В тот самый день

      Утро может быть разным: солнечным, пасмурным, холодным или тёплым. Но, пожалуй, самое приятное утро — это утро, когда солнце нежно касается нашей кожи.       Летом лучи солнца могут быть жаркими и неприятными, но по утрам они всегда нежные из-за того, что воздух ещё прохладный, независимо от времени года. Когда из-за приоткрытых окон в комнату заглядывают солнечные лучи на прохладном воздухе, хочется как можно больше нежиться в их прикосновениях. А когда погода холодная и пасмурная, от этих же окон веет теплом, и на душе становится теплее, хочется укутаться в тёплом одеяле, чтобы остаться в его объятиях.       Эти моменты коротки, но они приносят радость и счастье. Тебе хочется продлить их как можно дольше.       Однако сегодня Мин Юнги не повезло. Он не любит холод, а сегодня солнце, как назло, не хочет его проведывать, или в этом виноваты тёмные тучи, так любезно закрывшие его лицо. От этого настроение не очень. Но что делать? Верно… ничего.       Надо выпить ещё пару чашек кофе, чтобы наконец прийти в себя, и идти на работу. Мин Юнги — социальный работник, и служить своей родине — его обязанность.

* * *

      На работе, как обычно, скучно. Хотя Юнги должен был уже привыкнуть к этому. Иногда ему хотелось бы вернуться к тем весёлым моментам с мемберами, когда они веселились во время отдыха или даже на тренировках. Сам Юнги редко был игривым, но такое случалось. И в такие моменты он действительно чувствовал себя хорошо отдохнувшим, а его настроение поднималось.       Даже если он по привычке молча сидел в своём смартфоне, невозможно было игнорировать дурацкие игры, которые затевали самые старшие и самые младшие участники группы. Они вели себя как дети, но никто не жаловался. Наоборот, это было забавно и очень весело. Несмотря на то, что Чонгук был самым младшим, он с удовольствием принимал все правила игры, которые придумывал Сокджин. А после этого, уже никто не мог отказаться от участия. Юнги скучает по этим моментам. Очень сильно. Ему не хватает всех участников группы.       От воспоминаний его вырвал звонок от матери. Чёрт… Он забыл позвонить ей.       — Привет, сынок, как ты? Почему не берёшь трубку?       — Привет. Омма, я ведь на работе. Тут каждый пытается что-то заснять или записать обо мне. У меня будут неприятности, когда по сетям будет гулять информация о том, как я во время работы общаюсь по телефону. А сейчас у меня перерыв. Ты что-то хотела спросить?        — Юнги-я, омма по тебе соскучилась, нельзя так, сынок. Может, придёшь в гости? Я поджарю говядину.       — Хорошо, сегодня после работы буду. Ладно, мне пора работать.        — Буду ждать, сынок.       Юнги устало смотрел на тёмное небо и тяжело вздыхал. Погода была пасмурной, дождь не спешил проливаться, и люди не могли вздохнуть полной грудью. В такую погоду у него всегда начиналась головная боль, и никакие лекарства не помогали, пока не начинался дождь. Ему было плохо. А ещё, он чувствовал себя нехорошо от того, что понимал, что его ждёт вечером в родительском доме. О боги, как же он устал от этих разговоров!       «Тебе уже тридцать, нужно найти хорошую девушку и поскорее подарить нам внуков»       Голос отца прозвучал так серьёзно, насколько это возможно во время их последнего семейного ужина после свадьбы брата. Ведь в тот день у них гостил брат с женой, и до скандала разговор не дошёл. Но Юнги был уверен, что на этот раз ничем хорошим не закончится.       Как же всё надоело…       Юнги просто трус…       На самом деле ему нужно произнести несколько заветных слов, и отец от него отстанет. Вот только не факт, что после этих слов он не потеряет семью навсегда. С братом всё будет в порядке, потому как тот ещё со времён школы знал, что Юнги бисексуал, а после их дебюта вообще перестал обращать внимание на представительниц женского пола, кроме одного мальчика с кукольным лицом. Брат его по-всякому поддерживал, когда он так сильно ушёл в себя из-за запретной любви к своему тонсэну. Поэтому он уверен: если брат тоже окажется вечером на семейном ужине, он встанет на защиту Юнги. Но вот с отцом всё будет куда хуже, об этом Юнги даже не хотел думать.       Мама всегда поддерживала своего мужа. Юнги уверен на все сто, что она будет на стороне отца. Но обижаться на неё он просто не сможет. Потому что это всё любовь. Это из-за любви его мама всегда и везде поддерживает только мужа. Юнги даже немножко завидно.

* * *

      Рабочий день тянулся бесконечно, и Юнги почувствовал сильную усталость. Он мечтал вернуться домой, закрыться в домашней студии и немного поработать над музыкой. Она всегда успокаивала его. Раньше он мог проводить в студии Big Hit много часов, не впуская туда даже мемберов, пока его меланхоличное настроение не улучшалось.       Однако после объявлений его альтернативную службу пришлось заполнить домашнюю студию дополнительными аппаратами для улучшения качества работы. Находиться в здании Hybe было рискованно, он не хотел попасть в СМИ из-за очередной новости о том, как он плохо выполняет свои обязанности. А дома было тихо и спокойно.       Но сегодня он сможет вернуться домой только в полночь из-за неожиданно запланированного семейного ужина. Как же ему этого не хотелось! Но он обещал маме.

