Переплетение

Нил был знаком с Джереми официально и неофициально. Официально — в детстве, когда Натан всем представлял его, как своего приемника а Нил молча это принимал. Неофициально — на съезде в Лондоне, три года назад, когда Нил жил уже другой жизнью. Он предложил ему выпить и сходить на ужин, Нил вежливо отказался, но они приятно поговорили. С Джереми было довольно легко с первых минут знакомства, как будто он физически излучал дружелюбие, транслируя свою безобидность. Нил бы поверил в это, если бы не видел на одной из записей дяди как Джереми, будучи на допросе, сломал человеку шею одним ударом. Запись была засекречена, но допрашиваемый, или уже убитый, зависит от того, в какой момент вы смотрите, проклял одного из близких друзей Джереми так, что тот плевался иголками до самой смерти, которая была медленной и мучительной. Так что Нил в целом понимал Джереми. И, конечно, он никогда его не недооценивал. Джереми сразу же узнал его номер телефона, хотя у Нила он был новый. Он так и сказал, как только ответил: — Привет, Нил. Нил усмехнулся. Конечно, троянцы и их фокусы. Они обменялись любезностями, от которых у Нила на языке остался кислый привкус, прежде чем перешли к делу: — Мне нужна услуга, — сказал он, наблюдая из окна улицу и соседние дома. Эндрю оставил его одного для звонка и, вероятно, он третировал Кевина где-то внизу. — Это как-то касается Кевина Дэя? — спросил Джереми и, Нил, опять же, не удивился. Троянцы знали всё, это было нормально. Собственно, это была одна из причин, почему он вообще подумал о Джереми. — В какой-то мере. Мне нужно связаться с Жаном Моро в Гнезде. Задать несколько вопросов. Связь я могу образовать сам, у меня есть его нить, но мне нужен тот, кто сможет передать голос, — ответил Нил. Джереми молчал несколько секунд, вероятно, обдумывая, прежде чем сказать: — Сможем ли мы сделать это так, чтобы никто не узнал? — Вероятно. Единственный, кто сможет узнать, это Жан, и рассказать, следовательно, сможет только он, но этот вопрос можно решить через кошачий язык или любым другим вариантом. Джереми засмеялся. Кошачий язык — одно из довольно неприятных магических воздействий, не проклятье, но накладывается на информацию, которую нельзя произносить вслух. Если сделать попытку, то язык становится шершавым и сухим, как у кошки, и возможность говорить пропадает чисто физически. — Могу я увидеться с Кевином, взамен на мою помощь? — спросил Джереми. Нил удивился. Он не знал, что эти двое были знакомы. — Конечно. Он спит в гостиной внизу, ему всё равно нечего делать, — ответил он, пожав плечами, хотя Джереми его, конечно, не видел. — Отлично. Я решу вопрос с перелетом и сообщу тебе. Я так понимаю, лучше не затягивать? — Да, чем быстрее мы решим этот вопрос, тем лучше, — ответил Нил, а затем добавил: — Ты не спросишь, зачем нам это всё нужно? — Нет. Чем меньше я знаю, тем лучше, — ответил Джереми уклончиво, и Нил, в целом, был с ним согласен. Хотя Кевин ему все равно растреплет. — Нил, а ты сам в безопасности? Вопрос Джереми напряг его. Клан, к которому принадлежал Джереми, был нейтральным, да. И очень, очень хорошо информированным. — Я никогда не в безопасности полностью, но по большей части да, — уклончиво ответил он. — Слышал, бывшие люди Мясника умирают один за другим, — сказал Джереми. — И? – спросил Нил, напрягаясь еще больше. Он не собирался оправдываться, это было его дело. После смерти Мясника его люди потеряли иммунитет. — Просто говорю, что это происходит. И это обсуждают. — В каком контексте? – спросил он. Ему было по большей части все равно, даже если его действия кого-то не устраивают. Но ему было интересно кого именно. Кому нужны люди мертвого Мясника? — Пока в контексте любопытства, — ответил Джереми. — Это их право, — нейтрально ответил Нил. — А что насчёт некоего Эндрю Миньярда, в доме которого теперь находится Кевин Дэй? Конечно, Джереми был милым, иллюзорно дружелюбным и готовым помочь. Конечно, он все знал. — Я тоже здесь, — сказал он, и добавил: — А что до некоего Эндрю Миньярда, то скажи всем интересующимся, что любопытство сгубило кошку, она запуталась в клубке ниток и задушила сама себя. И снова ассоциация с кошками. Черт. Нужно найти какую-нибудь и принести ей еды. — Хорошо, Нил, до