Рождественское чудо

— Так не болит? — спрашивал Масаоми, аккуратно меняя положение ноги Эммы. — Немного. — Небольшое растяжение, — диагностировал он. — После отдыха всё пройдёт. Хорошо, что не сильно ушиблась. — Спасибо большое. — Благодари Канаме за это. — Спасибо, что помог, Канаме-сан.       Канаме не услышал слов Эммы. Он был далеко в своих мыслях и не желал оттуда выходить. — Канаме-сан? — Ты, наверное, не хочешь меня видеть, — грустно отозвался мужчина. — Я принёс столько несчастий в эту семью.       Братья переглянулись, а Эмма удивлённо смотрела на Канаме. Какие несчастья он принёс? — Мне очень жаль! — выдал Юске, склонив голову. — Это всё моя вина. — Нет, Юске-кун не виноват. Мне тоже жаль, что заставила всех поволноваться.       Юске такой ответ только больше напряг. Парень был бы больше рад, накричи Эмма на него, но это её добродушие заставляло чувствовать себя отвратительно. — Так, надо отнести Эмму в комнату. Поможешь с этим? — обратился Масаоми к Нацуме. — Да.       Канаме тихо ушёл в свой номер. Это было невыносимо. Всё снова повторяется. Опять из-за него пострадал член семьи. Снова этот чёртов «дар» отравляет ему жизнь. Как сильно Канаме хотел бы проснуться одним утром и больше не чувствовать этого. Он не желал такой жизни, не выбирал эту силу. Но судьба неумолима. Она никогда и никого не спрашивает.       С самого детства Канаме отличался от остальных. Он видел куда больше окружающих, но для ребёнка это не значило ровным счётом ничего. Он каждый день наблюдал за странными созданиями, которые вертелись вокруг людей и уже давно стали частью его мира. Некоторые выглядели забавно и мило, некоторые — жутко и отвратительно. Они часто делали людям пакости, но порой и помогали.       Наблюдения привели Канаме к некоторым выводам: этих созданий не видит никто, кроме него, неважно, как они выглядят, но если цвет их ауры тёмный, то лучше не приближаться. Мальчик усвоил это только со временем, когда люди странно косились на него во время игр с этими существами. Он начал вести себя осторожно и на улице, и дома.       И всё было прекрасно до тех пор, пока на голову семьи не свалилась куча проблем. У родителей завал на работе, дети испытывают проблемы в школе, некоторые болеют. Один только Канаме чувствовал себя абсолютно нормально.       Единожды вечером родители собрали детей в гостиной, чтобы сообщить важную новость. Мива снова беременна. Эта новость была лучиком света в чёрной полосе Асахина. Все были искренне рады. Спустя несколько дней Канаме вернулся из школы. В доме были только родители и младшие. Всё было прекрасно, пока Мива не упала с лестницы.       Канаме помнил этот момент как в замедленной съёмке. Вот мама поднимается наверх, вот ей нарочно путает ноги чёрная дымка и, громко смеясь, убегает, а Мива падает с самого верха лестницы. После этого женщина пробыла в больнице неделю. Угрозы здоровью не было, ребёнок не пострадал. В день выписки Канаме, захлёбываясь слезами, просил у матери прощения. Он изложил всю правду о своих необычных друзьях, об их количестве в доме и проделках.       Мива слушала это с быстро бьющимся сердцем. Возможно, она могла бы принять это за детскую выдумку, если бы не знала кое-что про своего свёкра. Муж не раз говорил, что его отец просто помешан на демонах и оккультизме. Это стало яблоком раздора между родителем и сыном. Муж уехал от отца в город, а тот перебрался жить из деревни на гору.       Перед свадьбой Мива смогла уговорить будущего супруга познакомить её со свёкром. Хоть эта встреча и была странной, но девушке этот мужчина не показался плохим. Да, немного своеобразный, с тараканами в голове, но не злой. Последняя фраза свёкра, обращённая к невестке, была такой: «Если у вас родится ребёнок с янтарными глазами, отведите его в храм». Мива не поняла, к чему это было сказано, а муж только громко хлопнул дверью.       