо за еду! Друзья поблагодарили Рэя, улыбаясь. Тот вытер полотенцем её щёки. — И твой тоже вытру. Усмехнулся блондин. — За нами скоро придут. Пора что-то думать. Отвлёк Бен, ставя кружку на стол и предлагая идею. Все трое сели за стол. Квартира вновь погрузилась в тишину. Её нарушал лишь звон металлической миски и кошачье чавканье.

—Венгера, 212 год после Ноя. Ыёгай. Центральный штаб. 2 июня. 12:56 дня—

Их вырвали из дома буквально несколько минут назад. Арест производился уже в центральном штабе, после того, как они побывали в кабинете Итана вместе с сопровождающими. Наручники сковали их руки вместе с пальцами, да так, что даже их согнуть было нельзя, а ноги сковали плотной короткой цепью, так что шаги приходилось делать мелкие и быстрые. Они могли сбежать, определённо и точно могли, но не стали. Знают, что в первую очередь перекинутся на их родственников, и не дай создатель, кто-то пострадает. Они возьмут их в плен и будут пытаться шантажом их вернуть обратно. Знают, что прокатит. Оставить Итану послание было непросто— за ними пять человек, снаружи тоже пять человек, помимо начальника и миссис Зорхан в кабинете, как минимум, трое по бокам. — Извините, что заставили вас волноваться, генерал-майор Нокс! Отдала честь Агнесс. — Я бы хотела попросить у вас одно одолжение! Продолжила она, проговаривая в голове заранее придуманную речь. — Просите, майор Эйлер. Девушка собралась с силами, сжимая руки в кулаки. — Присмотрите за Шархан во время нашего отсутствия! И не давайте ей атаковать наш новый цветок! Она низко склонилась, образуя верхней частью корпуса угол в девяносто градусов, при этом, не согнув колени. Это было настолько глубокий поклон, что, казалось, выражал весь замысел её чувств. Тишина стала даже гнетущей. Хотелось вновь зайти в кабинет Итана, чтобы между работой поболтать о всём и ни о чём, дабы занять время до следующего этапа работы. Следом вышел Рэй, который выглядел очень радостным, однако, стоило ему закрыть дверь в допросную, как он тут же зевнул. Создавалось ощущение, что в той комнате— было очень весело, но стоило из неё выйти, как сразу накатывала усталость, намереваясь сбить своими высокими волнами тебя с ног, дабы ты уснул и проспал, как можно больше. — Ну как всё прошло? — Маршалка Офелия очень приятная. С ней мне было интересно разговаривать. — Вы просто.. разговаривали? Она сделала особенный акцент на последнем слове, как бы намекая, что и с ней беседовали в подобной манере. Учитывая все показали, оба вздохнули, ведь пришли к одному выводу— Бен каким-то образом тянет время. Он не любитель рассказывать про себя и своё прошлое, однако может увлечь посторонними вещами, даже, если долгое общение даётся ему с трудом. Хотелось узнать, о чём сейчас думает он. Чего боится и как всё проходит. Нервное ожидание скрасилось беседой с другом— именно обсуждение посторонних вещей ненадолго заполнило ранее существующую тишину. Кюри поклонился перед тем, как закрыть за собой двери, после чего короткими шагами направился в их сторону. — Я рад, что с вами всё в порядке. Кивнул пришедший друг. Агнесс и Рэю хотелось его обнять, однако цепь между двумя руками не давала этого сделать даже близко. — Ты так долго! И? Что тебе сказали? — Распоряжение о нашем домашнем аресте было первым, что мне сообщили, стоило войти. Однако, поскольку мы военные высших привилегий и чинов— дали возможность выбора. В случае попытки побега— наших родных ликвидируют одного за другим. Бен хотел поправить упавший локон, однако ещё одна цепь, соединяющая ноги с руками, не дала это сделать в привычном понимании, поэтому парню пришлось согнуться, дабы руки дотянулись до волос. Лицо Агнесс побелело, а Рэй в недоумении уставился на охранников позади себя, а после и на друга. — Как? За что!? Мы ведь даже ничего не сделали! — Маршалка Райана вынуждена сделать это, чтобы выявить настоящий преступников. Есть подозрения, что среди армии есть шпионы мипаудинов, таким образом узнавая недоступную информацию о сильнейший тойкурах. Им известно о троих начальниках, что объявили охоту на нас, однако их местоположение и внешность неизвестны. Мне рассказали, что наше заключение на время— необходимо для отвлечения внимания. Они поймут, что в безопасности, после чего проколоться и их схватят. Мы лишь будем поводом к расслаблению их задниц. Наклонившись к друзьям и буквально одними губами передавая эту информацию каждому в ухо, Бен покачал головой, когда кровь прилила к щекам подруги, но волнение всё же не ушло. Он и сам был на взводе. Не понятным оставалось одно— повелись ли они, или и вправду подумали на троих неких главарей, что давно висели на крючке и теперь этот клубок начал распутываться. Насколько обширна подпольная жизнь, если даже сами маршалки посвящены в это? И насколько опасен, раз