Звезда, погасшая ради луны

      Итан благодарил свою отменную память за то, что она подводила его крайне редко: он без труда нашёл нужный адрес гостиницы, где жил Кай. Там, внутри, за стойкой ресепшена его встретил консьерж, одетый в строгую униформу. Подняв взгляд, он внимательно глядел на гостя, ожидая, пока тот заговорит.       - Добрый день, - начал Итан, подойдя ближе. – Мне нужно встретиться с мистером Рикардо Домингесом.       - Был ли ваш визит согласован?       - Боюсь, я не предупреждал заранее. Я знаком с его сыном и хотел бы лично передать сообщение.       - Понимаю, но я обязан уточнить разрешение на встречу. Прошу вас подождать одну минуту.       Кивок Итана в ответ на его слова лишь скрыл раздражение от формальности. Консьерж же, сохраняя полную невозмутимость, набрал номер на внутреннем телефоне и что-то тихо проговорил. Итан даже не вслушивался в его речь, но вскоре тот вернулся и сказал:       - Пожалуйста, подождите здесь. К вам спустятся.       - Благодарю, - он отошёл от стойки и начал осматривать просторный холл, который был отделан в лучших традициях дорогих гостиниц.       Итану совсем не хотелось ждать, особенно, когда он знал, что мог бы обсудить всё гораздо быстрее. Он чувствовал себя неуверенно на показе среди престижных гостей и невольно прокручивал в голове, как бы поступил Кай на его месте. Вероятно, он бы воспринял ситуацию с лёгкостью и не стал беспокоиться по пустякам. Пока Итан продолжал свой внутренний монолог, его взгляд случайно поймал отражение в одной из оконных панелей: он выглядел слишком официально и сдержанно для человека, который сейчас нервничает, и, к его счастью, голос, раздавшийся за спиной, прервал мучительное ожидание:       - Уже соскучился? – поддразнил его Кай. – Не думал, что вернёшься так быстро.       Итан закатил глаза, но невольно усмехнулся.       - Есть одна просьба, и, признаюсь, немного… нестандартная.       - Звучит интригующе. Давай, рассказывай, что стряслось, - сказал он, ведя своего гостя к лифту. – Обожаю нестандартные просьбы!       Поднявшись в номер, Кай жестом пригласил Итана сесть, а сам опустился на край кровати, скрестив руки:       - Ну, говорить начнёшь?       - Дело такое: у меня задание, для которого требуется партнёр… для прикрытия. Это закрытый маскарад, и по условиям вход возможен только для пар. - Он замолчал, когда поймал взгляд Кая. – Не комментируй, пожалуйста… Я бы не просил, если бы это не было так важно.       - Если скажу, что мне неприятно твоё решение выбрать меня своей «парой», то буду лжецом.       - Давай сразу проясним - просто деловая встреча, а не возможность всю ночь отпускать шуточки! Я пришёл к тебе только потому, что у меня нет другого напарника или друга, который может войти в роль.       Кай поднял руки в притворном жесте капитуляции:       - Ладно, ладно, я понял, буду самым суровым и сдержанным кавалером! Но тебе придется мне заплатить.       - Цена?       - Совсем дурак что ли?! - он сдвинул брови и поморщился, вполне серьёзно оскорбившись. - Я не про деньги! Придумаю что-нибудь потом.       Покачав головой, Итан устало вздохнул:       - Кай... На будущее: я не понимаю намёков, так что говори сразу и прямо!       - Вот и говорю, не нуди! Только есть проблемка… Тебе придется отпросить меня у папы.       Несколько сбитый с толку, Итан нахмурился, но всё же согласился:       - Окей… Где мне найти Рикардо?       Взглянув на часы, Кай пожал плечами:       - Должен скоро вернуться, так что у тебя есть немного времени морально подготовиться.       Итан хмыкнул, бегая взглядом по номеру. Он только что согласился на совершенно безумное дело - переговоры с Рикардо Домингесом касательно его собственного сына.       - Ладно, раз у нас есть пара минут, может, чем-то займёмся? Есть идеи?       