Песнь о Небесах и Возрождении

Когда Цзян Чэн проснулся от стука в дверь и голоса, зовущего его вставать, он поначалу очень растерялся. Он сел и огляделся, только потом вспомнил, где находится, и мысленно застонал. Они были во Дворце Наньяна... на небесах... а он просто хотел оказаться в монастыре Водных Каштанов. Цзян Чэн сердито посмотрел на своего брата Вэй Усяня, который растянулся на своей кровати и крепко спал, не собираясь просыпаться. Он встал, подошёл к брату, потянулся к нему и одним быстрым движением перевернулся на пол. Глухой удар! — А? Что? Я проснулся! — Вэй Усянь сел, вытирая засохшие слюни с лица, и в замешательстве огляделся. Затем до него дошло. — Почему ты сбросил меня из кровати?! — Потому что нам пора вставать. Если только ты не хочешь пропустить завтрак. — парировал Цзян Чэн. — Фэн Синь сказал, что мы сможем поспать по крайней мере ещё час. — Вэй Усянь огрызнулся в ответ. —Да, и я не вернусь сюда, чтобы разбудить тебя после этого. Радуйся, что я делаю хотя бы это. Вэй Усянь встал и шутливо толкнул брата. Они немного поборолись, прежде чем переодеться в тренировочную форму, состоявшую из однотонной туники и штанов, и поспешили в трапезнаю. Комната была довольно большой, с длинным столом, за которым оживлённо беседовали младшие чиновники, сидя и стоя, перемещаясь взад и вперёд, некоторые ели, некоторые нет. В конце стола сидел Фэн Синь, который не ел, а просматривал какие-то бумаги, которые только что передал ему один из чиновников. Справа от него сидела Цзян Яньли и ела похлёбку. Она была одета в тунику и штаны, как и мальчики, и собрала волосы в простые пучки. В центре стола стояли разные блюда, которые можно было положить в миски, и когда Вэй Усянь сел рядом со своим братом с левой стороны стола, он сразу же схватил самую красную приправу и несколько кусочков мяса, чтобы положить их в свою похлёбку. Фэн Синь поднял взгляд и удивлённо приподнял бровь при виде ярко-красной миски, которую готовил мальчик, но ничего не сказал, продолжая обсуждать что-то со своими чиновниками. — Вы двое хорошо спали? — с улыбкой спросила Цзян Яньли. Цзян Чэн пожал плечами. — Достаточно хорошо, — начал Вэй Усянь, но Фэн Синь его перебил. — Действительно, достаточно хорошо. Я серьёзно отношусь к тому, что это ваш первый раз. — сказал мужчина, не отрывая взгляда от бумаги в своей руке, прежде чем передать её другому чиновнику. — Что? — Цзян Яньли с беспокойством посмотрела на Вэй Усяня. Цзян Чэн просто уставился на него. — Ничего страшного... Я просто немного напортачил, — Вэй Усянь виновато рассмеялся, отправляя в рот немного отвара. — Нажить врага в лице генерала Мингуана в свою первую ночь - это не так уж плохо. И вторжение в мои резервы - тоже. - А-Ин ... - В голосе Цзян Яньли звучало разочарование, что заставило Вэй Усяня съежиться на стуле. — Тебе не обязательно было рассказывать им все ... — пробормотал он. — Они бы всё равно узнали. А теперь заканчивай. У меня есть немного времени сегодня утром, так что мы можем начать тренироваться с оружием на тренировочной площадке. У меня есть один чиновник, который кое-что знает о борьбе с посохом, так что он может тебе помочь, Янли, — сказал Фэн Синь, скрестив руки на груди. — Хорошо, — она ответила с улыбкой. Пока они продолжали есть, Вэй Усянь поигрывал палочками для еды и поглядывал на Фэн Синя. — Да? — спросил он. — Как думаешь, ты мог бы научить меня стрелять из лука? — спросил Вэй Усянь. Фэн Синь моргнул. — А? — Это был просто вопрос. Я просто подумал, что это может быть полезным навыком, вот и всё, — серьёзно ответил мальчик, зачерпывая ещё одну ложку бульона. Цзян Чэн внезапно заинтересовался разговором. — Я бы тоже не прочь поучиться... Если генерал Наньян не против нас поучить... Фэн Синь с некоторым удивлением посмотрел на обоих мальчиков, а затем на их сестру, которая просто улыбнулась ему. Он заметил, что некоторые из его подчинённых смотрят на него почти с любопытством, прежде чем поняли, что он наблюдает за ними, и разошлись по своим делам. — Я имею в виду... Думаю, это не повредит... — пробормотал он, потирая затылок и изо всех сил стараясь скрыть проступающую на лице горделивую улыбку. Они закончили трапезу и отправились на тренировочное поле. Первые несколько часов Фэн Синь показывал мальчику основы владения мечом, например, как правильно держать оружие, а также простую технику ударов, в то время как младший чиновник показывал Цзян Яньли, как правильно держать посох и несколько простых движений, уделяя особое внимание боевым искусствам, которые она уже