#1 crush

Как бы блять не так. Он надеялся на ленивое сонное утро в теплых объятиях, а вместо этого получает громкий стук в дверь, а через секунду: — Вставай, Зи, наш начальник потерялся. — громко объявляет Джимми, и в следующий момент язвительно добавляет: — В твоей кровати. Так, ладно. Их секрет продержался в тайне сколько… часов пять? — Перестань орать. — шипит он в ответ, пытаясь натянуть одеяло повыше. Ну' беспокойно ерзает щекой по его груди, морщась от громких звуков, но глаз не открывает. — А ты, мелкий, если решишь среди ночи поискать член в комнате Зи, то кинь хотя бы смс-ку. — это уже непосредственно к Ну'. Зи кидает на Джимми укоризненный взгляд, но подытоживает их отношение к незваному гостью сам Нью, который молча вытягивает из-под одеяла руку, демонстрируя средний палец. По-прежнему, не открывая глаз. Джимми на такой ответ никак не реагирует, вместо этого шипя в рацию: — Возвращайся обратно. — а после гордое: — Ты мне штуку торчишь. Я же говорил, что кроме как с Зи его нигде быть не может. Джеймс по ту сторону рации досадливо цокает: — Не думал, что он сдастся так быстро. — Я блять вас слышу! — Зи, наконец, не выдерживает, повышая голос. Нью уже давно не спит, с интересом наблюдая за этой драмой, подперев голову рукой. — В этом доме хоть у кого-то могут быть секреты? — Я ведь говорил, что мы семья. — коротко пожимает плечами Джимми. — Кроме того, что в истории про пять лет ты не понял? — подхватывает Ну'. О. То есть все, абсолютно все об этом в курсе. А знал ли Макс? Их отец? Только его одного как всегда забыли посвятить в курс дела. Что же. Это немного усложняет задачу.

***

Как только Нью вместе с Джеймсом уезжает на шоппинг после завтрака (Джеймс говорит, что это всегда от хорошего настроения и загадочно улыбается), Зи в свою очередь ударяется в жестокую рефлексию, которую он не намерен откладывать даже под предлогом обеда или ужина. Оба приема пищи он пропускает. И вот в чем дело. Он ищет себе оправдание. Себе, своим поступкам и решениям. Ищет упорно, даже составляет мини-список того, что он мог бы сказать Нью сегодня вечером. Как это все прекратить. Он думает, что логично привести аргумент про возраст или несоответствующий статус, осуждение со стороны семьи (в это он, кстати, не верит. Если Макс обо всем знал, то он буквально свел их, мудила). Он не ожидает, что Нью проникнется хоть одним из этих доводов: они оба совершеннолетние, а спать с обслуживающим персоналом не то чтобы мировая новость. Потом он думает о себе. И своих потребностях, которые Нью вряд ли способен удовлетворить даже, если постарается. То, что он видел вчера, не сильно смахивает на те отношения, к которым привык Зи. Ему нужен покорный партнер – Нью никогда не сможет покориться; ему нужен кто-то надежный – младшего Чаварина с трудом можно назвать оплотом стабильности; в конце концов, Зи должен доверять своему партнеру – доверять Ну' это как ходить по минному полю, когда кто-то орет тебе в спину: «Обещаю, на этом шаге ты не подорвешься!». И даже если отбросить эти пункты и представить, что первому можно научить, а второе и третье, возможно, придут со временем, есть кое-что более весомое, с чем Зи не готов мириться даже под предлогом вселенской любви: манипулирование. Вчера Зи пустил на самотек, позволил Нью немного поиграть с ним (будем честны, позволял все это время), но чем больше он будет игнорировать эту проблему, тем больше Нью будет уверен в собственной безнаказанности. Без доверия партнера он не может его наказать – это опасно, игнорирование приведет к тому, что они попытаются задавить друг друга авторитетом, либо попросту перейдут на эмоциональный или, чего хуже, физический абьюз. Круг замкнется, и это превратится не в романтическую историю любви, а в эротический хоррор с элементами драмы. У Зи болит голова. Давно же ему не приходилось разгадывать настолько сложные задачки. Мальчишка вскрывает в нем все самые темные и низменные желания, и это плохо. Если Зи хочет вести в этих