Не теряя ни секунды, Кай вскочил с кровати и открыл дверцу маленького бара в номере, достав оттуда два миниатюрных бутылёчка с виски. Он протянул один Итану:       - Небольшой тост за… партнёрство? И как раз для храбрости самое то.       - Ну, давай. За твоё актёрское мастерство и умение держать лицо.       Они чокнулись и сделали по глотку, после чего Итан не удержался от вопроса:       - Кай, а почему ты так легко согласился на мою просьбу? Это ведь не совсем обычное мероприятие, зачем тебе тратить время и силы на кого-то?       Поставив бутылочку на стол и сев напротив, Кай задумчиво посмотрел в сторону:       - Хороший вопрос… Понимаешь ли, я невероятно люблю сидеть дома, щёлкать каналы, ни с кем не разговаривать, вот только мне очень трудно отказать людям, которые мне симпатизируют, и с ними я веду себя, как душа компании. Скажем так, я интроверт, который обожает вылазки с интересными людьми.       Они продолжали длительное время обсуждать забавные моменты своих характеров и привычки, как вдруг Кай потянулся за своей мини-бутылочкой, не рассчитав движение. Он случайно задел её, и та полетела вниз, подкатившись под диван, так что Кай тут же нагнулся, чтобы её достать.       - Да уж, ловкость точно не мой конёк, - пробормотал он, ползая под диваном.       Итан тоже склонился, чтобы помочь, но в этот момент Кай приподнялся и, не заметив его рядом, наткнулся лбом на его щёку. Оба замерли, немного ошеломлённые неожиданным касанием:       - Прости, прости! – завопил Кай, вставая на ноги и возвращаясь к креслу.       Итан невольно отшатнулся, стараясь скрыть подступающее смущение:       - Да ничего, нормально… - буркнул он, на всякий случай избегая взгляда Кая.       Но на лице парня проступила широкая улыбка и он, склонившись чуть ближе, поддразнил:       - Серьёзно краснеешь от таких мелочей?! Кто бы мог подумать!       - Не привык, что кто-то лбом в лицо упирается.       - Привыкай, со мной такое частенько. Кстати, знаешь, что любопытно? Я вот думал над твоими словами всё утро!       - О чём ты?       - Ит, ты хаваешь всё, что я тебе выкидываю! Если бы я тебе не нравился или раздражал, уверен, ты бы дал мне понять. Поставил бы границы, чтобы я не лез и всё такое, а, поскольку ты этого не делаешь… значит, тебе вполне комфортно со мной!       - Балбес, - процедил он, усаживаясь напротив, хотя Кай был прав. Если бы ему действительно было некомфортно, он бы точно что-то сделал. – Не надо так серьёзно относиться ко всему, что вылетает из моего рта. Порой я могу быть на эмоциях.       - Как и я, просто тебе ещё не довелось увидеть меня во всей красе.       Разговор прервался щелчком двери и появлением Рикардо, который сразу же заметил Итана. Его взгляд задержался на госте. Очевидно, он хотел услышать объяснения визита. Тот же, собравшись с духом, шагнул вперёд и сдержанно кивнул:       - Добрый день, мистер Домингес. Я хотел бы попросить вашего разрешения, чтобы Кай составил мне компанию на одной вечеринке.       Мужчина удивлённо приподнял бровь и посмотрел на сына, который сидел, поджимая губы и едва удерживаясь, чтобы не рассмеяться. Не обратив на него внимания, Итан продолжил:       - Это нечто вроде закрытого мероприятия, и мне… нужно, чтобы Кай пошёл со мной. Я обещаю, что всё будет под контролем.       - Стой, погоди и просто послушай меня, - остановил его Рикардо, подняв руку и с трудом сохраняя серьёзное выражение лица. - Кай сам распоряжается своим временем, его не надо отпрашивать, как девчонку на выпускной. Если он хочет пойти, мне не нужно давать на это разрешение. Просто у нас с ним договор - в определённые дни он может выкинуть какие-нибудь глупости, и было бы здорово их пресечь...       Итан замолчал и, окончательно осознав, что его просьба была совершенно излишней, повернулся к Каю, который в этот момент разразился заразительным смехом, уже не в силах сдерживать себя.       - Ты специально это устроил?!       - О, да, прости, не смог удержаться! Оно того стоило - увидеть, как ты пытаешься на полном серьёзе меня отпрашивать у отца!       Налив воды в стакан и покачав головой, Рикардо вмешался:       - Желаю тебе терпения с ним, да побольше. Когда эта ваша вечеринка?       - Через три дня.       Но, прежде чем Рикардо успел как-то отреагировать, Кай подскочил и воскликнул:       - Но мы уходим уже сейчас!       Следом он подхватил свою верхнюю одежду, затем куртку Итана, почти накинув ту на плечи, и потащил его к двери, желая как можно быстрее вывести его из комнаты.       - Амэнкайо! - начал было Рикардо, но Кай, уже выходя в коридор, лишь бросил через плечо:       - Всё в порядке, па, я скоро вернусь! Дня через четыре!       Насвистывая себе под нос, Кай вывел Итана вниз. Они пересекли просторный холл, не обращая внимания на любопытные взгляды персонала, а затем оказались на улице, где холодный зимний воздух сразу обдал их лица. Кай, натянув капюшон, быстро зашагал вперёд, а Итан, немного замедлившись, смотрел ему вслед, не понимая, чего он так спешит.       - Кай, подожди, - произнёс он, догоняя парня. - Тебе необязательно быть со мной так долго. Если у тебя есть дела, то… я могу справиться сам.       Тот остановился и недовольно фыркнул:       - А что, ты против, если я побуду с тобой?       - На самом деле нет. Я рад твоей компании. Ты скрашиваешь день.       Кай расплылся в широкой улыбке, довольный услышанным, и они продолжили идти по улице, свернув к машине. Итан вытащил ключи и произнёс, уже садясь за руль:       - И Элинор уезжает ненадолго, так что, к счастью, теперь мне не придётся быть одному в доме...       Устроившись на пассажирском сидении, Кай спросил:       - Ты настолько трудно переносишь одиночество, что тебе обязательно нужен кто-то рядом?       В его голосе слышалось не столько осуждение, сколько заинтересованность, но Итан кивнул, избегая прямого контакта взглядов:       - Оно меня… тяготит. Я уже привык быть среди людей. Ненавижу оставаться один.       - Если тебе станет совсем тоскливо, просто скажи. Я могу остаться на тот срок, который тебе нужен. Составлю компанию, чтобы ты не сходил с ума.       От услышанного Итан лишь улыбнулся и сосредоточился на дороге. Он никак не отреагировал, решив проигнорировать предложение. Слишком уж это было похоже на признание слабости, а он не хотел показывать её Каю. Машина катилась по улицам, зимнее солнце золотило дома и деревья. Кай смотрел в окно, раздумывая над чем-то, пока Итан вновь не заговорил:       - Слушай, а почему ты ездишь с отцом, а не остаёшься у себя, чтобы ходить в старшую школу?       - Папа беспокоится, что я могу уйти вразнос, если останусь без надзора. А я… ну, я могу.       - Что значит «уйти вразнос»?       - Когда меня оставляли одного, я частенько попадал в неприятности. Иногда просто шлялся где-то, иногда ввязывался в разное… Не то чтобы я хотел, просто... скука. Она, знаешь ли, подталкивает на всякие глупости, вынуждает совать нос в дела людей, в грязном белье которых копаться не стоит. Ну, и отец решил: лучше я буду при нём, чем позволить мне наломать дров.       - Так, а что на счёт школы?       - У меня индивидуальное обучение. В принципе, так даже удобнее, никаких хлопот.       - Успеваемость?       - А почему она тебя заботит?       - Нахожу умных людей привлекательными.       - То есть, если я слаб в учёбе, ты перестанешь со мной водиться?       - Нет, хочу понять, о чём с тобой можно общаться.       - Обо всём на свете, амиго! Но, если тебе станет легче, то смею заверить, что успеваемость в норме. Порой вместо того, чтобы спать, я читаю или смотрю документалки. Увлекаюсь всем подряд - от древней истории до биохимии. У меня, наверное, миллиард бесполезных фактов в голове!       - Значит, ты из категории умников.       - Вроде того, хотя по мне не скажешь, да? Но знаешь, кто действительно заслуживает внимания? Моя бабушка. Её зовут Адора, и она для меня, как супергерой.       - Бабушка-супергерой?       - Ага, она врач, работает в психиатрической лечебнице. Я провожу у неё лето. Представь себе женщину, которая выглядит, как классическая бабуля: седые волосы, очки, всегда с чашкой чая и стопкой бумаг, но у неё хватка такая, что она одним взглядом может заставить тебя держать спину ровно.       Итан хмыкнул. Почему-то ему вспомнился Эдгар. Он для него тоже был своего рода «супергероем».       - И чему она тебя научила? - спросил он, поддавшись улыбке.       - Терпению, уважению и… тому, как перевязывать раны. А ещё она постоянно говорит, что я должен следить за людьми. "Мелочи, Кай," - любит повторять. - "Они всегда выдают правду."       Итан посмотрел на него с искренним интересом. Парень открывался ему с другой стороны, выдавая в себе не только беззаботного мальчишку.        - Твоя бабушка права.       Кай усмехнулся и снова уставился в окно.       - Адора всегда права, - он замолчал, задумчиво глядя на мелькающих прохожих и здания, а после продолжил: - Она, кстати, тоже живёт в твоей стране, чему я рад. Здорово знать, что куда бы я ни уезжал, всегда есть место, где меня ждут.       - А почему она здесь? Вы ведь родом из Испании, верно?       - Мама родилась здесь. Она познакомилась с отцом, когда тот ещё занимался бизнесом в ваших краях. Они встретились… знаешь, как это бывает в молодости: случайно, но надолго. А потом папа забрал её к себе, и я родился в Испании. Но бабушка решила остаться, аргументируя тем, что хочет быть рядом с теми, кто в ней действительно нуждается. То есть, с пациентами.       -И так ты стал приезжать к ней каждое лето?       - Да, но хотелось бы навещать её чаще.       Понимая, что разговор открывает что-то более личное, Итан решился спросить:       - А что на счёт твоей мамы?       Лицо Кая тут же осунулось. Он отвёл глаза:       - Не хочу говорить о ней.       - Прости, - отозвался Итан, понимая, что перешёл границу. – Просто… мне знаком этот ответ.       Кай поднял брови, бросив на него вопросительный взгляд:       - Тоже не любишь упоминать о своей?       - Думаю, наши истории сильно разнятся, но да.       - Будем считать, что это ещё один пункт в нашем общем списке, - пробормотал он, закрывая тему.       Когда машина свернула на подъездную дорожку к дому, Итан сразу заметил чёрный седан, припаркованный у ворот. Сердце мгновенно сжалось от тревоги. Машина была знакома. Она принадлежала Брайану. В животе завязался узел:       - Это что ещё за цирк… - пробубнил он, выжимая тормоз.       Заметив обеспокоенность, Кай тут же наклонился вперед, рассматривая машину.       - У вас гости?       - Нортон, - коротко ответил Итан, сосредоточившись на доме. – Мы его не ждали. Да и вообще, откуда он знает, где я живу?       Элинор. А если что-то случилось? Не сказав больше ни слова, Итан пулей выскочил из машины и бросился к входной двери, оставив Кая с его вопросами.       - Эй, подожди! - крикнул тот, но Итан его не слышал.       Ворвавшись внутрь, он остановился, обводя взглядом комнату. К счастью, Элинор сидела за столом, абсолютно невредимая, и развязно болтала с Брайаном, который выглядел вполне довольным. На лице девушки сияла улыбка, а её поза говорила о том, что ситуация под контролем. Выдохнув, Итан отпустил напряжение, а Нортон обернулся.       - С тобой хрен свяжешься, - сказал он, поднимаясь из-за стола. - Пришлось поднапрячься, чтобы найти адрес.       Он достал из кармана небольшую запечатанную коробку и протянул Итану:       - Чтобы проблем больше не возникало, дарю телефон. Мой номер уже установлен.       