Смрад любимой книги

— Герми, что произошло? — Джинни вышла на лестничную площадку и в растерянности наблюдала, как внизу дрожат стекла фасада после того, как по ним изо всех сил ударили дверью. — Ничего особенного, он просто обиделся, когда я стала жаловаться, что хочу домой, — Гермиона спрятала дрожащие руки за спину и попыталась изобразить улыбку. Однако по косому взгляду Джинни стало понятно, что у неё это получилось не очень хорошо. Подруга покачала головой и потянула её за собой, заведя в прихожую. — Чего ещё можно ожидать от Малфоя? — Она крепко обняла Гермиону. — Разве там так холодно? Ты вся дрожишь. — Да, сегодня как-то особенно холодно. Зверь, соскучившись, едва не сбил Гермиону с ног. Он долго крутился вокруг неё, нюхал и даже слегка покусал за руки, словно желая отомстить за предательство. Джинни, улыбаясь, гладила возбуждённого кота. — Ты знаешь, что сегодня он спал на мне? И вообще весь вчерашний вечер не отходил от меня ни на шаг, — сказала Уизли, нахмурившись, и посмотрела на подругу. — А почему ты в домашнем? — У меня нет другой выходной одежды. Даже пальто мне одолжил мистер Малфой, — произнесла Гермиона с натянутой улыбкой, пытаясь избавиться от ощущения липкого ужасающего холода, который исходил от него. — Опять мистер Малфой? Уже не Драко? Из-за чего вы поругались? — Джинни выпрямилась, внимательно заглядывая ей в глаза. — Говорю же, это пустяки. Я просто просила вернуть меня домой и, кажется, надоела ему с этим, — произнесла Гермиона, сжимая руки за спиной, чтобы унять дрожь. Джинни с радостью обняла подругу и помогла ей раздеться, с сочувствием взглянув на её лицо. — Я так рада, что ты дома, — произнесла она, увлекая её на кухню. — Ты голодна? Я почти приготовила ужин. — Очень хочу есть, но позже. Можно взять твой телефон? У меня нет своего. — Конечно, бери, — Джинни кивнула на телефон, лежащий на кухонном столе. Гермиона быстро схватила телефон и ушла в спальню. — Если что, номер Рона у меня в избранном, — крикнула Джинни с кухни. Гермиона села на кровать, решительно открыла браузер и замерла, не в силах нажать на клавиатуру. В голове не было ни одной разумной мысли. Перед глазами стояла спина, изувеченная длинными косыми бордовыми шрамами, которые начинались от седьмого позвонка и уходили на поясницу. Они были слегка выпуклыми, словно на месте шрамов была видна оголённая плоть. Рука, которая успела прикоснуться к ним, ощущалась как тысячи мелких иголок. Девушка судорожно вздохнула, чувствуя, как дрожь проходит по позвоночнику и разливается болезненной судорогой где-то внутри. Всемирная паутина не смогла дать ей ответов, не показывая ничего похожего на тот ужас. — Не слышу, как ты звонишь Рону, — раздался из кухни мурлыкающий голос. — Мы можем идти ужинать, всё готово. Джинни появилась на пороге, вытирая мокрые руки полотенцем. Гермиона поспешно спрятала телефон с последней открытой картинкой под бедро и выдавила улыбку. — Что-то случилось? Ты какая-то не своя, — Джинни с подозрением взглянула на неё и, подойдя ближе, быстро прикоснулась рукой ко лбу девушки. — Я всё ещё не отошла от нападения, — голос дрожал, и она ничего не могла с этим поделать. — Я всё равно считаю, что нужно идти в полицию, — Джинни села рядом и обняла её. — Невилл — чудовище. — Давай не будем, — Гермиона поймала на себе неодобрительный взгляд Джинни и вздохнула. — Ужасно хочу есть, можно мне порцию побольше? — Конечно, — Джинни, как заботливая матушка, тут же ушла на кухню. Гермиона, с опаской поглядывая на дверь, поспешно