отношениях, как он привык делать всегда, то ему придется физически подчинить парня себе. Хорошее начало для отношений. Нью строптив. Три дня рядом с ним уже показали, что он не готов вестись на поводу, не готов уступать или играть по чужим правилам. Сам придумывает себе спектакли, сам же в них и играет главную роль, превращая все и всех вокруг в импровизированный театр. Он обращается к воспоминаниям прошлой ночи, не совсем доверяя тому, что видел. Была ли его кротость частью представления? Желанием впечатлить Зи? Он ведь умный мальчик, наверняка понял, что конкретно от него требуется, и сыграл эту карту. Но будет ли он таким же сговорчивым, когда на кону не желание физического удовлетворения, а что-то более простое, более приземленное. И вот еще что. Он назвал Ну' своим еще до того, как эта мысль полностью сформировалась в его голове. Как будто бы потерять голову рядом с ним было недостаточно, так нет, нужно еще в полной мере проявить собственничество и заявить свои права на то, чего он не хочет. Пока не знает, хочет ли. Нет. Очень хочет. Хочет до скрежета зубов. Иметь рядом с собой кого-то вроде Нью – это как выиграть в лотерею. Купить самое вкусное мороженое. Выиграть в тире самого большого плюшевого медведя. В общем полный восторг на первое время. А что если поступиться собственными принципами? Попробовать что-то традиционное, как бывает у нормальных пар. Без кинков, распределения ролей, экстремальных практик – стандартные отношения. Бред. Зи даже в теории не представляет, что ему с этим делать. Последним пунктом в его мини-списке отмазок стоит кроткое «опасно». И вот это, пожалуй, самое верное определение их возможных отношений. Зи – его телохранитель. Он не клялся защищать жизнь конкретно Нью, но клялся защищать жизни любого из семьи Чаварин как только его приняли на работу. И это равнозначно для каждого члена этой семьи. Трахать горничную – ладно; водителя, повара или любого другого из обслуги – тоже ладно. Трахаться, а тем более иметь отношения с человеком, который готов в случае опасности положить за тебя жизнь – чужую или собственную, - это опасно. Нью выглядит достаточно сумасбродным для того, чтобы рискнуть жизнью в случае чего, ситуация с Зи обратная – он обязан это сделать, в любом из возможных вариантов. И даже если им никогда не придется столкнуться с подобным выбором в будущем, есть другая причина, еще более весомая – они автоматически становятся слабым местом друг для друга. Если уж их небольшой тет-а-тет всплыл на поверхность спустя каких-то несколько часов (нужно научиться закрывать дверь на замок), то это станет вопросом времени – когда об этом узнают враги. И на что они пойдут, чтобы внести смуту в семью Чаварин. Максу, например, повезло. Нат редко когда проводит время без него, предпочитая крутиться рядом при любом удобном случае. Он всегда на виду. Всегда спокоен, тих и послушен. И… Зи опять возвращается мыслями к характеру Нью. Он не хочет становиться его слабым местом. Зи как раз на пути к кухне – от всех этих мыслей голова гудит, а еще он не ел с самого утра, - когда на лестнице ему встречается Джеймс с кучей пакетов в обеих руках. Выглядит он заебанным до невозможности. — Уже вернулись? — больше для проформы интересуется Зи. Он думал, что Нью отправится к нему сразу же, как только пересечет порог дома. — Я лучше буду вручную собирать гильзы в тире, чем еще раз отправлюсь с ним по магазинам! Он три часа не выпускал меня из примерочной, а потом заставил купить это всё! — Джеймс делает страшные глаза, наспех вытаскивая из первого попавшегося пакета ремень. Всучивает его в руки Зи слишком агрессивно, будто предмет гардероба натирали ядом. Зи с задумчивым видом вертит в руке оперативку, усмехаясь тому, что кое-где в местах крепления вместо металлических бляшек стоят золотые зажимы с брюликами на концах. — На цыганского барона идете? — Все самое лучшее моим телохранителям. — он передразнивает елейный голосок Нью, резко выхватывая кобуру из рук Зи и запихивая