Звезда, погасшая ради луны

      Итан проводил Патрисию по дому, показывая ей гостевую комнату.       - Можешь устроиться здесь, - сказал он, открывая дверь и приглашая войти. - Комната твоя, оставайся, сколько потребуется.       Пат огляделась, но не сделала ни шага внутрь.       - Я не хочу быть одна. Могу я остаться у тебя?       - Конечно, - ответил он, обнимая её и ведя в свою комнату. Как только они подошли к дверям, он спросил: - Ты голодна?       Патрисия покачала головой:       - Нет, спасибо. Я не могу есть… После всего аппетита совершенно нет.       - Понимаю. Если что-то понадобится, не стесняйся.       Практически одновременно они плюхнулись на кровать и Пат тут же прижалась к Итану, словно ища в его объятиях ту защиту, которую не мог дать никто другой, и парень обнял её, позволяя себе раствориться в их близости. Вайк мирно посапывал в углу, в комнате воцарилась тишина. Но не та тревожная и гробовая, что висела над домом в последние дни, а спокойная, умиротворяющая, оставляющая тяготы мира за стенами. Пат неторопливо перебирала пальцами волосы Итана, погружённая в свои мысли. Её прикосновения были нежными, но в них проскальзывала печаль, которую она не могла выразить словами.       - Итан… - прошептала она. - Я так устала. От работы, от того, что приходится каждый раз притворяться кем-то другим, чтобы выжить. Я больше так не могу.       Он повернул голову, глядя на неё в упор, и в глазах её увидел отражение той же боли, что и в своей душе. Она была такой же потерянной, такой же измученной, как и он.       - Что планируешь делать дальше? - тихо спросил он.       Патрисия вздохнула.       - Хочу уйти от всего и больше не возвращаться. Но я не знаю, как! Всякий раз, когда мне кажется, что я нашла выход, меня затягивает обратно. Эти люди, эти клиенты… они не отпускают.       Итан поднялся на локте.       - Ты не одна, Пат. Я не позволю никому тронуть тебя. Теперь-то ты не сомневаешься во мне?       Она закрыла глаза и, прижавшись к нему еще ближе, прошептала:       - Не сомневаюсь. Как у тебя получилось разобраться с ним?       Тяжёлый вздох вырвался из груди парня, когда мысли о том, что приходится скрывать правду, вновь загрузили голову. Хотелось защитить её от всего тёмного и жестокого, что творилось вокруг, но и врать Итан не желал.       - Я много чего умею, кроме того, чтобы жить. В моём мире иногда приходится принимать жёсткие решения, но тебе не стоит об этом думать. Главное, что тот мудак больше не появится в твоей жизни.       - Ладно. Мы все имеем право хранить секреты, можешь не рассказывать.       Внутренние органы сжались в тугой узел от того, что он не мог быть до конца откровенным, но ему предстояло обсудить с девушкой ещё одну важную тему.       - Пат, мне тоже нужна твоя помощь. Это касается моей сестры, Анны. Она оказалась в трудной ситуации       - Что случилось?       Молчание затянулось, пока он собирался с мыслями. Не хотелось погружать её в детали, раскрывая всё, что скрывалось за планами Робина, но объяснить ситуацию было необходимо.       - Мой отчим… он планирует выдать её замуж за человека, которого она не любит и, подозреваю, даже не знает. Она моя ровесница, о каком замужестве вообще может идти речь?!       - Господи, она такой же ребёнок…       - Именно! Свадьба уже скоро, и Анна в отчаянии. Я не могу позволить этому случиться, - голос дрогнул, когда правда вышла наружу. – Она мой единственный свет. Я и братья хотим помочь ей сбежать, спрятать где-то, где Робин не сможет её найти.       - В чём заключается моя помощь?       - У тебя есть место, где можно спрятать её? Место, где она будет в безопасности?       - Мой дом не вариант, его легко найти, уж теперь-то я уверена, но… хм… У меня есть знакомый, который уехал на пару месяцев. Думаю, проблем не возникнет, если мы спрячем Анну там, пока ситуация не утихнет.       - Идеально, спасибо.       - Пожалуйста, - она потянулась к сумочке около кровати и достала оттуда пакетик белого порошка. – В такой способ я смогу отплатить тебе за то, что ты сегодня сделал для меня. Думаю, это честно.       Она высыпала содержимое на зеркальце, сформировала дорожку и занюхала, а мгновение спустя аналогичную дорожку протянула Итану, который последовал её примеру. Пат начала убирать всё обратно в сумочку, но случайно выронила её, и на кровать выпала маленькая капсула. Взгляд Итана задержался на ней; он поднял её, изучая.       - Что это? - спросил он, протягивая находку Патрисии.       - Цианид, - она выхватила капсулу и спрятала в косметичке. – На тот случай, если кто-то переступит все границы или ситуация станет смертельно опасной. Я могу прокусить её и… всё закончится быстро.       Взгляд Итана невольно задержался на Пат. Он не понимал, как она может говорить о яде с таким равнодушием, как про обычную меру предосторожности, как про запасной ключ от дома. Сердце пропустило удар, когда смысл её слов начал доходить до сознания. Он не хотел слышать про её смерть.       - Ты серьёзно? – фраза прозвучала резче, чем он ожидал. – Носишь яд просто чтобы умереть, если станет слишком опасно?!       - Да, - безразлично ответила она. – Кто знает, когда наступит момент осознания, что другого выбора нет? Я хотела вчера раскусить его, но испугалась, не смогла.       - И я очень этому рад! – он фыркнул и откинулся на кровать, глядя в потолок. – Как ты можешь говорить о собственном выборе между жизнью и смертью так, словно это часть повседневной реальности?!       Чувство беспомощности охватило его, ведь он не мог изменить её прошлое, не мог стереть тот ужас, с которым ей приходилось сталкиваться.       - Ты не должна даже думать об этом, не говоря уже о том, чтобы носить капсулу с собой!       Патрисия вздохнула, её пальцы нервно играли с краем одеяла.       - Моя жизнь не сахар, - начала она. – Я постоянно на грани между жизнью и смертью, контролем и полной утратой. Ты не представляешь, каково это, постоянно ждать, что тебя могут убить или сломать, просто потому что ты оказался не в том месте и не в то время!       - О-о-о, - протянул он, иронично смеясь, - ещё как знаю, Пат, ещё как! Где ты берёшь всё это? Порошки, траву… цианид?       Он пожала плечами:       - Свои источники. Люди, которые торгуют всем, что может понадобиться для "работы", сами находят тебя, когда ты варишься в схожем дерьме, - она улыбнулась, кусая губу. – Со временем травы стало недостаточно, потому перешла на более тяжелые вещества.       - Разве цианид так же легко достать, как кетамин?       - Нет. Я узнала о нём от одной из своих девочек, которая относительно недавно в такой способ ликвидировала себя. Её подарок.       - Пат, ты же понимаешь, что это не жизнь?       - Конечно, но другая мне неизвестна. Я научилась выживать в мире, но не научилась жить.       - То, чего я боюсь…       - Не надо. Ты очень молод и у тебя намного больше шансов вырваться.       - Надеюсь…       Они долго молчали, думая о своём. Скорее всего, Пат прогоняла в голове прошлое, выискивала ошибки, пыталась понять, в какой миг её жизнь свернула не туда, а Итан думал о будущем, о том, как оставить позади Робина и его планы. Тяжесть разговора окутала комнату, но вместе с ней появилось чувство близости, доверие, о котором говорил мистер Беркли. В мире, где каждый из них чувствовал себя потерянным, они нашли друг в друге нечто важное – понимание, схожесть.       Патрисия окончательно расслабилась в объятиях Итана. Её прикосновения к его волосам стали слабее, и, прижавшись к парню ближе, словно стараясь не потерять ту маленькую искру безопасности, которую они вместе создали, девушка уснула. Её дыхание обжигало кожу Итана, а тихое посыпание склоняло его самого в сон, так что спустя короткое мгновение он следом погрузился в мир грёз, впервые не оставаясь в одиночестве.       Утро наступило внезапно. Итан пробудился от звука, который доносился с первого этажа. Сначала он не понял, что происходит, но затем его сознание мгновенно прояснилось, когда до него дошло, чей голос вытащил из сна.       