Третья луна Тамриэля.

Сопоставив услышанное, я смекнула, что нужно делать: «Пещеры? Под домом какие-то катакомбы? Там и живут вампиры… Стрелы при мне… Так, попасть туда можно через подвал, а где-то в подвале тайник с ключом… Кажется, я начинаю лучше понимать в методе дедукции, о котором говорил Винсент.» Пока хозяин и его гость ушли наверх, я спокойно смогла пробраться в подвал. Там обнаружила большую дверь под крепким амбарным замком, а также много пятен крови. Судя по всему, тут никто не убирался, скорее всего, из-за того, что это бессмысленно. Начав шариться по стенам и углам, я таки нашла тот самый тайник. Это было небольшое отверстие в стене, прикрытое картинкой, там лежал ключ от замка. Приготовив лук и серебряные стрелы, я решительно стала спускаться в катакомбы, которые оказались за этой самой дверью. «Винсент упомянул, что в столице находят обескровленные трупы, — размышляла я, — кто бы сомневался… Значит, надо сделать так, чтобы их больше не находили. Прости, Винсент, но шайку вампиров в подвалах я просто так не оставлю.» Я слегка переживала из-за того, что может подумать Винсент, если узнает, кто перебил этих вампиров, но больше меня всё-таки волновало не это. Я отчётливо услышала в его речи, что он кого-то разыскивает. И не просто так, а с целью убить. Кого он таким образом изводил, я не могла даже предположить. Но мне казалось, что это не то, что связано с его деятельностью, как ассасина. Было ощущение, что это что-то личное, что-то, о чём он точно не расскажет. Пройдя вглубь подземелий, я, наконец, наткнулась на трёх вампиров. Это были довольно молодые на вид эльфы, выглядели они прилично. Но вот разговоры их, которые я услышала, не оставили мне шанса передумать на счёт них. — С молодым магом весело получилось, он, наверное, в жизни сисек не видел, так хоть перед смертью ощутил, ха-ха! — И что, ты просто заманила его в подворотню, задрав рубаху? — Зачем задирать? Достаточно развязать завязочки, и всё, птичка в клеточке. А потом, когда его бдительности и след простыл и в мыслях лишь одно… Как приятно впиться в тёпленькую плоть. Зато какой он был вкусный, ещё и пьяненький, сладость. — А я вот аристократкой поужинал. Достаточно было присесть этой дуре на уши с богословскими темами, она и поплыла. Пошла за мной, когда я пригласил её на выставку скульптур. Ночную, ха-ха-ха! — И где ты оставил труп? — В канаву сбросил, а что? — А Хозяин просил так не делать. Ещё не хватало нам лишнего внимания. — Где он там застрял? Он обещал, что мы все вместе двинем в город. — А ты будь по терпеливее, да и смотри, с Хозяином так не разговаривай. — Я что, дурной? Это я так, от утомительного ожидания возмущаюсь. Да и есть хочется. Долго слушать эти беседы мне не хотелось, спрятавшись в тени, достаточно далеко от вампиров, я устранила одного из них выстрелом в голову. Эффект невидимости, конечно, от этого пропал, но я успела вновь наложить его, до того, как вампиры смогли понять откуда произошёл выстрел. Сменив позицию, пока вампиры метались с криками по пещере, я выстрелила в ещё одного. Третий уже меня заметил. Он кинулся на меня с горящими глазами, пытаясь схватить. В секундном замешательстве, не успев натянуть стрелу для выстрела, я вдруг вспомнила свой сон и, как только вампир приблизился, резко воткнула серебряную стрелу ему в глаз. Он взвыл, а я тем временем сообразила использовать огненное заклинание, чтобы сжечь его. Разобравшись с первой тройкой, я направилась дальше по катакомбам. «Теперь вы никого