ее обратно в пакет. — Сказал, что я буду самым дорогим и стильным трупом, если что. Зи уже откровенно хохочет, спускаясь на кухню под удаляющееся неразборчивое бурчание Джеймса. Путь от кухни обратно до спальни у него забирает гораздо больше времени, потому что в свою комнату он бредет как на каторгу. Думает о том, чтобы дождаться ночи, полагая, что Нью захочет навестить его ближе к отбою, а потом сам же себя и одергивает. Какого хера? Он ведь все уже решил, осталось дело за малым – озвучить свое решение и улететь обратно в Таиланд, выпрашивать помилование у главы Чаварин. В том, что Нью не оставит его рядом, он уверен на все сто. Он дважды стучит в смежную дверь, дожидаясь короткого приглушенного «Да», и заходит. Нью замер в центре комнаты: в одной руке бокал вина, во второй – сигарета, а по полу то тут, то там раскиданы какие-то бумажки, газетные вырезки и части чьих-то личных досье, судя по всему. Удивительно, что в этом амплуа он выглядит лет на пять старше, и Зи вдруг вспоминает, что пришел выяснять отношения к сыну мафии. И вчера он тоже трахал сына мафии, если что. Нью затягивается, носком туфли пододвигая пару мешающихся бумажек в сторону, чтобы ненароком не наступить на них. Судя по всему, до этого он сидел на полу. — Привет? — Зи начинает первым, чувствуя себя некомфортно под безмолвным взглядом Нью. Ответом ему служит легкая полуулыбка. — Так и будешь там стоять или пройдешь? Зи был в этой комнате только раз, без Ну', когда знакомился с планом помещений – стандартная процедура, чтобы понимать пути отхода в случае непредвиденных обстоятельств. Теперь же, в вечернем полумраке и вместе с хозяином комнаты в ней, спальня выглядит одновременно и более гостеприимной, и более характерной, со всеми личными вещами Ну', разбросанными то тут, то там. Явно не чистюля. Если он сейчас зайдет, то тут и останется, поэтому Зи коротко качает головой, оставаясь в дверном проеме. Нью пожимает плечами, отворачиваясь, чтобы долить себе еще немного вина. Нет больше смысла тянуть. — Я хотел поговорить о том, что произошло. — Зи прочищает горло, стараясь зафиксировать свой взгляд на чем угодно, только не на парне перед ним. — И пришел к выводу, что нам не стоит это начинать. — Скажешь, что это было ошибкой? — Нет! — он выпаливает более поспешно, чем хотелось. Но ему правда не хочется, чтобы в глазах Ну' это выглядело как ошибка. — Но может ею стать в будущем. Hью ничего не говорит, спокойно потягивая вино из бокала, и Зи считает это хорошим знаком – бокал цел, голова Зи тоже пока еще цела. — Я о том, что это может помешать моим прямым обязанностям. И твоей работе тоже. Я не имею права ставить твою жизнь в опасность более, чем это есть на самом деле. А наши… личные отношения могут стать прямой угрозой твоей жизни и жизни целой семьи. — он пытается звучать резонно, даже переходит на официальный тон, чтобы звучать более убедительно. Он хочет добавить еще что-то, рассказать о том, что больше всего ему не хочется ставить Нью перед выбором, будь то жизнь или смерть, но Нью спокойно сообщает: — Ладно. Зи удивленно хлопает глазами. Ладно? Подождите, он еще не договорил. — Я хочу сказать, что это может негативно сказаться на безопасности семьи. Особенно, если конкуренты будут знать, что у тебя появилось слабое место, по которому можно ударить. Я не могу просить о подобном. — Хорошо. Зи озадачен. Возможно, Нью не понимает, что ему пытаются сказать? Ушел в жесткое отрицание и не хочет признавать очевидное? Поэтому он пробует последний довод, как ему кажется, слишком весомый, чтобы игнорировать. — Вчера ты наверняка заметил, что у меня есть некие предпочтения… — Доминирование. — вставляет Нью, и слава богам, хоть у одного из них есть способность называть вещи своими именами. — Да, оно. — Зи коротко вздыхает. — И мне кажется, что такой формат отношений станет для тебя скорее в тягость. Он старательно выбирает слова, чтобы это не звучало так, будто Нью виноват в том, что недостаточно хорош для