Робин.       Холод пробежал по спине. Сердце заколотилось в груди. Итан осторожно, стараясь не разбудить Пат, поднялся с кровати, но заметил, что она тоже проснулась. Её глаза широко раскрылись, когда она увидела выражение его лица.       - Отчим приехал, - прошептал он, стараясь говорить как можно тише. - Ты должна оставаться здесь. Не выходи и веди себя тихо.       - Хорошо, - прошептала она в ответ.       Собравшись с духом, Итан открыл дверь и направился вниз, желая понять, что привело Робина в коттедж, в надежде, что его приезд никак не связан с Анной. Голоса становились всё громче, интонация Робина ясно давала понять, что он недоволен чем-то. Когда Итан подошёл к гостиной, сцена перед ним предстала в полном объёме. Робин стоял напротив Эдгара, тыкая в него какими-то бумагами.       - Ты понимаешь, во что нас могло втянуть это происшествие?! – кричал Робин. - Камеры зафиксировали твою машину недалеко от места пожара!       - Уже объяснил - у меня были свои дела в том районе. Машина могла попасть в кадр случайно.       - Я замял дело только потому, что полиции не удалось найти прямых доказательств! Эдгар, говори прямо, что произошло?!       Мужчина тяжело вздохнул, готовясь ответить, но в этот момент Итан вышел из тени.       - Оставь его, Робин, он действовал в моих интересах.       Мужчины одновременно повернулись к Итану.       - Посмотрите только, кто проснулся, – голос Робина стал опасно тихим. – Подробнее, Ит. Выкладывай всю правду или будет плохо.       Итан сделал ещё один шаг вперёд. Ложь должна была быть достаточно убедительной, чтобы тот поверил в неё без дополнительных вопросов.       - Дело в том, что я… - начал он, делая вид, что ему сложно об этом говорить. - Я совершил ошибку. Полюбил одну женщину... проститутку. Ты знаешь, как это бывает, когда что-то захватывает твои мысли, и ты не можешь от них избавиться.       Робин прищурился, приподняв бровь. Его глаза застыли на Итане, ожидая продолжения.       - Эдгар прекрасно понимал, что происходит, так что он… решил устранить её, желая поставить меня на место и дать забыть о маленькой интрижке.       - Вот как, - Робин улыбнулся, и это не понравилось Итану. – Допустим… Почему же Эдгар не сообщил мне о столь курьезной проблемке?       - Наверное счел, что никакая шлюха не стоит твоего времени.       - Да, не стоит, - он открыл дверь. – Пошли, Итан.       - Куда?       - Есть разговор.       Эдгар покачал головой, глядя на парня.       - Ты остаешься дома, Эд, - обратился к нему Робин и отступил в сторону, пропуская Итана вперёд. – Мы только прокатимся.       - Как скажешь, - он сжал кулаки. Вряд ли Роб приехал к ним только ради разговора.       Когда же оба оказались на улице, Итан кинул взгляд на своё окно, заметив, как колыхнулась шторка. Значит, Патрисия все же встала и её интерес взял верх. В этот миг Робин открыл дверцу:       - Сядешь за руль?       - Что? – переспросил Итан, переводя на него взгляд. – Нет, я же не умею водить.       - Да-а-а? – протянул он с ухмылкой. – Эдгар еще не научил? Что ж, ладно. Запрыгивай тогда рядом.       После этих слов сердце Итана ушло в пятки. Не стал бы он просто так предлагать садиться за руль, не стал бы упоминать Эдгара! Ему пришлось подчиниться и занять переднее пассажирское сидение несмотря на то, что мотивы Робина становились очевиднее с каждой минутой.       Машина покачивалась на неровностях дороги, снег стелился по обочинам. Пока они ехали, не было произнесено ни слова, и молчание Робина все больше угнетало, предвещая беду. В его поведении что-то неуловимо изменилось, даже скучающее зевание и напев под нос казались неуместными, срывали маску, скрывающую истинные намерения. Куда они ехали? Зачем и почему? Было неясно. Только белые поля за окном сопровождали их в неизвестном пути.       