* * *

      Юнги припарковал машину напротив родительского дома и устало вздохнул. Голова всё ещё болела, но он не хотел расстраивать маму. Ничего. Он потерпит. Всего один день. Может быть, сегодня ему удастся донести до родителей, что в ближайшее время никакой свадьбы не будет. Уж ближайшие десятилетие точно.       — Привет, сынок. Как же я скучала по тебе!       — Привет, омма. Я тоже скучал.       — Проходи, сейчас отец спустится, и мы начнём.       — Он уже дома? А Гым Джэ будет?       — Нет, твой брат не в городе, будем только мы с отцом.       — Хорошо.       Отец, как и сказала мать, спустился через несколько минут и одарил его, как всегда, оценивающим взглядом. Юнги не нравилось такое, но он не тот бунтарь, чтобы возмущаться на мелочи. Он понимал для родителей ты всегда останешься маленьким ребёнком. Но из-за каких-то мелочей испортить всем настроение — это не то, что ему хотелось.       — Ну как у тебя дела?       Отец даже не поднял голову, задавая вопросы, на которые вроде Юнги уже ответил. Это означало, что разговор будет долгим и неприятным. О боги, дайте ему силы.       — Всё хорошо, отец, спасибо.       — Я бы хотел узнать, как идут дела по поиску девушки?       И бам. Вот так сразу. Его отец никогда не любил ходить вокруг да около. Но Юнги не ожидал, что отец так сразу будет спрашивать о девушке, которую Юнги даже в мыслях не допустит. Ему это не надо. У него никогда никого не будет. Это просто факт.       — Я никого не ищу, отец. Ты знаешь, у меня контракт.       — Я так не думаю. Мы последний раз с Шихёком посидели у нас дома. Он сказал, что вам не обязательно объявлять про свою личную жизнь. Так что ты можешь спокойно жениться.       — Это ещё что такое? Вы обсудили такое с Бан Шихёком? Ты серьёзно? Я сам решаю, что мне делать. Когда ты наконец это поймёшь?       — Но ты ничего решать не собираешься. Поэтому мне и придётся это сделать.       — Ты не имеешь на это право.       — Я твой отец. Мы уже нашли тебе девушку.       Вот это было совсем неожиданно. Юнги в шоке. Какая ещё девушка? Он должен был понять, что тут есть какой-то подвох… Он ведь чувствовал. Но не настолько же. Это уже неприемлемо. Так нельзя. Никто не имеет права им манипулировать.       — Сядь на место и послушай, — Юнги пришлось сесть обратно. Хотя сердце рвалось встать и бежать. — Она дочь господина Кима. Ким Сора. Ты её хорошо знаешь. Она уже в курсе. Скоро будет венчание в нашем загородном доме, чтобы никто ничего не знал. Бан Шихёк в курсе. И он не против. Обещал тоже присутствовать. Завтра найди время и сходи с ней куда-нибудь. Она ждёт от тебя звонка.       Юнги, как рыба на берегу моря, открыл и закрыл рот, но что-либо ответить не получилось. Голова шла кругом. Это что, блядь, какой-то заговор? О чём они вообще говорят? Они устроили ему свадьбу, но забыли у него спросить? Что за безобразие?       А что с мамой? Она знала. Она знала и молчала? А Гым Джэ? Он тоже в курсе? Ведь они знали. Что мама, что брат знали о его запретной любви. Ведь мама его успокаивала, когда он со слезами рассказывал, как он влюбился в своего тонсэна. Ведь она тогда сказала, у любви нет пола, не стоит винить себя и всё со временем наладится. Ведь Гым Джэ обещал, чтобы не случилось будет рядом.       Нет, так нельзя. Он так не может. Даже если его любовь безответна. Юнги любит одного единственного человека и с этим ему жить вечно.       — И ты забыл об этом спросить у меня? Знаешь, что… Твой сын давно любит другого человека. И будет любить вечно. А то, что ты устроил без моего ведома, исправишь теперь сам. Мне больше не о чём с тобой разговаривать.       — Ты про Пак Чимина? Бессовестный мальчик. Я знаю, как он тебя соблазнил. Ты забудешь про него, после того как начнёшь встречаться с Сора. Она тебе поможет забыть его.       Это было мерзко. Никто не имел права обвинять в чём-то Чимина. Самого светлого человека в этом мире. Самого милого человека с добрым сердцем. Чимин не виноват. Никогда им не был. Это всё он сам.       Юнги чувствовал, как земля уходила под ног. Он кое-как схватился за стол, чтобы не рухнуть. Кажется, головная боль пошла на пик, и перед глазами начало всё расплываться. Ему нужно отсюда уйти, как можно быстрее.       Он, на негнущихся ногах пошёл в сторону входной двери. Ему так хотелось, чтобы мать побежала за ним, но нет, этого случилось. Кажется, отец ей не разрешил, одним взглядом приказав остаться на месте. Нет, Юнги не обижен на мать. Он знал, что так и будет.       Свежий воздух помог ему немного успокоиться. Сев в машину, он пытался понять, как реагировать на шокирующую новость о собственной свадьбе, о которой он узнал только сейчас. Юнги не ожидал такого. Ему даже в голову не могло прийти, что без его ведома родители могут устроить, не то что свидание, а сразу свадьбу. Это казалось абсурдным.       Сердце болело так сильно, что хотелось выть от отчаяния. Но боль не уходила. Он будет жить с этой болью, утопая в своей безысходности.       Если бы только он не влюбился… Нет, он не жалеет, что влюбился в такого доброго человека. Но он будет винить себя всю жизнь за то, что он просто трус. Если бы только он мог открыть своё сердце. Как бы Чимин отнёсся к его чувствам? Об этом даже думать страшно.       Чимин всегда был светлым, весёлым и заботливым парнем. Он всегда поддерживал окружающих в трудные моменты, но никогда не рассказывал о своих собственных проблемах. Знай Чимин о чувствах Юнги, он, возможно, пожалел бы, но Юнги не нужна его жалость.       В первое время Юнги не был близок с Чимином. На самом деле, Юнги не испытывал к нему ненависти, но он был раздражён его назойливым характером и не верил, что такой пухлый мальчик может чего-то добиться.       