Игра на равных

      Драко вскрыл конверт, развернул пергамент.       «Ну, здравствуй, Драко! Что ты делаешь там, в этой школе, которой руководит старуха, а грязнокровки заполонили даже спальни Слизерина? Неужто так сильно желание грызть гранит науки, мой дорогой? На тебя не похоже!       Я знаю, как нелегко тебе пришлось после войны, но все-таки искренне недоумеваю, что тебя заставило пойти в этом году в Хогвартс?       А ещё, как я слышала, Блейз Забини составляет тебе компанию. Вот это номер! О, расскажи мне о своих новых победах, кто теперь страдает по моему старому другу-блондину? Кого ты уже успел затащить в наши подземелья и научить грязным штучкам? Мне будет интересно, молю, не скрывай от меня подробностей! Ты же помнишь, что я неревнива.       Не знаю, известно ли тебе, с недавних пор я работаю в типографии, в Министерстве Магии. Я уверена, что ты удивишься, но да, получить место тут было действительно сложно, учитывая моё прошлое. Моим родителям пришлось занести кое-кому сотню галлеонов золотом, не меньше. Да, вот столько сейчас обходится моя работа, Драко! Видит Салазар, те копейки, которые я тут получаю, даже не окупили взятку, смешно. К сожалению, высоких должностей мне не дали. Работа скучная, печатаю всякую муть для Министерства. Но у меня большие планы! Ты же знаешь, как я честолюбива. Хотя радости и удовольствия от работы я не получаю, и искренне считаю, что вполне могла бы обойтись без неё.       Это была причуда моих родителей, они во что бы то ни стало хотят интегрировать меня в это «приличное общество». Надеются, что я подцеплю здесь волшебника из героев войны, ты же понимаешь, о чем я. Вроде, это хорошо для восстановления репутации нашей семьи.       Ладно, буду завершать письмо, мне еще набирать сотню новых приказов для Министерства.       Кстати, может, как-нибудь встретимся в Хогсмиде? На выходных?

Целую, Пэнси П.

      

P.S. Поздравляю с назначением старостой.

P.P.S. Я слышала, грязнокровку Грейнджер назначили преподавателем магловедения! Вот это подстава!»

      Драко невольно улыбнулся и отложил письмо. Министерская сова ухнула и захлопала крыльями, словно требуя немедленного ответа. Драко достал пергамент и перо, немного поразмыслив, начал писать ответ.       «Приветствую, Пэнси!              Надо же, ты вспомнила обо мне как нельзя кстати, я уже было подумал, а не вышла ли ты замуж и не ускакала куда-нибудь в леса Болгарии, заниматься домовыми чарами и ублажать мужа.       Рад слышать, что ты при деле, удачи в осуществлении грандиозных планов. Желаю успехов также в любовных делах. Ты была прилежной моей ученицей, думаю, сможешь удивить в постели даже героя войны!       Ты спрашиваешь, зачем мне нужна школа. Ответ прост, я планирую занять должность повыше, чем твоя. Для этого мне нужно закончить учебу.       Дорогая, ты даже не представляешь, как скучно в этом году в Хогвартсе! Особенно, когда ты староста. Приходится искать себе маленькие развлечения. Кроме Блейза, толком и огневиски пить никто не умеет. Что касается женского пола… О, тут есть несколько развратных ведьмочек, которые заманивают меня в свои сети! У некоторых это получается довольно успешно. Малышка Астория Гринграсс, помнишь её? Недавно совратила меня прямо на пороге в гостиную Слизерина. Детка была горяча, я не смог ей отказать, каюсь!       Но это всё «маленькие увлечения», у меня на этот год планируется кое-что поинтереснее. От скуки, знаешь ли, начинаешь искать себе приключения поострее!       Ставлю сто галлеонов, что ты не догадаешься, кого я выбрал себе в жертвы. Но не буду тянуть — это наш преподаватель магловедения, Грейнджер.       Да-да, подбери свою челюсть с министерского стола. Кстати, избавь меня от своих расистских проявлений насчёт грязнокровок, это уже в прошлом, и никого не интересует.       Ты спросишь, почему она? А это интересно, моя дорогая. Представь, как азартно будет сломать её сопротивление святоши, по кирпичику разобрать. Трахнуть её до искр из глаз, что бы она навсегда запомнила и тяжело вздыхала каждый раз после того, как на ней повозится этот её рыжий. О, оно того стоит, я знаю!       К тому же, я уверен, что это очень поможет мне в сдаче итоговых экзаменов, а мне нужны высокие баллы для должности в Министерстве.       С какой стороны ни посмотри, а спать с Грейнджер очень выгодное предприятие, не так ли? Думаю, ты меня поддержишь.       На этом всё, дорогая, черкни мне пару строк на будущей неделе.