Пальцы Итана вцепились в край сиденья. Почему Робин молчит? Почему не высказывает недовольства или не угрожает, как делал раньше? Почему позвал на разговор и не начинает его?       Внезапно впереди появилась световая полоса фар, прорезающая снежную завесу. Ещё одна, и ещё. Машины появились из ниоткуда, заполонив дорогу. Всё произошло так быстро, что мысль об опасности не успела даже оформиться, когда воздух разорвался оглушительным звуком выстрелов.       Стекло разлетелось осколками, холодный воздух ворвался в салон, разрывая лёгкие. Сердце пропустило удар, а затем застучало с такой силой, что казалось, оно вот-вот разорвётся на части. Робин рванул руль в сторону, но уже было поздно - машина потеряла управление. Скрежет металла и грохот столкновения с чем-то массивным смешались в адскую какофонию звуков, а затем всё вокруг стало чёрным. Тело Итана безжизненно обмякло на сиденье, когда его откинуло в сторону. Сильный удар о дверь - и сознание погасло, словно лампочка, выбитая из патрона. В последнем всплеске восприятия промелькнул образ разбитого стекла, заливаемого кровью, а после – тишина. Ледяная, пустая, застывший во времени кошмар.       Холод пробирался через трещины в разбитой машине. Кровь из раны на лбу стекала тонкой струйкой, окрашивая белый снег в багровый цвет. В воздухе витал запах бензина, смешанный с запахом металла и пороха, и это всё, что оставалось в окружении - туманное осознание опасности и мертвенный холод, проникающий в кости.       Тупая, ноющая боль, пульсирующая в висках и груди, пробудила Итана. Туман в голове медленно рассеивался. Попытка пошевелиться встретила сопротивление: руки и ноги оказались связаны. Слышалось, как кто-то монотонно выполняет механическую работу, и поворот головы дал мутную картину: тусклый свет, блики от лампочки под потолком, бетонные стены, пропитанные сыростью, и силуэт мужчины, сидящего в углу комнаты. Он держал в руках оружие, которое, похоже, только что чистил. Сосредоточенно, почти бережно, как если бы это был ценный артефакт.       - А, ты проснулся, - сказал он, не поднимая головы, но голос его был неприятно вежливым, даже доброжелательным, как будто они были старыми знакомыми. - Надеюсь, твоё путешествие в спящем сознании не было слишком утомительным. Понимаю, ты сейчас, наверное, чувствуешь себя не самым лучшим образом.       Итан с трудом поднял голову, пытаясь сфокусировать взгляд на говорящем. Мужчина был среднего возраста, с гладко выбритым лицом и выпуклыми глазами, которые теперь, наконец, поднялись, чтобы встретиться с его.       - Представься, - прохрипел Итан.       Мужчина, отложив оружие, поднялся со стула.       - Меня зовут Джозеф, и мы находимся в месте, куда тебя доставили за твои… заслуги, - он подошел ближе, разглядывая Итана с интересом, как будто изучал не человека, а редкий экспонат в музее.       - Заслуги? - в голове сложились осколки воспоминаний. Пожар. Патрисия. Тот человек... – Да ну нахер, мы все еще говорим о пожаре?       - Бинго! – Джозеф присел на корточки. – Ты знаешь, кого вчера убил? Или ты был настолько глуп, что действовал на эмоциях, не узнав, в чьи дела влез?       - Он... не заслужил жизнь и его смерть была куда приятнее, чем те действия, которые он совершал с девушками.       - Ах да, благородный рыцарь в сверкающих доспехах, спасающий дам, - мужчина противно засмеялся. - Только вот, к сожалению, ты убил не просто кого-то. Тот человек был сыном одного очень влиятельного человека. Того, кто теперь жаждет мести. И не просто мести, а такой, чтобы ты ощутил каждый момент боли, которую он чувствует сейчас. Убить сына наркобарона равняется смертному приговору.       - Сын... - Итан почувствовал, как к горлу подступает тошнота. – Да и хуй с ним. Лучше расскажи, что будем делать? Иглы под ногти, отрезание сосков, клеймить? Не терпится узнать.       Джозеф усмехнулся, поднимаясь на ноги и отходя от Итана.       - А ты бы что предпочел?       - Харкнуть тебе в морду.       - Хе-хе, не сейчас. Я, Итан, просто посланник. Моё дело - доставить тебя туда, где ты заплатишь за содеянное. А как именно это произойдёт... Ну, это зависит от настроения человека, которого ты разозлил. Знаешь, он бывает очень... креативным.       - Жду не дождусь нашей встречи. А что с тем, кто был за рулём? - спросил Итан, стараясь скрыть беспокойство за Робина. Несмотря на всю ненависть, которую он испытывал к нему, сейчас тревога за его жизнь прорвалась наружу. Робин был знакомым злом в отличии от того, кто предстал перед ним.       - О, ты беспокоишься за своего благодетеля? Что ж, тебе повезло: Робин жив.       - Ага, значит, знаете его имя?       - А как же не знать? Для нас было бы слишком просто убрать его сразу. Он находится в другом месте, скажем так, в надёжных руках. В его ситуации есть ещё варианты развития событий.       - Что вы собираетесь с ним сделать?       - Узнаешь о его судьбе немного позже. Лучше побеспокойся о себе, - мужчина направился к двери. - Мне нужно отлучиться на пару минут. Постарайся не делать глупостей, пока меня не будет, ладно?       - Конечно, - Итан улыбнулся.       Как только Джозеф вышел из комнаты, оставив дверь приоткрытой, парень начал лихорадочно осматриваться по сторонам. Взгляд зацепился за металлический крюк, лежащий на полу в углу. Возможно, это был его единственный шанс.       С трудом перекатываясь на бок, он принялся тянуться к крюку. Руки дрожали, запястья ныли от боли, но Итан упорно тянулся к своей надежде на спасение. Когда пальцы коснулись холодного металла, внутри разгорелась вера. Почти... Ещё чуть-чуть.       Стиснув зубы, он начал работать крюком над верёвками, стараясь действовать осторожно и быстро. В голове звучал предупреждающий голос: «Джозеф может вернуться в любую минуту». Адреналин забушевал в венах, когда в какой-то момент одна из веревок поддалась. Итан продолжал работать, сосредоточив все силы на освобождении, ведь, если он не успеет до возвращения мужчины, шансов на спасение не останется. Свобода манила его, но не давалась легко. Он с трудом освободился от верёвок, ощущая, как к его рукам возвращается болезненная подвижность. Время играло против него, и, освободившись окончательно, он поспешно осмотрел комнату. В углу валялся металлический прут, возможно, часть сломанного стула или старой полки. Не идеальное оружие, но лучшее, что он мог найти в тёмной, сырой комнате.       Дыхание участилось, но поддаваться панике было нельзя. Он прислушался, стараясь уловить малейшие звуки снаружи. Тишина. Пока никто не шёл, у него был шанс подготовиться. Взяв прут в руку, Итан подошёл к двери и замер рядом, спрятавшись в тени. Ему пришлось держаться как можно ближе к стене, чтобы не выдать своё присутствие.       Тишина давила на уши, а время тянулось невыносимо медленно. Но вот в коридоре послышались шаги. Тяжёлые, грузные, не сулящие ничего хорошего.       Дверь открылась, и Джозеф вошёл в комнату. Его взгляд сразу же упал на пустой стул, который теперь валялся на боку, свидетельствуя о том, что пленник освободился. Мужчина застыл, пытаясь понять, куда делся Итан.       - Я же просил тебя не творить глупостей! – выкрикнул он.       Но в тот же миг прут опустился на него со всей силой, ударив по затылку. Джозеф пошатнулся, схватившись за голову, но не успел сделать ни шага, как получил второй удар, который заставил его рухнуть на колени. Итан, сжав челюсти, не дал ему времени на восстановление и бросился на мужчину, выхватывая оружие. Джозеф сопротивлялся, но слабость от ударов уже давала о себе знать, и вскоре он был обездвижен.       Связать громилу оказалось для Итана делом считанных минут, его руки двигались автоматически, умело затягивая узлы на верёвках. Подсознание подсказывало, что медлить нельзя. Когда всё было закончено, он оттащил Джозефа к стулу и усадил его на место, которое ещё недавно занимал сам. В глазах мужчины мелькала ненависть, смешанная с удивлением - он явно не ожидал такого поворота событий. Закончив, парень отошёл к двери и закрыл её, оглядываясь в поисках чего-нибудь, что могло бы послужить запором. Взгляд упал на другой старый металлический прут, который валялся возле стены. Подперев им дверь, Итан шмыгнул носом, откидывая роль жертвы и перенимая роль палача.       