Однако всё изменилось в один прекрасный день, когда в два часа ночи Юнги случайно зашёл в танцевальный зал, услышал, как со слезами на глазах Чимин рассказывал своему отцу, что у него ничего не получается. Что будет стараться изо всех сил, и попросил прощения у отца, если он всё же не сможет добиться успеха. В тот вечер Юнги не спал всю ночь и думал об этом мальчике, который перед другими так ярко улыбался, а в одиночестве проливал горькие слёзы, изливая свою боль.       Изначально компания хотела сделать из Чимина рэпера, но у него это плохо получалось. Ему было трудно, и Юнги не мог видеть, как парень мучается.       Юнги — продюсер, и он заметил в Чимине то, что не видели другие. У него был прекрасный тенор с необычным нейтральным звучанием. Юнги поговорил с компанией, чтобы они перестали заставлять Чимина заниматься рэпом и дали ему возможность попробовать себя в качестве вокалиста. Хотя с первого раза уговорить компанию не получилось, Юнги в конце концов добился своего. Чимин начал петь.       Через несколько дней ночью, когда их всех разбудил громкий храп лидера, Юнги сказал Чимину, что у него прекрасный голос и он хотел бы, чтобы тот был в их группе. Оказалось, что эти слова сыграли важную роль в амбициях Чимина. После очередного концерта, когда Юнги нашёл Чимина со слезами, стоящего перед туалетом, он снова попытался поддержать его добрыми словами. Кажется, после этого их отношения начали улучшаться, потому что Чимин вернул ему обычные слова со своей заботой.       Он всегда был рядом. Чимин заботливо приносил ему кофе и вкусняшки, но не беспокоил его лишними вопросами и не нарушал личное пространство. Он молча наблюдал за тем, как Юнги работает, и не мешал ему.       Сначала такая забота раздражала Юнги, ведь он привык к одиночеству. Но со временем ему стало комфортно в компании Чимина. Он начал доверять ему и разрешал слушать свои недоработки, хотя раньше никому этого не позволял. Ему было интересно наблюдать за тем, как Чимин восхищается его творчеством или смело высказывает свою точку зрения.       Он не мог точно сказать, когда его чувства к Чимину переросли в любовь. Но когда он понял это, ему стало только хуже. Сейчас ему стыдно вспоминать, как он чуть не сломал Чимина из-за того, что боялся взглянуть правде в глаза.       Юнги пытался справиться со своими чувствами и резко оттолкнул от себя Чимина, проявив грубость. Однако Чимин промолчал. Он подумал, что у Юнги творческий кризис, и решил не придавать этому значения. Вместо этого он старался поддержать его, обращаясь за помощью к другим участникам группы.       Ему потребовалось целых два года, чтобы принять свои чувства. А Чимин простил его. Он так легко и быстро принял его обратно, что Юнги ещё сильнее влюбился в его доброту и искренность.       Он прошёл весь ад, связанный с принятием своих чувств. Он ревновал и тосковал, находясь рядом с Чимином, но не смея даже мысленно прикоснуться к нему. Когда всё это прошло, он просто смирился с тем, что будет любить Чимина всю жизнь, но никогда не будет обременять его своими чувствами.       Сейчас ему так хотелось увидеть Чимина. Хотелось, чтобы тот ласково улыбнулся и сказал, что всё наладится.       Он долго не раздумывал и нажал на газ. Юнги знал, что Чимин, скорее всего, дома. Ведь в групповом чате Чимин написал о том, что взял два дня выходной. Даже если Чимин не пустит его домой, Юнги хотел хотя бы увидеть его улыбку, просто стоя перед дверью. Этого было бы достаточно.       Конечно, можно было бы позвонить Чимину и спросить, где он и с кем. Но Юнги понимал, что если он так поступит, то просто не решится на что-то большее, чем телефонный разговор. Потому что он чёртов трус.       Вот он стоит перед закрытой дверью Чимина. Юнги пропустили внутрь, потому что охрана знала его. После второго звонка наконец-то послышалось движение, и дверь открылась.       Чимин был таким уютным в своей обычной домашней одежде. Его волосы были слегка влажными, кажется он недавно принял душ. Чимин выглядел удивлённым, но Юнги не дал ему заговорить. Юнги крепко обнял его за плечи, уткнувшись носом в его шею. Как же хорошо! Как же он скучал по этому запаху. От Чимина пахло цветами, нет, это был запах весны, запах надежды. Юнги чувствовал, как Чимин медленно обнимает его за талию в ответ. Не сильно, но достаточно ощутимо, чтобы Юнги почувствовал поддержку. Чимин такой: он молча дарит то, что у него есть. Он добрый, дорогой, самый лучший и любимый… Навсегда…       — Чимин, почему ты так долго? Нашу пиццу наконец привезли? Я с голоду умираю. Что это ты там… мок-рой голо…вой…       Юнги словно окатили холодной водой. Он чувствовал, что падает в чёрную бездну, дна которой не видно. Ему было страшно открыть глаза. Юнги узнал этот голос из тысячи. Он знал, что не должен, но… Но когда-то он ссорился с Чимином почти каждый день из-за ревности. Чимин не понимал, в чём дело, но Юнги просто не мог выносить этого человека.       Ли Тэмин. Юнги взрослый человек. Он не должен так реагировать. Он не должен, как раньше, придумывать в голове всякую ерунду. Но… Что же думать, если Тэмин сейчас тоже стоит с мокрыми волосами, в банном халате, и удивлёнными глазами пытается понять, что не так с Юнги? Они не друзья, но хорошие приятели благодаря его шоу «Шучита» и Чимину. Но, как же сейчас не думать ничего лишнего, если твоё сердце уже от боли захлёбывается густой кровью от не взаимных чувств?       Чимин продолжал хранить молчание, но не спешил отпускать Юнги. Это было проявлением заботы или, возможно, жалости. Да, это жалость.       «Какой же ты жалкий, Мин Юнги… Уходи отсюда, пожалуйста»       Юнги в последний раз крепко обнял Чимина и, зажмурившись, вдохнул его запах. Затем он медленно отпустил его. Он не хотел оборачиваться и видеть жалость в глазах Чимина. Юнги не стал. Но это больно. Ему очень больно.       