Несколько лет спустя, в день, когда родился Канаме, свёкор скончался. На похоронах одна из женщин вручила Миве конверт со словами о том, что это завещание старика. Асахина решила спрятать конверт от глаз мужа и прочитать чуть позже. Занятая присмотром за детьми, Мива забыла про то письмо. Но сейчас, когда сын вдруг выдал такое, в голове всплыли и слова покойного, и тот конверт.       Тем же днём Мива прочитала письмо, в котором было сказано, что Канаме унаследовал дар свёкра и может видеть существ из иного мира. Доступно объяснялось также, как это можно прекратить. В письме был указан адрес и имя человека, который может помочь. На следующий день Мива отправилась в храм, отыскала священника и приняла решение, которое навсегда изменило жизнь сына. Она связала Канаме прочными узами с храмом.       После этого мальчик перестал так часто видеть демонов и играть с ними. В семье всё пришло в норму, а третий сын начал регулярно посещать храм, хотя по его поведению в это верилось с трудом. Но метод работал. Демоны больше не шастали по дому Асахина, родственники не страдали. Канаме был этому искренне рад до тех пор, пока не умер отец.       Это была очередная проделка демона. Канаме возвращался домой после дополнительных занятий. На улице было уже достаточно темно. Заботливый родитель, зная, что сын не любит темноту, возвращаясь с работы, решил за ним заехать. Разговаривая по телефону с отцом, Канаме услышал странное шипение и одну-единственную фразу: «Пора кому-то сдохнуть». Дальше был вскрик, удар и громкий вой.       Канаме винил во всём этот чёртов дар. Мама, братья, отец — все из-за этого страдали. Одному только Канаме было всё нипочём. Он не мог смотреть в глаза родственникам, поэтому сразу после школы ушёл на год в храм. Только после того, как Мива вытащила сына на откровенный разговор, Канаме отпустил свою боль и снова смог вернуться к прежней жизни. Больше он после этого не видел ни демонов, ни призраков.       И вот история повторяется. На этот раз жертвой стала Эмма. Канаме прокручивал в голове миллион теорий. А что если именно из-за той девушки Эмма и оказалась без сознания? Тогда зачем было согревать её? Собиралась потом поиграть? Или просто хотела помочь и вообще здесь ни при чём? Столько вопросов, но ни одного ответа.       Чем больше Канаме думал об этой девушке, тем больше в голове всплывал её образ. Мужчина то ненавистно костерил её за проделку с Эммой, то восхищался прекрасной внешностью.       Душевные муки Канаме прервал Хикару. Он вошёл в номер без стука, сел на одну из кроватей и наполнил два бокала виски. Хикару был одет в мужскую одежду, а это значило, что разговор будет серьёзным и увильнуть не получится. Канаме измученно улыбнулся и залпом осушил бокал, который мигом наполнился заново. Несколько минут они сидели в тишине. — Итак. Расскажешь, кто спас нашу сестрёнку? — О чём ты? — Не строй из себя дурака. Если учесть время, ушедшее на поиски, то её должно было замести снегом, — Хикару говорил серьёзно, ни на минуту не разрывая зрительный контакт. — Одежда должна была намокнуть хотя бы сзади. Конечно, это можно объяснить тем, что она сделана из специального материала, но шапки это не касается. Эмма вернулась уставшей. Она не промокла, не замёрзла, не оказалась засыпанной снегом. А в довершение на одежде я нашёл несколько белых волосков. Для человеческих они были слишком короткими, поэтому, полагаю, это шерсть. А теперь, не мог бы ты подытожить картину ответом, братец?       