встречи, — тем же миролюбивым голосом ответил Джереми, и звонок закончился. Нил тяжело вздохнул. Он даже не понял, что его мышцы снова напряглись. Как бы он не хотел, чтобы Эндрю впутывался во все это, видимо, это было неизбежно и происходило вне его контроля. А значит – Эндрю может стать мишенью. А значит – Нилу нужно быть внимательнее. Обычно кланы не волновали такие мелкие разборки, и конечно же их не должен был волновать обычный человек, вроде Эндрю. Даже с учетом того, что у него была такая необычная особенность. Было ли еще что-то? Внезапно ему очень захотелось самому узнать о том, какая же информация есть у Рико. Кто был отцом Эндрю? Была ли кровь Эндрю особенной? Если бы он её попробовал, возможно, он бы смог узнать что-то? Но шанс был очень маленьким. К тому же, даже от этой мысли его затошнило. Крови понадобилось бы много. К тому же, просто по вкусу он мог бы понять самые простые вещи, которые бы не дали ничего конкретного. Оно не стоит того. Нил не хотел знать вкус крови Эндрю. Он бросил взгляд на постель, где они спали чуть больше часа назад. Эндрю обнимал его, он был теплым и так хорошо пах, его кожа была приятной под губами. Иногда, когда Нил не спал, ему нравилось чувствовать пульс жизни в теле Эндрю. Он прижимался к шее, к запястью, к животу – местам, где стук бегущей крови ощущался сильнее всего, и успокаивался. Кровь бежала, значит, Эндрю был жив. Когда он только пришел сюда, в этот дом, и нашел Эндрю, лежащим на крыльце, то почувствовал странный жар от его тела. Нечеловеческий. До этого, что бы они не делали, температура тела Эндрю была обычной. Он знал это, точно знал, потому что температура тела — это кровь, а в этом он разбирался. Тогда, в тот момент, кровь Эндрю была будто бы горячей. Он погладил его, поцеловал, и через какое-то время температура вернулась в норму. Если брать во внимание это, особенность Эндрю и странное внимание кланов, то это начинало настораживать. Возможно ли, что способности Эндрю были больше, чем он сам знал? Он начал нервно постукивать ногой по полу и покачиваться. Эти мысли не приносили ему никакой пользы, а вот информация принесет. А для этого нужно было дождаться Джереми. Что ж, ладно. Нил стащил со стула спортивные штаны Эндрю и натянул на себя, но футболку оставил. У него не было желания переодеваться во что-то из своих вещей, лежащих в сумке возле шкафа. Разве что, он достал носки. Полы здесь были холодными, а если его ноги сильно мерзнут, то их начинает ломить. Он знал, что это из-за старых травм. Кости и сухожилия срослись, но следы остались и иногда они убивали его. Поэтому он старался не мерзнуть. Ему нравилось в комнате Эндрю, здесь все было его и пахло им. Много книг, одежда, ноутбук, наушники, даже цветок на окне, который, каким-то чудом, был жив, учитывая что последний месяц Эндрю довольно редко бывал здесь. Он не знал, что это за растение, но зачем-то потрогал один из его лепестков. Нужно было идти вниз, но ему не хотелось. Моментами он чувствовал, что устал. Не той обычной усталостью, а такой, которая всегда жила внутри и была тяжелой, тянула вниз. Он привык носить её с собой как дополнительный груз. Он вспомнил, что ему нужно будет связаться с дядей, сегодня вечером или завтра утром. Лучше завтра. Он вздохнул, сунул телефон в карман штанов Эндрю и вышел из комнаты, тихо ступая по полу. Дом ему нравился меньше, чем комната. Он был другим, как будто бы картонным, будто бы можно ударить в стену и проломить её. Пока он жил с дядей, он привык к другому. К старому камню, хранящему память, к запаху дождя и влажной земле, к тому, что все вокруг тебя было старше тебя, старше на несколько поколений и крепче. Здесь он такого не чувствовал, и это поднимало в нем волну тревоги, которая отступала только когда рядом был Эндрю, и это тоже было непривычным, но только поначалу. Нил никогда ни к кому не привязывался и в целом, избегал этого, но с Эндрю не мог. Даже когда все внутри говорило уходить, он оставался. У него в жизни не было такого количества секса, какое было с Эндрю. Он никогда этого не хотел, и иногда ему казалось, что сам процесс был странным, даже сейчас, но было в нем что-то очаровательное. Как разговор на другом уровне. Вероятно, без Эндрю, секс бы снова