Целую глубоко и страстно. Д.Л.М.

P.S. По поводу встречи в Хогсмиде, не уверен. Вероятно, буду занят охотой на Грейнджер. P.S.S. Так как ты находишься в Министерстве, разузнай для меня, кого можно подвинуть в верхах в Отделе Международного сотрудничества. Предпочитаю подготовить почву заранее».       Драко запечатал письмо, протянул сове, которая, радостно захлопав крыльями, схватила его и сразу же сорвалась с места.

***

      Руки зарывались в её волосы, притягивали к себе. Он целовал её так, что кружилась голова. Всё происходило в каком-то тумане, без звуков, без света, одни голые чувства. Одно тягучее влечение к нему. Он оторвался от неё, чуть отстранился и огонь в глубине глаз пронзил ее так, что…       Гермиона резко открыла глаза. Мерлин, что ей только что снилось?.. А самое главное, кто?..       Она вскочила с кровати и забежала в ванную, плеснув в лицо холодной водой. Уставилась на себя в зеркало.       Это же Малфой был в её сне. С ним она целовалась. Его жаркий взгляд пронзил до мурашек.       Это был всего лишь сон. Вчера она перебрала сливочного пива, Малфой проводил её домой, вёл себя почти нормально. Даже перенёс через лужу на руках, но это же была всего лишь шутка. А она соскучилась по Рону, и её подсознание вместо него подсунуло ей Малфоя во сне. Вот и все, ничего особенного. Но всё было так… Волнительно?       Приняв душ, почистив зубы, Гермиона, все еще под впечатлением от сна, вышла из ванной комнаты.       На окне сидела сова. Гермиона торопливо впустила птицу в комнату и взяла письмо. Улыбнулась: это от Джинни.

«Привет, Гермиона!

      Дорогая, спешу тебе сообщить, цени, что ты первая прочтешь такую радостную новость! Я беременна! Узнала только что, и сразу пишу тебе. Даже родителям еще не говорила. Я так рада! Представляю, как обрадуется Гарри. Не знаю только, как ему сообщить, письмом или подождать встречи? Как ты думаешь? Мерлин, я так счастлива! Вот бы его отпустили с учебы на несколько месяцев пораньше. Или дали отпуск? Не хотелось бы родить без него… А срок должен быть в начале июня.       Но я так переживаю, это так волнительно, ты себе не представляешь!       Я всё о себе, а как ты? Напиши пожалуйста, как проходят твои преподавательские будни? Слушаются ли тебя ученики? Хотя о чём я, конечно, слушаются, думаю, ты строгий преподаватель. И это правильно, особенно в отношении старших курсов!       Как Макгонагалл, как Хагрид? Напиши обо всех!

Целую, Джинни Поттер»