есть подозреваемые в измене могут находиться даже среди своих? Рэй задумался. Несвойственная ему серьезность заставила черты лица стать более заметными. Блондин кусал щёку, поняла девушка. — Нам позволено выбрать место своего пребывания? — Да. Я сказал, что мы едем в Дэстары. Коши кивнул, а Агнесс неуверенно взглянула вперёд. Коридор был слишком светлым и просторным. В окно били лучи солнца, освещая помещение, открывая рабочим его истинную красоту. Доска поздравлений слегка мерцала из-за кнопок и скрепок в солнечных зайчиках. — Тогда нам стоит немедленно отправляться. — Нам дали пару часов на сборы, так что, думаю, нам и вправду стоит поторопиться. В восемь утра следующего дня их сумки, собранные и полные одежды, покоились в пространстве между ногами. За ними следили с самого центрального штаба— Рэй чувствовал, как двое военных, кажется, Флок Ма́рей и Джун Ва́рфал, следуют за ними. Их присутствие сложно было не уловить, но было бы странно, если бы за ними вообще никого не послали. План был до жути простой — приехать домой, немного побыть там, после чего, по сделанному заранее родителями Рэя, вместе с Мирандой, пути. Пришлось предупредить их в тот же день, когда они уезжали из дома— не стоило тянуть с подобным. Жанна и Миранда накричали на девушку, отказываясь отпускать вообще, пока Кюри беспокойно суетились, расспрашивая сына и друзей подробности. Повезло, что Рэй договорился со своими родителями сам. Эгита даже поддержала его, причитая, что молодёжи нужна свободна, а не алмазная клетка. Вскоре после приезда Итан передал письмо через Лиору. Девушка оставила его на вокзале, а после, якобы, отправилась по его секретному поручению. Вскоре Эгита забрала его у доверенного лица, осторожно положив на дно корзинки. Флон и Джун не было незаметными, даже если являлись магами воздуха. Свой своего видит даже ночью. Рэй стал отличным координатором, сообщая, когда лучше показаться, а когда— прекратить появляться у окна. Агнесс умирала от скуки, однако большой радостью было то, что все троя поместились в доме семьи Коши, так как должны были находиться в одном месте. Даже на огород, казалось, им нельзя было выходить! Однако они занимались совершенно другим— долго и упорно строили туннель. Агнесс делала деревянные балки, Бен готовил на всю семью еду, а Рэй помогал внизу, чтобы как-то этот процесс шёл быстрее. Спустя десять дней заключения — всё было готово. Оставался вопрос — кого оставить вместо них? Эгите доверили составлять план, и она, по всей видимости, просчитала всё, что было в её силах. Таких полномасштабных вычислений и обозначений, пожалуй, больше нельзя было найти! Она и создала легенду, что Газан заболел, а потому не выходит из комнаты. Манора ухаживает за мужем, а потому так же находится в доме, однако, под покровом ночи, Жансы проведут их в дом Коши, чтобы они притворялись Агнесс и Беном. Жанна и Миранда приходят навестить родственницу, когда всех троих уже не будет в пределах этого дома, а сама Эгита в крайнем случае прикинется Рэем, если легенда про «ночной пир, входе которого он мучается с болями в животе» не сработает. В целом план должен быть относительно неплох, включая то, что посланные наблюдатели должны лишь со стороны следить, не вмешиваясь в жизнь каждой семьи, если это не будет угрожать здоровью её членом. Это им подсказал Итан, чудом узнавший подробности их дела. И он уже ознакомлен с запиской, а также посвятил в неё Лиору и Адама. Зорхан, по его приказу, организовала четырех верблюдов, провизию и проводника прямиком до Денерии, только вот путь будет лежать через горы, где, по слухам, обитают обозленные духи лассуров. Мужик им достался тёртый калач — суровый, смелый и очень страждущий приключений. Такой им и нужен. План пришёл в исполнение ночью, 16 июня. Когда только сгустились сумерки, все трое уже были собраны. Манора и Газан ещё два дня назад сообщили о болезни второго, после чего и женщина осталась. В ночь побега их переместили в дом Коши. Жанна и Миранда были у себя. Эгита экстренно забеливала волосы, пока Газан доделывал парик. У его сына, к сожалению, волосы были гораздо короче. Манора же уже была идеальна для роли Агнесс. Туннель оказался на редкость огромным и поистине масштабным, даже если пройти можно было только в ряд. На обратной стороне их уже дожидался мистер Байзен— тойкур твёрдого пути, способный защитить их в пустыне, так как владел подвидом своей зофу— мог управлять песком. Их путь только начинался, а у Агнесс Эйлер уже подкашивались ноги от восхищения и радости. Бенедикт Кюри просто довольно улыбался, складывая руки на груди, а Рэй Коши гладил предоставленную лошадь, которой он тоже понравился. Это путешествие, пусть и не самое лёгкое в реализации, но определенно стоит того. Интересно, кто их.. нет, что их там ждёт?