больше в подворотню не заманите, ублюдки.» — с триумфом подумала я, накладывая на себя невидимость. Дальше по пути я убила ещё двух вампиров, которые были то ли нордами, то ли имперцами. Третий лежал в гробу, убить его было и того проще. А вот с четвёртым пришлось повозиться. Высокий эльф оказался магом. Тут уже мне пришлось скакать по сторонам, дабы он не поджарил меня. Но я вполне удачно смогла подобраться к нему, чтобы точным тычком в грудь свалить его на спину и вывести из строя окончательно, отрубив голову. Оказалось, этот вампир охранял склеп непосредственно хозяина. В небольшом помещении был каменный гроб, в котором лежал по мелочи какой-то хлам, но никаких сапог. Однако мне на глаза попалась книжица в кожаной обложке. Взяв её в руки, я поняла, что это дневник. Ну и, конечно, я стала читать его. Судя по записям дневник был не полным, на первой странице было указано, что это всего лишь второй том, первого тома в гробу я не нашла. Довольно аккуратным почерком в дневнике было написано следующее:       «Я знавал одного великого вора. Он посмел обокрасть саму Ноктюрнал! Как он это сделал, я не знаю, или не помню. Странно ещё то, что я никак не могу вспомнить его лицо и имя. Мы были друзьями? Мне кажется, я всегда работал один, но почему-то при обдумывании нового дела, мне в голову приходят мысли о каком-то напарнике, которого у меня никогда не было. Или был? Я не уверен.» «Вот оно что, — в эту минуту я вспомнила слова Лиса, — как он тогда сказал: даже когда-то близкие мне люди не узнают меня сейчас… Неужели он говорил о друге? Ведь это логично, он не вспомнит его из-за проклятья и не узнает хоть в капюшоне, хоть без. Теперь мне стало по-настоящему жаль Лиса. Неужели он пытался общаться с вампиром?» Все эти мысли весьма озадачили. Далее была пропущена страница, а следом новая запись, но написанная так, будто автор торопился при написании, или же не слишком старался:       «Эта ночь — начало моей новой жизни. И теперь моя ночь будет длиться вечно. Я стал одним из сыновей лун! Теперь я — вампир и сегодня — первая ночь вечного покоя.» У записей не было ни дат, ни ещё каких-либо обозначений, лишь большие отступы между абзацами, написанными, судя по дальнейшим запискам, с разницей в годы, и почерк тоже слегка отличался.       «Тринадцать лет я вампир. Нашёл дневник. Решил записать что-нибудь. Но что писать, не имею понятия. Когда перед тобою вечность, а внутри бурлит дикая жажда крови, писать что-либо не имеет смысла. проклят одиночеством»       «Со дня той записи прошло восемьдесят девять лет. Этот дневник стал плохо выглядеть. Но это не важно. Я, кажется, снова обрёл цель в жизни. Жажда крови успокоилась, во всяком случае я научился не сходить с ума от вида открытой шеи. На то, чтобы взять себя в руки и обуздать этот психоз, я потратил целый век. В столице, я думаю, смогу неплохо затеряться. Начну новую жизнь.»       «И вновь дневник. Сколько лет прошло? Даэдра знают. Я не буду даже считать. Перечитывать предыдущие записи тоже не стану. Вряд ли я ещё хоть что-то напишу. Я вновь пытаюсь вспомнить лицо моего напарника, но никак не могу. Время от времени я возвращаюсь к этому потерянному воспоминанию. Я не помню даже мужчиной он был или женщиной, не говоря уже об имени. Я помню, что когда-то звался Быстроногим Джеком. Я был лучшим вором в Тамриэле. До сих пор ношу эти сапоги, они так хороши и удобны, я почти сросся с ними. Иногда я вспоминаю, как они помогали мне когда-то. Они ускоряют шаг и в них можно