      Губы Гермионы растянула такая счастливая улыбка, которую, казалось, не сотрет сегодня ничто. Как же она за них рада!       Нужно срочно написать ответ, пока её не затянули обычные школьные дела перед новой учебной неделей.       Спустя двадцать минут письмо было уже написано.       «Дорогая Джинни, поздравляю вас! Как же я рада, храни тебя Мерлин! Вы будете замечательными родителями.       Что касается того, как лучше сообщить Гарри, если сможешь удержаться, то подожди до конца недели. Вчера Рон написал мне, что им дают выходной, и мы все вместе встретимся в субботу в Хогсмиде, в «Трёх мётлах». Наверное, и Гарри уже написал тебе об этом. Поэтому, моя дорогая, думаю, что будет лучше немного потерпеть и сообщить ему лично. Воображаю, как он будет счастлив, Джинни!       Моё преподавание идет своим чередом. Ты не удивишься, мне очень нравится учить. Я даже не ожидала, но это действительно здорово, когда передаешь свои знания студентам.       Не считаю, что я такой уж строгий преподаватель, как ты думаешь, Джинни! Ученики меня любят, мне хочется верить. Особенно младшие курсы, некоторые ходят за мной хвостом, задают вопросы о маглах. Кстати, среди них многие из чистокровных семей, и даже несколько ребят со Слизерина, представляешь? Всё-таки сделать магловедение обязательным предметом было очень правильным решением.       Профессор Макгонагалл очень много работает. В остальном она такая же — лучшего директора для Хогвартса желать трудно, особенно в послевоенное время. Вчера она пригласила меня составить преподавателям компанию в «Трёх мётлах». Был Хагрид, Слизнорт, ну и конечно же профессор Макгонагалл. Слизнорт целый вечер упражнялся на нас с Макгонагалл в изяществе комплиментов. Это было так комично, ты себе не представляешь. Хагриду из Болгарии прислали каких-то шлёппи, знаешь таких? Я пока не видела, но обещала на неделе заглянуть к нему в гости и посмотреть. Это вроде какая-то пятнистая рыба, с ногами. Хагрид для них сделал небольшой прудик рядом с домом, в Чёрное озеро не хочет выпускать, боится, что они погибнут.       Вчера случайно вышло так, что до школы из Хогсмида я шла в компании Драко Малфоя. Представляешь, он вернулся доучиваться в школу, его даже назначили старостой. Первое время он пропускал мои занятия, ты же понимаешь, как ему, должно быть, досадно, что я его преподаватель. Но, потом у нас даже наладились отношения. Всё-таки мы уже выросли, и я думаю, что он изменил своё мнение насчёт всего того, что ему навязывал отец.       Вот так и проходят мои неспешные дни в школе. Рон пишет раз в пару недель, на что я, конечно же, в претензии, но что поделать, если он не любит писать письма.       В общем, я надеюсь на скорую встречу в Хогсмиде! Не терпится обнять будущую мамочку!

Люблю, скучаю! Гермиона Г.