Чимин не стал его догонять. Если бы он был один, то, возможно, попытался бы остановить его. Юнги не хотел об этом думать, но его мысли то и дело возвращались к Чимину и Тэмину. Они оба были явно после душа, и Юнги не хотел принимать как факт то, что эти двое принимали душ в доме Чимина. Конечно, он мог бы предположить, что они, как раньше, тренировались в танцевальном зале. Но Чимин сейчас не в той форме, чтобы заниматься танцами. И вряд ли бы он потратил свой двухдневный выходной на танцы. Как бы важны танцы ни были для Чимина, он слишком трепетно к ним относился, чтобы с таким весом заниматься.       У Чимина раньше были большие проблемы из-за слишком критического отношения к самому себе. Он долгие годы учился уважать и любить себя и свой талант. Но внутри него, всё ещё живёт тот мальчишка, который не любил смотреть в зеркало, если в его внешности что-то изменилось. И неважно, насколько большие или мелкие изменения. Чимин, всё равно не стал бы заниматься танцами, пока не был бы в нужной форме.       Больно… Как же это было больно…       Сейчас Юнги может поделиться своей болью только с Ичжоном. Он единственный из друзей знал о запретной любви Юнги к Чимину. Ичжон отнёсся к этому спокойно и сказал, что со временем станет легче. Но легче не становилось.       Потом Ичжон, вероятно, понял, насколько сильны чувства его друга, и всячески пытался поддержать его, хотя не раз говорил, что Юнги должен рассказать о своих чувствах самому Чимину. Но Юнги боится рисковать тем, что у него есть сейчас. Он не выдержит, если потеряет Чимина навсегда.       — Алло…       — Ичжон, ты занят?       — Я в студии, но не занят. Что-то случилось?       — Не знаю… Может, встретимся? Я угощаю.       — Хорошо, скинь адрес, я скоро буду.       Ичжон сразу понимал, что с Юнги что-то не так, по голосу. Либо этот парень знал Юнги лучше, чем он сам, либо из-за того, что они оба композиторы. Не важно. Главное, что у Юнги есть такой друг. На самом деле, у него много друзей, как бы он ни вёл себя отстранёно. Просто они все хорошие люди. Они все знали, что за холодом и наигранной грубостью в характере Юнги на самом деле скрывается самый заботливый хён. И Юнги благодарен вселенной за такую щедрость.       Юнги хотел забыться в алкоголе, и для этого он отправился в небольшое кафе рядом со своей студией. В этом заведении готовят очень вкусно, хотя сегодня Юнги не собирался есть. Ему просто нужно было выпить, чтобы не думать о том, что он увидел в квартире Чимина. Он никогда не имел права претендовать на Чимина, но в его сердце что-то болело, не давая ему покоя. Чимин имеет право быть счастливым с кем угодно. Но все эти годы Юнги не решался признаться в своих чувствах. И вот теперь ему нужно принять тот факт, что для Чимина он всегда будет хёном и лучшим другом. Да, они семья, но это не то, чего он хотел. И от этого ему ещё больнее.       — Неважно выглядишь.       Ещё бы. Представить, каким был Юнги, сейчас совсем не сложно. Сегодня его психическое состояние настолько пошатнулось, что он сам удивляется, как до сих пор держится. На фоне стресса, связанного со службой и расставанием с Чимином, а также спонтанной свадьбой, словами отца о Чимине и тем, что он увидел в его квартире, любой другой на его месте уже бы не выдержал. Если бы кто-то рассказал ему о фильме с таким сюжетом, он бы расплакался.       — Спасибо, я в курсе.       — Что-то случилось? Ты же знаешь, что всегда можешь на меня положиться.       — Я знаю, Ичжон-а… Только вот я не знаю, с чего начать? — вопросительно смотрел он другу, опустошив разом стопку соджу. — Может, начать то, как отец позвал меня на семейный ужин, чтобы рассказать, что я скоро женюсь на дочке друга семьи? Или они все хорошо знают о Чимине, и, кажется, моя будущая жена тоже? — смотря удивление в лице друга. — Да, да… Я тоже был в шоке, но когда я побежал к Чимину, как обиженный во всю вселенную мальчишка, и обняв увидел в его доме Ли Тэмина? Того самого, как годы назад терял голову от ревности. Причём оба были после душа. И когда… когда я снова струсил и убежал оттуда, Чимин даже не пытался остановить меня. Скажи, после всего этого как я должен выглядеть?       — Тогда ты выглядишь лучше… Наверное…       — Вот за это и напьёмся. Я буду лучше обязательно, только завтра. Сегодня мне можно.        — Как скажешь. Но я бы хотел узнать всё подробнее. Если ты хочешь, конечно.       — Хочу… Хочу, друг мой…       Юнги рассказывал другу всё, что было: от звонка матери до того, как он убежал из квартиры Чимина. Ичжон слушал молча… Как и все те годы, когда Юнги раз за разом срывался от невзаимной любви и ненависти самого себя. Когда ему срывало крышу, увидев Чимина с кем-то улыбающимся, пока он сам его от себя отталкивал. Срывался, когда кто-то обнял Чимина, а он молча захлебнулся из-за ревности. Когда пальцы покалывали, прося хоть мимолётно прикосновение к Чимину. Юнги эгоист. Юнги только этому человеку рассказывал всё, что было с ним все эти годы, но взамен сам ему ничего не давал. Даже банального спасибо.       — Ичжон-а, скажи, почему ты меня терпишь?       И правда. Почему он терпит? Зачем ему такой слабый, трусливый друг, что каждый раз проливает горькие слёзы в его жилетку?       Юнги первый раз об этом задумался.       — Может потому что я твой друг?       — Вопрос с вопросом не отвечают, мой друг, — горько усмехнулся он. — Знаешь, я все эти годы ни разу об этом не задумывался. И мне сейчас немного стыдно за свой эгоизм. Ты прости меня, ладно?       