знала. Во время тренировки Фэн Синь рассказывал о разных стилях владения мечом и о том, что тот стиль, который он им показывал, использовался в эпоху Сяньлэ многими солдатами государства. Они повторили это ещё несколько раз, после чего Цзян Чэн вопросительно посмотрел на него. — Генерал Наньян, — заговорил он, опуская меч. — Каким было... каким было государство Сяньлэ? Фэн Синь пытался поправить Вэй Усяня и, подняв бровь, посмотрел на другого мальчика. — Сяньлэ? Разве твой отец не рассказывал тебе о своём старом государстве? — Не совсем, — вмешался Вэй Усянь. — Он нечасто говорит о прошлом... Каким он был тогда? Отличался ли он от того, каким он стал сейчас? Вчера ты сказал, что он почти не изменился. Значит ли это, что он такой же, каким был тогда, или он просто немного другой? Фэн Синь выпрямился и посмотрел на двух мальчиков, которые выжидающе наблюдали за ним. Цзян Яньли прервала своё занятие и тоже посмотрела на них, словно желая услышать ответы. Генерал, казалось, о чём-то задумался, а затем решил, что не помешает рассказать хоть что-нибудь. — Что ж, полагаю, Сяньлэ не сильно отличалось от любого другого государства. Мы были хитрым народом, государством на краю Восточного моря. Сказать, что мы были богатыми и процветающими, — значит ничего не сказать, и мы преуспевали в изящных искусствах... — он ненадолго замолчал, а затем снова обратился к детям: — Что касается вашего отца, то он был добрым и благородным человеком, который желал простого народу только самого лучшего... Ваш отец рассказывал вам историю о наследном принце, который угодил богам? — Да, — сказал Цзян Чэн. — О том, как он спас маленького мальчика во время парада, а затем победил могущественного демона, прежде чем вознестись во сне. Фэн Синь наклонил голову. — Это правда... подожди, он не рассказывал тебе, что случилось после того, как он победил демона? — Что ты имеешь в виду? — спросил Вэй Усянь. — Его фраза. Она была на всех его храмах... он не рассказывал вам. Это было не совсем ничего. — Фраза? — спросила Цзян Яньли, подходя к своим братьям. — Хм, — Фен Синь скрестил руки на груди. — Демон с моста Инянь, когда он появляется, задаёт три вопроса. Ответь неправильно хотя бы на один, и ты умрёшь. Дети выглядели сбитыми с толку. — Он действительно не сказал вам... — Фэн Синь почесал голову. — Ну, я думаю... Демон задал ему первый вопрос. Он спросил: «Где мы?», и твой отец ответил, что они в мире людей. Демон сказал, что нет, что они в мире страданий. — Хитрый демон, — пробормотал Вэй Усянь. — Вместо того, чтобы позволить ему задать оставшиеся вопросы, он вступил в схватку с демоном, — Фэн Синь продолжил, а трое подростков слушали его с пристальным вниманием. — Сражение длилось почти целый день, но ваш отец в конце концов победил его. Затем он посадил цветущее дерево у подножия моста, прежде чем рассыпать землю, чтобы помочь демону уйти, после чего он встретил монаха, который спросил его, зачем он это сделал, и ваш отец ответил… — Тело прибывает в страдании, а душа прибудет в блаженстве. Фэн Синь застыл, выпучив глаза, а затем развернулся к главному входу в тренировочный зал и низко поклонился. — Владыка, я не слышал, как вы подошли. Прошу прощения. Цзюнь У вошёл в тренировочную зону, и все младшие чиновники тут же прекратили свои занятия, чтобы поклониться ему. — Пожалуйста, генерал Наньян, я пришёл только потому, что услышал, что вы смотрите за детьми Сяньлэ. Вы можете расслабиться. Фэн Синь медленно встал, но всё ещё стоял неподвижно, не ожидая этого визита Владыки и чувствуя себя неподготовленным. Цзюнь У обратил внимание на трёх подростков. — Он сказал именно это. Я знаю, потому что это я был тем монахом, который спрашивал. Вэй Усянь и Цзян Чэн не знали, стоит ли им восхищаться этой историей или пугаться того, что Цзюнь У появился и напугал их до чёртиков. Однако Цзян Яньли отреагировала совершенно иначе. — Красиво... — сказала она с мягкой улыбкой. Цзюнь У посмотрел на неё. Она немного смущённо посмотрела на него в ответ. — Фраза. Мне кажется, она звучит красиво. Странно, что я никогда раньше не слышала, чтобы он так говорил. Цзюнь У какое-то время смотрел на неё с непроницаемым выражением лица, а затем внезапно улыбнулся. Он подошёл к ним троим и оглядел их. — Кажется, вы трое вооружились. Могу ли я предположить, что Наньян помогает вам учиться? — Да, Владыка, по просьбе Его Высочества, — ответил Фэн Синь. — Хорошо, — просто сказал Цзюнь У, не отрывая взгляда от троих детей. Его глаза остановились на Цзян Яньли, прежде чем он посмотрел на