Твой лучший друг

В одном из домов спального района Сеула, недалеко от аэропорта сегодня как никогда шумно. В квартире № 565 слышны трески посуды, женский плач и грохот тяжелых вещей, летящих на пол. Соседи были необыкновенно напуганы, ведь живет в этой квартире только девушка студентка, на редкость жизнерадостная и приветливая. Они хотели вызвать полицию и сделали бы это, но вдруг шум утих, а в их дверь постучали. Женщина, которая всегда помогала девушке, если той была нужна какая-та утварь или любая другая мелочь по хозяйству, дрожащими руками потянулась к ручке двери. Она боялась увидеть за железной дверью, заплаканную или, не дай Бог, покалеченную брюнетку. К её великому счастью, перед ней стоял парень. Она уже ранее видела его пару раз. — Я прошу прощение за шум. Простите, пожалуйста, мы не хотели вас беспокоить, — глубоко извиняющимся тоном говорил парнишка. — Кто вы? — немного грубовато ответила женщина. — Что у вас там происходит? Вы обидели мою девочку? — продолжала нападать на него она. — О, нет, что же вы! Я приехал успокоить её, — выпалил он, махая перед собой руками. — Я её друг. — Откуда мне знать, что вы друг, а не тот, из-за которого она там плачет? — Тоже верно… — тихо произнес он. — Ох, как же я глуп, — вдруг улыбнулся он, что казалось женщине вовсе не к месту. — Аджума, здравствуйте. Простите меня, пожалуйста. Всё в порядке. Он действительно мой друг, который пришел успокоить, — вдруг послышались ещё одни извинения, но на этот раз от самой Наён. — Наён-а, как ты? Женщина тут же обратилась к Наён, которая краем белой хлопковой кофты вытирала мокрые от слез глаза. Но когда девушка наконец смогла убедить её, что нет причин для беспокойств, женщина отступилась и уже не смотрела на подозреваемого парня недоверчивым взглядом. Когда же Наён легла на кровать, освещенную лунным светом, то боль в груди утихла, а объятия друга со спины вовсе унесли даже малейшие намеки на печаль. — Я рядом, мой Пикачу. Только не плачь и спи, — мягко и очень тихо слышался голос Хосока, который убаюкивающее похлопывал её по плечу. — Скажи, что завтра мне станет лучше, — словно ребёнок, просила подруга. — Завтра всё будет сказочно, малыш. Под отдаленные звуки машин, шелест деревьев и приглушенный голос Чон Хосока, друга детства, и заснула Наён, надеясь, что завтрашний день принесет чуточку счастья. А большего и не надо.