достала телефон и удалила всю историю браузера. Затем она встала с кровати, вытерла вспотевшие ладони о штаны и, натянув улыбку, прошла на кухню. Она решила обдумать всё позже. Разговор с Роном по её любимому жёлтому старинному телефону закончился довольно быстро. Гермиона не была готова к беседе, и, судя по его тону, это его расстроило. Она извинилась, сославшись на усталость, и пообещала позвонить завтра после его работы. Джинни в это время лежала в спальне, перечитывая одну из своих любимых книг. — Джинни, пожалуйста, дай мне телефон ещё раз, — попросила Гермиона, протягивая руку. — Бери, в чём вопрос? — Джинни внимательно посмотрела на неё, что-то заподозрив, но всё же передала аппарат. — Будешь звонить Малфою? Сердце Гермионы забилось в бешеном ритме от одного упоминания его имени. — Нет, конечно. Просто устала без цивилизации. Грейнджер поспешила уйти на кухню, пока её рыжеволосая подруга не устроила допрос. На кухонном столе тихо потрескивали свечи, отбрасывая пляшущие тени на цветные шкафчики. Она предусмотрительно села так, чтобы экран не был виден от входа. Её внимательные глаза пытались найти хоть что-то, что могло бы объяснить ей всё. Зверь уютно устроился у неё на коленях, изредка выпуская когти, чтобы напомнить ей о необходимости ласки. От яркого света экрана начало резать глаза. Устало моргнув, она накрыла свечи медным гасильником и развеяла дым. Её голова раскалывалась от мыслей, а поиски не принесли никакого результата, лишь усиливая запутанность. Гермиона взяла кота с собой и пошла в спальню. Кот спрыгнул на кровать, потягиваясь и ожидая её, нервно подёргивая кончиком хвоста. Джинни уже давно спала, закинув ногу на её половину кровати. Грейнджер осторожно подвинула её ногу и скользнула под одеяло. Звёздочки гирлянды качались перед её глазами, словно пытаясь успокоить её переполненный мыслями разум. Ужасные шрамы были расположены в беспорядке и не походили на результат осознанного решения. Гермиона сглотнула, ощутив подступившую тошноту. Создавалось впечатление, что кто-то наносил ему удары с такой силой, что кожа на его теле треснула. Она не смогла найти современных фотографий, лишь рисунки, изображающие подобные наказания рабов за непослушание. Перед её глазами промелькнуло его растерянное и испуганное лицо. Малфой быстро надел свою привычную маску и выставил её за дверь, чтобы она не задавала лишних вопросов. Сердце болезненно стучало, и что-то острое кололо в груди. Ей отчаянно хотелось поговорить с ним, помочь. Если бы он только позволил. Темный, страшный и чудовищно холодный, он источал ледяное отвращение, несмотря на то, что печка в его машине работала на полную мощность. Он так спешил избавиться от неё, что они чудом не попали в аварию по пути к Джинни. Гермиона сжала зубы и прикрыла глаза рукой, пытаясь унять усиливающуюся мигрень. Звёздочки заплясали перед глазами, вызывая тошноту и расплываясь блестящей аурой. Кошачье тело давило на неё сверху, занимая своё законное место. Джинни обняла её и притянула к себе. В комнате царила темнота и мрачность, лишь синие и красные огни добавляли немного света. Воздух был тяжёлым, и дышать становилось всё труднее. Внезапно её руки пронзила острая боль. Невидимое лезвие сделало длинные синхронные разрезы, которые ползли по рукам, обнажая тёмную плоть под кожей. Раны быстро превратились в косые рубцы, обвивая её руки, словно змеи, и ускользая по телу за спину. Она вскрикнула, ощущая, как её собственная кожа лопается, а шрамы становятся частью её