генерала. — Я бы хотел на минутку забрать у вас дочь Сяньлэ. Это ненадолго, просто я хочу поговорить с ней по одному вопросу. Фэн Синь посмотрел на девушку, которая была совершенно удивлена этой просьбой. — Э-э... Я имею в виду... Конечно, Владыка, — он кивнул, давая Цзян Яньли разрешение. Она оглянулась на своих братьев: Вэй Усянь выглядел ошеломлённым, а Цзян Чэн — обеспокоенным. — Могу я спросить, почему Владыка желает поговорить со мной? — Цзян Яньли повернулась обратно к Цзюнь У. Небесный Владыка просто улыбнулся ей и повернулся, чтобы уйти, ожидая, что она последует за ним. Она не стала терять ни секунды, слегка помахав на прощание своим братьям, прежде чем догнать Цзюнь У, когда они вдвоем покидали Дворец Наньяна. Цзян Яньли какое-то время шла за Цзюнь У, легко замечая несколько взглядов в свою сторону, когда они проходили мимо других богов, которые останавливались, чтобы поприветствовать Небесного Владыку лёгкими поклонами и многочисленными «Владыка». Однако, в отличие от тех случаев, когда она шла со своим отцом, Небесные чиновники не перешёптывались между собой и не говорили за её спиной. Но она понимала, что всё, о чём они думали, всё равно станет достоянием общественности в виде новых слухов, о которых они будут сплетничать. Воистину, боги были настолько свободны, что могли слоняться без дела, как пара девочек-подростков, и рассказывать небылицы в чайных. Они остановились только тогда, когда добрались до одного из многочисленных садов, роскошных и царственных, с сотнями цветов, которые вечно цвели, образуя замысловатые узоры, и сотнями, если не тысячами, различных видов растений. Там были розы, орхидеи и крупные цветущие хризантемы разных оттенков. Но из всей этой прекрасной флоры взгляд Цзян Яньли остановился на небольшом участке с белыми пионами с маленькими жёлтыми сердцевинами. Их было не так много, и они не так выделялись, как другие цветы в Небесных садах, но даже при одном взгляде на них её сердце слегка затрепетало. Это был второй раз за последнее время, когда она вспомнила о мальчике, и безымянная печаль наполнила её грудь. — Сяньлэ сказал, что ты только начала заниматься самосовершенствованием, да? — спросил Цзюнь У, выводя Цзян Яньли из задумчивости. — Да, Владыка. — Большинство начинает заниматься самосовершенствованием в юном возрасте, но ты уже почти взрослая женщина. К тому времени, когда ты приблизишься к обретению собственного золотого ядра, твой уровень развития может быть довольно низким. Скажи, когда твои братья достигли своего уровня? Цзян Яньли задумалась, а затем ответила. — А-Ин сформировал свое ядро незадолго до своего двенадцатого дня рождения. А-Чэн сформировал свое через несколько месяцев после этого. Цзюнь У кивнул в знак согласия и указал на ближайшую зону отдыха, где можно было расслабиться и полюбоваться роскошным видом на сады. Она села на одну из скамеек с подушками, но Цзюнь У остался стоять, глядя на неё непроницаемым взглядом. — Сколько тебе лет, дитя? — Шестнадцать, — честно ответила она. — А когда Сяньлэ начал обучать твоих братьев? — Когда им было около десяти. — За то время, которое им потребовалось, чтобы сформировать золотое ядро, ты, если начнёшь сейчас, уже станешь взрослой к тому моменту, когда добьёшься успеха... то есть, если ты сформируешь золотое ядро за то же время, — Цзюнь У обошёл её, глядя вдаль. — Поздно начатое обучение часто является неизбежной причиной низкого уровня развития. Если ты хочешь достичь того же уровня, что и твои братья, тебе может понадобиться помощь извне. Цзян Яньли задумалась, а затем спросила: — Владыка, зачем вы позвали меня сюда? Не для того же, чтобы задавать мне вопросы... не так ли?» Цзюнь У обошёл девушку кругом, а затем посмотрел на неё со странной улыбкой. — Как и твой отец, ты очень проницательна. — он протянул руку и приподнял её подбородок, чтобы она смотрела ему прямо в глаза. — Хочешь, я помогу тебе достичь более высокого уровня развития? Глаза Цзян Яньли расширились, и она потеряла дар речи. Она не только не понимала, как такое возможно, но и то, что сам Небесный Владыка предложил ей это... Это было поразительно, если не сказать, что она почувствовала себя недостойной такого предложения. — Вла... Владыка... что вы имеете в виду? Зачем вы предлагаете мне это? Цзюнь У убрал руку и выпрямился во весь рост, заложив руки за спину. — Во-первых, как и в твоих братьях, я вижу в тебе величие. Как цветок, его нужно бережно взращивать, чтобы он мог раскрыться во всей красе. Во-вторых, — он произнёс следующую часть более мягким