подобного опыта. В другой ситуации он бы закрыл на это глаза, взялся за парня с целью воспитать из него хорошего саба даже с учетом этих небольших минусов его характера, но он пытается смотреть трезво на эту ситуацию – он здесь не для того, чтобы удовлетворять собственные потребности. Он смотрит на Нью, ожидая увидеть на его лице все, что угодно, но тот, как и несколько минут ранее сидит с расслабленной задумчивостью на лице. Ни разочарования, ни злости, ни даже плохо скрываемого оттенка грусти. На секунду ему становится обидно: столько слов про пять лет ожидания, классная ночь (долгожданная для кое-кого), и даже это не удостаивается более активного эмоционального всплеска. Зи ожидает хоть какой-то реакции, но все, что дает ему Ну' это: — Я понял тебя. Если ты закончил, то мне нужно готовиться к завтрашней встрече. И… спасибо за то, что поставил в известность. Зи закрывает за собой дверь, пытаясь поверить в этот сюрреалистичный разговор, даже прислушивается к шорохам за дверью, полагая, что где-то сейчас должен послышаться звон посуды, стук опрокинутой мебели или свист пули (в стену, конечно). В обеих комнатах: его, и комнаты Нью, - стоит гробовая тишина. Засыпает Зи с тяжелым сердцем, уповая на то, что завтра на его столе будет лежать билет на обратный рейс.

***

Знаете, как чувствует себя рыба, которая попала из моря в аквариум и теперь не может отдуплить, почему ей нельзя проплыть дальше положенных двух метров? Как Зи. Когда Зи просыпается на следующий день, он ожидает чего угодно: скандалов, истерик, косых взглядов от коллег, намеренного игнорирования, отстранения от обязанностей, ножа в спине (морально готовится и к этому), но не происходит ровным счетом ничего. И вот он как эта рыба – обстановка та же, водоросли там, камушки, пузырьки воздуха и рыбы-собратья, но через стекло не перелезть и дальше не убежать. Жизнь течет своим чередом. Они по-прежнему встречаются на кухне ранним утром все вместе, вяло переругиваясь друг с другом. Нью забивает все свое время деловыми встречами, переговорами, светскими раутами, на которых Зи неизменно сопровождает его, держась всегда поблизости. Приезжают за полночь, молча расходятся по своим комнатам, и день сурка повторяется вновь. Зи не знает, стандартное ли это расписание младшего Чаварина, или он подобным образом старается уберечь и себя, и окружающих от срывов, забивая голову делами, но его поведение никак не выдает того, что он мог бы быть чем-то расстроен. Наоборот, на встречах он всегда собран, на раутах всегда весел и обходителен, ну а на переговорах… там тоже все идет своим чередом. Зато за эти едва ли не две недели терапии молчания ему предоставляется уникальная возможность понаблюдать за Нью в его естественной среде обитания. Зи не питает иллюзий на счет своего выбора – он поступил верно и согласно регламенту, но их история началась настолько поспешно, что ему приходилось впопыхах составлять картину происходящего. Теперь же у него карт-бланш на спокойное изучение поведения своего начальника, и безудержный флирт со стороны Нью не смазывает впечатлений от полученной информации. Так, для Зи становится открытием то, что при более пристальном внимании оказывается на поверхности. И он настолько удивлен тем, что не сложил два плюс два быстрее, что отказывается принимать ответ, который все это время висел в воздухе какое-то время. Ответ на его многочисленные вопросы. Нью не в порядке. Не в том, когда у тебя болит голова или внезапно кто-то пускает пулю в твое тело (более подходящее для их рода деятельности), а в том, когда ты не в порядке. Давно. Очень давно. Зи замечает это не сразу, и мог бы не замечать дальше из-за той репутации, которую Нью поддерживает своим поведением, словами и действиями. Из-за того насколько быстро большинство людей впадает в панику, как только парень появляется в поле зрения. Из-за того насколько легко его репутация работает на него, открывая практически любые двери и заключая сделки без лишнего напряжения, у