      Гермиона поставила точку и перечитала письмо. Она ощутила дискомфорт, когда писала о Малфое. Очень осторожно подбирала слова. Недоговаривала. Но… Мерлин всемогущий, ведь ровным счетом ничего такого особенного не случилось. Малфой был в хорошем расположении духа, наверняка его излишняя ребячливость объяснялась выпитым виски в баре.       Она задалась вопросом, зачем вообще написала о нём Джинни. Ответ нашелся быстро: ей казалось, что таким образом она докажет самой себе, что в этом не было ничего особенного. Написав о Малфое подруге, она как бы показывала, что не скрывает этот инцидент, тогда как промолчать об этом казалось неправильным. Словно было что держать в тайне.       Гермиона запечатала письмо и отправила с совой. После завтрака она планировала пойти в библиотеку, подыскивать информацию для своей диссертации. На её написание могли уйти годы, но она хотела начать уже сейчас. Гермиона могла брать книги и читать их у себя в комнате, но ей очень нравилось, как в студенческую бытность, делать это в читальном зале. Было что-то умиротворяющее и незыблемое в этой маленькой традиции.       В Большом зале Гермиона прошла за преподавательский стол, сев рядом со Слизнортом, который явно мучился от выпитого накануне. Он жаловался всем и каждому, что похмельное зелье очень долго настаивается, и если его сварить утром, будет готово лишь к обеду, а к тому времени из его головы хмель и так выветрится. На резонный вопрос профессора Алестера Мирана, почему бы не сварить зелье заранее, Слизнорт философски изрек, что никогда не можешь быть уверен, что понадобится утром, а что нет. В ответ профессор Миран начал советовать какие-то чудодейственные камни с берегов Нила, которые снимают симптомы похмелья, стоит кинуть их в воду, которую следует выпить сразу же после пробуждения.       Гермиона не вслушивалась в эту болтовню, с умеренным аппетитом поглощая свой завтрак. Подняв глаза, она внезапно столкнулась с внимательным взглядом. Малфой смотрел на неё в упор, чтобы проникновенно кивнуть и улыбнуться. Смотрит так, как будто у них есть общие секреты. Она хмыкнула и отвернулась.       После завтрака Гермиона, как и планировала, отправилась в библиотеку. Утром в воскресенье там почти никого не было, лишь парочка третьекурсников с Когтеврана. Она взяла увесистый фолиант и села за стол у окна, на её некогда любимое место в библиотеке. Не успела она углубиться в чтение, как на страницы книги упала тень.       Малфой, одетый с нарочитой небрежностью, которая ему так шла, при этом с непостижимой аристократической простотой, собственной персоной стоял перед её столом. От него так и шли волны уверенности, какой-то внутренней силы. При этом инстинктивно ощущалась опасность. Слишком красив, слишком самодоволен. А может, это хорошо отшлифованная маска на все случаи жизни?       Драко кивнул на свободный стул напротив: — Мисс Грейнджер, не возражаете?       Что ему от неё надо? Зачем он ищет встречи с ней? Гермиона откашлялась, и как можно равнодушнее пожав плечами, перевела взгляд на книгу.        Малфой истолковал этот жест как согласие и сел напротив. С показной небрежностью положил свою книгу на стол и тут же открыл её.       Взгляд Гермионы выцепил название «Окклюменция: практические советы и методы защиты от самого искушенного легилимента». Гермиона перевела взгляд на Малфоя, но тот, как ни в чем не бывало, что-то искал в оглавлении. — Малфой, — вырвалось у неё прежде чем она успела подумать.       Тот демонстративно замер и медленно поднял на неё удивленный взгляд. Его брови вопросительно изогнулись, и весь его вид выражал учтивое внимание.       Она снова прочистила горло: — Это же книга из Запретной Секции. У тебя есть разрешение от преподавателя? — Как вы знаете, мисс, я — староста, а старостам разрешения не нужны.       Он выжидающе смотрел на неё, и весь его взгляд с иронией словно говорил, — «Еще вопросы, мисс?..»       