голосом, — ты очень напоминаешь мне Сяньлэ. И поэтому я бы хотел, чтобы ты осталась рядом с ним, и достижение этой цели может позволить тебе это... Если ты этого хочешь. Цзян Яньли слегка склонила голову, приняв эти слова за комплимент. Она снова подняла взгляд. — Как именно вы можете мне помочь? — Прими позу лотоса. — потребовал Цзюнь У, и девушка сделала, как он сказал, скрестив ноги и выпрямив спину. — Дыши. — сказал он, и она подчинилась, войдя в медитативное состояние. Она закрыла глаза. Когда Цзюнь У положил руку ей на плечо, она вздрогнула от внезапного ощущения энергии, проходящей сквозь неё. — Расслабься. — уверенно сказал он. — Что вы… — Я же сказал тебе расслабиться. Она больше не задавала вопросов, а просто снова закрыла глаза, медитируя и пытаясь очистить свои мысли. Примерно через час Цзюнь У наконец ответил ей. — Я просто использую небольшое количество своей духовной силы, чтобы помочь твоей силе лучше циркулировать по меридианам. Проще говоря, я слегка подталкиваю твои способности, чтобы ускорить процесс, а остальное зависит только от тебя. Пожалуйста, не упускай эту возможность стать лучше. — Я бы никогда не стала растрачивать доброту Владыки, — сказала Цзян Яньли. Ощущение было странным, энергия текла сквозь неё, как вода в ручье, достаточно сильная, чтобы оттолкнуть всё, что мешает течению, но достаточно мягкая, чтобы не переливаться через край. Они продолжали в том же духе ещё половину палочки благовоний, прежде чем Цзюнь У наконец убрал руку и жестом предложил ей встать. — Давай вернёмся во дворец Наньяна, твои братья, наверное, гадают, где ты была, маленькая принцесса. Цзян Яньли встала со скамьи, но тут же выпрямилась и с удивлением посмотрела на Владыку. Однако он стоял к ней спиной и уже уходил. "Я... я слышала, как он назвал меня... маленькой принцессой? Мне это не показалось?" — удивилась Цзян Яньли. — Ты идёшь? — спросил он. — Да. — ответила она, быстро догнав его и встав рядом. Когда они вернулись на тренировочную площадку во Дворце Наньяна, мимо пролетела стрела, попав во вторую стрелу, которая уже вонзилась точно в центр одной из многочисленных мишеней на южной стене. — Хороший прицел, Вэй Ин, кажется, ты довольно быстро осваиваешься с этим, — сказал Фэн Синь, по-настоящему впечатленный природным талантом мальчика. Когда он обернулся и увидел, что Цзюнь У вернулся с Цзян Яньли, он был менее напряжен, чем раньше, все удивление исчезло, и он просто склонил голову. — Владыка вернулся. Цзюнь У кивнул генералу, а Вэй Усянь взволнованно повернулся к сестре. — Шицзе! Шицзе, ты видела, как я выстрелил! Кажется, я действительно хорошо стреляю из лука! Разве это не круто? Я не могу дождаться, когда баба… — Успокойся, маленький Сяньлэ, - сказал Цзюнь У. Вэй Усянь сделал паузу и с удивлением посмотрел на Владыку. Этот титул был неожиданным, и он не смог сдержать полуулыбку. Цзюнь У просто спокойно посмотрел на мальчика, а затем огляделся, пока его взгляд не остановился на Цзян Чэне, который прервал тренировку с мечом Саньду, чтобы посмотреть в их сторону. Цзюнь У отвернулся и посмотрел на Фэн Синя, оставив Цзян Чэна хмуриться, и это чувство одиночества снова начало закрадываться в его разум. — Генерал Наньян, я вас покидаю. Через несколько дней, если дети всё ещё будут на вашем попечении, я могу зайти, чтобы оценить их успехи. — Конечно, — с поклоном ответил Фэн Синь. После этого Владыка кивнул трём подросткам и ушёл. - После обеда подросткам действительно дали возможность провести остаток дня так, как им вздумается, и Вэй Усянь решил, что хочет сделать кое-что особенное, и, конечно же, только один ледяной мальчик в траурной одежде мог помочь ему с этой задачей. Два младших чиновника Дворца Наньяна действительно последовали за ним на улицы небесной столицы и, по его просьбе, привели его во Дворец Ветра и Воды. Во дворце, казалось, было довольно оживлённо, как будто они к чему-то готовились, но Вэй Усяню было всё равно. Он покачивался на месте, пока один из чиновников Наньяна просил разрешения поговорить с Повелителем Ветра. Он слышал доносившуюся изнутри музыку, звуки гуциня, и точно знал, кто играет. Вскоре Ши Цинсюань вышел ко входу во дворец в мужском обличье, чтобы посмотреть, кто его зовёт. Когда он увидел, что это Вэй Усянь с младшими чиновниками, его глаза загорелись, как будто он что-то вспомнил. — А-Сянь, я рад тебя видеть. Вообще-то я собирался навестить тебя и твоих брата и сестру сегодня утром, но я был так занят подготовкой к возвращению моих братьев, что забыл об этом. Как прошла твоя первая ночь во дворце Наньяна? Мальчик не ответил, но двое младших чиновников посмотрели на него. — Так плохо, да? — поддразнил Ши Цинсюань, прижимая к себе метёлку. — Ладно, я не буду настаивать. Кстати, я вчера вечером видел твоего отца, и он хотел, чтобы я передал вам троим, что он заберёт вас после банкета в честь Праздника середины осени, чтобы вы тоже могли насладиться праздником. — Банкет?