Teacher’s pet

После этого случая, в день, когда почти произошла драка, Гарри много думал о произошедшем. Он был молчаливым весь следующий день и почти не разговаривал с Малфоем. Хорошенько обдумав те чувства, что он испытал, те действия, которые к нему применил Снейп, он всё ещё не мог прийти к однозначному выводу. В конечном итоге, подводя своё умозаключение к концу, он понял, что несмотря на (снова!) физический дискомфорт и дискомфорт эмоциональный, он хочет вернуться. Да-да, именно это, к своему искреннему удивлению и ужасу, понял Гарри. Несмотря на тот факт, что профессор взял его без озвученного на то согласия, он хотел повторить всё вновь. Сколько бы раз это не повторялось - ему хочется большего. И он посчитал это вполне себе нормальным. Так же, как и то, что Северус так груб и даже не пытается проявлять к нему нежности во время соития. Так же, после того дня он начал замечать, что некоторые люди в замке проявляют к нему двусмысленное внимание: то обзывают, поддерживая слухи, то странно смотрят с какой-то игривостью. Юноша не понимал, зависит ли это от его дворянских родственничков или же всё таки нет. Но он стал меньше обращать на это внимание, хотя чувствовал себя крайне неуютно, когда ловил очередной взгляд старшекурсника на себе. Это было странно. И только Снейп по-прежнему оставался неприступным, не проявляя ни одного лишнего знака внимания и не давая повода. Как бы Гарри не старался делать что-то вызывающее на уроке, профессор просто не реагировал, будто не интересовался им от слова совсем.

***

- Эй Поттер! Не хочешь развлечься? - спрашивали его старшие ребята, громко смеясь в своей компании. Кажется, стыду парня не было предела. Что он сделал им такого, что те стали обращать к нему такой интерес? Гарри стушевался, пытаясь сохранить невозмутимость на лице. Это получалось не очень хорошо, будто он утратил такую способность в принципе. В коридоре вокруг было слишком много посторонних глаз, они будто смеялись все. Все это слышали, и ему казалось, что это просто большое издевательство. Ему на полном серьёзе предлагали что-то из разряда непристойностей прямо при всех учащихся. Поттер замер на несколько мгновений, обуреваемый сомнениями. Чувство незащищённости возрастало с каждой миллисекундой. - Что здесь происходит? - появился декан из неоткуда, спасая ситуацию. И дальше Поттер уже понимал, что предстоит сегодня вечером. Дыхание вновь перехватило. Вспоминая всё то, что уже произошло, он ощутил это чувство дискомфорта, ощутил непомерную тревогу и слабость в теле, но он не мог и, по правде говоря, не хотел отказывать. Наотрез не хотел отказываться от всего этого. Разговор между студентами и Снейпом продлился недолго. Потому что, когда он задал вопрос, все они уже успели разойтись, не желая встревать в неприятности. И в пустынном коридоре остался только один Поттер. - Что встал? - злобно и холодно спросил профессор. Он не отвечал, а пару секунд глазел на свою обувь, не пытаясь выкарабкаться из власти своих мыслительных процессов. Но когда понял, что ему был адресован вопрос, а Снейп с явным нетерпением уставился на него, задрал голову, чтобы посмотреть тому в глаза. В его зеницах же, будто очков и не было, застыли слёзы, выглядевшие очень кукольными в этот момент. Снейп продолжал смерять его пристальным взглядом, не менялся в лице. Тоже о чём-то думал. Наконец, его лицо немного разгладилось и он яснее взглянул на юношу. - Пойдём со мной. - быстро кивнув в сторону своего кабинета, попросил он. Гарри безвольно согласился, сразу же следуя за быстрыми и, будто летящими, шагами профессора. Голос последнего был чарующим, а предлагал он, на самом деле, не спасение. Всё повторилось. Так же, как и через неделю, так же, как и через ещё три дня. После случая с Финниганом, их встречи начали быть частыми. И Поттеру уже не нужно было влезать в драки, создавать проблемные ситуации, нарушать школьные правила. Всё это случалось просто так, потому что Снейп этого хотел. С каждым новым разом Гарри замечал в его поведении большее желание, которое тот, видимо, не контролировал. Несмотря на то, что сдерживать свои эмоции - было его привычкой, здесь и, наверное, это единственный случай, он не сдерживался никак. А Гарри возвращался, сам не понимая, от чего. Его, по-прежнему, влекла чужая загадочность. Его манило то, что тот был старше на пару десятков и та грубость, с которой он обращался с Поттером. Он считал это чем-то хорошим, чего не были достойны окружающие. Да и, наверное, сам Снейп уже не смог бы отказать себе в том, чтобы не упустить возможность оттрахать юного мальчишку до потери пульса. В их встречах почти не было разговоров, по-началу. Точнее говоря, обычно это были исключительно деловые встречи, где они обсуждали учёбу. Но спустя время, их разговоры стали немного более развязными. Поттер продолжал бесцеремонно вести себя на уроках Снейпа, а тот в свою очередь делал уместные замечания. Но те, кто имел в черепной коробке работающий слишком быстро мозг, такие, как Гермиона, например, начали улавливать маленькие изменения в поведении обоих. Ей не составило труда догадаться, что между слизеринцем и профессором что-то очень запутанное.