существа. Дурманящая боль не давала ей потерять сознание. Внезапно из чёрного пола, поверхность которого дрожала, как водная гладь, появились длинные белые руки. Они схватили её за ноги, оцарапав острыми когтями, и продолжили движение вверх, скользя по бедру. С ужасом она следила за ними своими слабыми, едва видящими глазами. Тёмная сальная голова достигла её подбородка и откинула волосы, вызвав вопль отчаяния. Мама посмотрела на неё своими искрящимися серебристыми глазами. Улыбка появилась на её мертвецки белых губах, и кровь хлынула изо рта. Зверь топтался на её груди, настойчиво пытаясь разбудить, и нетерпеливо впивался когтями в одеяло. Гермиона резко села, схватившись за голову. Мигрень уже почти исчезла, оставив лишь неясную ауру и колючий воспалённый мозг, который заставлял её морщиться от каждого движения. Джинни рядом не было, и, судя по свету за окном, было уже довольно поздно. Подруга работала на кухне, вычитывая текст и занимая своим ноутбуком почти весь стол. Джинни подняла голову, осмотрела Гермиону и осторожно пощупала её вспотевший лоб. — Опять снились кошмары? Сейчас поищу для тебя таблетку, — произнесла она заботливо. — Спасибо, — ответила Гермиона, чувствуя, как обожжённая глотка болезненно сжимается. — Не решилась тебя будить, ты так поздно уснула. Я периодически просыпалась и видела, как ты плавишь глазами потолок, — Джинни аккуратно усадила девушку за стол. — Точно нет ничего, что нужно мне рассказать? — Нет, я уже всё тебе рассказала. Джинни внимательно посмотрела в глаза Гермионы и, очевидно, не поверив, покачала головой. — Я оставила для тебя блинчики. Ты же их так любишь, — произнесла она с улыбкой. Блины с клубничным вареньем казались пресными. Гермиона жевала, не ощущая вкуса, с трудом проталкивая еду в горло. В голове словно копошились иголки, заставляя морщиться при каждом укусе. Джинни тем временем быстро печатала на клавиатуре. — Ты разве сегодня работаешь? — Гермиона с благодарностью погладила её ногу и улыбнулась в ответ на улыбку Джинни. — Конечно, работаю. Почему бы и нет? Сердце забилось чаще от одной только мысли. Гермиона кашлянула и заглянула в экран. — А мистер Малфой? — её голос слегка дрогнул, как и рука на колене подруги. — Он сказал, что взял отгул до конца недели и ждёт нас в офисе в понедельник. Грейнджер с облегчением выдохнула, надеясь, что в ужасное утро понедельника на её столе не окажется бланк с уведомлением о сокращении. — Он дал мне отгул на завтра, чтобы я отвезла тебя восстанавливать документы, — Джинни придирчиво осмотрела лицо подруги. — Думаю, всё будет хорошо, у меня есть очень плотный тон. Накрасим тебя, и будешь как новенькая. Гермиона растянула губы в улыбке и с радостью приняла объятия подруги. — А там, глядишь, и снова придётся паспорт менять. На новую фамилию Уизли, — Джинни подмигнула девушке. Грейнджер едва заметно поморщилась, пытаясь угадать, что Рон мог рассказать сестре на семейном празднике. События в её жизни словно играли в чехарду, окончательно запутав чувства и сбив с толку сердце. Ярко-карие глаза Джинни пытливо смотрели на неё, ожидая ответа. Гермиона толкнула её в плечо, стремительно переводя фокус разговора, который так опасно уже нацелился на её отношения с Роном. — А ты сама что? На два года только меня младше. — Ещё не нашёлся волшебник, который смог бы околдовать моё сердце, — Джинни театрально прижала руки к груди. — А что, меня полностью устраивает наш Бостонский брак. Скорее ты от меня сбежишь, чем я от тебя. Гермиона, улыбаясь, покачала