— спросил Вэй Усянь. — Да, на небесах боги собираются вместе, чтобы насладиться вкусной едой и развлечениями. Я пригласил твоего бабу подняться и насладиться этим вместе с нами. Ши Цинсюань, казалось, и сам был взволнован, но быстро прервал своё воодушевление вопросительным взглядом. — А-Сянь, я рискну предположить, что ты здесь сегодня, чтобы увидеть А-Чжаня. — Вы правы. Могу я его увидеть? Я очень хочу с ним поговорить. Это действительно важно. — Вэй Усянь практически вибрировал, так сильно он подпрыгивал на месте. — Прости, малыш, мой диди сейчас тренируется и не скоро закончит... — Но именно из-за того, что он тренируется, мне нужно поговорить с ним прямо сейчас, — Вэй Усянь был полон решимости увидеться с Лань Ванцзы. — ... Подожди, что ты имеешь в виду? — спросил Ши Цинсюань. — Пожалуйста, господин Повелитель Ветра. Я обещаю, что не буду слишком сильно его дразнить, а если буду, то он просто применит ко мне свой трюк, чтобы я замолчал. Пожалуйста-а-а-а. — он жалобно посмотрел на Ши Цинсюаня, но тот лишь неловко рассмеялся. Ши Цинсюань задумался на мгновение. — Хорошо... но если он попросит тебя уйти, я должен буду подчиниться, и тебе не разрешат вернуться, пока он не попросит. Вэй Усянь кивнул и провёл мальчика внутрь, а двое младших чиновников остались снаружи и начали обсуждать что-то с двумя чиновниками из Дворца Ветра и Воды. Этот дворец был больше похож на дворец Сяньлэ, за исключением того, что он был таким же оживлённым, как дворец Наньяна, но гораздо более организованным и украшенным. Кроме того, несмотря на то, что младшие чиновники ходили туда-сюда, они вели себя тихо, да и как иначе, когда по всему дворцу разносится чарующая мелодия. Пройдя несколько коридоров, они вышли в большой и роскошный сад. Там, под цветущим персиковым деревом, сидел мальчик в белом, опустив глаза, и играл на гуцине. Вэй Усянь уставился на него, потому что сцена перед ним была по-настоящему прекрасной. Солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, и вместе с падающими лепестками оно окутывало Лань Ванцзы, словно неземная аура, мальчика из холода и снега, окружённого тёплым весенним ветром. — Диди, у тебя гость, — позвал Ши Цинсюань, направляясь через сад к мальчику. Лань Ванцзы перестал играть и поднял взгляд, его ясные, ярко-янтарные глаза остановились на Вэй Усяне. И тогда мальчик увидел, что на губе Лань Ванцзы всё ещё виднелась заживающая ранка, оставшаяся после пребывания в Призрачном городе. — Вэй Ин, — Лань Ванцзы подтвердил. — Лань Чжань! — Вэй Усянь крикнул в ответ, перепрыгивая через сад, пока не оказался над другим мальчиком. — Мой новый лучший друг скучал по мне? Потому что я очень скучал по нему. Кстати, баба сказал, что я должен извиниться за то, что лизнул тебя раньше, так что это так. Прости, Лан Чжань. Лань Ванцзы нахмурился. — Кхм, — Ши Цинсюань откашлялся. — А-Сянь, ты сказал, что хочешь кое-что спросить у А-Чжаня. — Хм? Ах да. — Вэй Усянь вытащил флейту-дизи из-за пояса и протянул её. — Когда мы встретились в Баньюэ, ты использовал гуцинь, чтобы помочь Повелителям Ветра и Земли сразиться с теми демонами. Я подумал, не мог бы Лань Чжань научить меня играть на нём. — О? — Ши Цинсюань был счастливо удивлен, беспокоясь, что приговорил своего диди к несчастному дню, предполагая, что Вэй Усянь пришел пошутить или что-то в этом роде. — Я не знал, что А-Сянь играет на каком-то инструменте? — Да. Баба подарил его мне на десятый день рождения. Я хотел помочь ему заработать денег для нас с помощью уличной музыки. У нас не было постоянного места жительства, как сейчас, поэтому мы много переезжали, и уличная музыка была лучшим способом заработать на еду и прочее. Лань Ванцзы оторвал взгляд от дизи и снова нахмурил брови. — Как долго ты жил на улице? Вэй Усянь оглянулся на него. — Ну... это зависит от обстоятельств... Я прожил на улице гораздо дольше, чем А-Чэн и Шицзе, но это потому, что... — он не закончил фразу, вместо этого вертя флейту в руках и слегка хмурясь. Ши Цинсюань почувствовал напряжение и быстро попытался вернуть всё на круги своя. — А-Чжань, ты не против поучить А-Сяня? Это может занять какое-то