Терпеть ради любви

      Бельчонок облюбовал пальму, под которой омеги сидели, и, пока безуспешно, пытался скинуть им на голову кокосы. Феликс сидел на берегу моря, улыбался и гладил свой едва заметный живот. Джисон им любовался, действительно такой, как описывал его Минхо — светлый и чистый. Понятно, почему альфа-хмырь искал подобного омегу для себя.       — Я был проституткой.       — Что? — округлились глаза Ликси, и он шокированно посмотрел на Джисона.       — Минхо тут всем рассказывает про своего жениха, а я не хочу никого обманывать. Не уверен, что достоин знакомиться с его семьёй и близкими. Наши отношения не такие, как их все воспринимают.       — Но почему ты этим занимался?..       — Не думаю, что причины важны. Не хочу рассказывать тебе и марать своей грязью. Прости, пожалуйста, но мне стыдно находиться рядом с таким, ну, чистым и светлым.       — Ты такой милый и искренний, Джисон, — улыбнулся Ликси и неожиданно прижал к себе и поцеловал омегу в щёку. — Плевать, что был проституткой. Но не ори об этом на каждом углу. Мой брат, наверное, вкладывает кучу бабла и усилий, чтобы это скрыть.       — Ахах. Нет, конечно, нет, но его близким…       — Нашим родителям тоже не стоит знать!       — Ладно, я буду молчать, — немного более расслабленно произнёс Джисон. Кажется, его новость не произвела должного впечатления. Ликси не изобразил брезгливое лицо, не оттолкнул от себя, не стал кричать гадости. Лишь растерянно продолжал улыбаться, да и только.       — Главное, чтобы мой брат с тобой хорошо обращался! Он же, ну, не заставляет?.. — взволнованно снова посмотрел на него Феликс.       — Нет! Нам… Нормально, в чём-то даже хорошо, что он брезгливый и именно так на меня не смотрел… Раньше.       — У вас странные отношения? Но я знаю своего брата, он бы просто так никого не привёз знакомиться со мной и Хёнджином. И терпит твою белку. Мне кажется, это максимальная его способность быть с кем-то милым и пытаться понравиться — терпеть неудобства, но только ворчать.       — Твой брат не милый! Но меня старается… Не обижать.       — А как вы познакомились?..       — Я что-то типа его прикрытия от Хвасу? Весь мой блог и остальное… Фиктивно, чтобы его побесить, — внезапно выдал правду Джисон.       — Если мой брат не относится к тебе серьёзно, зачем он так заморачивается?       — Я не знаю. Из-за Хвасу?       — Милый с тобой? Старается не обижать? Привёл в дом, где планировал строить семью? Отвёз к единственным близким людям? Он ни разу за нашу встречу не упомянул об этом гондоне. Твоя белка звучала в его речи гораздо чаще.       — Думаешь, это что-то большее? Может, просто ему нужен мой блог, потому что альфа, выкладывающий свои ухаживания за омегой в соцсети — кринж и самолюбование.       — Ахах. Мне нравится твоё чувство юмора, но мой брат обожает сраться в комментариях с нетизенами. И провоцировать их.       — Ещё он, типа, ну, немного виноват передо мной, — нерешительно пробормотал Джисон.       — Пфф. Он не испытывает вины, поверь мне. Даже когда должен. Откупился бы деньгами за любые причинённые моральные страдания. А не пылинки бы сдувал и объявлял всем о ваших отношениях. Он на что-то явно надеется, — и этот аргумент не произвёл впечатления на брата Минхо.       — Но я не смогу этого дать...       — Из-за своего опыта, ведь, я так понимаю, он был травматичным?       — Да.       — Не заставляй себя, пытаясь подстроиться под него. Удовольствия никто не получит. У меня, конечно, нет такого опыта. Хёнджин никогда не давил и даже не намекал. Был только один момент, когда я дал согласие и разрешение, ну, а сам не хотел, и он выглядел так, как будто я его ударил. Травмировал этим нас обоих. В общем, в паре, где оба любят, должны быть компромиссы. Может, ты ещё не готов даже к ним. Подожди, мой брат потерпит, если действительно настроен на серьёзность. А если нет, то и ломать себя и подстраиваться под него не стоит.       — Спасибо.       — Да пожалуйста, никто у меня не спрашивал совета по отношениям, — хихикнул Ликси, — все думают, раз у нас любовь, то всё всегда стабильно, но это не так.       — Идеальных отношений не бывает.       — Я тоже так считаю. Исключим нашего Сынмина и Чанбина, там другой уровень отношений, ахха. Точнее, наши с Хёнджином кажутся идеальными, потому что мы оба в них стараемся. А не как говорят другие, мол, просто повезло подростками взаимно влюбиться.       — Вы с Хёнджином… Ждали свадьбы? Зачем? Ты боялся, что придётся терпеть, а он не женится?       — Что терпеть?       — Ну, секс.       — Джисон! Это не больно, а очень приятно!       — Сынмин тоже так говорит, но…       — Вот же. Альфы были с тобой абсолютными мудаками?       — Слабо сказано.       — Минхо согласился на платоническую любовь ради тебя, — расслабился Феликс и снова хихикнул. — Даже белку терпит, не могу в это поверить.       — Почему ты так думаешь?       — Потому что он окружил тебя заботой, на которую только способен, и понимает, что секса у вас не выйдет. Ну, не то чтобы он был на нём помешан, но думаю это важно для альфы. Близость с партнёром.       — Это не так! Он в последнее время постоянно намекает!       — Временное помутнение, — отмахнулся Ликси. — Нервничает, что ему будет надо, и боится тебя этим испугать. Что касается того, почему мы с Хёнджином ждали… Влияет окружение? Мой брат, ну, в общем, понятно, был против каких-либо поползновений со стороны Хёнджина в эту сторону (с благими намерениями). Наши друзья… Тоже не торопились с этой темой. Типа, у нас была такая невинная компания? Я тусил с альфами-друзьями брата всё детство, а они, ну, даже в подростковом возрасте при мне не позволяли себе сальных и грязных шуток. Не говорили о своих партнёрах пренебрежительно. Поэтому и не было давления: «Вы же встречаетесь, вы должны, с вами что-то не так, неужели не хочется?». Мы встречались, потому что наши чувства глубже, чем дружеские. Вместе почитали, как там и что, и решили, что нам пока оно не надо. Ну, мы мелкие были, лет по пятнадцать. Ахах. Хёнджин… У него такое испуганное выражение лица было, когда мы почитали о сексе и иногда встречающихся последствиях первого раза: типа, инфекции, циститы, пиелонефриты… Ну, может, и подыграл мне. Побоялся накосячить. И решили отложить вопрос. Мы были детьми, и нам было просто максимум, ну, интересно попробовать. Но это не то, чем надо руководствоваться. Подросли, осознали, созрели и как раз к свадьбе уложились.       — Ты не боялся несовместимости ваших желаний в этом плане и прочего?       — Я никогда об этом не задумывался, может быть нам просто повезло или так совпало, что мы оба любим чувственный секс. Чонин любит грубый, и Чан всегда на это ведётся. Хоть по натуре спокойный. Пожалуй, Йенни единственный, кто способен вывести его из себя за доли секунды. А он так-то нервной и серьёзной работой занимается. Сынмин вообще думал, что асексуален, пока не встретил Чанбина, и тогда они выяснили, что он просто деми. Разве не всегда можно договориться? Одна страсть вряд ли надолго удержит отношения. И когда у меня возникли все эти неприятности, не классный секс держал наши отношения. Хёнджин никогда не давил, просто снова подождал, поэтому у меня не было этого огромного чувства вины перед ним. Я видел, что моя боль — это его боль. Прошёл со мной весь этот сложный путь, — солнечно улыбнулся Феликс. — Я люблю его безумно и доверяю на сто процентов. Верю, что мы всё преодолеем, если будем вместе. И эту несовместимость, если бы она возникла, тоже. Не боюсь родить от него хоть пять детей. Даже если ему не понравится отцовство, мы будем с этим вместе.       — Он боится, что ему не понравится?       — Да, он вообще всего боится, но особенно того, что мне будет тяжело справляться одному. Переживает за моё здоровье и нервы. И впустить в наши отношения ребёнка. Получится ли из него хороший отец. Я и сам боюсь, поэтому хочу вернуться. У Хёнджина учеба в Корее. Он хочет перевестись, но я не собираюсь бегать от проблем. Понимаю, что мне действительно будет тяжело с малышом всё время одному. Хёнджин учится, работает, дома не так часто, как хотелось бы. У нас уже есть кастинг нянь. Но я не пущу чужого человека к своему ребёнку. Здесь мы одни, а там все мои друзья, — вздохнул Ликси, — мне так тяжело без них. Мы созваниваемся каждый день, Сынмин и Чонин прилетали ко мне на прошлой неделе. Сынмин смешной, учебники какие-то по беременности притащил. Чонин каталоги с красивой детской одеждой и другими атрибутами для детей. Заботятся обо мне. Чонин вроде планирует детей... В очень отдалённом будущем, а вот Сынмин совсем не хочет. Но для меня… Оба стараются. В общем, я хочу к людям, которые меня любят, не к родителям-мудакам нашим или Хёнджина. Дружба на расстоянии мне даётся так тяжело. Я знаю, они будут мне помогать во всём. Надеюсь, ты не против, но какое-то время я поживу с вами после роддома. Ну, одному страшно, Хёнджин паникёр, похуже меня, и чувствительный очень. Не хочу в золотую клетку. А с Минхо точно безопасно. Он терпит твою белку, надеюсь, и ребёнка хоть немного сможет.       — Ты уже всё распланировал? — поразился Джисон.       — Да, ещё до беременности мечтал быть с Хёнджином и друзьями, они моя семья. Правда, я и не надеялся, что мой брат, ну, знаешь… Найдёт себе кого-нибудь. И хотел, чтобы ему одному было не так тоскливо.       — Не думаю, что у меня есть право голоса. Но если бы было, то я только рад буду помочь. Мне нравится, ну, знаешь, заботиться. Любимчика подобрал случайно в лесу и кормил по часам, гнездо ему делал… В общем, я не планирую своих, а возиться с ними хочу попробовать.       — Боюсь, что Минхо уже запланировал ваших, — засмеялся Ликси.       — Ага, и имена придумал, — не выдержал и тоже залился смехом Джисон.       — И ты мне говоришь, что мой брат не настроен серьёзно? Он подростком много фантазировал о своём будущем муже и планировал то ли четверых, то ли пятерых…       — Сколько?!       — А потом… В общем, совсем не упоминал об этом. Я очень рад, что ты снова вызываешь у него желание на близость, семью и детей. Даже не представляешь, насколько это ценно для всех нас, его близких. Спасибо.       — Да я… Ну, на пятерых точно не согласен, — буркнул Джисон, обещая себе поговорить с альфой насчёт этих нереальных планов.       Минхо незаметно подкрался к сидящему на песке Джисону со спины и привычным движением навалился всем телом с претензиями:       — Дерзкий суслик! Не ценишь своего счастья!       Омега закатил глаза и попытался скинуть хмыря-красавчика, они недолго провозились в песке. Джисону всё же удалось вырваться и он, проклиная Минхо, смог подняться и активно отряхивался. Краем глаза наблюдая за совсем другой встречей Феликса и Хёнджина, которые быстро слиплись и наслаждались видом заката и морского пейзажа, уютно устроившись в объятиях друг друга. Хёнджин с нежностью поглаживал живот своего любимого, а Феликс с улыбкой шептал что-то на ухо мужу, нежно касаясь губами кожи.       — Ну, конечно, опять повышение предлагаешь, от элитного эскорта до жениха, а я выёбываюсь! — вздохнул Джисон на вновь подошедшего и крепко облепившего его конечностями альфу, тоже поднявшегося и отряхнувшегося от песка. Двигаться не хотелось, но он для приличия посопротивлялся, выражая недовольство, особенно, когда Минхо опять промахнулся мимо талии и сложил руки на его заднице.       — Я подожду, пока ты осознаешь, понятно? Предложение о браке получишь скоро, готовься. Только попробуй «нет» брякнуть и опозорить меня, — на расстоянии поцелуя прямо в губы проворчал ему Минхо.       — Спасибо, что предупредил, очень мило с твоей стороны, но… — растерялся Джисон и чуть отодвинулся, смущаясь пристального взгляда альфы на свои губы.       — На завтра оплатил фотосессию на берегу моря, — Минхо его даже не слушал. — Омеги текут от такого, и операция не понадобится. Раз так её боишься.       Тут на альфу неожиданно спрыгнул белка и завозился на нём своими острыми когтями и зубами, Минхо дёрнулся.       — Проклятая белка, — буркнул себе под нос, — весь кайф портишь.       Но вздохнул с облегчением — альфа снова нежеланно легко возбудился от близости Хани, но, к счастью, тот не успел почувствовать этого, поглаживая бельчонка и продолжая ворчать на Минхо.

