Где-то

***

      Мы снова переезжаем... Переезжаем. Ладно. На этот раз хотя бы не пробыли на новом месте долго. Всего пару месяцев. Плюс-минус. Я считал. Но сбился, когда наконец вышло заобщаться с одним из одноклассников. Ничего особенного из этого не получилось. Он был, как бы это сказать... Странным. Любил говорить о тачках, постоянно играл в Need for speed. Ну, я тоже немного играл, правда в автотехнике ни того, ни этого. Он таскал меня к себе почти каждый день гамать в приставку. Его дом был такой же, как он, странный. И ковёр, на котором мы всегда сидели, странно пах, и вид из окна был странным, на какую-то полудохлую промзону. Фу! Как хорошо, что мы уезжаем. Я уже даже забыл как его звали. Проехали.       Когда отец произнёс это своё: "Мне надо кое-что сказать тебе, сынок", - я уже знал, о чём будет разговор. Мужское лицо стало в этот момент озадаченным донельзя, меж бровей пролегла морщина. Весь его натужный вид так и говорил, что тот сожалеет, что слова ему даются не легло. Однако насколько это было правдой? В конце я неискренне поинтересовался: "Куда на этот раз?" - он просто ответил: "Далеко". Ну окей, где мы только не бывали. А теперь и далеко побываем, не привыкать.       Путь правда оказался далёким. Прошёл первый день, второй, третий... Дорога всё не кончалась. Реальность за окном начинала костенеть, чуть-чуть чуть-чуть и окно покроется слоем то ли льда, то ли пыли, звёздной или самой обычной, что собирается на верхних полках, где лежит только то, что никому не нужно. На навигатор я из принципа не смотрел, но чем дольше мы ехали, тем становилось холоднее, это - факт. И, когда все 20 песен в моём плеере проигрались по кругу, минимум, миллион раз, а башка совсем разболелась, я был готов переступить через себя и всё-таки спросить, сколько нам ещё трястись, но отец меня опередил. "Вот... Скоро в город въедем, а там близко. Ещё чуть-чуть", - пробубнил он себе под нос. Кажется, говорил отец это не мне, а себе. Неважно. Главное, что оставалось недолго. Это оказалась единственная и лучшая новость за последнюю пару дней. Я тут же представил как наконец-то вылезу из скрипучей лады, от которой за километр пасёт этой блевотной "ёлочкой". Как схвачу Гизмо и мы вместе запрёмся в моей новой комнате. Только вот... Я даже не понял, когда начался тот самый "город".       Какие-то деревянные дома пошли за окном. Не как из рекламы молочки "Домик в деревне", а прямо таки настоящие бараки, накренившиеся от усталости. По одному этажу, по два. Я даже не обратил внимания. Чуть позже стали попадаться нормальные постройки. Хотя всё такие же отрешённые. Даже странно, что в некоторых окнах горел свет. Да и среди всех прочих они выглядели... В общем, как бельмо на глазу. Не к месту, уж точно. Я насторожился и тут... Свист тормозов. Мы пролетели немного по гололёдице и совсем остановились. Прямо посреди этой жопы. Да быть такого не могло. Да, прошлый городок раем не был. Тоже маленький, тоже не тёплый, унылый. Но это... Неужели у нас стало настолько туго с деньгами? Что-то я упустил. И тот момент, когда вылез из машины наперевес с Гизмо и рюкзаком, тоже. Уезжали, на улице стояла осень, а здесь зима настоящая. Снег хрустит под ногами и ветер... Бррр, под куртку забрался! Холодный, сволочь! Посильнее втянув шею, я огляделся. Впереди угрюмо стоял дом в пять этажей, широкий-широкий, а над парадным входом висела большая табличка "Апартаменты Эдуарда". Слегка покоцанная, но всё ещё блещущая чрезмерным позитивом. Не хватало только кучи восклицательных знаков и смайлика, который показывает "класс". Пф, апартаменты! Общага здешняя получается. Ну и трэш... Только вот делать нечего. Пришлось идти, пока отец не скрылся за дверьми.       