Гермиона хотела задать ему множество вопросов. Но все они становились какими-то однобокими и нелепыми, стоило их облечь в слова и высказать вслух. Не время и не место. И все же она пошла на таран: — Малфой, зачем ты это делаешь?       Тот склонил голову: — Делаю что? — Вчера ты вызвался меня провожать. Сегодня смотришь на меня за завтраком в Большом зале, как будто у нас с тобой какие-то общие секреты. Садишься в полупустой библиотеке со мной за стол!       Малфой фыркнул. «Сейчас выдаст что-то гадкое», — мелькнуло в голове у Гермионы. Вместо этого Драко чуть усмехнулся и ровным голосом ответил: — Мисс Грейнджер. Если вы помните, то проводить вас меня попросил Слизнорт, декан моего факультета. И тут я с ним, между прочим, полностью согласен: не стоит в одиночку расхаживать по тёмным дорогам. Скажу даже больше, если бы я знал, что вы собираетесь одна пойти в школу, непременно предложил свою кандидатуру в провожатые.       Сказав это, он хитро ухмыльнулся и продолжил, подчеркнув: — Я бы сделал это для любой девушки, мисс.       Гермиона внимательно смотрела на него. Он вывернул всё так, как будто не было ничего особенного. Всё так правильно звучит! А он продолжал: — Насчёт того, что я в данный момент сижу с вами за одним столом — а почему бы, собственно, нет? Что особенного в том, что студент сидит за столом с преподавателем в библиотеке?       Гермиона запальчиво возразила: — Если бы этим преподавателем был Хагрид или Макгонагалл, спорю на всё что угодно, ты бы к ним на пушечный выстрел не подошёл!       Драко откинул голову и громко рассмеялся. Так искренне, как будто она очень его забавляла. — Как знать, мисс, как знать. Они не сидят в библиотеке, поэтому проверить мы не можем.       И с легкой ухмылкой, явно предвкушая последующие вопросы, он облокотился локтем на стол и подпёр кулаком подбородок. Гермиона не знала, что ему на это ответить. Он же издевается? Просто смеётся над ней, вот и всё. — Вам не нравилось, когда я игнорировал ваши занятия, грубил. Теперь я веду себя как истинный джентльмен, исправно посещаю ваши занятия, отработки и даже пытаюсь быть обходительным, а вы всё равно недовольны! Я раздосадован, мисс! Что теперь не так?       Он говорил как будто серьезно, но что-то в его словах настораживало. — Малфой, мне кажется, ты издеваешься надо мной.       Он осуждающе покачал головой. — Мисс Грейнджер, вы так увлеклись сознанием того, что вы преподаватель, а я студент, что, кажется, забыли, что мы с вами ровесники. Получается, вы растёте, а я топчусь на месте? — То есть ты хочешь сказать… Ты вырос, изменился, всё осознал?.. — она скептически смотрела на Малфоя.       Драко театрально вздохнул и высокопарно изрёк: — Да, мисс, разумеется! У нас с вами гораздо больше общего, чем кажется на первый взгляд. Мы прошли войну, мы многое видели, пусть и по разные стороны баррикад. Теперь это в прошлом. Мы выросли. И вполне можем закрыть глаза на то, что было в детстве, забыть старые обиды. Помнится, вы сами мне предложили мир.       Гермиона во все глаза смотрела на него. Это Драко Малфой сидит перед ней и говорит такие речи? Да ей никто не поверит! — Я правильно понимаю, ты хочешь сказать, что изменил своё мнение насчёт некоторых своих убеждений… Которые поддерживал в детстве? — Да.       Он уверенно и прямо смотрел на неё. Серьезен, как никогда. — Малфой, это очень радостно слышать. Признаться, я… не думала, что ты… — Что я могу измениться? Время многое меняет, Грейнджер.       Он произнёс это тихо. Гермионе даже не хотелось его осадить, что он в очередной раз назвал её не по правилам приличия. Они несколько мгновений смотрели друг другу в глаза. Затем Малфой усмехнулся, принял свой извечно скучающий вид и сказал: — Может, приступим к занятию, ради которого мы здесь? — он хитро ухмыльнулся и демонстративно придвинул книгу к себе, не сводя с неё насмешливого взгляда.       Мерлин бы побрал этого напыщенного, самодовольного хорька. Вечно он выворачивает всё так, как будто ничего такого не делает и не говорит. И вдруг Гермиона рассмеялась. Напряжение между ними ушло. Она тоже придвинула книгу к себе и принялась за чтение.