***

Вокруг было очень шумно, а Гарри погрузился в томные раздумья. Был очередной ужин в большом зале, все стучали вилками о каёмки блюдец, поедали вкусности с неприятными чавканьями и тому подобное. Гам вокруг сделался привычным за все года обучения. Между прочим, на дворе уже был конец зимы. Стол Слизерина был, на удивление, заполнен. Пэнси что-то безудержно балаболила, прерываясь только на пережёвывание и глотание пищи. - Ты слушаешь, Поттер? - громко возмутившись, подскочила она. Парень резко оторвал взгляд от пустующего края стола. - Да, да. - быстро выпалил он. - Задумался просто. Грубые руки сжимают тело. Он здесь впервые, покои Снейпа больше подходят для такого головокружительного сношения. Поттер смыкает руки вокруг чужой шеи, обвивая её, словно питон. Снейп не прекращает и не останавливается ни на секунду. Гарри выдыхает с открытым ртом, непроизвольно постанывая. Девушка продолжала что-то говорить. Студент старался слушать её сначала, но он не мог отказать себе в таком соблазне. Прокручивать обеденные события в голове было бесподобно. Он чувствовал, что у него в штанах дёрнулся член. Он вновь обратился в слух, пытаясь послушать хоть каплю рассказа сокурсницы. Она нравилась ему больше, чем Малфой, поэтому он доверял ей намного больше. Его размеренный взгляд, походящий на взгляд обкурившегося болвана, обратился к учительскому столу. Зельевар пристально за ним наблюдал. Гарри потёр переносицу, немного смутившись внимательных глаз. Снейп обвивает вокруг него всего себя, заставляя таять от нетерпения. Глаза в глаза, никаких поцелуев. Поттер уже на нём, а внутри горячий пенис. И он сам продолжает насаживать себя глубже, профессор наблюдает, запоминая каждую маленькую и, казалось бы, незначительную деталь. Мальчишка выгибается в спине, запрокидывая назад голову с протяжным и ужасно пошлым стоном. Глаза его раскрыты шире некуда, очков на нём нет. Снейп хватает острыми пальцами его лопатки, будто стягивая с них кожу. Гарри, наперекор своим страхам, со снесённой крышей, льнёт к нему, пытаясь нащупать разгорячённые губы. Он делает это как-то по-детски неумело, совсем не смело и ждёт наказания взамен. Но мужчина не отталкивает его, а наоборот, поцелуй углубляется и становится более страстным. Он тает на губах, словно сладкие сливки, пропадая в запахе горячей человеческой кожи. Гарри вновь понимает, что смотрит в одну точку слишком долго. Паркинсон, оказывается, уже давно замолкла, не пытаясь продолжать или закончив свой рассказ. Поттер тянет вилку к своему рту, пытаясь уйти из своей фантазии. Бледные щёки на пару секунд заливает румянцем. - Ты не слушал, да? - спросила девушка, вновь повернув голову к нему. Она выглядела не совсем недовольной, скорее наоборот, немного повеселевшей, а может это только казалось. Гарри повернул лицо к ней, глуповато улыбаясь, пытаясь оправдать себя своим же выражением лица. Беспечность пропала с её лица, она скривила губы и недолго всматривалась в ухмыляющегося юношу. - О чём ты вечно думаешь? - чуть громче спросила она, как бы, не предполагая ответа. И Гарри промолчал. - Извини, я сегодня не концентрируюсь на важных вещах. - подтолкнув студенту под локоть, извинился парень. Она в ответ неоднозначно кивнула, как бы говоря: «я не обижаюсь, всё в норме». И он, почему-то, повернулся на Снейпа. Тот смотрел в свою тарелку, но ничего не делал и почти не двигался. Сегодня в обед многое произошло впервые. И Гарри был на седьмом небе от счастья, особенно от поцелуя. Уже лёжа в своей кровати, он долго не мог заснуть, тупо уставившись в потолок и касаясь кончиками пальцев своих губ. Его глаза блестели от радости. Так и продлилось до конца пятого курса. Встречи стали частыми настолько, что они могли встречаться раза два, а то и три в неделю. Этого было, вполне, предостаточно. Снейп не стал к нему добрее или нежнее, максимум, чуть осторожнее. Он ведь сам понимал, что если это будет совсем уж насилием, то с такой периодичностью заниматься сексом они не смогут. От этого слова у Поттера по телу бежали мурашки. Оно пахло Снейпом, едким мужским одеколоном, дурманящим голову, и чёрной кожей дивана, на котором они трахались регулярно в комнатах профессора. Мерлин, весна была просто чудесной! Он не зря возвращался, потому что теперь тоже испытывал немалое удовольствие от процесса. Его манила та запретность, в которую они играют со Снейпом. - Почему ты держишь меня в тайне? - изредка спрашивал он, не надеясь на ответ, сам понимая причину. Но спросить хотелось так сильно, в некоторые моменты, что кружилась голова. И если бы он не задавал вопрос, то умирал бы от изнеможения той же ночью, поэтому он спрашивал. А Снейп трахал его жёстче, чем три минуты назад. - Ты маленький паршивец, как ты себя ведёшь на уроке? - наигранно раздражённо