Итан принял коробку с некоторым замешательством. Он смотрел на неё, не зная, как реагировать. С одной стороны, вполне удобный и полезный подарок, а с другой – складывалось впечатление, что Брайан в такой образ пытается установить контроль.       - Щедро, - в конце концов ответил Итан. – Благодарю.       - Всегда пожалуйста. Только из виду не пропадай. Что у тебя там по делу Локвуда? Мне звонил Гарри, говорил, ты приходил к нему.       С растерянностью Итан принялся распаковывать коробку. Ему было странно осознавать, что у него теперь есть собственный телефон, к тому же, уже настроенный и готовый к использованию. Не нуждавшись в подобной технике доселе, он не особо понимал, как с ней управляться.       - Да, я заходил к Гарри, - он вернулся к разговору, не поднимая взгляда от телефона. – Он рассказал мне несколько нюансов, объяснил, как лучше работать на вечеринке. Там и уберу Локвуда. В общем, встреча оказалась полезной.       - Отлично. Рад, что Гарри не подвёл. Локвуд - серьёзная фигура, надеюсь, ты понимаешь, что ошибок быть не должно.       - Понимаю, - ответил Итан, проверяя контакты в телефоне.       Распахнулась дверь, и в дом вошёл Кай. Он на ходу снял капюшон, встряхнул волосы и, увидев Нортона, сразу же нахмурился. Тот, в свою очередь, приподнял брови, удивлённый его появлением:       - Амэнкайо? Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть!       Кай скрестил руки на груди и, отворачиваясь, что-то пробормотал под нос на испанском, звучавшем недвусмысленно грубо. Выходка заставила Итана поднять на него взгляд и улыбнуться, хотя Кай выглядел так, словно был готов уйти прямо сейчас, лишь бы не находиться с Брайаном в одной комнате. Нортон, сделав вид, что не обратил внимания на резкий выпад, продолжил в своей обычной манере:       - Какими судьбами?       - Буду помогать на вечеринке, другу нужна пара.       - Интересный дуэт, - он посмотрел с ухмылкой на Итана. - Что ж, я тоже буду на маскараде, но запомните: я вас не знаю, вы не знаете меня. Поняли?       - Поняли, - кивнул тот и спрятал в карман телефон.       Поразмыслив считанные секунды, Нортон подался вперёд и с нескрываемой угрозой прошипел, обращаясь к Итану:       - Если с ним что-то случится, упаси Бог... Ты больше не должен втягивать этого мальчишку в наши дела. Усёк? Он слишком ценен.       Итан нахмурился, не понимая смысл его слов и почему он вдруг так спешно сменил тему.       - Ценен?       - Именно. Если ты не уверен, что сможешь обеспечить ему безопасность, лучше сразу скажи.       Кай, стоявший в стороне, скривился и уперся руками в стол:       - Вы можете не говорить обо мне, хотя бы пока я присутствую рядом?!       - Он очень важен, - продолжил Нортон, проигнорировав возмущения, прозвучавшие над ухом. - Амэнкайо - один из лучших программистов, которых мне доводилось встречать. Взлом систем, устранение следов, добыча данных - он делает это с таким мастерством, будто родился с клавиатурой в руках.       - Потрясающе, - язвительно вставил Кай, скрестив руки на груди. - Давайте ещё громче распишем мои таланты, чтобы я окончательно почувствовал себя товаром на рынке!       - Товаром? - подхватила Элинор, которая всё это время наблюдала за диалогом. - Судя по словам Нортона, ты больше похож на швейцарский нож.       Кай скосил на неё взгляд:       - Швейцарский нож полезнее. Я просто развлекаюсь, вот и всё!       - Да не ври, тебе льстят мои слова, - сухо бросил Нортон, посмотрев на Кая. – Ты же, как только увидишь перед собой сложную задачу, так сразу и примешься её решать, как будто играешь любимой игрушкой.       - И что он делает для тебя? – вмешался Итан, не реагируя ни на Кая, ни на Элинор.       - Всё, что нужно, чтобы выиграть время и сберечь нервы. Взломы, утечка информации, сбои в системах. Всё то, что невозможно доверить людям с меньшим опытом. За его услуги я отдал Рикардо немаленькую сумму. Очень немаленькую.       - Ого, - протянул Кай, склонив голову. - То есть я, оказывается, стою приличных денег?       Элинор тихо хмыкнула:       - И сколько ты за это получаешь?       - Аж целый ноль! Разве что папа не донимает меня расспросами о моих прогулках.       Нортон отмахнулся от его слов:       - Рикардо согласился не только из-за денег. У нас взаимовыгодное сотрудничество. Я предоставляю гарантии безопасности Кая. В противном случае, кто-то мог бы использовать его куда менее… благородно. Или вообще убрать как угрозу.       - Хочешь сказать, за ним кто-то может охотиться? – теперь Итан бросил на Кая обеспокоенный взгляд. Ему не хотелось, чтобы с этим парнем что-то случилось, уж больно он ему симпатизировал.       - Ещё как, - подтвердил Нортон. - Такие люди всегда в зоне риска. Рикардо понимает суть и предпочёл держать его ближе.       Кай показательно цокнул и закатил глаза:       - А кто-нибудь вообще собирался спросить меня, хочу ли я быть частью вашего «сотрудничества»? - А после он посмотрел на Итана. - Прости, я не успел рассказать о себе все детали, но именно это хобби я и подразумевал, когда говорил о чужом грязном белье. Спасибо, Брайан, что отвечаешь вместо меня!       Элинор, для которой диалог становился всё интереснее, спросила:       - Допустим, я спрошу твоё мнение? Какой ответ?       - Мне всё это и нахрен не надо! Справедливости ради, я просто веселюсь! Взломать сложную систему, разрушить чьи-то планы – есть в этом что-то адреналиновое, но не больше!       Итан долго смотрел на него, а затем вернулся к Нортону:       - Он всё ещё подросток, Брайан… Наивный, безрассудный мальчишка.       - Как и ты, но разве это что-то меняет? Ладно, - он встал из-за стола. – Я тебя предупредил. Если с ним что-то случится – виноват будешь ты. Я с тебя обязательно спрошу, учти.       Фраза прозвучала, как точка в разговоре. Кай фыркнул и шепнул Элинор:       - Слышала? Теперь я официально под защитой.       - Ты и так был, - отмахнулась она. – Только под Брайаном, а теперь… не завидую, Ит бывает той ещё душнилой. Но и ты его сильно не обременяй, не подкидывай проблем. Он устал.       Уже около выхода Нортон остановился, взявшись за дверную ручку. Его рука дрогнула, и он обернулся, сосредоточив внимание на Итане. На лице мужчины отразилась смесь сожаления, вины и даже доли несвойственной ему нерешительности.       - Совсем забыл, - начал он, опустив взгляд. – Я ведь приехал не только для того, чтобы обсудить ваши планы. Итан, у меня для тебя… дурные вести.       - Что ещё? – спросил он, насупив брови.       - До меня дошли слухи. Один из твоих братьев... кажется, Джеймс. Он погиб, пытаясь разобраться с обидчиками Анны, а второго… - он выдержал паузу, прежде чем продолжить, - упрятали в тюрьму. Мне очень жаль, парень.       Элинор и Кай переглянулись, не зная, как реагировать на услышанное. В комнате вдруг стало холодно и как-то тяжело, словно воздух сгустился сам по себе. Основной удар пришёлся на Итана.       Он вскинул одну бровь, встряхнул головой, и опустил взгляд на стол, кусая губу до крови. В голове раздался гул, наполняя сознание и смазывая реальность.       Анна. Джеймс. Оливер. Кто дальше?       В сердце кольнуло так сильно, будто в него втиснули острые иголки, но Итан ничего не сказал. Он молча поднялся из-за стола, не ощущая веса собственного тела и в полной тишине направился к лестнице.       - Итан, подожди, - неуверенно окликнул его Кай, пытаясь понять, что делать.       Но Элинор быстро положила руку ему на плечо, остановив.       - Не сейчас, - прошептала она. - Позволь ему побыть одному.       Кай ещё секунду смотрел в спину уходящего Итана, но потом, немного сникнув, сел на место. Элинор отпустила его плечо и отвела глаза, сама теряясь в своих мыслях.       