спрыгнуть хоть с Императорской Башни и остаться целым. Сейчас они тоже бывают полезны. Иногда я тоскую о тех весёлых воровских временах. Но сейчас это не важно. Для этих глупых горожан я — Джакбен Граф Имбельский. А мои лунные дети зовут меня Хозяин. Мы правим в этом городе ночью.» «Поправочка, — подумала я, — правили… Я вас всех перебью. Ты следующий, Джек.» Только я успела об этом подумать, как услышала где-то в коридорах катакомб приближающиеся ко мне голоса. Наложив невидимость, я стала ждать тех, кто шёл сюда. — Они мертвы, — вопил голос вампира-графа, — мои дети все мертвы! Винсент, ты был прав, чёрт тебя возьми! Почему, каждый раз, как ты оказываешься на пороге моего дома, происходят несчастья?! Это всё из-за тебя! Тут я увидела Джакбена, который в полной истерике кинулся к обезглавленному трупу вампира. Следом за ним пришёл Винсент, который стал настороженно оглядываться по сторонам, держа руку за спиной. — Я в этом не виноват, — холодно произнёс Винсент, — я пришёл предупредить тебя, а не насылать на тебя охотников. — Во имя Обливиона, где эта мразь, что убила их?! — Оплакав умершего, вампир кинулся к Винсенту. — Мне кажется, друг, это ты привёл сюда охотника! — Он шипел и клацал клыками так, будто готов вгрызться сородичу в лицо. — Никого я не приводил. — Ответил Винсент как-то слишком спокойно. Я поняла, что нужно вмешаться и выстрелила в разъярённого вампира, но не попала, куда хотела. Стрела вошла в плечо, от чего вампир впал в ярость и, конечно, меня заметил. — Ты! — С выпученными, горящими красным, глазами, ощетинившись, подобно зверю лесному, вампир был готов кинуться на меня. — Маленькая тварь! Откуда ты взял… Но он не успел договорить, не успел даже двинуться с места, Винсент, с ловкой точностью, вонзил ему сзади в шею кинжал. Гримаса гнева и боли застыла на лице Быстроногого Джека, когда он упал. — Прости, друг, — равнодушно произнёс Винсент, вытирая кинжал платком, — но ты и твоё семейство приносили слишком много проблем. Винсент глянул на меня. Таким я его ещё не видела. Холодным, даже жестоким. На секунду в мою душу прокрался страх. Это длилось всего пару мгновений, но каких долгих. Вдруг лицо Винсента стало для меня привычным. Морозящий душу взгляд стал добрым и тёплым, а на бледном лице появилось беспокойство. — Мира, — обратился он ко мне мягким голосом, — ты в порядке? Эти выродки тебя не поранили? — Н-нет, — растерянно ответила я, — всё нормально. — Давай уйдём отсюда. — Подожди. Мне нужны были сапоги, это именно то, ради чего я сюда явилась и без них бы не ушла. На теле вампира были те самые сапоги, что снились мне. Я быстро поняла, что это они и есть. Сняв обувь с тела, сунула её в сумку, поймав при этом на себе слегка изумлённый взгляд Винсента. — Хороша добыча? — Спросил он, усмехнувшись. — Сапоги Быстроногого Джека? — Я усмехнулась в ответ. — За ними я и пришла. — Серый Лис ведь тебя послал? — Опять твоя дедукция? — Банальная логика. Так мы уходим? — Да, но, — я недоверчиво посмотрела на Винсента, — я вовсе не ожидала встретить тут тебя. — Представляешь, я тоже. — Прозвучал саркастичный смешок. — Пойдём, не хочу тут оставаться. Грязное место. С грязным местом он не ошибся, тут повсюду были кости, много пыли, чем-то воняло. Я сама была вовсе не против покинуть поскорее эти подземелья. Поднявшись наверх в дом, мы встретили дворецкого, который, увидев меня, буквально ошалел. — Что случилось? — Дворецкий испуганно смотрел то на меня, то на Винсента. — Где Его Милость? — Граф