***

      После обеда Малфой зашёл к себе. На подоконнике снова сидела министерская сова. Как быстро работают в типографии по воскресеньям!       Он отцепил конверт. Конечно, от Пэнси.       «Прочитав твоё письмо, я взяла конверт и проверила, а точно ли оно адресовано мне и точно ли его написал мой старый знакомый Драко Малфой? Я прочла его трижды и, признаюсь, сейчас нахожусь в шоке.        Тебе! Тебе спать с Грейнджер! Какая нелепая дурость. Что с тобой сделали магловские пилюли? Или это от невероятной скуки и пагубного влияния школы?       Гермиона Грейнджер. Какая она, Драко? Да, у неё правильные черты лица, но Салазар великий, она же посредственная, невыразительная, библиотечная мышь! Она плоская, костлявая, в ней совсем нет огонька, страсти, которая зажигает. Вылитая Макгонагалл, ранняя версия.       А как она одевается! Магловские одежды ещё никого не украсили!       Вспомни, вспомни, друг мой, как мы смеялись над ней в школе! Какая она была нелепая и несуразная, ты сам задирал её больше всех! А воронье гнездо на её голове? Это же так уродливо!       И я уже молчу о том, что ты, кажется, забыл, что она грязнокровка, что такие как она, позорят чистокровных волшебников!       Ты забыл, Драко? Я отказываюсь в это верить!       Подумай, что ожидает тебя. С кем, с кем ты будешь делить эту грязнокровку? С рыжим Уизли! С еще одним посмешищем Хогвартса. Разве ты не ощущаешь себя униженным при этой мысли? Она даже не девственница, чтобы опередить этого нелепого придурка. Но толку от того, что Уизли был первым? Удовольствия от секса с ней не жди. Она, наверняка, от слова «минет» падает в обморок, а про «куннилингус» думает, что его выращивает профессор Стебель в теплицах. Какое удовольствие ты получишь от секса с заучкой? Как твой друг, считаю своим долгом предупредить, что даже если у вас дойдет до постели, в чём я искренне сомневаюсь, то это будет всё равно что трахать бревно, да еще и под одеялом, предварительно пробормотав «Нокс».       К тому же, тут ещё играет не в твою пользу то, что она преподаватель. Она же ставит все эти нормы, правила школы превыше своего удовольствия! Она будет спать с тобой, а сама думать о том, что нарушила все регламенты школы, изменила своему рыжему, в общем, жди, что ещё и побежит каяться перед директором и своим Уизли!.. Какой позор!       Ты пишешь, что надеешься на её помощь в учебе. Что тебе это будет выгодно. Да как бы не так! Эта заучка будет зубрить с тобой магловскую законодательную систему, заставит тебя выучить все постулаты религий, но никогда, слышишь! Не напишет за тебя контрольную и не даст ответы на итоговые экзамены. Оно того не стоит, ой, не стоит!       Ты очень удивил меня и даже расстроил. Надеюсь, моё письмо поможет тебе прийти в себя.       Но я прощаюсь. Сегодня вечером у меня свидание с одним из новеньких мракоборцев, прибывших к нам из Германии. Он, конечно, не герой войны, но иностранец, что тоже неплохо для моей репутации. Твоё письмо испортило мне настроение, и я даже подумываю отменить свидание, иначе поссорюсь с ним, когда он придёт. Вот чему ты стал причиной! Пусть это будет на твоей совести!       

Всего хорошего. Пэнси П.

      P.S. Из отдела Международного сотрудничества никого не знаю».       Спасибо, что не громовещатель отправила, подумал Драко. Усмехнулся и положил письмо в стол.

***

      Гермиона готовила контрольные вопросы для третьего курса по магловедению, когда в очередной раз в окно стукнула сова с письмом на лапе.       Это ответила Джинни.       «Дорогая Гермиона, спасибо за твоё письмо! Да, действительно, я получила сообщение от Гарри, что в субботу мы все вместе встречаемся в Хогсмиде.       Спасибо, что рассказала о Хагриде, я так по нему соскучилась! И про Макгонагалл было приятно почитать. Я рада, что тебе нравится преподавать. Но теперь перейдём к менее приятным вещам. Я бы хотела поговорить с тобой о Драко Малфое.       Признаюсь, я была очень удивлена, когда ты написала о нём. Что может быть у вас общего? Ты же знаешь, какой он человек! Имеешь представление о его подлой, мерзкой душонке. Он малодушен и труслив, никогда и ничего не делает без умысла. Фальшивый, лживый хорёк. Кичится своим богатством, чистокровной родословной. Кем он теперь прикрывается, когда его папочка-пожиратель смерти умер?       Ты знаешь меня, Гермиона. Я всегда буду на стороне правды, на стороне людей, которых люблю. Я всегда могу войти в положение, признать, что человек заблуждался, а теперь изменился. Но это не тот случай, Гермиона, не тот!       Я не знаю, что он там наговорил тебе, какую ложь придумал и как себя вёл, но знай — в его намерениях нет ничего хорошего.       Гермиона, я думаю, нам надо чаще встречаться. Ты неделями сидишь в школе, где нет твоих ровесников, поэтому общение с Малфоем на тебя произвело такой эффект, я очень надеюсь, что это от скуки!       Я, наверное, разошлась. Прости, беременные иногда близко к сердцу принимают вещи, которые того не стоят. Ведь ты взрослая девочка, и в защите от него не нуждаешься. После всего, что тебе пришлось пережить в войну, какой-то хорёк не сможет тебе навредить.       В субботу непременно сделаю Рону внушение, чтобы писал тебе чаще! Гарри пишет мне каждые два-три дня, и я думаю, Рону придётся сделать тоже самое, что бы ты не скучала.       Дорогая, не обижайся на меня за такое письмо, но я пишу так только от того, что сильно люблю тебя и ценю нашу дружбу!