Внутри оказался самый обычный подъезд. Бетонный пол, стены, выкрашенные ровно до середины этой зелёной советской краской. Зато все лампочки на месте, пускай, что горели каким-то грязно-жёлтым. Коридор первого этажа простирался в обе стороны, а чуть поодаль от входа была дверь, ведущая на тёмную лестничную клетку. "Саша? Ты где там?" - уже откуда-то сверху еле слышно раздался отцовский голос. Эхо, которым по ступеням прокатились слова, позволили глубже ощутить здешнюю пустоту. Он, наверное, уже поднялся на следующей этаж и только сейчас заметил, что меня нет. Хорошо, что хоть заметил. Лестница оказалась лучше, чем я ожидал. Разве что с третьего этажа несло кошачьей мочой, а с пятого, куда я не дошёл, остановившись на четвёртом, куревом. Терпимо.       И квартира оказалась терпимой. Без выёбистого евроремонта с зелёным натяжным потолком и фиолетовыми обоями, и не какая-нибудь халупа с поеденными молью коврами на каждой стене. Я уже думал, что раз общага, то ни туалета, ни кухни своей не будет, а нет, всё на месте. Ну и хорошо. В дальней комнате под потолком болталась маленькая люстра, а в углу стоял вполне добротный диван. "Ничего лишнего. Всё по потребностям" - как любил повторять отец. То ли по привычке, то ли в приступ истиной ностальгии. Вторая комната стояла пустая. Поэтому я выбрал первую и, пройдя туда захлопнул за собой дверь. На том самом диване мы с Гизмо и развалились, свесив ноги (лапы) к полу. Музыка уже успела мне изрядно надоесть, аж в ушах звенело, так что плеер с наушниками остался лежать рядом с рюкзаком. Там, за пределами моей новой комнаты, то и дело раздавались ходьба и шорохи, а ещё отцовское бормотание. Вещи разбирал. И мне надо было вещи разбирать. Но так лень... Я так устал, а диван оказался таким удобным. Спина мигом провалилась в его спинку, а голова прилипла к декоративной подушке. За окном гудело. Полдень кончался, и солнце стремительно куда-то пряталось. Я уж было хотел расслабить ремешки протеза, чтобы так сильно не давили, но тут отец отворил дверь. Он заглянул лишь на секунду, вскользь посмотрел и не задержался, сразу же пошёл дальше распаковывать коробки, говоря уже на ходу: "Раз вещи не разбираешь, так иди хоть с соседями познакомься, чего здесь сиднем сидеть". Вот именно, просто сидел, никого не трогал. И видите ли чем-то помешал. Сдался я этим соседям... Но делать нечего. Вздохнул, встал и пошёл. Осмотреться вправду было не лишним. "И пирожки возьми", - крикнул отец в догонку. Да, те самые пирожки, которые мы ещё позавчера купили у какой-то бабушки. В конце концов, должен же был их кто-нибудь съесть.       На этаже что-то трещало. Темнота ныкалась по углам и трещинам в стенах. Скукота. Я решил спуститься на этаж ниже, на третий. Не хотелось знакомиться с кем-то со своего. Отчего-то. Не знаю. В пролёте между этажами задержался у окна. Сквозь ледяное стекло и поднявшийся ветер со снегом виднелось лишь иссиня-чёрное небо. Оно даже слегка не светлело на горизонте. Словно бы это место - конечный рубеж, а дальше... А чёрт его знает, что дальше. Тёмные силуэты домов совсем растворились на таком мрачном фоне. Краска белая на подоконнике сильно облупилась, и на раме тоже. Из жизненной необходимости отколупав кусочек, я пошёл дальше.       