Просто Ичжон хороший человек. В нём нет фальши. Он всегда был искренним человеком. Юнги помнил его таким сначала их знакомства. Эти годы подействовали всем. Все они изменились. Но он остался таким, каким его узнал Юнги. Когда-то Юнги хотел этого человека защитить, заботиться о нём, когда тот чуть не сломался. Но если смотреть в прошлое, это Ичжон все эти годы занимался с ним, как маленький ребёнок. Всегда выслушивал и поддерживал.       — Прекрати вести этот бред. Если ты забыл, без тебя не было бы EL CAPITXN. Ты подал мне руки, когда я готов был опускать их. Ты дал мне не только надежду встать на ноги. Ты дал мне вторую жизнь. Ты моя семья, Мин Юнги, прими это как факт.       Раньше они никогда не говорили друг другу таких слов. Это произошло после шоу «Сучиты». Тогда Ичжон открылся не только перед зрителями, но и перед самой Юнги. Шутки о любви и признания в том, что Юнги — его самый близкий друг, повторялись много лет. Но то, что Ичжон считал Юнги своим спасателем и членом своей семьи, Юнги услышал впервые.       В тот день после шоу они выпили и поплакали о прошлом. Обоим было тяжело, но они справились. Сейчас у них есть всё. Ну, почти всё.       — Я знаю, мой друг… Просто сегодня точно не мой день. И я так устал. Не знаю, как выпутаться из этого.       — Просто слушай своё сердце. Оно подскажет, что делать дальше. Мы уже взрослые люди. Нас никто не может заставить. Но насчёт Чимина я тебе давно говорил, чтобы ты наконец признался ему. Поверь, мне так будет легче. Всю жизнь с этой болью жить невозможно. Пожалуйста, поговори с ним. Чимин — добрый человек. Он не стал бы прекращать общение с тобой из-за того, что ты его любишь.       Ичжон, как всегда, прав. Однако Юнги не может избавиться от своих сомнений и переживаний. Но если подумать, то какая разница, есть ли у Чимина отношения с Тэмином? Юнги не имел права злиться или что-то в этом роде. Ведь если у них что-то есть, Чимин заслужил счастье как никто другой.       Чимин действительно добрый человек. Но Юнги всё равно боится потерять то нежное и хрупкое отношение, которое Чимин проявляет к нему, несмотря на то, что Юнги грубо оттолкнул его несколько лет назад. Без Чимина Юнги не сможет жить.       Когда они были достаточно пьяны, Юнги вызвал для друга такси, а сам отправился в студию, чтобы успокоить свою душу. Ичжон знал, что музыка поможет Юнги, поэтому оставил его без лишних слов. Кафе находилось близко к студии и квартире Юнги, поэтому добраться до дома не должно было быть проблемой.       Юнги без проблем попал в студию, потому что охрана привыкла к причудам продюсеров. Такие люди, как Юнги, не знают, что такое обычное время. Для них время имеет значение только тогда, когда у них назначена встреча. А когда в голову приходит новая мелодия, время теряет свою значимость. Да, у многих есть возможность делать это дома, но в студии всё равно по-другому.       Его студия — это место, где он чувствует себя как дома. Здесь он может полностью расслабиться. Каждая деталь в этой студии создана им самим, и каждая мелочь имеет для него значение.       Юнги — человек, который не старается забыть плохое, а наоборот, принимает поражение и запоминает свою ошибку. Он уже давно перестал стремиться быть похожим на кого-то другого. Юнги знает себе цену, и она далеко не низкая. Он уверенный в себе молодой человек, который идёт по жизни с высоко поднятой головой.       Однако, несмотря на все свои достижения, в его жизни есть одно «но» — это его сердце. Юнги влюблён, но его чувства не взаимны.       Взяв гитару, он попытался сыграть что-нибудь из старого. В те времена они были молодыми парнями с большими мечтами. Сейчас у Юнги нет мечты, он уже достиг всего, чего хотел. Но он всё ещё любит играть на гитаре, пролистывая старые фотографии и видеоролики на своём компьютере. Даже его близкий друг Ичжон не знает, что там находится. Все эти материалы хранятся в секретной папке, название которой было бы интереснее для многих. Например:       Его улыбка…       Это видео было снято в 2016 году, когда они получили свою первую награду на MMA. В тот момент все они плакали от радости и переполнявших их эмоций. Даже Юнги не смог сдержать слёз. Он помнит этот день очень детально, особенно тот момент, когда он случайно увидел сияющие глаза Чимина. И его такое, дорогое:       «Хён мы сделали это!»       Тогда Чимин улыбался так тепло и искренне, что это было очень трогательно. Юнги почувствовал, как его сердце наполняется теплом от этой улыбки. В тот момент он пообещал себе, что будет получать ещё множество наград, чтобы увидеть эту улыбку Чимина снова.       У Юнги есть много папок с такими названиями. Каждая из них очень дорога ему. В этих папках не только фотографии Чимина, там есть фотографии всех мемберов вместе. Но есть и что-то от младшего мембера, что останется в сердце Юнги навсегда.       Юнги посмотрел ещё несколько старых видео и фотографий, а затем решил немного выпить виски. Теперь можно было с уверенностью сказать, что он был довольно сильно пьян. Однако легче ему не стало.       Хотя Юнги и не хотелось уходить, он понимал, что завтра ему нужно на работу. Он знал, что за каждым его шагом следят, поэтому не хотел подставлять мемберов и компанию. С трудом, но он собрался и отправился домой. У него не было проблем с алкоголем, и он редко напивался до такого состояния. Или же он действительно переборщил? По его лицу невозможно было понять, насколько он пьян.       Юнги мог бы вызвать такси или попросить кого-нибудь из охраны. Но по какой-то причине он решил воспользоваться другим способом — своим верным другом, обычным электросамокатом с сиденьем. В нём было удобно, так как не приходилось стоять в пробках. Поскольку время было довольно позднее, пешеходов почти не было, и это был самый удобный вариант добраться до дома.       Однако не всегда получается, как нам хотелось бы.