его охраны не так много работы. Присутствие Ну' рядом держит всех в напряжении. Его телохранителям даже не нужно изображать вид, что они здесь больше, чем просто для подстраховки, уверенные, что никто и пальцем не посмеет пошевелить в сторону младшего Чаварина. Кроме того, представления, которые Нью регулярно устраивает своим зрителям, оставляет тех в оцепенении и в страхе того, какого следующего действия ожидать от сына мафии. Теперь он понимает, почему телохранители Нью не считают нужным держать руку на оружии. Понимает, почему Джимми обычно расслабленно кружит взглядом по помещению, не задерживая свое внимание ни на ком. Понимает, почему Джеймс подпирает дверной косяк, даже не заботясь о выправке. Глаза всех присутствующих всегда обращены на Нью. Зи не исключение. В этом есть что-то нездоровое, беспокойное. Зи не стоило бы беспокоиться, потому что жизни младшего Чаварина ничто и никто не угрожает. Они провели четкую грань в отношении друг друга - больше, конечно, Зи, но Нью отнесся к этому уважительно, - но он не может ничего поделать с собой, когда взглядом следит за действиями парня. За тем, с какой скоростью меняются его амплуа – от прилежного пай-мальчика, когда он только появляется в помещении, готовый светить своей улыбкой всем и каждому до радикального и безапелляционного убийцы, коим он по сути является, когда не получает своего с первой попытки. Люди боятся его не потому, что он жесток. Зи приходит к выводу, что боятся они той непредсказуемости, которой веет от парня. И из-за которой он сам отказался от него. Но он не смотрит на эти образы, ему гораздо интереснее то, что происходит между ними. И поэтому он считает, что Ну' не в порядке. Каждый раз, когда Ну' переключается с милого мальчика на жестокого тирана, а потом обратно, Зи видит секундное замешательство в его действиях. Мгновение, которое остается никем не замеченным, но у Зи есть цель – узнать, что происходит, и поэтому он куда более усердный в своих намерениях. Он думает, что Нью берет паузу для того, чтобы переключить образы, настроиться на новую волну, но все чаще пауза затягивается, и секунда превращается в десяток. И он выглядит… как будто не знает, что происходит. Как будто ему нужно вспомнить, где он закончил и где следует начать. Как будто он выпадает из реальности. А что, если дело не в характере? Он отметает это предположение сразу. Он ведь видел досье, видел медицинскую карту. Глупо скрывать что-то подобное от людей, которые несут ответственность за твою жизнь. И все же. А потом случается то, что заставляет Зи всерьез задуматься о состоянии Нью. Вторник. День, в который не происходит абсолютно ничего интересного и который они проводят каждый в своих делах. Джеймс загадочно улыбается, уходя ранним утром под предлогом того, что собирается позавтракать в городе. При этом выглядит он так, будто к этому завтраку готовился со вчерашнего вечера: при параде, с уложенными волосами и в деловом костюме. Джимми закатывает глаза вслед уходящей фигуре, бурча что-то о том, что пойдет кормить рыб к пруду и чисто из принципа оставит карпа Джеймса без завтрака (он действительно называет одного из карпов именем Джеймса, но при этом каждый раз это разная рыба. Зи уверен, что это разная рыба!). Сам Зи сопровождает Нью в тир, потому что любое дело Зи обязано быть связано с Нью даже в такой ничем не примечательный день. Он наблюдает за тем, как парень выпускает целую обойму глока в стоящий на удалении манекен. Все пули застревают в нем где попало: голова, сердце, живот, плечи, пах… На последнем Зи сочувственно вздыхает. Ну' выпускает в манекен по крайней мере три магазина, сосредоточенно всматриваясь в свою цель. Зи медитирует, стоя на расстоянии и наблюдая, как манекен окутывает клубом пыли и опилок при каждом соприкосновении с пулей. Есть в этом зрелище что-то успокаивающее. — Магазин пуст. Намек понят. Он тянется к оружейной полке, доставая две металлические коробки с патронами. Кабина стрелка рассчитана всего