Может стоило распустить хвосты? Собрать их, ну, там... В косичку? Хотя какая разница..? Всё равно дальше протеза вряд ли увидят. Нууу, за девчонку примут, на крайняк. За странную девчонку. На силу я прервал эти размышления стуком в первую попавшуюся квартиру. "302", - гласил потемневший номерок. Его я успел рассмотреть как следует, пока ждал. Постучал ещё раз. Ответа нет, даже шагов не было слышно. Пф, да больно нужно. Но только я собрался уходить, как дверь таки распахнулась. Слишком резко. Мужик почти вывалился на меня. Он, лысоватый, большеголовый (прямо шалтай-болтай), чуть опешив, глядел на меня. Видно сам не предполагал, что так с размаху выйдет. Ужратый что ли? - Здрасьте, - с опозданием всё же поздоровался я, но мужику, кажется, было побоку на эту паузу в нашем содержательном общении. - Я ваш новый, эээ, сосед, Саша Рыбак, с четвёртого, - прозвучало неуверенно. - Здрасьте, Саша, - отзеркалил сосед, а потом, видимо, наконец пришёл в себя. - Давид, приятно познакомиться, - и протянул свою сухую, такую же, как он весь сам, ладонь. Его майка-алкоголичка и семейники совсем не скрывали тощих конечностей. Мы пожали друг другу руки. Опять пауза. - У меня тут это... - уже засобирался я предложить пирожков, как Давид снова отвис и перебил меня. - Слушай, Саш, ты не мог бы помочь мне кое с чем? - ... Хорошо, - настороженно, а всё же согласился я. Ну, мало ли. Что ему там может быть надо? Посмотреть, ровно ли висит полка, или послушать, не продувает ли ветер где-нибудь оконную раму? Может быть. Но, когда мы прошли в малюсенькую ванну и остановились под вытяжкой, я всё-таки решился спросить. - А с чем помочь-то? - Давид помолчал в ответ. Ну и я помолчал. - Слышишь? Воет что-то... Так ведь? - и вправду подвывало, но мне показалось, что это попросту ветер. Тот же самый, что выл за окном моей комнаты. Именно эту догадку с облегчением я и выдал, а в ответ получил какую-то околесицу. - Да нет же! Ветер ведь орать не умеет, а это что-то орёт. Бывает прямо посреди ночи, честное слово, - побожился мужик, поведя костлявыми плечами. Я посмотрел на него, на вытяжку и опять на него, потому что кроме моих глаз он всё равно ничего видеть не мог. Но Давид, кажется, намёка не понял. Всё продолжал боязненно смотреть на вытяжку, с ноги на ногу переминался. - Да ничего там нет, - устав ждать произнёс я. - Пойду, пожалуй. О, и вот это вам, - напоследок вспомнил про гостинец, уже стоя в коридоре, и протянул пирожок соседу. Но тот сорвался ко мне и схватил на удивление крепко, бедный пирог аж на пол упал. - Подожди, Саша! Постой ещё, послушай, ну! - потащил он меня снова в ванную, да с такой силой, что пришлось ухватиться за угол. Ну точно, он даже не ужратый, а просто угашеный! - Оно правда... - Я пойду! До свидания! - с нажимом попрощался я и, наконец вырвавшись, вылетел в подъезд. Затем захлопнул за собой дверь и для верности навалился на неё. Ответа не последовало. Ни через секунду, ни через минуту. Ну и слава Богу. Надо будет пометить для себя эту квартиру красным крестом! На всякий случай, ещё подождал. Паника спала. Подумал. Даже взвесил, насколько умел. Давид ведь, с иной стороны, ничего плохо не сказал. Ммм... Ну, повёрнутый маленько. Не первый и не последний такой. Может быть прям уж так сразу не надо крест...       Ещё минуту назад готовый убежать на свой этаж, а лучше из этого города вообще, сейчас я шёл к следующей двери. По считалочке выбрал. Вышел. Немец. Из. Тумана. Вынул. Ножик. Из. Кармана. Буду. Резать. Буду. Бить. Всё. Равно. Тебе. Водить. Взгляд остановился на двери, добротно обитой бурым дерматином. Подойдя, я понял откуда так несло кошачьей мочой. Пфу! Настолько сильно пахнуло от стоптанного коврика под дверью. Чистый аммиак засвирбел в носу. Сдохла что ли хозяйка этих хвостатых? Так запустить... Хотя, может она просто ненавидит всех своих соседей и хочет, чтобы сдохли они сами. Кто знает. Это я решил