приказал долго жить. — Винсент произнёс это каким-то страшным металлическим голосом. — И ты за ним отправишься, если хоть кому-то скажешь хоть что-нибудь. Ты знаешь, кто мы такие. Ужасному Отцу были обещаны души вампиров, и я исполнил приговор. Вампиры больше не будут тревожить жителей этого города. Ты тоже свободен, так что принеси мне мой плащ и убирайся отсюда. — Сию минуту, сударь. — Только и смог выдавить из себя слуга. Он шустро, как мог, принёс вампиру его плащ, но что делать после, он, кажется, не знал. А мы, тем временем, покинули дом Графа Имбельского. Мне было крайне не по себе. С одной стороны, я знала, что убить этих вампиров было правильным решением, тем более, мне казалось, будто Винсент за тем и пришёл. Однако, было слегка неловко перед ним, не хотелось, чтобы он подумал, что я могу убить и его. И потом, то, что я почувствовала там, в подземельях, тот безразличный холод, что я ощутила от своего друга, не видя его таким раньше, холод, который напугал меня, это очень смущало, хотя было вполне ясно, что Винсент относится ко мне совершенно иначе. Возможно, тот вампир его так сильно раздражал, что это раздражение не прошло так быстро. И всё же… мне не давала покоя мысль, что он мог знать о моём присутствии. — Винсент, — обратилась я к нему скромно, как только мы отошли от дома, — ты знал, что я там? — Знал, — спокойно ответил он, взглянув на меня, — я учуял тебя. — Учуял? Как это? — Я смущённо зажалась. — От меня воняет что-ли? — Что? Нет, конечно! — Винсент рассмеялся, услышав подобное предположение. — Просто вампиры очень чуткие. А у каждого человека, ведь, есть свой запах. — Он чуть приблизился ко мне. — По запаху можно узнать о человеке очень многое, вплоть до происхождения. Личный запах складывается из мелочей: этнос, пол, группа крови, даже то, что ты ешь чаще всего, всё это влияет. — И что обо мне говорит мой запах? — Например то, что ты — не совсем данмер. В тебе есть бретонская кровь. — Он усмехнулся, глядя в мои изумлённые глаза. — И судя по твоему взгляду, ты знала об этом. — Нет. — Сдвинув брови, я недовольством пыталась скрыть смущение. — Ничего я не знаю… И хватит делать выводы на догадках! — Это не догадки, — снисходительно сказал Винсент, — а факты. Я своему носу доверяю. Хотя. — Он чуть задумался, подняв в бровь. — Возможно дело как раз в этом. Ты знала, что не совсем данмер, но понятия не имела, кем был второй родитель. Что ж. Уверяю, он был бретоном. Я вовсе не знала, что на это сказать. Смотря на Винсента, я абсолютно потеряла из головы все мысли. Его слова ввели меня в ступор, но через пару секунд я встрепенулась. — Так, ладно, это не важно. — Я нахмурилась и отвела взгляд. — Прошу, не надо меня анализировать. — Ты сама спросила. — Он отстранился. — Хорошо, больше не буду. — Зачем ты явился к Имбельскому? Что тебе от него было нужно? Если ты знал, что я там… Мне непонятно… — Я подняла глаза на Винсента. — Мне показалось, или ты пытался мне помочь? — Тебе не показалось. — Объясни. — Учуяв твой запах, я поначалу решил, что мне причудилось, но позже совершенно точно понял, что это ты. — Винсент вздохнул и мягко улыбнулся. — Думаю, я ни с кем бы тебя не смог спутать. Я прекрасно знаю, что в доме Графа Имбельского вору искать нечего. Подумал сначала, что ты пришла по души вампиров. Но тут я вспомнил про Лиса. Я знаю о том, что Быстроногий Джек когда-то имел знакомство с Серым Лисом. Тогда он был известен ему под другим именем. И я вполне догадывался, что Лису известно о сапогах. Посему