В прекрасное далеко

— Что вы здесь делаете? — Вэнь Цин была ошарашена, встретив гостей в резиденции их семьи. Вэй Усянь вышел вперед и поклонился, приветствуя её. Он восхищался целительницей, которая умудрялась держать в узде всю семью и даже его, периодически слетавшего с катушек. А сейчас… еще совсем юная девушка, на чьих плечах была ответственность за родных, которая ходила по острию ножа, прикрывая свой дом от нападок Вэнь Жоханя. — Госпожа Вэнь, вам и вашим родным нужно убегать отсюда. Наследники и Вэнь Чжулю мертвы, теперь взгляды Вэнь Жоханя обратятся на все ордена, с целью мести, а потом и на вас, как на тех, кто не поддерживает его идеи. Прошу, вам нужно уйти. Мы поможем, спрячем вас там, где не достанут. Вы не заслуживаете смерти, — Вэй Ин держал спину слишком ровно, хотя внутри все сжималось. От решения девушки зависело очень много. И он видел, как она сомневается. Но она согласилась. — Хорошо. Куда мы должны будем отправиться? — спросила Вэнь Цин, кланяясь в ответ. Вэй Усянь ощутил, как становится легче на сердце. Осталось чуть-чуть, собрать всех и спрятать. И с дядей поговорить. Ну тут уж Цзян Чэн должен помочь, наследник, все-таки. — В Юньмэн Цзян, госпожа Вэнь. Там вас не тронут, — мягко улыбается Лань Ванцзи, подходя. Девушка согласно кивает и идет к своим близким, чтобы они дали свой ответ. Пока идет обсуждение, гости решили обойти поселение, чтобы осмотреться. Вэй Ин заметил бабулю Вэнь с маленьким свертком на руках. А через несколько секунд раздался плач. Оба заклинателя подошли к ней и предложили свою помощь. Женщина не стала отказываться и Вэй Усянь взял кроху на руки и стал укачивать. Мальчик сначала завозился, а потом, ощутив тепло, успокоился, бодро вытащил ручки и потянулся к ним. На глаза едва не навернулись слезы. — А-Юань… это наш А-Юань, Лань Чжань, наш маленький крольчонок, — шепчет заклинатель смаргивая слезинки. Нефрит осторожно стер соленые дорожки и поцеловал мужа в висок, успокаивая. Он знает, как сильно Вэй Ин обожает детей, как сильна его любовь к маленьким адептам, к Сычжую, к его жене и их детям. И всю жизнь его любимый сожалел, что не видел, как Лань Юань вырос в прекрасного юношу, застав его почти взрослым. Но теперь у них есть шанс вырастить его вместе. — Да, Вэй Ин, это наш малыш. Не плачь, маленький испугается, — мягко утешал его заклинатель, обнимая и супруга, и малыша. Вэй Усянь через некоторое время смог успокоиться. Малыш наотрез отказывался уходить от нового человека, что Вэни отметили как хороший знак. — А что с его родителями, Вэнь Нин? — спросил юноша у своего знакомого, который стоял рядом. Лучник грустно покачал головой и погладил кроху по голове. Было видно, что последние дни выдались нервными, под глазами залегли жуткие тени, а сам Вэнь Цюньлин осунулся, разом став старше. Сердце защемило от того, каким он сейчас был, напуганным олененком, который не знал, в какой момент ему придется броситься на защиту родных. — Его мама умерла при родах, а наш брат… он выразил несогласие с действиями главы Вэнь и был казнен. После дисциплинарного кнута очень сложно выжить. Нужно быть очень сильным заклинателем или иметь железную выдержку. Вот так наш А-Юань остался совсем сироткой… — грусть в голосе была такая, что глаза защипало. Семья превыше всего — закон, ставший для этих людей жизненным принципом. Может поэтому Сычжуй и выжил тогда, спрятанный бабушкой. А может и сам Вэй Усянь постарался, общаясь с Курганами, имевшими своеобразную душу, и именно она уберегла маленького ребенка от смерти? Ответа они уже никогда не узнают, да и не нужно это. У крохотного Вэнь Юаня теперь будет другая жизнь. Счастливая, беззаботная и очень светлая. — Теперь все будет хорошо, Вэнь Нин, верь мне. Вам больше ничего не угрожает, даю вам слово, — клянется заклинатель, держа на руках еще одну частичку своего счастья. И когда он видит улыбку на губах своего друга, то улыбается и сам.