перестал его интересовать. Потому что дело было именно в Эндрю и ни в чем другом. Участник его мыслей сидел в гостиной, напротив Кевина, но они не разговаривали. Эндрю что-то читал в своем телефоне, а Кевин напряженно пялился в выключенный телевизор, хотя, скорее всего, в никуда. Но выглядело будто в телевизор. Кевин вызывал у него чувство жалости, но Нил никогда никого не жалел. Как никто никогда не жалел его самого. — Джереми летит сюда, — сказал он без предисловий, подходя ближе к Эндрю и встал возле него, но не дотронулся. Эндрю не любил, когда его трогали, пока он не видел, а иногда лучше было даже спросить. Нила это вполне устраивало, и когда на него поднялся карий взгляд красивых глаз, он кивком указал на колени Эндрю и, дождавшись положительного кивка в ответ, упал сверху. Эндрю не издал ни звука, пока Нил устраивал ноги на его коленях, а телом облокотился на спинку дивана рядом. — Я не понимаю, — растерянно произнес Кевин. Нил вздохнул. — Джереми Нокс. Летит сюда. Хочет поболтать с тобой, — дополнил он, наблюдая, как меняется лицо Кевина, как сужаются его зрачки. — Джереми из троянцев?! Нил кивнул. Кевин внезапно вскочил на ноги, слегка напугав их обоих. Затем он начал ходить по комнате из стороны в сторону. — О чем он хочет поговорить? Зачем? Почему я? – повторял он. Нилу стало смешно. — Как ты думаешь? Ты ушел из клана, пришел к стороннему человеку, взбудоражил Рико и Воронов, и, ты думаешь, это останется секретом? – спросил он с иронией. — Дела Воронов не такого масштаба, чтобы интересовать верхушки, — ответил Кевин, но не особо уверенно. Вообще-то, он был прав. — Да, но Троянцы, Кевин, знают всё. И Джереми, видимо, очень интересно узнать из первых рук о том, как ты поживаешь, — сказал Нил. Эндрю все это время молчал, но уже не смотрел в телефон, а наблюдал за Кевином. У него был красивый профиль, и Нил погладил его нос кончиком пальца. Эндрю легко схватил его за руку и положил эту руку себе на грудь. Тепло. Кевин смотрел на них, и на его щеках был румянец. Видимо, такое проявление привязанности было для него чем-то необычным. Для Нила, честно говоря, тоже, но он уже привык к себе такому. Иногда он испытывал к Эндрю такое количество чувств, природы которых он не понимал, что ему просто хотелось его укусить. Не сильно, так, больше прикусить. Как будто Эндрю был таким аппетитным. Он усмехнулся сам себе. Если бы дядя увидел его таким, то не поверил бы. Кевин отвернулся от них. — Когда он прилетит? – спросил Эндрю. — Пока не знаю, он сказал, что сообщит, как только приобретет билеты. Скорее всего, ему нужно будет получить разрешение, он все же важная фигура у Троянцев, ему нельзя покидать штат, никого не предупредив. И это «нельзя» не потому, что запрещено. Нет, просто от него очень многое зависит. Клановая структура так работала. Нил, в свою очередь, имел более длинный поводок, но также был частью этой структуры. А если бы он рос с дядей с самого детства, то, скорее всего, ему было бы в два раза сложнее уехать из страны. Но, конечно, это его бы не остановило. Кевин так и стоял посреди комнаты, и это нервировало. — Прижми задницу, — сказал Нил. Кевин бросил ему недовольный взгляд. Королевская особа, надо же. — От твоих нервов ситуация не изменится. Давай лучше подумаем о том, что мы спросим у Жана, когда свяжемся с ним, — добавил Нил, чтобы отвлечь его. Кевин нахмурился, а затем его лицо осветилось пониманием. — Так Джереми летит сюда для этого? — Да. Он окажет нам услугу, — честно ответил Нил. — Что ему нужно взамен? – спросил Кевин. Конечно, он тоже понимал, что ничего не делается просто так. — Встреча с тобой, — ответил Нил и улыбнулся так, чтобы это выглядело неприятно. Наконец, Кевин сел и сложил руки в замок перед собой. — Итак. Некий Джереми прилетает сюда, чтобы помочь связаться с неким Жаном, которому мы должны задать вопросы, чтобы не тащиться в Гнездо, — сказал Эндрю. — Все так. Дальше будем действовать по ситуации. Сейчас нам нужно решить, о чем мы будем говорить с Жаном и как нам убедить его помочь нам, — ответил Нил. — Сколько времени у нас будет? — спросил Кевин. Нил пожал плечами. — Думаю, минут 5, может быть десять, в лучшем случае, если нам повезет и Жан будет один, когда мы окажемся в его