Том 2. Восход и Лучи Прошлого

Бесчисленные сверкающие драгоценности при тусклом освещении на десятках ухоженных руках, шеях и ушах, профессионально приготовленные блюда, услужливые официанты с бокалами с дорогими сортами вин и шампанского и закусками на подносах... Присутствующие разбились по компаниям: дамы в роскошных вечерних платьях и мужчины в элегантных костюмах, почётные господа пожилых лет и едва достигшие подросткового возраста дети, молодые люди, втянутые в деятельность своих родителей. Не исключение и Никодим — наследник династии Гельфанд — самоуверенный юноша, обладающий стратегическим мышлением и пытливым умом. Рядом с ним, на диване, расположилась Августа, его младшая сестра, наоборот, склонная обращаться к правилам морали, эмпатичная и слегка наивная. — Скоро закончится, потерпи, — вдруг подал голос Никодим, заметив, как сидящая рядом ёрзает, явно утомлённая светским мероприятием. — Я знаю, что это не твоя стихия. — И не твоя, — тут же отметила Августа, резко расправляя веер в своей миниатюрной ладони, дабы доказать уверенность в суждении. — Почему? — Никодим невольно заинтересовался, выдавая озабоченность своим видом со стороны, пригладил светлую залакированную шевелюру. — Я знаю, что ты не хочешь жить, — еле слышно произнесла она, облокотившись о колено брата. — Ты очень одинок, но ты этого не заслуживаешь... — Все мы когда-то умрём, — юноша тяжело вздохнул. — И ты меньше всех остальных заслуживаешь смерти. — Я заслужу смерть только тогда, когда захочу жить, — процитировала из своей памяти Августа, взмахивая розовыми локонами, собранными в высокий хвост. Она перевела взгляд ярко-зелёных глаз вверх, они тотчас малость заблестели — девушку одолели мысли о прошлом, в то время как Никодим погрузился в глубокие раздумья. Вскоре к паре подошёл зрелых лет мужчина, имеющий внушительный статный вид, в изысканном смокинге. Аккуратно поправляя уточненными пальцами прямоугольные очки на морщинистой переносице, он лестно обратился к юноше: — Младший Гельфанд? Для меня большая честь познакомиться с Вами, — он протянул жилистую ладонь. — А Вы, должно быть Августа? — Всё верно. Августа, оставь нас наедине, пожалуйста, — и девушка тотчас смиренно встала, вливаясь в толпу. — А к Вам как мне стоит обращаться? — О, поверьте, я знаю о Вас больше, чем Вы можете себе представить, — таинственный незнакомец с неразборчивой обидой, но все же учтиво убрал руку, обнажая кремово-желтоватого оттенка сточенные зубы. — Сократ Ормандо. В тот же миг раздался оглушительный выстрел, в унисон которому потакали испуганные вскрики и звон разбитой посуды, расколовшихся бокалов. Погас приглушенный вечерний свет, зал полностью окутали объятия мрака. — Смотрите, господин Гельфанд младший, — с довольным оскалом продолжал мужчина, в то время как сидящий рядом инстинктивно задрожал от неожиданности. Он непринуждённо щелкнул пальцами перед носом Никодима, и все приглашённые знатные особы тотчас обратились в пыль, на глазах юноши их тела бесследно рассыпались, подобно развеянному праху. Юный наследник напрягся, торопливо вскочил, как вдруг рука Ормандо одним движением остановила его, надавив на грудную клетку, вынудила сесть обратно. — Вы точно не хотите продолжить дело своего отца? — подводя итог, Сократ расслабленно плюхнулся на диван и отклонился. — Осколки — вещь полезная. Позволит Вам отличать иллюзию от реальности. — Хм, — Никодим нервно дёрнул щекой. — Я обязательно подумаю над Вашим предложением. — О, милый мой, я ещё не начал предлагать, — доминантно ухмыльнулся мужчина. — Что ж... — спустя минуту молчания юноша наконец выдвинул условия, глядя в одну точку своими ярко-зелёными глазами. — Я встану на этот пост, но только при одном условии. — Я внимательно слушаю, — Сократ оторвал корпус от спинки в знак любопытства и сосредоточенно упёрся локтями о колени. — Вы отдадите мне Дитя Лебен.