* * *

      «Мин Юнги задержан в полицейском участке Ёнсан»       «Шуга задержан за вождение в нетрезвом виде»       «Мировая звезда, участник группы BTS, задержан за вождение в пьяном виде»       «Шуге из BTS грозит уголовное наказание»       «Шуга из BTS разочаровал своих фанатов»       «Мин Юнги должен получить наказание за плохое поведение перед своим фанатом»       Юнги пролистывал ещё кучи новостей с такими же словами в социальных сетях на своём смартфоне. Голова раскалывалась от боли. Он напился не в первый раз, но никогда ему ещё не было так плохо.       Менеджер давно ждал от него сообщения. Юнги написал пост с извинениями, но всё ещё не решался его опубликовать.       Почему? Потому что… Стыдно.       Стыдно перед участниками группы, стыдно перед фанатами, стыдно перед компанией и, в конце концов, перед стаффом. И дело было не только в том, что кто-то отвернётся от него или будет его наказывать. Сейчас для всей группы тяжёлое время. Они прилагали все усилия, чтобы быть сильными и справляться со всеми трудностями самостоятельно. А он взял и всё испортил за один вечер. Теперь страдать будут не только он, но и вся команда.       Они прошли вместе такой долгий путь, чтобы оказаться там, где они сейчас. Все они знали, что одна маленькая ошибка может разрушить всё, как карточный домик. То, что сделал Юнги, было не просто курением или слухами об их отношениях. Это было настоящим правонарушением, за которое в Корее строго наказывают. И ему было ужасно стыдно, что он всё испортил.       Сейчас ситуация настолько шаткая, что из-за него может пострадать репутация целой компании. Они все — команда «Big Hit», на самом деле большая семья. Юнги знал этих людей уже много лет. Сейчас, представляя гнев общества, ему самому хотелось покинуть компанию, чтобы из-за него не страдали все остальные.       И, конечно, ARMY…       Как он будет смотреть им в глаза? Ведь они ему доверяли свою сердце и любовь… И он… не смог. Юнги разочаровал своих близких. Но он должен. Он должен быть сильным, чтобы ещё хуже не стало. И он будет…       Юнги несколько раз перечитывал свой текст с извинениями и наконец опубликовал его. Менеджер Ким Седжин был для него как старший брат. Всегда поддерживал и старался защитить от подобных ситуаций.       Седжин не стал отчитывать его, но дал понять, что будет рядом в любой ситуации. Разговаривать с Бан Ши Хёком ему ещё не удавалось, но этого не избежать.       Председатель PD никогда не был с ними груб, но в такие моменты всегда был резок. Кажется, только Юнги удалось так же резко разговаривать с ним посреди мемберов. Сейчас он и правда виноват. Юнги даже не представляет, как будет смотреть в глаза председателю. Но он должен это сделать.       После такого большого скандала он многим и многое обязан. Как бы неприятно это ни было, но это правда.       Юнги думал отключить все контакты и какое-то время пожить в отеле, скрываясь до тех пор, пока всё не утихнет. Но нет, он так не может. Юнги не такой.       Каждый человек должен отвечать за свои поступки, какими бы они ни были.       Звонок в дверь отвлёк его от подобных мыслей. Юнги нехотя подошёл к двери. Если это кто-то из компании, он не откроет. Сейчас ему не хотелось никого видеть и даже слышать. С него хватит на сегодня.       — Кто там?       — Это я, Ичжон, открывай дверь, пожалуйста.        — Давай не сегодня.       — Нет, открывай прямо сейчас. Я не уйду, пока не увижу тебя.       — Что тебе надо? В няньку не нуждаюсь. Всё со мной в порядке.       — И тебе привет, хён. Голова не болит?       — А не видно?       — Понял, принял… Я привёз немного супа. Тебе надо покушать.       — Тебя что, Сокджин укусил?       — Нет, звонил и сказал, что тебе сейчас по-любому паршиво. А ещё точно кушать не станешь. И сказал, что он твой хён, который тебя знает из пеленок.       — Ага… с пеленок.       — Ты как?       Вот так просто. Один вопрос, на который Юнги не смог бы врать и сказать: «Всё в порядке». Но это не так. И это очень сложно. Он всегда притворялся, что с ним всё в порядке. Не только он. Все они как-никак старались скрыть свои проблемы, волнение и страхи друг от друга. Не потому что им не хотелось, не доверяли или в этом роде, в потому что хотели друг друга защитить от негатива. Чтобы заботиться друг о друге. Но как бы они ни старались, они без слов понимали и поддерживали, отвлекая от всего плохого, подарив свою любовь и заботу. Сейчас их нет. Их разделили. По разным углам в Корее, чтобы они оплатили свой долг перед страной. Сейчас у всех тяжёлые времена. Им всем нелегко. Его радовало, что Чимин с Чонгуком. Ичжон тоже близкий друг, но мемберы… Это семья.       И что же ему ответить?       Ничего…       Кажется, от него не ждали ответа. Ичжон молча прошёл на кухню, а Юнги направился в душ. Может быть, холодный душ поможет ему собраться с мыслями. Он всё ещё пытался найти ответ на вопрос, что делать дальше, но его разум словно игнорировал. Это было похоже на густой туман, который окутал тёмную улицу. Ты пытаешься найти путь, но его просто нет. Хочется увидеть хотя бы маленький огонёк, чтобы понять, куда двигаться дальше. Тебе действительно страшно от того, что может произойти через несколько секунд. Просто стоять на месте — это не лучший вариант. Нужно собраться и найти свой путь. Свой собственный путь, чтобы никто не указывал тебе, что делать. Но, кажется, у Юнги это не получится. Не в этот раз.       Миллионы людей сейчас ждут от него каких-то действий, и больше половины из них готовы разорвать его на части только потому, что он тоже обычный человек, как и они. Только потому что он мог допустить ошибку… Потому что он тоже человек.       — Всё будет в порядке.       — Я… знаю… наверное… Но я на это очень сильно надеюсь.       Они поужинали вместе, а после смотрели какой-то мультфильм от Диснея. Да, Юнги иногда любит смотреть мультфильмы. На самом деле, в мультиках есть чему поучиться. Они учат любви, доброте и заботе, которых так не хватает сейчас в мире.       За свою тридцать один он многое увидел. Наша жизнь слишком коротка, чтобы тратить её впустую. Мы никогда не знаем, когда она закончится. Мы стремимся всё успеть, но упускаем самое главное. Жить и существовать — это разные вещи. Чтобы понять, живёшь ты или просто существуешь, не нужно далеко ходить. Просто посмотри на себя со стороны: одинок ли ты или у тебя есть люди, о которых ты должен заботиться… которые заботятся о тебе так же. И неважно, насколько ты талантлив… Как бы ты ни был занят в своей жизни, если ты одинок, то это не жизнь, а лишь существование.       Юнги счастлив, что у него есть близкие люди, которые заботятся о нём. Он чувствует, что живёт. Хотя его сердце пустота из-за любви, рядом с ним всегда есть те, кто готов прийти на помощь и поддержать. Возможно, однажды он наберётся смелости, чтобы поговорить с Чимином и поделиться своими чувствами.       Юнги не ждёт от Чимина ответных чувств, но он понимает, что если выскажется, то, возможно, сможет его отпустить. Независимо от того, с кем будет Чимин, главное, чтобы он был счастлив. Если Чимин будет счастлив, то и Юнги тоже.       Вечер кино завершился спокойным сном двух друзей. Юнги действительно стало лучше, когда рядом был его друг. А со всем остальным он разберётся завтра.