голове. Тебе, Кевин, тоже придется в этом участвовать. Твой голос он знает, а мой, скорее всего, не помнит, — сказал Нил. Один человек или два — для него неважно, сил на это тратится одинаково. На самом деле вопрос был не только в голосе, а больше в самом Кевине. Он сам заварил эту кашу, потому что не мог решить вопрос с Рико и втянул в это других людей. Это было эгоистично, учитывая на что был способен Рико в целом, и кому, как не Кевину было об этом знать. — Он знает тебя? — удивился Кевин, и Нил внутренне чертыхнулся. — Это сейчас не самый важный вопрос, Кевин. Важно то, что тебе придется разбираться в ситуации так же, как и нам. Кевин только кивнул, продолжая смотреть на него, чуть прищурившись. — Нам нужно выяснить, какая информация есть у него об Эндрю, и как её достать, если он не знает подробностей, — сказал Нил. Эндрю кивнул в подтверждении. Они помолчали пару минут, прежде чем он заговорил: — Прежде чем ехать к твоему отцу, нам нужно решить, как отвести от него внимание Рико. И, следовательно, от тебя. А для этого нам нужно создать ему другую проблему, но я сомневаюсь, что это вообще реально. Нил был с ним согласен. Рико считал Кевина своей собственностью, как и всех остальных членов Гнезда. Сомнительно, что он переключится на что-то другое, только если это «что-то» не будет очень масштабным. — Можно попробовать вступить в другой клан и получить защиту, но это сложно и долго, — предположил Нил вслух. — Я думаю, для начала нужно связаться с Ваймаком и все ему рассказать. Нужно учитывать мнение третьей стороны, даже если она пока что, замешана лишь косвенно, — сказал Эндрю, и его слова звучали как-то слишком официально, что было забавно. — Я не хочу его вмешивать! – возмутился Кевин. — Ты уже вмешал его, — отпарировал Эндрю. Нил задумался. — А что если мы свяжемся с ним, но Рико об этом не узнает? – предположил он. — Разве это реально? – нахмурившись, спросил Кевин. Нил посмотрел на него, наигранно разочарованно. — Ты, вроде бы, всю жизнь прожил внутри клана, но при этом как будто вчера родился. Конечно, это возможно. Сложно, но вполне реально. Только нам придется ехать туда, а не звонить, потому что все прослушивается, и вот здесь ничего тайного сделать не получиться. — Рико может его прослушивать? – спросил Эндрю, поглаживая его колено сквозь ткань штанов. — Нет, Рико нет, но Дэвид – часть клановой системы, даже если не совсем обычная. И, конечно, за ним наблюдают. И если внешний вид и передвижение скрыть можно, то линии телефонной связи – нет, потому что это техническое изобретение, и даже если обложить его магией, то сервера и хранение данных все равно останутся. — Что ты предлагаешь? – спросил Эндрю. — Я думаю, мы должны поехать к Ваймаку и заявиться к нему лично. Можно скрыть наши лица, чтобы никто нас не узнал, а на дом можно наложить иллюзию присутствия. Единственная проблема – если вдруг Рико решит снова заявиться сюда, то, конечно, поймет, что к чему. Поэтому, если мы рискнем, нужно будет действовать быстро, — ответил Нил задумчиво, набрасывая план в голове. — Мы возьмем Аарона и Ники с собой, — сказал Эндрю. Это был не вопрос, и Нил понимал, что Эндрю не готов оставлять других членов своей семьи без своей защиты. Он не стал с ним спорить, это было не его дело. Если Эндрю хотел таскать всех своих родственников с собой, то он просто примет это как факт. — Это уже похоже на план, — добавил Эндрю. — Пока Джереми решает вопросы с перелетом, мы можем заняться подготовкой, — резюмировал Нил, а затем добавил: — Нам снова придется поехать к китайцам, потому что у них есть то, что мне нужно. И на этот раз от ужина нам не отвертеться. — Когда? – спросил Эндрю. — Я думаю завтра. Мне нужно связаться с дядей и уточнить пару деталей. Он намеренно не говорил конкретно, но не только потому, что здесь был Кевин, хотя и поэтому тоже. Нил хотел поспрашивать дядю о разных вещах касательно Воронов и не только, и, скорее всего, ему придется рассказать о происходящем. Если он еще не знает. Это было бы странно, потому что обычно, за ним всегда следили, даже если не открыто. Но он всегда был на виду. И Нил надеялся, что дядя бы уже остановил его, если бы ему что-то не понравилось. Невмешательство было необычным для Стюарта Хэтфорда.