Захлопнув дверь, пальцы Итана задержались на ключе. Он всё думал: стоит ли закрываться? Щелчок разорвал тишину. Запертая дверь тонкой гранью отделяла его от всего остального мира, но не от самого себя. Боль, острая, как лезвие, пронзала изнутри, раскалывая душу на осколки, которые невозможно собрать. Шаги вгрызались в пол, оставляя следы отчаяния.       Свет из окна ударил прямо в глаза.       Солнечный луч, такой яркий и ласковый, насмехался над Итаном, над его отчуждённостью. Он прикрыл глаза рукой, но сияние всё равно проникало сквозь веки, обжигая, как пламя зажигалки. Первая горячая слеза скатилась по щеке, и дрожащая рука небрежно смахнула её.       Итан пытался удержать себя в контроле, но не получилось. Он просто застыл посреди комнаты, врос в пол. Сердце сжалось в маленький комок, а грудь заполнилась свинцом. Тяжесть утраты давила изнутри, ломая кости. В какой-то момент ноги подкосились, и он рухнул на пол. Колени ударились о твёрдую поверхность, но боль не проступила. Она была слишком ничтожной в сравнении с той, что извращённо разрывала его на куски. Итан обхватил себя руками, сжался в клубочек, как беззащитный котёнок, пытаясь спрятаться от невыносимой реальности. Рыдания вырвались так резко и внезапно, что он не успел их подавить. Глухие, рваные, будто он задыхался в попытке удержать воздух. Слёзы лились нескончаемым потоком, стекая по лицу и падая на пол. Он уткнулся лбом в колени, сжимая себя всё сильнее, но это не помогало.       Ему было больно, так больно, что казалось, он больше не выдержит. Боль скручивала его, сжимая в гигантском кулаке, выворачивая наизнанку каждую эмоцию.       - Я один, - прошептал он, выдохнув в колено. – Совсем. Больше никого не осталось.        Ногти вонзились в ладони, оставляя красные следы. Единственные способ убедить себя, что он всё ещё жив, что всё ещё чувствует, но вместо облегчения пришло осознание: больше некому помочь, больше не на кого опереться.       Минуты мучительно растягивались в часы. Ослабленное тело сотрясалось от рыданий, плечи подрагивали. Итан пытался дышать, но вдох раз за разом обжигал лёгкие, в то время как душа замерзала, заполняя тело холодом одиночества. В конце концов, он поднялся на ноги и, распахнув дверцы шкафа, методично принялся вышвыривать вещи. Пол усеяла одежда, но она не имела значения. Итан искал одну конкретную вещь…       Рука замерла, коснувшись старой, запылённой коробки. Она была маленькой, невзрачной. Оставленное когда-то приданное - не подарок, не напоминание, а скорее угроза из прошлого. Когда Патрисия оставила эту коробку, она просто сказала:       - На крайний случай, если станет слишком тяжело.       Итан не открывал «ящик Пандоры». До сегодняшнего дня.       Крышка поддалась легко, и перед глазами появились небольшие пакетики с белым порошком, невинные на вид, но несущие в себе обещание забыть всё, что терзает. Пальцы задрожали, обхватив один из них. Губы пересохли, а в горле застрял ком. Боль притупилась на миг, но лишь затем, чтобы разразиться новой волной. Голова опустилась, а в ней зазвенел лишь один вопрос: «Как долго я ещё могу терпеть?»       На столе появились первые дорожки.       Плавные линии порошка, ровные и безупречные, как следы, оставленные людьми в жизнях других. Хрупкие, тонкие, легко стираемые.       - Прости, - слова сорвались с губ, адресованные никому. Ни Анне, ни братьям, ни Патрисии, ни Элинор. Может, самому себе?       Первый вдох обжёг ноздрю, но вместе с огнём явилось облегчение. Голова закружилась, душа оторвалась от пола, от реальности, от самого существования.       Ещё одна дорожка.       И ещё одна!       Руки двигались машинально, глаза затуманились. Каждый вдох отдалял от настоящего - от разочарований, от ожиданий, от этой проклятой комнаты, от себя самого.       В какой-то момент порошок перестал быть просто порошком. Он стал спасением, которое хоть и ненадолго, но скрывало эмоции и чувства.       