проверить на себе, быстро протарабанив по дерматину. - Кто там? - спустя время, гаркнул скрипучий голос из-за двери. - Ваш новый сосед, Саша, - сказал как можно громче, потому что здесь, судя по всему, старушка жила, а, по ощущениям, эта плита (дверь) была толщиной в метр и весила, наверное, тонну. Тем не менее, кислое сомнение этой женщины чувствовалось хорошо даже так. Или это было не сомнение..? Раздался щёлк. Одна задвижка открылась. Затем ещё пару щелчков. Наверное, замки. И хозяйка этой квартиры наконец показалась, но не полностью. Цепочку старушка не сняла и через щель глядела на меня одним мутным глазом. На её лице застыло возмущённое удивление. - Сашенька, деточка, а ты на кой этот страх на себя нацепила? - ооо, нет... Началось. - Бааа, эт парик у тебя? Господи Иисусе... - уже начала креститься она. Однако я всё равно попытался объясниться. - Бабушка, да я не... - А! - вскрикнула она неожиданно оскорблённо и схватилась за сердце. У меня аж дрожь по телу проскочила. - Какая я тебе бабушка?! Никакого воспитания, никаких манер! Хотя что я говорю, при таком-то внешнем виде!? - разоралась она. Второе дыхание открылось. Не иначе. - Ну-ка, на каком этаже ты живёшь, а? - уже потянулась старуха снять цепочку, видимо, намереваясь пойти прямиком к отцу. Но я быстро попятился назад, в сторону лестничной клетки, и, перед тем как совсем скрыться, из вежливости, всё-таки попрощался. А так-то, пошла она нахуй. И пирожков ей никаких.       Тонкие ноги подошвой кед шустро забили по ступеням, в спешке пропуская каждую вторую. Вправду бежать смысла не было. Наверное... Но я всё равно сбежал на второй этаж. Только как не прислушивался, а наверху всё было тихо. Ну и слава Богу. Хотя какой тут Бог! Довольно банальный дом. Разве в таких Бог водится... Только сатанисты. Они сожрали Бога. "Мяу", - нежданно-негаданно и очень близко прозвучало рядом со мной. Да ещё так требовательно, так гортанно, ну невозможно не обратить внимания. Вот я и обратил, повернулся к окну и думать уже забыл про эту несчастную бабку. А на подоконнике сидел кот. Красивый такой, патластый невозможно, солидный, почти Гизмо. Той рукой, в которой держал пакет, потянулся его погладить. А он глазами в этот пакет вцепился и давай нюхать пирожки сквозь полиэтилен. - Хочешь? - поднеся поближе пакетик, спросил я, ну так. Почему бы и нет?.. Кот, кажется, оценил предложение. Тогда я вытащил один пирожок и разломил его надвое. Тёмная жижа тут же растеклась и чуть не попала мне на руки. Фу! Ещё в ней нашлись кусочки, там же, рядом с ними, плавали какие-то вкрапления. Не начинка, а космос... Ну не мне и есть. Закончил на этом и наконец отдал пирожок мохнатому. - На, угощайся, - кот шустро принялся уплетать поданное. Эх, а ведь, наверное, он этой старухи. Даже жаль. Но делать нечего. Поэтому я погладил его ещё раз напоследок и... - Люди стремятся отколоться, построить своё общество, в котором они смогут возвести себя на вершину. Тем, кто решился, чуждо всё прежде созданное, все нормы, присущие мировому обществу. Они идут в деструкцию. Найти источник этого. Найти раковую опухоль сознания. Излечить рак. Излечить рак. Излечить... - прозвучало глухо позади. Только когда странно интонирующий голос будто заело, я отвис и обернулся. - Что?.. - спросил, глядя в животные глазёнки, кот уже доел пирожок и со смаком облизывался. - Люди не умеют лечить рак, - напоследок протарахтел он и, спрыгнув с подоконника, невозмутимо поднялся на этаж и скрылся. Затем я сумел расслышал лишь как та старуха подзывает мохнатого к себе, ласково обращаясь, а как точно... Да хуй с ним, какая разница вообще как.

***