время... Вэй Усянь посмотрел на Повелителя Ветра. — Не совсем, я довольно хорошо запоминаю музыку по звучанию. Смотрите. Он поднёс флейту к губам и начал играть. Ши Цинсюань с удивлением услышал почти нота в ноту ту мелодию, которую играл Лань Ванцзы до того, как они его прервали. Закончив играть услышанное, Вэй Усянь выжидающе посмотрел на Лань Ванцзы, широко улыбаясь. Лань Ванцзы мгновение смотрел на него в ответ, затем ответил. — Если ты согласен, тогда я не возражаю. — Правда? Отлично! — Вэй Усянь плюхнулся на землю рядом с мальчиком в белом, придвинувшись слишком близко для удобства. Лань Ванцзы нахмурил брови. — Слишком близко. — Хм? О, — Вэй Усянь отодвинулся немного дальше, но ненамного. Лань Ванцзы предпочел проигнорировать это. — В Баньюэ я играл то, что называется «Мелодия уничтожения». Это боевая мелодия, которой когда-то обучали в клане Лань из Гусу. Она лучше всего звучит на гуцине, но мой брат играет её на сяо. Но лучше начать с чего-то другого. То, что я только что практиковал, называется «Успокоение». Это мелодия, которая используется для успокоения энергии гнева. Лань Ванцзы протянул руку и начал перебирать струны гуциня, наигрывая мелодию. Она была спокойной и умиротворяющей, как и следовало из её названия. Вэй Усянь сидел и слушал его игру, а Ши Цинсюань устроился за небольшим столиком неподалёку, наблюдая и слушая с лёгкой улыбкой на лице. Закончив мелодию, Лань Ванцзы выжидающе посмотрел на Вэй Усяня. Тот снова поднёс флейту к губам и повторил мелодию. Когда он закончил, они оба начали играть мелодию вместе. Для Ши Цинсюаня это было настоящим зрелищем, потому что он видел, как Лань Ванцзы и Лань Сичэнь играли вместе, и видеть, как его диди так хорошо играет с этим другим мальчиком, было мило и захватывающе. Они играли долго, пока Лань Ванцзы наконец не закончил и не убрал гуцинь. — Моя тренировка окончена, мне нужно поработать над другими вещами... — он сделал паузу и посмотрел на флейту. — Если ты собираешься использовать её как духовное оружие, ты не думал дать ей имя? Вэй Усянь был удивлён вопросом и опустил взгляд на свой дизи. « — Нет... я не... я придумал. Когда придумаю, ты узнаешь об этом первым, — он игриво улыбнулся Лань Ванцзы. Мальчик в белом отвел взгляд, затем встал и подошел к столу, за которым сидел Ши Цинсюань. На столе лежал его меч Бичэнь, а также несколько книг и свитков, которые он принес с собой и аккуратно сложил друг на друга. Вэй Усянь на мгновение посмотрел на меч. — Теперь у меня тоже есть меч! Хуа-гэгэ... Хуа Чэн подарил его мне, — признался Вэй Усянь. Ши Цинсюань слегка рассмеялась. — Полагаю, твой папа не единственный, кто подружился с Собирателем цветов под кровавым дождём, — Лань Ванцзы слегка нахмурился. Ши Цинсюань заметил это и быстро его успокоил. — Диди, он больше не будет преследовать Мин Сюна, так что тебе не о чем беспокоиться. Лань Ванцзы сделал паузу, затем посмотрел на меч на поясе Вэй Усяня. — Он хорошо сделан. У него есть имя? — Какая разница, — Вэй Усянь ответил с дразнящей улыбкой. — Непочтительным не давать своему мечу имя, — сказал Лань Ванцзы. — Нет, это его имя. — Вэй Усянь вытащил его и бросил другому мальчику, который поймал его одной рукой и осмотрел. — Суйбянь. Его зовут Какая разница. — Бесстыдник. — фыркнул Лань Ванцзы, прежде чем вернуть меч Вэй Усяню. Ши Цинсюань достал веер и раскрыл его, стараясь скрыть лёгкую улыбку, игравшую на его губах. — Ладно, А-Сянь, моему диди нужно ещё немного позаниматься, так что будет лучше, если мы закончим вашу маленькую встречу здесь. Лань Ванцзы напрягся, прежде чем умоляюще взглянуть на Ши Цинсюаня, и никто не заметил, как кончики его ушей покраснели. — Повелитель Ветра... — Что? Ты хочешь, чтобы он остался ещё ненадолго? Это не может быть надолго, мы всё ещё готовим всё к возвращению твоего брата и Уду-гэгэ. Кто знает, когда они приедут. — Я хочу остаться ещё ненадолго, Лань Чжань. Если я слишком надоедливый, ты можешь снова меня заткнуть. Пожалуйста… — Улыбка Вэй Усяня стала немного лукавой. — Лань-эр-гэгэ? Лицо Ши Цинсюань слегка вытянулось, а плечи Лань Ванцзы напряглись ещё сильнее. Он развернулся и сердито посмотрел на Вэй Усяня. — Бесстыдник. — А? Бесстыдник. Может быть. Что, я старше тебя? Может, лучше называть меня Лань-эр-диди? — Может, тебе стоит поторопиться, маленький А-Сянь, ха-ха... — Ши Цинсюань встал, осознав, что, возможно, совершил ошибку. — Вэй Ин... — Лань Ванцзы дрожал. Вэй Усянь улыбнулся и ткнул Лань Ванцзы в грудь. Тот попытался отмахнуться, но промахнулся, а Вэй Усянь лишь