он вполне мог послать кого-то за ними. Вот у меня всё и сошлось. Я подозревал, что тебе о Быстроногом Джеке известно крайне мало. Также, подозреваю, что сам Серый Лис был не в курсе его ночной и долгой жизни. Поэтому, я слегка подсобил тебе в этом деле. — Но зачем сюда пришёл ты? — Я так надеялся избежать ответа на этот вопрос. — Винсент вновь глубоко вдохнул и резко выдохнул. — Ладно. Отчасти поделюсь с тобой, любопытная. Джакбен Граф Имбельский обитает в Имперском Городе около двух сотен лет. Около века назад Его Милости стало скучно, и он завёл себе… «семью». Нескольких отморозков, которых он заразил и называл детьми. Так вот этот выводок ублюдков должен был защищать его, развлекать, лебезить перед ним и помогать в добыче пищи. С тех пор, время от времени, он и его выводок нападали на жителей столицы. Население Имперского Города очень большое, а убивали они не часто, поэтому мало кто замечал это, а тела чаще всего не были найдены. Пару десятков лет назад в этот город уже заявлялся охотник на вампиров и даже убил нескольких его выродков. Это заставило Имбельского на какое-то время лечь на дно. Но последние несколько лет они так распоясались, что проблемы появились даже у Тёмного Братства. — Шайка вампиров устроила проблемы шайке убийц? — Я язвительно подняла бровь. — Надо же какое противостояние. — Смешно. — Винсент надменно ухмыльнулся. — Продолжай в том же духе и когда-нибудь чувство юмора у тебя появится. — Своё-то ты совсем растерял за триста лет, да? Его слова меня не задели, только позабавили. Потешно было видеть, как невинная саркастичная шутка задевает эго трёхсотлетнего вампира. Винсент не сдержал смешка, глядя на меня вроде как недовольно, но одновременно ухмыляясь. — И как тебя такую дерзкую ещё и правда не заказал никто? — Насмешливо произнёс Винсент. — Все, кто мог заказать, не знают, как я выгляжу. — Я скрестила руки на груди, продолжая спрашивать. — Так какие проблемы появились у целого Тёмного Братства от деятельности кучки кровососов… Эм. Без обид. — Нет, тут ты права. — Лицо Винсента скривилось в гримасе отвращения. — Ужасные гады. А проблемы они доставляли такие, что Тёмному Братству усложнил работу в городе человек по имени Адамус Филида. Не спрашивай, кто он. Он много лет пытается искать Братство и вставлять ассасинам палки в колёса. — Некто на вроде Лекса для Гильдии воров? — Близко. — Винсент согласно кивнул. — Убивая людей, они даже трупы прятать перестали. Совсем обнаглели. А Филида за это зацепился. Так у нескольких ассасинов были сорваны контракты и отложены на неопределённый срок. — Он смотрел в сторону и не скрывал раздражения. — Мерзкие свиньи. Жили, как крысы в пыльной норе, а убивать ради крови — удел животных. К-хм. — Он глянул на меня уже более мягким взглядом. — Извини за эти эмоции… То, что ты их перебила — честь тебе и хвала. Хотя, моей задачей было просто заставить их убраться подальше от города. Я хотел обмануть их, сказав, что их уже ищут охотники. Но, твоё появление сделало всё куда лучше. — Значит, ты мною воспользовался? — Я изобразила укоряющий тон. — Я воспользовался случаем. Не тобой. — В отличие от меня, Винсент говорил серьёзно. — Я волновался. Надеюсь, эти выродки тебя и правда не поранили. Пожалуйста, прошу, выпей зелье от болезней. Мне бы не хотелось, чтобы ты подхватила Сангвинаре Вампирис от этих помойных крыс. — Они не задели меня. Но, так и быть, зелье я выпью. Для твоего спокойствия. — Спасибо. Он облегчённо вздохнул, смотря на меня. Было