Подняв оружие, он направился к Джозефу. Его разум был охвачен тьмой, а в сердце больше не осталось страха. Взгляд упал на столик, который находился неподалёку. На нём лежали разнообразные инструменты: ножи, щипцы, верёвки, даже зажигалка - всё, что могло использоваться для пыток. Взятый с пола пистолет казался слишком простым и быстрым выходом. Нет, Джозеф должен был понять, с кем имеет дело, и заплатить за всё до последнего вздоха.       Взяв нож со стола, Итан провёл лезвием по краю пальцев, проверяя его остроту, а после, присев на корточки, направил нож на лицо пленника:       - Где Робин?       Джозеф, хоть и ослабленный, продолжал сохранять хладнокровие, но в его глазах проявилась тревога.       - Думаешь, сможешь сломать меня? Ты всего лишь пятнадцатилетний подросток...       Прежде чем он успел договорить, лезвие ножа полоснуло по его руке, оставив глубокую рану. Джозеф задёргался, но был надёжно привязан к стулу, и его попытки оказались бесполезными. Боль пронзила его, и он стиснул зубы, чтобы не закричать.       - Да что ж вы все доебались ко мне за мой возраст? – он прижал нож к другой руке пленника. – Ребёнком я был, когда меня привезли в поместье, а сейчас во мне едва ли осталось что-то хотя бы от слова «человек».       Нож снова скользнул по коже, оставляя за собой кровавую полосу. Джозеф застонал, но всё ещё пытался держаться.       - Я не буду играть только с ножом, - продолжил Итан, поднявшись на ноги. – Если заговоришь, сможешь избежать худшего. Живым не выйдешь, но умрешь быстрее.       Но Джозеф не отвечал. Он молчал, прожигая парня ненавистью. Тогда ему пришлось подойти к столу и взять зажигалку. Она казалась маленькой и безобидной, но как только её пламя оказалось под щиколоткой Джозефа, а запах обгоревшей кожи заполнил комнату, тот наконец-то закричал.       - Попробуем ещё раз? – он убрал зажигалку в сторону. – Где мой отчим?       - Пошёл ты... - сплюнул в сторону мужчина. – Надо было оставить пару отметок на твоем теле!       - Надо было… - он вздохнул и, схватив щипцы со стола, принялся медленно тянуть один из пальцев пленника.       Крик, сорвавшийся с губ Джозефа, отозвался эхом. Зрелище, от которого нормальный бы человек отвернулся в ужасе, доставляло Итану восторг.       - Мистер Беркли говорил, страхом можно управлять… Получается?       - Ты не понимаешь… - начал было Джозеф, но его слова прервались на полуслове, когда Итан вырвал первый ноготь.       - Я понимаю больше, чем ты думаешь, - он приставил палец к его губам, когда тот завопил от очередного приступа боли. – Не кричи, я не люблю говорить на повышенных тонах. Мне просто нужно знать, где Робин.       Джозеф не мог сдерживаться. Боль, которую ему причинил Итан, была невыносимой, и он знал, что, если не заговорит сейчас, вскоре может стать ещё хуже.       - Он на старой фабрике... за городом... Но он уже мёртв! Тебе не спасти его!       - А говорил другое... Что ж, честно говоря, новость звучит прекрасно, - он отпустил щипцы, позволяя мужчине перевести дух. – Но эта сука живучая, придется проверить.       Подняв пистолет, который он до этого положил на стол, Итан направил его прямо в лоб Джозефу.       - Тебе дать время помолиться?       - Пошел на хуй.       - Боюсь, однажды пойду… - улыбнулся он и нажал на спусковой крючок.       Выстрел разнёс тишину. Дорога назад закрылась.       Итан опустился на колени, закрыв глаза и прошептав короткую молитву за душу только что убитого. Это не было ритуалом, который он знал с детства, а скорее последним актом человечности, которую он всё ещё пытался удержать в себе, хотя бы остатки. Протянув руку, он вытер кровь, сочившуюся из его носа, оставляя на лице тёмные следы и, отвернувшись от безжизненного тела, подошёл к двери, убрав металлический прут, который использовал в качестве запора. С треском та открылась, и он шагнул наружу.       - Браво, Итан, просто браво! - Робин хлопнул в ладоши, как зритель, только что увидевший впечатляющее представление. – На бис! Я всегда знал, что в тебе есть что-то особенное, но вот чтобы так… с холодной кровью… - он демонстративно поежился.       Итан застыл на месте, всё, что произошло в последние минуты, пронеслось перед его глазами, как страшный сон.       - Как это понимать? - спросил он, не осознавая, что перед ним действительно стоит Робин.       Тот, смеясь, с размаху, по-братски, хлопнул рядом стоящего мужчину по плечу.       - Позволь представить, Итан! Это - отец того парня, которого ты вчера отправил на тот свет. Того, кто так нелепо закончил свои дни в огне! – Робин закусил нижнюю губу, подавляя смех. - Видишь ли, ты забыл про камеры во дворе и на столбах, дружок. После пожара этот мужчина пришёл ко мне, требуя объяснений. У него были свои… пожелания на твой счёт.       Итан не мог оторвать глаз от статного мужчины. В его взгляде не было ни капли гнева, скорее что-то оценивающее… может, непонимание? Он не ожидал такой развязки.       - И что дальше? – спросил Итан. – Вы просто решили сделать ставки: я или Джозеф?       Робин вздохнул, успокаиваясь:       - Я согласился отдать тебя нашему новому приятелю, но только если Джозеф одержит верх. Но как видишь, дружище, ты оказался крепким орешком! Мы наблюдали за вами и, знаешь, мне даже польстило, что в такой ситуации ты больше беспокоился о том, где я нахожусь!       Сердце Итана бешено колотилось в груди, его глаза метали молнии. Всё, что он только что пережил - страх, решимость, ужасный акт насилия - оказалось для Робина и этого мужчины не более чем игрой. Обычным развлечением!       - Психи, - выдохнул парень, сдерживая ярость. – Ты действительно подумал, что меня волнует твоя жизнь?! Я хотел знать, где ты, только чтобы убедиться, что ты мёртв. Я бы даже не стал тебя хоронить!       Мужчина рядом с Робином усмехнулся, бросив на Итана задумчивый взгляд, как будто взвешивая его слова.       - Эй, не горячись, - ответил Робин. – Зрелище было отменным и, главное, ты справился.       - Для вас игра, а для меня жизнь! – выкрикнул в ответ Итан. – Я только что убил ещё одного человека, а вы… вы просто стояли и смотрели!       Робин прерывисто засмеялся, сдерживая веселье, но потом его лицо снова стало серьёзным. Он подошёл к Итану, приблизившись на опасное расстояние, и, глядя прямо в глаза, произнёс:       - Плевать. Ты справился блестяще, мальчик, - подытожил он. - А вот нашему гостю стоит ещё раз подумать, стоит ли ему связываться с человеком, который может с лёгкостью прикончить его людей.       Итан трещал по швам, пока каждая клеточка его тела кричала о том, что это ненормально, что происходящее - не просто кошмар, а нечто, что разрушает его изнутри. Но он также понимал, что стоит перед двумя опаснейшими людьми, для которых убийство - лишь инструмент для достижения целей, способ контроля, способ отвлечься от обыденности.       - Идите вы оба нахер, - бросил он, оттолкнув Робина, и направился к выходу.       На улице холодный зимний воздух хлестнул его по лицу, а снег под ногами заскрипел, возвращая в реальность. Итан нагнулся, зачерпнул горсть снега и, не раздумывая, умыл им лицо, смывая кровь, пот и частично отрезвляя разум. Холод пробрал до костей, но это было даже хорошо - он чувствовал, что жив, что, несмотря на всё, он ещё здесь.       За его спиной послышались шаги. Робин и тот мужчина, с которым он вёл переговоры, тоже вышли наружу. Мужчина с легкой усмешкой протянул Робину ключи от машины, довольный результатом сделки.       - Как и договаривались, теперь она твоя, - произнёс он.       Робин, взяв ключи, повернулся к Итану.       - Спасибо за новую машину, сынок. Не отставай, я отвезу тебя домой, - сказал он, как будто ничего не случилось, словно это был обычный рабочий день, а не еще один кровавый вечер.       