головой. Она осознавала, что не сможет сбежать от Джинни, если та и есть проявление заботы и любви. В этот момент раздался неожиданный стук в дверь. Сердце Грейнджер встрепенулось, и она, подгоняемая надеждой, поспешила к дверям. Запутавшись в цепочке, она с силой распахнула дверь. — Добрый день, мисс Грейнджер, — произнес с улыбкой мужчина в золотистых очках-половинках. — Разрешите пройти? — Доктор Лестрейндж… Конечно, проходите, — разочарованно выдохнула Гермиона, чем вызвала усмешку у гостя. Пожилой мужчина стремительно вошел в прихожую, сжимая в руках свой неизменный чемоданчик и с любопытством осматривая обстановку. Джинни вышла из кухни на шум, с тревогой глядя на нежданного гостя. — А вы, вероятно, Джинни Уизли? Очень рад знакомству, — произнес доктор, протягивая руку. Девушка с готовностью пожала его ладонь. — Я здесь по поручению мистера Малфоя, чтобы продолжить медицинский уход за мисс Грейнджер. Позвольте мне лишь вымыть руки. И прошу вас, подготовьте удобное место для меня. Джинни гостеприимно распахнула дверь ванной комнаты, поспешно удаляясь в спальню. Девушки быстро навели порядок в повседневном хаосе, прежде чем в комнату вошёл доктор. Его цепкие пальцы быстро осмотрели руки и лицо Гермионы. Лестрейндж сделал укол и оставил заживляющую мазь Джинни, подробно объяснив, как часто её нужно наносить. Подруга ушла кормить истошно мяукающего кота, а Гермиона вызвалась проводить гостя. — Простите, но вы точно должны знать. Как он? — понизила голос до шёпота Гермиона и на цыпочках поднялась, стараясь оказаться как можно ближе к его уху. Живые тёмные глаза внимательно изучили её лицо, и доктор снисходительно покачал головой, заставив очки сползти на нос. — Драко очень сложный человек. Дайте ему время. Вы первая, кто смог подобраться к нему так близко, — и, пожав её руку, он вышел за дверь. Гермиона быстро вошла в спальню и закрыла за собой дверь. Слёзы катились по её щекам, вызывая горькое чувство в горле. Сердце бешено колотилось, словно пытаясь вырваться из груди. Она прижала ладонь к груди, пытаясь понять, что чувствует к Драко. Его отношение, так сильно изменившееся за последние дни, сводило её с ума. Обессиленная, она подошла к кровати и упала на неё лицом вниз. Подтянув подушку к себе, она перевернулась на спину. Как же ей не хватало его фирменного снотворного, которое помогало отключить разум. И его аромата... Она обхватила себя за плечи и провела ладонями вниз, представляя его руки и длинные сильные пальцы. Вагон лениво покачивался, мерно стукаясь колёсами о рельсы. Джинни, балансируя, держалась за поручень, не желая садиться на сидение. Тонкий слой макияжа плотно облегал лицо Гермионы, создавая ощущение давления и не позволяя коже дышать. Она никогда раньше не пользовалась косметикой, и Джинни, стремясь сделать её более привлекательной, постаралась на славу. Чёрное пальто согревало её, сохраняя слабый, но всё же ощутимый аромат его владельца. Борясь с желанием постоянно носить его, Гермиона осторожно вдыхала запах, стараясь не испачкать его косметикой. Несмотря на предварительную запись, в паспортном столе Её Величества были огромные очереди. Ослеплённая вспышкой камеры, она замерла, сощурившись, и получила квиток, который служил временной заменой главного документа. Ещё больше часа они провели в банке, восстанавливая карты. А посещение салона сотовой связи и вовсе повергло её в состояние депрессии, ведь теперь телефоны стоили целое состояние. Джинни добавила немного из своего кармана, чтобы