на одного человека, и Зи приходится подойти к младшему Чаварину со спины, чтобы сгрузить на столик перед ним боеприпасы, но как только он делает последний к нему шаг, Нью резко дергается вперед будто за его спиной стоит медведь, готовый сожрать его целиком. Зи даже не успевает спросить что произошло, как парень испаряется из его поля зрения, бросив напоследок емкое: «Я передумал. Закончим». Зи озадачен, но в большей степени ему интересно какого хуя это было. Настолько очевидная попытка соблюсти рамки собственных границ, в которые Зи даже не думал вторгаться, оставляет его в полном недоумении. Он думает о том, что лимит сюрпризов на сегодня исчерпан, но в тот же вечер его ждет открытие, которое заставляет его мозг закипеть по новой. Единственное, что выбивается из общей картины, и что продолжает поддерживать в Зи веру в то, что ему не померещились эти ночные приключения с Нью - грешным делом он сетовал на то, что ему приснилось, - это то, что из общих разговоров исчезают извечные подколы над ними. Вообще. Джимми старательно обходит эту тему стороной, перестав спрашивать, где Нью ночует сегодня ночью. Джеймс о Нью в целом предпочитает не говорить вне присутствия вышеобозначенного, хотя раньше охотно отвечал на вопросы Зи. Сейчас же это деловое: «Тебе лучше спросить у него». Хер там. Он ведь просто спросил, где лучше оставить посылку, которая пришла на имя Нью: в кабинете, или занести сразу в спальню. Нью обнаруживается в собственном кабинете на пару с Джимми. Пока младший Чаварин сидит за столом, корпя над бумагами, его верный друг развалился на диване с ярким журналом в руке. Он машет шуршащей массой бумаги в воздухе в приветственном жесте, как только Зи пересекает помещение. — Соскучился по мне? Зи усмехается. Его не перестает удивлять эта разница в поведении всех членов этого дома и людей, с которыми он работал в Бангкоке. Это известный факт, что у каждого члена семьи свой подход к ведению бизнеса, и отношение к персоналу может быть прямо противоположным от одного брата к другому. Но у него не было возможности испытать это на собственной шкуре прежде, и даже спустя какое-то время он поражается тому, насколько более расслабленно он чувствует себя здесь, под начальством человека, который может быть каким угодно, только не расслабленным. Кажется, что его охрана компенсирует это в трехкратном размере. — Тебе посылка. – он кладет длинную черную прямоугольную коробку на край стола. Нью уделяет предмету пару секунд, возвращая взгляд к бумагам. — Забери себе. — Даже не посмотришь, что там? Нью коротко вздыхает, поднимая взгляд на Зи. — Черная роза в 58 сантиметров. Доставлена из турецкой провинции частным джетом. Черная роза приобретает свой угольно-черный цвет благодаря уникально высокой кислотности местной почвы и особому составу подземных вод в месте, где она произрастает. В коробке есть номер телефона. Назначь встречу на завтра в девять вечера и распорядись подать ужин на двоих. Он чеканит слова без остановки, и с каждым произнесенным словом Зи хмурится все сильнее. Какой гость заморачивается с частным бортом ради несчастного цветка? Он пальцем подцепляет край коробки, в которой действительно оказывается роза и карточка с номером телефона. — Ты думаешь, что это хорошая идея? – Джимми подает голос, и звучит он неоправданно обеспокоенно. Зи переводит на него еще более озадаченный взгляд, теряя нить происходящего. — Ты думаешь, что обязательно делиться своим мнением, когда тебя не спрашивают? Если я сказал делать - делайте, и не задавайте тупых вопросов. Вот и весь ответ, которым Нью удостаивает их обоих, прежде чем покинуть кабинет. Зи беспомощно разводит руками, глядя на Джимми. Тот, тем не менее, не выглядит оскорбленным словами своего друга. — Я что-то сделал не так? — он смотрит на Джимми в надежде на логическое объяснение. Конечно, никто не спешит в этом доме дать ему это. — Нет, мой друг. — тот только качает головой, добавляя горькое: — Ты ничего не сделал. Звучит обидно.