заметно беспокойство в глазах Винсента. Такой контраст между тем, что я видела в подземельях и тем, что видела сейчас. «Он и правда волнуется, — задалась я вопросом, — или за этим кроется что-то иное? Не понимаю я тебя, Винсент. Твоё появление в моей жизни удивляет меня также сильно, как и радует. И это всегда неожиданно.» Я выпила зелье, что было у меня в сумке, от чего и самой стало как-то спокойнее. Винсент засобирался уходить, но я остановила его. — Скажи, какое ещё дело тебя привело к этому графу? — Я скромно схватила его за плащ, зная, что он не захочет отвечать. — Ты говорил, что кого-то разыскиваешь… — Мира, — строго сказал Винсент, сведя брови, — прости, но это моё личное дело. — Я понимаю. — Я нехотя отпустила край его плаща. — Извини. — Я не хочу посвящать тебя в это не потому, что не доверяю, Мира, — сказал он уже куда мягче, — и не хочу проблем для тебя. — А у тебя, значит, нет проблем? — А мои проблемы касаются только меня. Не обижайся, пожалуйста. Это правда слишком личное. — Ладно. — Я грустно опустила глаза. — Ты сейчас уйдёшь… И мы опять с тобой не увидимся неизвестно сколько. — Каждый раз, когда я думаю, что долго с тобой не увижусь, судьба устраивает нам встречу. — Голос Винсента звучал так нежно и приятно, что это заставило меня покраснеть. — Я всегда рад нашим этим случайностям. Кажется, я уже привык к ним и жду их. Не поднимая взгляд на Винсента, чувствуя, как горят мои щёки, я решилась его обнять. От аромата лаванды и хвои, что источала его одежда, я ощутила, как и уши мои стали гореть. Винсент молчал, лишь одной рукой несмело приобняв меня в ответ. Мне было неловко смотреть ему в глаза. Отпустив его, я убрала руки за спину и, пряча взор, тихо произнесла: — До встречи, Винсент. — До встречи, Мира. — Ответил он привычным и приятным моему уху нежным тоном. Мы разошлись в разные стороны, но сердце моё продолжало колотиться, как бешеное, а щёки и уши неумолимо сгорали от смущения. Меня терзали противоречивые чувства. С одной стороны меня должен пугать хладнокровный вампир-убийца, о котором я мало знаю и не имею представления, чего ожидать. А с другой, интерес к его персоне с каждой встречей играл новыми красками. Он интриговал, водил за нос, от чего чувства путались в невозможный колтун. Винсент Вальтиери стал для меня самой большой загадкой, самым радостным событием, самым большим интересом за последний год. От мыслей о нём я даже не могла думать о работе. «Винсент… Винни…» — даже от того, что я произносила его имя только мысленно, у меня уже кожа покрывалась мурашками, а вспоминая его объятия и запах, я просто таяла. Но мне всё же нужно было отыскать Метредель и о работе вспомнить пришлось. А также пришлось вспомнить о том, о чём не хотелось вспоминать никогда в жизни — о Брандиле Дрэне. Он мог быть где угодно и одна в ночном городе я ощущала тревожность. Несмотря на то, что небо уже стало медленно светлеть, приближая рассвет, для собственной безопасности, я решила наложить на себя невидимость, чтобы найти Метредель в Портовом Районе. Отыскать её получилось быстрее, чем я думала. Босмерка сидела на пристани и как-то очень грустно смотрела в воду. Я села с ней рядом, но почему-то забыла о наложенном на меня заклинании и окликнула её. Метредель обернулась, но не увидев меня испуганно дёрнулась. Тут я поняла, что не так, засмеялась и коснулась руки эльфийки, чтобы заклинание развеялось. — Мира, — воскликнула девушка, — твою ж дивизию! Зачем так пугать? — Прости, — я продолжала