* * *

      Утро не задалось. Голова раскалывалась, и он уже выпил вторую чашку кофе. Выкурил несколько сигарет, но ничто не помогало. Сердце продолжало колоть.       Групповой чат, не утихал. Казалось, участники договорились писать по очереди, чтобы Юнги хоть кому-нибудь ответил. Но он не мог найти в себе силы ответить.       Что он мог им сказать?       Что он слегка перебрал с алкоголем и упал с самоката?       На самом деле, даже если бы он придумал множество таких ответов, они бы ему не поверили. Ведь они знают его слишком давно. Юнги уверен, что его друзья знают его лучше, чем он сам. И обычного ответа им будет недостаточно. Потому что уровень алкоголя в его крови слишком высок.       Они все понимают, что с Юнги случилось что-то серьёзное, и он точно не в порядке. И от этого становится ещё больнее, потому что он заставляет их переживать.       Всё так сложно. Особенно после того, как Юнги обнял Чимина, а потом убежал. Возможно, Чимин ещё не рассказал остальным о том, что произошло в его квартире, но, вероятно, Чонгук уже в курсе. Ведь они с Чимином вместе.       «Юнги-хён, пожалуйста, ответь», — это последнее сообщение от Чимина. Он написал уже не в групповом чате, а в личном. Юнги не открывал сообщение, но успел прочитать его, когда оно появилось на экране. Чёрт возьми, он действительно не знал, что ответить, даже Чимину. Хотя этого человека он хотел бы беспокоить в последнюю очередь.       О, боги, дайте ему сил.

* * *

      «Мин Юнги, уходи из группы»       «Пусть Шуга покинет BTS»       «В компании Hybe, которая занимается продвижением группы, отправили грузовики с посланием, чтобы Мин Юнги сам ушёл из группы»       «Напротив компании Hybe отправили венки с просьбой, чтобы Шуга покинул коллектив»       «Работник социальной службы жаловался, что Мин Юнги не работает должным образом»       «ARMY хотят, чтобы Шуга оставил группу в покое»       Юнги прочитал, кажется, больше ста таких сообщений. Все они похожи друг на друга. Ему страшно. Не так сильно, но страшно. Он не представляет свою жизнь без BTS и ARMY.       Но что, если из-за него мемберы потеряют поддержку фанатов?       Как бы больно и страшно ему ни было, Юнги примет решение уйти ради блага остальных. Он никому не желает зла.       Нет, так больше нельзя. Надо что-то предпринять.       Менеджер уверял, что всё будет хорошо. Не стоит паниковать и беспокоиться. Со временем всё наладится. Но Юнги кажется, что с каждым днём становится только хуже.       А эти венки… В Корее их обычно приносят на похороны. Юнги не может понять, почему их присылают ему его же поклонники. Его ARMY. Его поддержка. Неужели он настолько сильно провинился, что они желают ему смерти? О боже. Нет, только не это.       — Юнги, прошу тебя, не думай об этом. Это не фанаты, а хейтеры. Я постараюсь узнать, кто они, и обязательно найду их. Но я уверен, что это не фанаты. Они бы так не поступили. Вот увидишь, я их найду!       С самого утра менеджер Ким пишет ему и звонит с такими словами. Юнги и правда старался не думать об этом, но это было сложно. Он не хотел выходить из дома, хотел запереться и никого не впускать. На звонки и сообщения он тоже не отвечал, кроме менеджера Кима, чтобы тот не приезжал к нему на работу. А он мог так поступить, Юнги это знал.       Что ему ещё сделать, чтобы его простили?       Что же?