В детстве Канаме нравился острый ум младшего, ведь он не был похож на глупеньких братцев и с ним было весело говорить. Но с возрастом это начало немного мешать. Хикару был до одури проницательным. Начни от него что-то скрывать и тут же будешь разоблачён самым жестоким методом. В этой ситуации врать было бессмысленно. А что собственно говорить? Что Эмму нашёл лесник, живущий на той стороне горы, а отогрел его белый пёс? Это звучало ужасно глупо. Но и рассказать про демона нельзя. Не поверит. — Её ведь спас не человек? — Что? — с ужасом спросил Канаме. — Значит, я угадал. И кто это? — Если скажу, что юки-онна, поверишь? — вымученно улыбнулся Канаме.       На лице Хикару отображался неподдельный интерес. Он серьёзно верил услышанному и размышлял над этим. — У снежной женщины столь короткие волосы? — Нет. Предположительно нашла Эмму юки-онна, но согревал её огромный волк… Ты серьёзно в это веришь? — Почему нет?       В голосе Хикару не было насмешки или неверия. Он ответил честно и весьма уверенно. И этого Канаме не мог понять. — Потому что даже я бы себе не поверил. — Знаешь, в детстве ты рассказывал мне много историй про демонов, а описывал их так, будто сам встречал. Часто во время разговора ты мог смотреть в прямом смысле сквозь собеседника или ему за спину, будто что-то там видел. Определённое время я считал тебя странным, но от этого не менее интересным. Да и тот случай с мамой, с проблемами в семье, твоё резкое изменение в поведении и посещение храма. Только когда стал старше, я сложил это всё в один пазл и пришёл к выводу, что ты говоришь куда меньше, чем видишь.       Хикару замолк, давая время брату для размышлений. И это был правильный ход. Канаме был ошарашен таким рассказом. Он всё это время думал, что никто в семье, кроме матери, не знает об этом. А оказывается, младший братец ещё раньше сообразил, но просто молчал. — Ладно во всяком случае хорошо, что Эмма не сильно пострадала. Но расскажи мне, какая из себя эта юки-онна.       На лице Хикару заиграла привычная улыбка. Канаме не мог не ответить тем же. Хикару никогда не говорил слов поддержки напрямую. Он всегда старался поддержать действиями или фразами, мастерски замаскированными под будничные. Эта смена атмосферы означала, что Хикару ни в чём не винит брата и, наоборот, разделяет его волнение. — Очень красивая, но это до тех пор, пока не посмотрит тебе в глаза. После этого всё тело пробирает дрожь и воздух в лёгких сжимается. — Надо же, как интересно. Она что-то тебе говорила? Ты её поблагодарил? — Она сказала: «Всё же именно ты». Без понятия, что это значит, но больше ничего не говорила. А я ей ничего не ответил. Было настолько страшно, что даже дышалось трудно. — Вот оно что.       Глаза Хикару светились от интереса и восторга. Он расспрашивал обо всём: внешность, поведение, движения. Хикару хотел узнать всё до мельчайших подробностей. Натура писателя жаждала получить информацию для создания очередного шедевра, или же он просто пытался сгладить атмосферу и впечатления старшего.       Вероятно, братья могли ещё долго говорить, если бы не пришло время идти на концерт Футо. Все собирались, дабы успеть к началу, один только Канаме не сдвинулся с места. Из его головы никак не выходил образ той девушки. Сейчас, когда страх исчез, в душе проснулись непонятные чувства. Юки-онна выглядела ужасно одинокой и грустной. Канаме в жизни не ощущал внутри кого-то столько пустоты, сколько было внутри неё. Но несмотря на это, девушка спасла Эмму.       Внутри Канаме разгоралось желание подняться на гору и найти юки-онну. Оно полностью противоречило здравому смыслу. Какой человек по доброй воле пойдёт навстречу с демоном? Вот только Канаме это не останавливало. Он быстро оделся, захватил термос с горячим чаем, доску, оповестил братьев, что не пойдёт на концерт, и направился на гору.