Целую, Джинни Поттер».

      Гермиона несколько минут держала письмо в руках, задумчиво глядя в окно, на закрытый низкими, рыхлыми облаками горизонт над Запретным Лесом. Затем она сложила пергамент обратно в конверт, вздохнула и снова принялась за контрольные.

***

— Малфой, я так и думал, что ты здесь. Почему не идёшь в нашу гостиную? Астория скучает, спрашивает про тебя. — Нет желания слушать весь этот тупой трёп, Блейз, — лениво протянул Драко. Он впустил в гостиную старост друга. Тот с интересом огляделся. — Шикарно живете, мистер! Как, кстати, уживаешься со второй старостой? С этой толстушкой с Пуффендуя? Как там её, Аннэт Фоул кажется? — Живем душа в душу. Нет, я не настолько оголодал. — Драко отрицательно мотнул головой, когда Забини с намеком ухмыльнулся. — Она прекрасно делает графики для нашей с ней работы, — с этими словами он небрежно завалился на диван и положил ноги на подлокотник. — А делает, как я понимаю, за себя и за этого парня, — хохотнул Блейз, усаживаясь в кресло напротив. — Хорошо ты устроился. Вот бы она за тебя контрольные по магловедению выполняла! — Цены бы ей не было, но увы, тут она бессильна, — протянул Драко. — Кстати, о магловедении. Как всё прошло в субботу? В бар ты не вернулся. — Рыба заглотила крючок, — хитро улыбнулся Малфой. — Интересно! Я, конечно, вижу, как ты пялишься на Грейнджер, не слепой. Зачем тебе это? — Я не хочу об этом говорить, Блейз, — лениво проговорил Драко, прикрывая глаза. — Во-от как, сэр, решили, значит, в тайне порыбачить, — с усмешкой сказал Блейз. — Ну, если рыбку поймаете, вы уж прожарьте её как следует.       Малфой ухмыльнулся в ответ. Забини явно был уверен, что ему не под силу понравиться Грейнджер, поэтому так раскованно шутил по этому поводу. Что ж, смеётся тот, кто смеётся последним.