выбрать что-то среднее. Так и не придумав, как восстановить старый номер телефона, они решили просто купить новый. Гермиона сразу сохранила контакты Джинни и Рона. В целом, больше у неё не было никого, кого нужно было предупредить о смене телефона. — Кажется, всё, закончили, — Джинни откинулась на изящном кресле. — Давай что-нибудь закажем поесть, а то у меня уже руки трясутся. Она скинула пальто и ушла выбирать десерты, любуясь ярко освещённой витриной. За окном бушевал Лондон, и ледяные реки струились по толстому высокому стеклу кофейни. Гермиона подумала, что стоит попросить у подруги номер Драко, просто на всякий случай. — Держи, — Джинни аккуратно расставляла покупки на столе. Капкейки с высокими сливочными шапками были украшены пьяной вишней, а кофе в высоком стаканчике источал умопомрачительный аромат. — Когда-нибудь я с тобой рассчитаюсь, — покраснела Гермиона. — Вот когда разбогатеешь — тогда и поговорим, — Джинни щёлкнула её по носу высокой трубочкой. — А пока позволь мне за тобой поухаживать. Джинни предложила заменить мужское пальто, но Гермиона боялась ещё больше тратить деньги. Пальто сидело на ней вполне прилично, хотя и было больше на несколько размеров. Похожий фасон был в моде. — Не могу поверить, что Джинни не показывала тебе фотографии, — Рон во всю пытался её разговорить. — Мы в первый день хорошо повеселились, — Он замялся. — Прости. — Ничего, Рон, всё хорошо, — Гермиона снова сидела на своей любимой подушке, в дальнем углу прихожей, гладя кота, но почему-то та нежная и волнующая атмосфера не приходила. — Гермиона… — Да? — Что-то еще случилось? Я чувствую, что ты совсем не со мной, где-то витаешь в своих мыслях, — его голос звучал напряженно. — Если хочешь чем-то со мной поделиться, то я всё выслушаю. Грейнджер точно не заслуживает такого парня, как Рон. Сдавленно сглотнув, она нахмурила лоб, пытаясь разобрать сопротивляющиеся мысли из клубка. — Я не знаю сама, сильно запуталась… — Не хочешь рассказать мне о Невилле? — Прости, не хочу. Рон молчал, раздавалось только его дыхание. Гермиона закрыла глаза, пытаясь вызвать те мурашки, что покрывали её в такие моменты. Только кот вонзил в неё когти, потому что она отвлеклась. — А о мистере Малфое? Грейнджер резко распахнула глаза, сердце заколотилось. Тянущая боль пронеслась по груди и ушла на спину, опалив утренние кошмарные шрамы. — Я знаю, что он тебя спас и ухаживал за тобой. И я, конечно, ему благодарен и понимаю тебя… Всхлипы застряли где-то в горле. Рон был сильно расстроен и сам едва сдерживал слёзы. — … и я пойму, если ты захочешь остаться друзьями. Но прошу тебя не торопиться и подумать. Она моргнула, и слеза с облегчением вырвалась из плена, свободно соскользнув ей на губы. — Спасибо, Рон, — она слизнула слезу с губы, проклиная себя за дрожащий голос. — Не плачь, мы с Джинни всегда тебя поддержим. И ждём тебя летом в гости. У нас ежегодная традиция собираться в Норе, ты теперь член семьи, — его голос стал задорнее. — Ну же, Гермиона. Девушка рассмеялась, заставляя слёзы потоком катиться по щекам. — Да, я обязательно приеду. — Передавай привет Джинни, она сегодня мне совсем не отвечает. Спокойной ночи, Гермиона. — И тебе спокойной, Рон. Джинни лежала на кровати, перечитывая одну из своих любимых книг. Гермиона так и не смогла ни разу её выцепить из маленьких цепких ручек. Грейнджер плюхнулась на кровать и легла в сгиб руки девушки. — Джинни, ты знаешь, как сильно я тебя люблю? — Знаю. И я тебя очень люблю, — она чмокнула её в макушку.