спрашивал мужчина. - Я хотел, чтобы Вы обратили на меня больше внимания. - закусывая кончик пальца, отвечал Поттер, под натиском чужого тела. Обязательно, перед тем, как всё происходило, мужчина любил устроить себе интересную игру, в злого преподавателя и невинного мальчугана, пытающегося оправдаться. Это его сильно возбуждало, по мнению самого Гарри. Ему и самому нравилось делать вид, что он до чёртиков невинен и случайно попал в эту ситуацию. Какое наслаждение он получал тогда, нельзя было описать словами. Пятый курс закончился, Поттер не хотел уезжать домой. Боже, он был зависим от профессора Снейпа абсолютно точно. Конечно, они даже не успели попрощаться, и Гарри об этом сильно жалел. За день до отъезда на Хогвартс экспресс, они были в его кабинете, как в старые добрые времена. Поттер сидел на полу, громко и вульгарно постанывая, от того, что в его рту был чужой член. Он заглатывал на всю длину с таким громким чмоканьем, что Снейпу было очень тяжело держать себя в руках. Поттер вёл себя очень вызывающе, особенно в этот день. Профессор схватил его за волосы, входя в чужое горло на всю длину. Гарри хотел, чтобы его трогали, сам возбуждался от процесса. Когда дело почти дошло до конца, чужой член был твёрже некуда, Снейп остановил его. Гарри в замешательстве уставился на мужчину, не понимая, зачем он просит остановиться. Но он сделал лучше, чем предполагал юноша. Он долго смотрел на припухшие розовые губы мальчишки, провёл по ним пальцем, собирая всю влажную и вязкую слюну. Провёл рукой по своему члену вновь и поставил Поттера раком. Как же хорошо член входил в задницу Гарри. Поттер просто задыхался от наслаждения, чувствуя горячие, жаркие прикосновения по всему телу. А напоследок, Поттер подошёл ближе, чтобы встать на мысочки и без труда дотянуться до чужих губ. Он оставил на снейповских тонких губах невесомый и почти неощутимый поцелуй со вкусом майских цветов и жадных надежд. Это и было их единственным прощанием. Лето он провёл вместе с Паркинсон. Она была хорошей подругой, не желавшей никаких отношений, особенно с Гарри. Непонятно от чего, но она была такой. Часто они сидели в доме на площади Гриммо, а иногда бывали и у неё. В гостях Поттеру нравилось намного больше, там был обширный задний двор, где было так хорошо тусклыми июльскими вечерами. Он не хотел рассказывать о том, что было между ним и Снейпом, несмотря на доверительные отношения с сокурсницей, но сумерки всегда побуждали его это сделать. К середине лета, это чувство стало невыносимым. К середине лета они стали проводить больше времени в доме Пэнси. - А ты хотел бы девушку, ну, или кто там тебе подходит? - спросила девушка однажды, в ходе медлительного и ниочёмного разговора. Гарри сорвал высокую травинку, вновь припадая спиной к лавочке. Он боялся ответить на этот вопрос сам себе, потому что начинал понимать, кажется, что то, что было со Снейпом не прошло бесследно. Будто у него уже начинали вспыхивать определённые эмоции и чувства по поводу этого. - Знаешь, я не думал об этом. - уклончиво ответил Гарри. - Может и хотел бы. - Ну, посмотри на наших девчонок, они же все нормальные. - наполовину развернув голову к Гарри, предложила подруга. - Дело не в этом. - Поттер сдвинул брови и бросил травинку куда подальше. - Просто, вряд ли Снейп будет доволен. - пояснил юноша, не смотря на подругу. - При чём тут он? - непонимающе и до сих пор безмятежно спросила Паркинсон. - У нас с ним.. - он замешкался, понимая, насколько абсурдно всё звучит. - Любовь? - посмеялась Паркинсон. - Мы трахаемся. - только в этот момент глаза встретились. Она замолкла на пару долгих секунд, изменившись в лице. - Ты серьёзно? То есть, все говорят про это, и это реально так? - Бля. - выдохнул Гарри с лёгким облегчением. - Я с ним с четвёртого курса трахаюсь. Они говорят, просто потому что он сделал меня помощником. - Ты с четырнадцати лет трахаешься со взрослыми мужиком? - Пэнси выгнула бровь, но на лице не было осуждения. Поттер кивнул. - Пиздец. Они замолчали на какое-то время. Гарри чувствовал, что подруга не собиралась осуждать его, ей было как-то всё равно. - Ну и как это вообще? - наконец заговорила она, а туман всё больше окутывал ограждения двора. - Типо, что между вами? - Я сам не понимаю, давай по порядку. - она угукнула, и парень продолжил. - Мне он всю жизнь нравился, ну такой загадочный, все дела, но потом, лет в тринадцать я уже начал о нём так задумываться, понимаешь о чём я? - она снова кивнула. - В общем, я украл у него жабросли, он меня отчитывал, ну я особо не надеялся, конечно, но попробовал. Говорю ему: мол, отсосать могу. Он согласился. Ну потом тишина, на пятый курс перешёл, ну и мы начали этим заниматься, сначала не часто, после драки с Симусом чаще. - Ахереть… - выдавила, помолчав, Пэнси.