***

      Позже, когда Блейз ушёл, Малфой решил написать ответ Пэнси.       Он сел за стол, достал её письмо и ещё раз пробежался по строчкам. Губы скривила усмешка. Он написал ей ответ.       «Пэнси, можно узнать, с каких пор ты пишешь мне свои записки в таких выражениях? Сбавь свой менторский тон.       Кстати, насчёт всей этой ереси с чистой кровью — ты бы поаккуратнее с такими высказываниями, я слышал, что периодически письма работников министерства перехватывают и проверяют на расистские высказывания. Видит Салазар, вылетишь из своей типографии, как снитч из футляра. Дружеский тебе совет, не говори таких слов при малознакомых людях. В том числе и при твоём мракоборце я бы советовал держать язык за зубами о твоих убеждениях. Иначе ни один иностранец на тебя не клюнет, я молчу о героях войны.       Считаю нужным донести до твоего сведения, что Грейнджер изменилась в лучшую сторону за эти пару лет. Выглядит она очень даже привлекательно, старшекурсники облизываются, и даже Блейз (а ты знаешь, что он у нас крайне привередлив) признаёт, что наша преподавательница — горячая штучка. А эти магловские джинсы очень даже хорошо смотрятся на её аппетитной заднице. Жаль, что она их сейчас не надевает, преподавательский дресс-код. Впрочем, ты права, без одежды она будет даже лучше, уверен.       Про Уизли я с тобой отчасти согласен, но не будем забывать, что он герой войны и посмешищем его широкие массы не считают.       Отчего ты так перевозбудилась? С каких пор ты так яро блюдешь мою репутацию? Кстати, мне видится отдельным удовольствием, что именно со мной она наставит рога рыжему в первый и последний раз в своей жизни.       Ты пишешь, что она не сможет держать всё в секрете — с этим я бы поспорил. Приятная и тайная интрижка со мной станет самым её ярким воспоминанием, перед тем, как она выйдет замуж за своего Уизли. А я уж позабочусь о том, что бы это не вышло за пределы её спальни, она сама же рада будет, если об этом никто не узнает.       И ещё я вычитал в твоих истерических бреднях что-то о том, что ты сомневаешься в успехе моего предприятия. Это похоже на вызов, если это так, то я его принимаю. Неужели ты думаешь, что у Грейнджер хватит сил и выдержки отказать мне, Малфою?       Я тебе больше скажу, она уже места себе не находит от мыслей обо мне. Только пока не осознаёт этого. Конечно, мне приходится применить всё своё обаяние и сдерживаться, чтобы не сказануть лишнего, но это даже интересно. Дальше для неё будет только хуже — пусть перспектива измены ужасает её, пусть испытывает страх перед падением своего целомудрия. Я с удовольствием посмотрю, как она забудет обо всём этом, когда окажется подо мной.       Насчёт её неискушённости, это же прелестно! Дожить до двадцати и знать одного неуклюжего Уизли, это надо постараться. Но ничего, я займусь её обучением. Она способна к наукам, уверен, я передам в руки рыжего полностью сформировавшуюся женщину, опытную и умелую. Я сделаю это для героя войны, ты чувствуешь патриотичность моих намерений? Он должен будет благодарить меня!       По поводу помощи в учёбе тоже не переживай, если мисс всезнайка добровольно ответы на контрольные не даст, их всегда можно будет взять самому, пользуясь «служебным» положением.       До отбоя полчаса, а мне нужно ещё успеть оправить это письмо, поэтому, прощаюсь».       В совятнике Драко привязал своё письмо к лапе птицы и та тут же улетела. Он проследил её полет из стрельчатого окна. Вдруг он заметил, как по дороге от хижины Хагрида идёт какая-то фигура. С такой высоты трудно было сказать наверняка, но Драко был почти уверен — это Грейнджер. Словно в подтверждение его мыслям, с фигуры сдуло капюшон и ветер растрепал волосы, в сумеречном свете казавшиеся тёмными.       Драко повернулся и поспешил к выходу из башни. Если ему повезёт, он столкнётся с ней на втором этаже. Лишний раз напомнить о себе перед сном будет неплохо.       И он действительно столкнулся с ней на лестнице, ведущей в башню старост. — Добрый вечер, мисс! — Что ты здесь делаешь, скоро отбой! — она едва посмотрела в его сторону. — Кажется, мы сегодня уже выяснили, что я староста, — ехидно напомнил Драко, приноравливаясь к её шагу. — И по каким же дням ты дежуришь? — По понедельникам и пятницам, мисс! — с утрированной услужливостью произнёс он. — Но сегодня воскресенье! — сверкнула глазами Грейнджер, совсем как Макгонагалл. — Именно поэтому я здесь, на пути в свою башню старост, — ослепительно улыбнулся Драко. — Могу я идти, мисс? До отбоя десять минут.       И он с усмешкой посмотрел на неё. Гермиона закатила глаза. — Почему ты всё время переворачиваешь всё так, как будто это я тебя преследую?       Драко театрально вздохнул: — О нет, мисс, разве вы можете?.. — Всё, Малфой, отправляйся в свою спальню, не то я сниму баллы со Слизерина за то, что ты находишься в коридоре после отбоя!       Малфой шутливо поднял руки как бы сдаваясь. — Ухожу, уже ухожу, мисс… — Он уже ступил на лестницу, когда обернулся и спросил: — А вы на дежурстве?             Гермиона нетерпеливо кивнула, всем своим видом выказывая решительность не вступать с ним в бессмысленную болтовню. — Я подумал, может, вам требуется провожатый? Как вчера, — Малфой снова хитро улыбнулся. — Вы расскажете мне о маглах… — Малфой, — Гермиона даже рассмеялась его нахальству, — иди уже к себе.       Довольная улыбка растянула его губы. Она смеётся. Значит, приручается. На сегодня хватит с неё. — Спокойной ночи, Грейнджер. — Спокойной ночи… Эй, Малфой! — возмущенно крикнула она. Опять он не обратился к ней «мисс».       Но Драко уже был наверху лестницы, и его смех прокатился под сводами Хогвартса.