рассмеялся и отскочил в сторону, оказавшись у края садового пруда. — Да ладно тебе, Лань Чжань, я просто дразню тебя. Тебе не стоит так напрягаться, как ты собираешься заполучить девушку, если всегда такой скованный? — Вэй Усянь, я думаю, что этого достаточно, пожалуйста, прекрати, — Ши Цинсюань обмахивался веером, изо всех сил стараясь говорить с мальчиком строже. — Ты... — Лань Ванцзы смотрел на него, тяжело дыша. — О, не сердись на меня, Лань Чжань, — упрекнул его Вэй Усянь, заложив руки за спину и слегка покачиваясь. — Я просто помогу тебе найти кого-нибудь, кто сможет выдержать твой стоический характер. Что ты думаешь, Лань-эр-гэгэ? Как только он произнёс последнюю фразу, Вэй Усяня ударили в грудь и отбросили в садовый пруд. Лань Ванцзы в мгновение ока преодолел разделявшее их расстояние и толкнул мальчика обеими руками. Только после этого он осознал, что сделал. — О, А-Чжань! — воскликнул Ши Цинсюань, бросившись помогать Вэй Усяню выбраться из пруда. — Что это значит? Лань Ванцзы застыл. Ши Цинсюань тоже замер, пытаясь помочь Вэй Усяню сесть и вытащить его из воды. Все трое обернулись и увидели, как в сад вошли ещё три человека. Слева был Пэй Мин, который бросил на Вэй Усяня раздраженный взгляд, но ничего не сказал. В центре был мужчина в белых одеждах с веером в руке. Он был красив внешне, лицо не слишком отличалось от лица Ши Цинсюаня, глаза и брови обоих мужчин были похожи. Единственная разница заключалась в том, что этот человек не излучал счастливую солнечную натуру, как Ши Цинсюань, вместо этого он выглядел кислым и самодовольным. Последний человек справа был тем, на кого Вэй Усянь действительно смотрел. Он был высоким и красивым, в белой мантии с облаками на плечах, волнами на концах рукавов и подоле, а также с белой повязкой на лбу с облачной эмблемой. У него было доброе лицо с тёмными глазами, и если бы не эти две характерные черты и то, что он выглядел старше, Вэй Усянь мог бы сказать, что это Лань Ванцзы... Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что тот, кто стоял в центре, был Повелителем Воды, а молодой человек рядом с ним — Лань Сичэнь. — Гэгэ, я могу объяснить. — сказал Ши Цинсюань, быстро вытаскивая Вэй Усяня из пруда. — О, ты можешь? — в голосе Повелителя Воды прозвучал легкий сарказм, когда он сказал это. — Тогда, пожалуйста, сделай это. И пока ты этим занимаешься, ты можешь объяснить, какие проблемы ты доставляешь. Ши Цинсюань нахмурился. — Если это насчёт Сяо-Пэя… — Цинсюань! Сяо-Пэй - не моя забота! — рявкнул Ши Уду, сжимая руку и сокращая расстояние между ними вдвое. Он протянул руку, взял Лань Ванцзы за подбородок и повернул мальчиков лицом к Повелителю Ветра. — Я говорю о нем. Ты же не думал, что я не замечу, если у моего ученика разбито лицо. Что старина Пэй не стал бы сообщать мне о твоих маленьких выходках, таща за собой Лань Ванцзы. Что именно произошло бы, если бы вы привели его в худшее состояние?! Ши Цинсюань отступил, слегка съёжившись от тона брата. Вэй Усянь принял правильное решение, что ему не нравится Повелитель Воды. Ши Уду отпустил лицо Лань Ванцзы и продолжил отчитывать Ши Цинсюаня. — Я сто раз, нет, тысячу раз просил тебя не втягивать моего ученика в твои глупые игры. Он ребёнок, а ты должен быть богом. Почему ты ведёшь себя так глупо? И кто это вообще такой? — теперь его внимание было приковано к Вэй Усяню. — Он — сын недавно вознёсшегося Его Высочества Сяньлэ. В настоящее время он находится во Дворце Наньяна. — ответил Пэй Мин. — От него больше проблем, чем пользы, особенно с тех пор, как он дразнил бедного маленького нефрита. Цинсюань, ты сам мне об этом рассказал, так почему ты его сюда впустил? — Это не твоё дело, — Ши Цинсюань огрызнулся на генерала. — Но это моё дело, — заявил Ши Уду. Он пристально посмотрел на Вэй Усяня. — Уходи. — Нет, — огрызнулся Вэй Усянь. — Ты груб, а я не слушаю грубиянов. Взгляд Ши Уду стал ещё более пронзительным, но затем кто-то мягко положил руку ему на плечо. Лань Сичэнь вышел вперёд. — Господин Водный Владыка, он всего лишь ребёнок, — затем он улыбнулся Вэй Усяню. — Могу я узнать твоё имя, малыш? Вэй Усянь был немного озадачен. Этот молодой человек был гораздо более мягким и вежливым, чем Лань Ванцзы. Неужели они действительно братья? — Вэй Ин, Вэй Усянь... — ответил он. — Что ж, дитя Вэй, — сказал Лань Сичэнь, — будет лучше, если ты уйдёшь. Пожалуйста, не создавай больше проблем для Ванцзы. — ... но я... — Вэй Усянь замолчал. — Что? — Ши Уду перевёл взгляд куда-то за пределы группы. Все посмотрели туда и увидели, что из-за