***

      — Так, давай только ты не будешь ломаться три часа, как было с той аватаркой, дерзкий суслик, — пробурчал Минхо.       — Сам знаю, — огрызнулся Джисон.       Но замер, не смог заставить себя сдвинуться с места и восхищённо любовался декорациями фотосессии на берегу моря. Подставной, конечно же, безуспешно повторял про себя омега, стараясь не разреветься от счастья. Почему он такой глупый инфантильный романтик? Усилием воли пришлось отгонять от себя картинки фантазий, как из дорам, с предложениями брака на пикнике на берегу моря. Минхо был несерьёзен, ему не нужен травмированный омега проститутка, ещё и без секса, тем более в роли мужа. Они мало знакомы и постоянно ругаются. Альфа вообще обижен из-за дурацкой пластики.       — Эй, алло, Хани? Пойдём к фотографам. С тобой всё нормально? Ты не шевелишься уже минут пять? Если опять боишься и не хочешь?..       Джисон очнулся и покраснел.       — Да! То есть, нет! Не боюсь, пойдём скорее, — и сам схватил альфу за руку.       Минхо вздохнул. Они с Джисоном и правда какие-то излишне романтичные долбоёбы. Ладно омега, им свойственно думать о ерунде и заниматься такой фигнёй. Но он то куда так радуется?..       — Так, просто свободно обопрись на меня и вцепись покрепче, ага, хорошо, — прошептал ему Минхо, крепко удерживая под задницу на своих руках. Джисон покраснел, но прижался покрепче.       Его снова будет окружать целая куча подставных фото, но он чувствовал себя в этом моменте так прекрасно, ведь полностью осознавал, что живёт словно в мечте. Наслаждался здесь и сейчас, отбросив все хмурые мысли, ведь Чонин прав. Зато он оставит себе счастливые воспоминания об этой несложившейся любви. Нисколько не пожалеет, что ввязался в этот спектакль. В конце реальной жизни всегда было бы предательство и разочарование, потому что за красивой картинкой ничего не было. Но он же знал, что не по-настоящему, и наслаждался каждой секундой, которая была. Романтичная фотосессия у моря это так офигенно, он получил кучу удовольствия, плескаясь с Минхо в воде, закапывая его в песок и фоткаясь в его руках. Желания на яву. Ему очень нравилось, и плевать на желания Минхо, но тому, вроде, тоже нравилось. Альфа не бесился, не раздражался, скорее ржал с его счастливого выражения лица от всяких банальностей, закатывал глаза, но ему явно нравилось играться. А для Джисона это были приятные мелочи и словно сбывающиеся глупые фантазии. У него был альфа, но он ничего пока не должен, только расслабляться рядом с ним.       Но они слишком увлеклись фотосессией.       — А где Любимчик? — очнувшись от сказки Джисон запаниковал.       Бельчонка взяли с собой на пляж на фотосессию, и тот прыгал-скакал где-то рядом. К воде не подходил, но зарывался в песок и игрался в нём. Обрывал гирлянды, ломал и грыз декорации и мешался фотографам. Его тоже пару раз сфотографировали, например, как тот ластился к Джисону или как выдирал волосы на голове Минхо. А потом они увлеклись друг другом и…       На пляже почти не было деревьев, лишь несколько пальм, но зато рассыпанных по всему берегу, они слишком на большое расстояние прогуливались пока фоткались. Тем более, закончили, только когда на пляж опустились сумерки.       Они сначала очень надеялись, что возможно, бельчонок устал от жары и скрылся в парке рядом с домом брата Минхо?.. Но и там его не было. Взволнованные Феликс и Хёнджин в мгновение ока оказались на пляже, и с тревогой сообщили, что белочка так и не появилась дома с момента фотосессии.       Все вместе они до поздней ночи бегали по кустам и кричали вокруг места предполагаемой пропажи, в том числе полиция, спасатели и охрана Хёнджина (да, Минхо заплатил всем, кто взялся, а он поставил всех на уши в поисках белки).       Свободолюбивой белке нравился песок, пальмы, она скакала везде, никто и не заметил, в какой стороне пляжа в последний раз её было видно.       Джисон откровенно был не в себе. Он хаотично бегал, громко кричал, прерываясь лишь на всхлипы. Минхо нервничал не меньше, без конца звонил по телефону ветеринарам и спасателям.       — Я поставлю в его ошейник gps-датчик! — паниковал Минхо и корил себя за то, что не сделал этого раньше, вместо ненужных бриллиантов. — Хани, посмотри на меня, всё будет в порядке! — взволновано пробормотал он Джисону.       — Я потерял единственное любимое существо и теперь точно никому не нужен и не интересен!       — Интересен, ты мне очень нужен, Хани, я люблю тебя, не вздумай опять про глупости думать! — вырвалось у Минхо от волнения.       Джисон заплакал сильнее.       — Я тоже люблю тебя, пожалуйста, верни нашего Ричи.       — Организуем спасательную операцию утром, всё будет хорошо. Обещаю, я найду нашего Ричи, только не плачь.       Минхо его крепко обнимал и прижимал к себе, стараясь успокоить:       — Дыши со мной, помнишь, психолог нам рассказывал, как с этим бороться.       Джисон после настоящей и серьёзной панической атаки просто вырубился в его руках, и вызванные Минхо для него врачи запретили будить омегу.