непринуждённо смеяться, — не специально, я забыла… — Забыла, что невидима? Ну ты даёшь… Чего это ты скрываешься? Неужто стража штраф влепила? — Нет, скрываюсь от одного… знакомого. — От мысли о Брандиле смеяться больше не хотелось. — Что-то слишком много у тебя воздыхателей… — Буркнула Метредель и скуксилась, отвернувшись. — Это не то, чему стоит радоваться, — возразила я, — поверь. — Верю. — Она тяжело вздохнула. — Мира, я бы хотела извиниться. — За истерику? Да, не мешало бы. — Эх. Прости. Я перегнула. Признаю. — Метредель взглянула на меня грустными глазками. — В общем, я поняла, что ты не виновата. Да и… Не сердись и не обижайся. — Я не была в обиде, — сказала я мягко, улыбнувшись подруге, — скорее в замешательстве. И потом… Откуда мне было знать, кого ты там имеешь ввиду?.. Уж прости. — Я понимаю. Поэтому и извиняюсь. — Эльфийка печально опустила взгляд на воду. — Ну и Лис… — Он с тобой говорил о чём-то? — Только сказал, что я — ценный член Гильдии Воров, и он ценит мои таланты. — И всё? — Да, это всё. Но это уже что-то. Во всяком случае, я поняла, что, быть может, и правда ему виднее, кому давать задания. — Метредель снова перевела свой опечаленный взгляд на меня. — Простишь меня? — Да уже. Я с улыбкой обняла подругу. Грустно, конечно, было от мыслей, что она, влюблённая в Серого Лиса, вряд ли когда-то получит от него взаимность. Но, как можно влюбиться в того, кого, по сути, даже не знаешь, мне тоже было не совсем понятно. «Типичная ошибка многих девушек, — думала я, — слепила из того, что было. А потом влюбилась в придуманный собой же образ. Это печально. Но, она молодая, переболеет.» Поговорив ещё немного не о чём, как подруги, мы, наконец, поговорили и о работе. Я оповестила её, что сапоги у меня. Метредель уже частично знала, о чём речь, и сообщила мне, что Серый Лис будет ждать меня через три дня в доме вора Отрелоса, здесь, в Имперском Городе, в Эльфийских садах. Такой расклад меня удивил, но в целом я была готова к очередной смене места встречи. — Что ж, — сказала я, — осталось придумать, где я проведу эти три дня. — То есть? — Метредель удивилась. — Ты можешь побыть дома и, наконец, отдохнуть. — В том и дело, что дома я побыть не могу. — Почему? — Всё дело в… Меня там может найти человек, которого я видеть не хочу. Хотя, это мягко сказано. Он опасен и я… Пойду, наверное, сниму комнату в таверне. — Я с тобой! — Тебе-то зачем? — За компанию! — Метредель подхватила меня под руку, задорно улыбаясь. — И потом, если этот человек опасен, то тебя, наверное, стоит защищать? — Да я и сама за себя постоять могу. — Я усмехнулась. — А, впрочем, почему нет? Пойдём. Поужинать надо, с утра маковой росинки во рту не было. И выпьем заодно. Согласна? — Абсолютно! В компании подруги я и правда чувствовала себя в большей безопасности. Мы вместе дошли до Пансиона Лютера Брода, поели там и выпили, вполне весело проведя время. Час уже был полуденный, когда мы наконец отправились спать. Уместившись в кровати, я, по своей любимой привычке, обняла подушку, вместо того, чтобы лечь на неё. Но, хоть я и устала, мысли в полной тишине захватили мой разум. «Винсент, — думала я, закрыв глаза, — как много у меня накопилось к тебе вопросов. Как и когда их задавать, ума не приложу. Он просил сходить в то поселение. Соколиный Рай. Никогда не слышала. Не знаю, стоит ли. Что такого я могу услышать там, что заставит меня немедленно пойти и зарезать того старика?.. Не понимаю. Винсент, было бы от тебя хоть чуточку больше объяснений…»