куста выскочили два маленьких кролика, один медленно и спокойно, а другой — быстро, как молния. Он прыгнул к ним и остановился только у ног Лань Ванцзы. — Ты сохранил их .... — сказал Вэй Усянь с легкой улыбкой. — Объясни, — Ши Уду огрызнулся. — Ну, хм... ты знаешь, — Ши Цинсюань не знал, с чего начать. Затем Лань Ванцзы заговорил, поклонившись Ши Уду. — Ваше превосходительство Повелитель Воды, пожалуйста, простите меня за моё поведение. Не сердитесь на Повелителя Ветра. Это я нарушил правила — И какие правила ты нарушил? — потребовал ответа Ши Уду. — Я ушёл без вашего разрешения, я нарушил комендантский час, я не занимался, я привёл животных в ваш дворец, и я показал себя плохим учеником. — он снова посмотрел на Повелителя Воды. — Владыка Ветра не виноват. Наказание должно быть моим и только моим. — Диди, — Ши Цинсюань нахмурился. — Не вини во всем себя. Я... — Почему бы и нет? — сказал Пэй Мин с усмешкой. — Он сам признал свои ошибки. Он должен принять наказание. Это был второй раз, когда Пэй Мин использовал слова Ши Цинсюаня против него. — Ах ты, маленькая крыса ... — он набросился на Пей Мин. — Ты сделала это нарочно. Ты сказал моему брату... — Хватит! — рявкнул Ши Уду. Он посмотрел на Лань Ванцзы сверху вниз. — Ты признал свои ошибки. Теперь иди в кабинет, я скоро приду, чтобы наказать тебя должным образом, — Лань Сичэнь бросил на Ши Уду печальный, почти умоляющий взгляд, но не сказала ни слова. Затем Повелитель Воды повернулся к Вэй Усяню. — Ты, дитя. Убирайся. — Но… — Вэй Усянь попытался возразить, когда кто-то схватил его за воротник. — Я разберусь, — сказал Пэй Мин, поднимая мальчика за шиворот и уходя. — Отпусти меня, тупой придурок! — взвизгнул Вэй Усянь, пытаясь вырваться из его хватки. — Нет, — ухмыльнулся Пэй Мин. Шлёп! Пэй Мин побледнел, а затем бросил мальчика и рухнул на землю, прикрывая самые интимные места. (Но разве они для него настолько интимны?) Мальчик показал ему язык, прежде чем выбежать из сада ко входу во Дворец Ветра и Воды. Ши Цинсюань рухнул на землю, визжа от смеха. — Ха-ха-ха-ха! Дорогой Пэй Мин, посмотрим, как хорошо ты сможешь его поднять теперь, когда его раздавил ребёнок! — Цинсюань! — рявкнул Ши Уду, но Повелитель Ветра был слишком увлечён своим смехом, чтобы прислушаться к словам брата. — ...Я собираюсь его убить... — процедил сквозь зубы Пэй Мин, прежде чем вскочить на ноги и побежать за Вэй Усянем. Лань Сичэнь с жалостью наблюдал, как генерал исчез, прежде чем обратить внимание на своего брата... но они с Повелителем Воды уже направлялись в комнату. Он догнал их. — Господин Водный Владыка, вы не собираетесь жестоко наказывать Ванцзы? — Сичэнь, ты же знаешь, что я неукоснительно следую правилам твоего клана в отношении вас обоих, и вы оба были образцовыми учениками. Однако я не буду наказывать его так сурово, как требуют твои правила, поскольку я по-прежнему считаю, что на его поведение влияет неспособность моего брата быть благоразумным. Поэтому он получит только три удара. Ши Цинсюань сделал вдох и оторвался от земли, но, услышав это, нахмурился. — Гэ! Ты ведь не собираешься ударить А-Чжаня, да? Ши Уду повернулся к нему. — Может, если ты не хочешь, чтобы Лань Ванцзы наказывали, тебе не стоит создавать ему проблемы. — Но, Гэ! — НЕТ! — рявкнул Ши Уду. — Что касается тебя, избавься от этих кроликов. — Не... — Лань Ванцзы впервые заговорил после того, как признал свои ошибки. — Господин Водный Владыка... я бы... хотел оставить их... Ши Уду сурово посмотрел на мальчика. — И почему я должен тебя слушать? Ты нарушил правила. Ты не должен получать награду за плохое поведение. — Гэ, пожалуйста. А-Чжаню они правда нравятся, и он очень хорошо о них заботится. Это подарок от того мальчика, а ты всегда говорила мне, что нельзя отказываться от подарков. — Ши Цинсюань попытался возразить. — Этот мальчик? Этот мальчик - угроза, — Ши Уду фыркнул. Он на мгновение задумался, затем посмотрел на Лань Ванцзы. — О твоем наказании все еще нужно позаботиться. Что касается кроликов... — Он закрыл глаза и наморщил лоб. — Я думаю, ты можешь оставить их себе... но ответственность за них несешь только ты. Я ясно выразился? — Да, господин Водный Владыка. — Лань Ванцзы склонил голову. Возможно, на его лице ничего не отразилось, но он был рад. Когда Фэн Синь наконец нашёл Вэй Усяня, тот сидел на дереве, а двое его подчинённых сдерживали Пэй Мина, который был готов сам запрыгнуть на дерево и схватить мальчишку. После этого Вэй Усяню объявили второе нарушение правил. Он не мог покинуть дворец без Фэн Синя.