Отец погибшего вчера мужчины подошёл к Итану и неожиданно протянул руку:       - Ты показал себя. Не каждый способен на такое хладнокровие в подобных условиях. Может, однажды снова пересечёмся. Удачи, парень.       Итан с неохотой принял рукопожатие, демонстрируя простую вежливость и поспешил в машину, которая вскоре уже неслась по заснеженной дороге.       В салоне царило паршивое молчание, которое Робин нарушил первым:       - Никогда больше не смей мне врать, - произнёс он, не отрывая взгляда от дороги. - Ты должен понимать, что я знаю всё, что происходит. Ты можешь попытаться что-то скрыть, но за моей спиной у тебя не получится ничего провернуть.       Итан сжал пальцы на коленях, впиваясь ногтями в кожу. Он просто молчал. Сидел и молчал, ожидая завершения кошмарного дня. Когда машина затормозила возле коттеджа, Робин ухватил парня за плечо, не давая ему так быстро покинуть салон:       - Верни браслет.       На секунду повисла пауза. Не сразу, но он потянулся к своему запястью и стянул аксессуар, передавая его в руки Робина.       - Придумаю другой способ отслеживания. Раз ты не хочешь по-хорошему, значит, сделаем так, чтобы ты уже не мог избавиться от слежки и сбежать. И ещё одно. Эдгара больше с тобой не будет. День, два… не знаю, но приставлю к тебе другого человека. Решение не обсуждается.       Слова прозвучали как окончательный приговор. Итан не стал возражать, зная, что бесполезно.       - Не забывай, пожалуйста, - продолжил Робин, - что я ввел тебя в свой круг не просто так, и, если твое личико мелькнет еще где-то, ко мне снова придут. Мне всё равно, какая была причина твоего поступка, но в следующий раз, прежде чем что-то учудить, сначала составь рабочий план.       - Так и сделаю, когда приду убивать тебя.       - Договорились.       Открыв дверь, Итан вышел из машины, и, не оборачиваясь, пошел к дому. Автомобиль остался стоять на месте ещё несколько секунд, а затем с резким рывком уехал. Внутри парня было пусто, пусто так, как не было никогда прежде. Ощущение, будто с каждым шагом назад, в этот дом, он теряет частичку себя, становясь всё меньше и меньше.       Скрип двери призвал Вайка, который тут же бросился на встречу хозяину с безудержной радостью. Лохматый хвост метался из стороны в сторону, а преданные глаза смотрели с такой искренней заботой, что на мгновение Итан забыл обо всём, что произошло. Следом за псом вышел Эдгар. Он стоял с перекрещенными на груди руками, изучая лицо Итана, пытаясь уловить в нём ответ на не заданные вопросы.       - Цел? – спросил он.       - Как видишь, - парень устало провел рукой по волосам.       Его виски всё ещё пульсировали после удара в аварии, на лбу отпечаталась глубокая царапина, на щеке красовался синяк, а губа была рассечена и немного опухла. Мелкие порезы от стекла, оставшиеся на руках, до сих пор покалывали, но это было ничто по сравнению с тяжестью, что давила на грудь. Из-за угла выглянула Патрисия, и её глаза тут же расширились от ужаса. Она не стала медлить - бросилась к нему с объятиями.       - Милый, что случилось?       Прежде чем Итан успел ответить, Эдгар аккуратно закрыл ей рот рукой, останавливая поток вопросов.       - Не надо, - тихо, но твёрдо сказал он. - Не возвращай его к тому, что уже позади.       Она закивала и послушно отступила, её руки ослабли, отпуская парня. Итан направился к дивану и, опустившись на мягкие подушки, откинулся на спинку, закрывая глаза. Вайк тут же запрыгнул на колени, прижимаясь боком. Эдгар сел рядом.       - Мы не учли камеры, - начал Итан. - Робин всё знал... Он знал обо всём с самого начала! Но это ещё не всё. Он решил заменить тебя. У меня будет другой охранник.       Его слова абсолютно точно травмировали мужчину. Эдгар остался безмолвным, но внутри его переполняла злость и бессилие. Для него это был не просто приказ, а потеря возможности защищать того, кто стал ему дороже, чем он мог признаться даже самому себе.