* * *

      Под вечер снова прошёл дождь. Когда Юнги вернулся с работы, он был насквозь промокшим. Он решил больше не заходить в социальные сети, чтобы не мучить свой уставший мозг негативными мыслями.       Его телефон был настроен на вибрацию. Ему звонили и писали сообщения, но у него не было сил даже смотреть на экран. Утром он написал в групповой чат, что у него все хорошо. Брату он тоже ответил, чтобы тот не переживал и хорошо отдохнул. Родители не писали и не звонили ему. Кажется, он их сильно расстроил. Хотя Юнги и писал матери, чтобы она не переживала, но не получил от неё никакого ответа. Тем не менее, теперь ему стало немного легче.       Как только он собрался ложиться спать, в дверь постучали. Юнги никого не ожидал увидеть, особенно в такой поздний час. Он подумал, не открыть ли ему дверь, но человек за дверью был слишком настойчив. В итоге ему пришлось подойти ближе и тихо спросить:       — Кто там?       — Юнги, это я… Пожалуйста, открой дверь.       Голос за дверью принадлежал Чимину, самому Пак Чимину. Что ему сказать? Юнги не хотел никого видеть. Да, он скучал, но не сейчас. Только не он…       — Пожалуйста, открой дверь, я знаю, что ты дома.       Откуда он знает? Юнги хотел спросить, но догадался сам. Наверное, охранник проболтался. Они с Чимином были хорошо знакомы.       — Хён, мне ещё долго здесь сидеть? Но я не могу долго, потому что мне разрешили только до утра, чтобы я мог успеть на утреннюю тренировку. Пожалуйста, открывай.       Юнги молча открыл дверь. Он изо всех сил старался выглядеть раздражённым, чтобы не показывать свои настоящие эмоции. Ему всё ещё хотелось обнять этого человека, почувствовать его тепло.       — Что ты здесь делаешь?       Чимин не отвечал. Сколько прошло времени? Юнги совсем потерял счёт. Потому что на него никогда так не смотрели. Он не понимал, что чувствовал сам, что чувствовал Чимин, но в груди было так тяжело от этого взгляда.       — Я… Ты зря…       Но ему не дали договорить. Юнги чувствовал на своих губах губы Чимина, но его разум не мог осознать это как реальность. Он горел, словно огонь. В ушах стоял шум, и кажется он забыл дышать.       Это правда? Это не сон? Чимин действительно его целует?       Юнги пытался ответить на поцелуй, но боялся прикоснуться к телу Чимина. Его ладони были подняты на уровне талии, они покалывали, словно просили разрешения, но он не решился. Нельзя… наверное.       Внутри бушевал ураган, кровь кипела. Юнги не дышал, но слышал их сердцебиение. Они были словно одно целое.       Чимин… его Чимин… они целовались. Так нежно, так чувственно, горя в огне своих чувств. Если бы это был сон, Юнги был бы согласен никогда не просыпаться. Пусть они останутся здесь навсегда, в этом моменте, в этом мгновении счастья. Он счастлив, он самый счастливый человек на земле.       Первым отстранился Чимин. Юнги бы не решился. Открыть глаза ему страшно. Но свои руки резко убрал назад. Они дрожали. Сам Юнги весь дрожал и готов поклясться, что сейчас Чимин смотрел на него пристально и ждал его реакции. Но Юнги до сих пор не верилось то, что произошло. Слишком… Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.       — Ничего не скажешь? — глубокий вдох. — То есть… Юнги, я…       — Я люблю тебя.…       Вот на что хватило Юнги. Всё ещё закрытыми глазами произносит эти слова. И как же стало легче. Вот так просто. Неужели можно было вот так просто говорить эти три слова и можно умереть, не смотря в такие любимые, дорогие глаза? А он так боялся. Ведь теперь и правда ему не жаль покинуть этот мир. Ведь ему удалось чувствовать Чимина всеми фибрами своего тела. Ведь Чимин дал ему чувствовать. Чимин… Его Чимин. Его же ведь?..       — Прости меня за всё, Чимин-а… — тихо произнёс Юнги, медленно открывая глаза. Чимин был здесь, такой красивый, такой драгоценный, любимый… — Прости меня, за всё. Я так сильно тебя люблю и боялся потерять. Мне до сих пор не верится, что это не сон… Что ты рядом… Я…       — Просто обними меня уже.       И Юнги обнял его так крепко, как никогда раньше. Он держал его так сильно, потому что это был Чимин — его запретная любовь, его солнце, его свет на тёмном небе, его лучик в тумане, освещающий дорогу, его тепло в холоде, его бабочка в давно забытом цветочном саду, его восхитительная мелодия на старом, но таком дорогом любимом пианино, его ангел в аду, где его сжигали демоны.       Чимин, его всё… Всё его Чимина…       Время — оно нам надо, чтобы мы задумались принять, как нам поступить в той или иной ситуации. Оно дано, чтобы мы нашли в себе силы принять решение. Вот только не все мы найдём эту силу. Кому-то для этого нужно много лет, а кому-то — лишь мгновение. Юнги пришлось пережить многое, чтобы произнести эти слова. Он не знал, решился бы он когда-нибудь, если бы Чимин сейчас не был рядом. Но это не важно. Всё это так не важно.       Потому что Чимин здесь.       Потому что они вместе.