***

Последний луч августовского солнца зашёл за горизонт. Гарри переживал больше обычного. Весь прошедший день он просидел в Блэковской библиотеке. Крёстный тоже был дома. Странное это дело, после разговора с Паркинсон, он будто отчётливее начал понимать, что поцелуи с профессором его радуют не просто так. Он будто бы понял, что начал чувствовать к нему что-то другое, помимо влечения. Уснуть он не мог долго, сначала два часа разговаривал с Сириусом, потом просто сон не шёл. Проснулся он тогда, когда на улице ещё стояла темнота, которую природа пыталась с себя стряхнуть. В поезде он встретился с Драко и Пэнси. Она не пыталась спросить его про Снейпа, и он был рад. Малфой только допрашивал по поводу недосыпа, но это было терпимее, чем его обычные разговорчики. В остальном, он вёл себя как и прежде, только более пафосно. Рядом с ними сидел и Забини, который всячески пытался разбавить обстановку шутками. Гарри же глупо уставился в окно, пытаясь остановить поток своих мыслей и внезапной меланхолии, которая, почему-то, решила напасть именно сейчас. За окнами проносились сухие пейзажи: леса и реки. Всё менялось, будто каждый год они проезжали разные места, но он периодически их узнавал. А в общем-то, он не обращал внимания и ни на то, и ни на кого в принципе. Время шло слишком быстро, а он испытывал всё больший дискомфорт, страшась новой встречи с профессором. В этот раз всё было совсем по-другому. Он избегал чужих взглядов.