Очередная дорожка. Слишком много порошка, но…       Всё замерло. В груди больше не жгло, мозг перестал выбрасывать картинки из прошлого.       Тишина, похожая на смерть, которую Итан принял бы с радостью. Тело казалось неестественно лёгким, невесомым, и в какой-то миг ему даже показалось, что он смотрит сам на себя с потолка. Ещё несколько часов назад этот человек был полон упрямства, желания идти вперёд, наказать того, кто обидел его сестру, а теперь он видел перед собой только пустую оболочку.       Он больше не был собой.       Остались лишь обрывки.       Руки бессильно свисали вдоль тела, на губах блуждала неуловимая полуулыбка. Боль отступила, а вместе с ней и желание бороться. Решение сдаться больше не казалось таким ужасным.       Мир вокруг выцвел, теряя краски и очертания. Потолок исчез, стены растворились, и комната превратилась в пустоту. Оставались лишь отголоски боли, но и они становились глуше, слабее, пока не превратились в неразличимый шёпот.       Итан лежал на полу. Только дыхание - замедленное, спокойное, - и где-то внутри всё ещё горевшая боль. Она не ушла. Просто залегла на дно, как раненое животное, которое прячется, чтобы собраться с силами и вернуться в дикий мир. Его губы приоткрылись, но слов не было. Глаза, застывшие на одном месте, смотрели вперёд, ничего не видя.       А потом что-то начало меняться.       Вспышка света, движение на периферии сознания, и вот он уже сидит с Анной у реки. Они здесь бывали раньше, в те времена, когда ничего ещё не было потеряно. Вода скользила между камнями, а её плеск убаюкивал. Анна смотрела на Итана с любовью, которая всегда теплилась в его сердце.       - Ты снова замолчал, - сказала она, касаясь его руки. – Пойдём домой?       Подняв глаза, Итан увидел, как её алые губы кривятся в улыбке. Как когда-то давно, когда они ещё могли смеяться.       Дом… Итан встал и покорно пошел за сестрой. Река осталась за спиной, а впереди появилась тропинка. Узкая и извилистая, где знаком каждый поворот, каждый шаг и ветка. Они шли к своей хижине, к их вымышленному миру, где нет места для чужих людей.       На крыльце, у самого входа, двоих встретил белоснежный кот Каспер, лениво поднявший голову и тут же вернувшийся обратно к дремоте. Вайк лежал рядом, виляя хвостом и по-настоящему радуясь появлению хозяина, как могут только собаки. Мелочи, такие знакомые, но такие ненастоящие, сжимающие грудь кольцом.       Издалека донёсся смех.       Голоса Джеймса и Оливера – звонкие и живые. Но Итан не хотел идти к ним. Они всегда будут здесь. Навсегда останутся частью выдуманного мира.       Анна усадила брата на ступени и солнечный свет обнял двоих, грея так, как реальность уже не могла. Её голова опустилась на крепкое плечо, и такое близкое дыхание обожгло кожу. Итан почти слышал, как бьётся девичье сердце. А потом вдали появился силуэт…       Фигура шагала сквозь деревья. За её спиной ярко горело солнце, настолько ослепляющее, что разглядеть лицо казалось невозможным. В груди вспыхнуло что-то непривычное, трепетное.       - Кай? – почему-то сам себя спросил Итан.       И фигура остановилась.       Неужели действительно он? Неужели в его вымышленном мире нашлось для него место?       - Нет, не ходи к нему, - голос Анны настойчиво перехватил внимание, и она обвила плечи брата руками, заставляя остаться. – Побудь со мной. Ещё немного! Мне так холодно здесь…       Итан хотел возразить, хотел сказать, что… но что? Что его тянет к тому, кто стоит в лучах яркого света? Что ему хочется остаться с кем-то другим?       Нет, голос сестры оказался настойчивее, желаннее. И он поддался.       - Хорошо, Анна, - он спрятался носом в её шее, позволяя длинным волосам накрыть его лицо. – Я остаюсь. Здесь, с тобой.       Солнечное сияние растворило силуэт, замедлив движение мира, пока вокруг не осталось ничего, кроме дыхания Анны и придуманного покоя…