***

По приезде он почти не мог выйти из поезда. Ему стало настолько страшно, что ноги перестали ощущаться. Мозг понемногу отключился, не давая парню адекватно функционировать. И пришлось принять тот факт, что ему придётся встретиться глазами с зельеваром, а потом прийти к нему на беседу. Он хотел просто уйти в спальню и не выходить до конца недели. Снейп смотрел. Смотрел так, словно юноша был ему должен. Так, будто он имел на него полное право. И Гарри тоже так думал, но его разрывало изнутри. Это чувство всё больше завладевало им. Он чувствовал, вот-вот может случиться паническая атака, и он не сможет её контролировать.

***

- Добрый вечер, профессор Снейп. - мягко поздоровался Поттер, без намёка на пошлость. - Здравствуйте, мистер Поттер. - ответил Снейп в той же манере. Юноша был удивлён. Что-то переменилось. Несмотря на его долгий взгляд, он не намекал абсолютно ни на что. Вечер обещал быть странным. - Ну, что расскажете? - спросил его профессор, скучающе. - Профессор.. Северус… - тот повернул голову. - Я хотел сказать кое-что, не могу молчать. - затараторил подросток, боясь того, что его перебьют. - Поттер! - Пожалуйста, подожди! - лицо парня выражало страдание. - Ты не договоришь, пока не исправишься. - надавил Снейп. - Послушай же меня! Снейп резко подскочил со стула. В его движениях было слишком много нервозности. Лицо было окрашено злобой. Стало не по себе. Профессор приблизился, хватая мальчишку за запястья, потащил на себя. Поттер повиновался силе, не вырываясь, потому что не ожидал. Секунда, он на столе, руки крепко прижаты. Свободной рукой Северус достал палочку, вмиг лишая Гарри какой либо защиты. Звон. Поттер смотрит на всё происходящее, ощущая дежавю. Всё это с ним уже происходило неоднократно. Мужчина входит внутрь, в горячую узость. Поттер кричит от жалящей боли. Он не может двигаться, его крепко держит рука зельевара. Он дёргает телом, извиваясь. Это ничего не меняет. Он шипит, когда боль уходит. Всё же, мужчина решает наложить смазывающее заклинание, чтобы входить легче. Толчок, Поттер изгибается вновь. Он кричит имя Снейпа, пытаясь остановить происходящее. - Замолкни! - шипит ему в ответ профессор. Он делает это долго, наверное, дольше, чем обычно. Поттер выгибается снова и снова, пытаясь утихомирить бушующую внутри боль. Снейп выпускает всю злобу в него. Гарри хочет подобраться ближе, чтобы хоть как-то успокоить мужчину. Из него будто бес лезет. Всё кончается. Гарри не хочет уходить, несмотря на то, что внутри всё горит. Там неиссякаемое пламя боли. Северус тоже молчит.

***

На шестом году обучения всё закончилось. Когда Снейп ушёл из школы вместе с Пожирателями, Гарри не знал, куда теперь себя деть. В этот день, в обед, он снова был у него в покоях. Они поцеловались вновь, для Поттера это было что-то такое, что подтолкнуло Снейпа к разговору, который так и не состоялся первого сентября. Гарри надеялся, что в этот день, хотя бы вечером, они смогут поговорить об этом. Северус не будет злиться так, как тогда. Но никто уже не смог поговорить в тот момент, когда Снейп убивал Дамблдора на башне астрономии. Никто не смог поговорить, когда он сбежал из Хогвартса и больше не вернулся назад. Началась война. И у Гарри остались только воспоминания о их последнем поцелуе, который на вкус был как обеденная спешка, настойка полыни и порох.