По ком плачет клиника?

– Всем назад! – требовательно прокричал темноволосый парень, и опасно прошипел: – или я его убью. На медицинском посту царил полумрак. В клинике из-за грозы отключилось электричество, а резервное питание по непонятной причине не сработало. Серые силуэты сбежавшихся на крик медсестёр темнели поодаль, не решаясь приблизиться к разбушевавшемуся пациенту. За окном со страшным треском полоснула молния, озарив прижатых вплотную друг к другу двух парней. Запоздалый раскат грома заставил не смевшего всё это время пошевелиться Хёнджина вздрогнуть. Он почувствовал, как руки захватчика тут же сжались сильнее, прижимая его крепче со спины в стальную хватку. Айдол с ужасом ощущал, как возле горла покалывает лезвие канцелярского ножа. Затаив дыхание, он чувствовал, как по пульсирующему виску стекает холодная струйка пота. Сердце отчаянно колотилось, а мысли лишь крутили в голове одно: Это конец? Вот так… от руки какого-то психа? – Назад! – резко крикнул парень, прижимая нож сильнее к горлу айдола. Хёнджин боковым зрением уловил, что кто-то из персонала, всё же набравшись смелости, решил приблизиться и тут же был отброшен назад резким требованием захватчика. Всё произошло слишком быстро. Как он оказался в стальном захвате парня, Джинни сам не понял. После долгих колебаний, он всё-таки вышел из палаты с намерением найти Минхо и отдать тому забытый зонт, а заодно воспользоваться возможностью высказать всё, что думает об обвинениях в свой адрес. В тот самый миг рубануло электричество, и пока он привыкал к темноте, злосчастный зонтик улетел к стойке медицинского поста, а сам он оказался в заложниках с приставленным к горлу ножом. И только сейчас судорожно пытаясь собрать поток сумбурных от страха мыслей в кучу до Джинни, наконец, медленно доходила вся безысходность своей ситуации. Он в отчаянии метался взглядом по силуэтам медперсонала, но стучащее в бешеном ритме сердце утешения не находило – от застывшей вдали серой массы людей веяло лишь нерешительностью и сомнением. – Доктор Ким, – поднялся шёпот среди медсестёр. Молния осветила помещение, и Джинни увидел осторожно приближающегося к ним доктора. Джинни узнал его: Ким Сынмин был главврачом Сэйва. Именно он вёл лечение депрессии айдола. Холодный, не особо эмоциональный – всё как водится по классике жанра у врачей подобного рода заведений. За своё двухнедельное пребывание здесь Джинни видел его лишь несколько раз: первый – когда только поступил, второй – спустя неделю на общем обходе, и это, честно сказать, вызывало у Хёнджина сомнения в заинтересованности доктора Кима в ведении его лечения. Но, весь здешний персонал во главе с Хан Джисоном заверяли, что доктор Ким – профессионал своего дела, а знающему врачу видеться с пациентами слишком часто вовсе не обязательно, всё за них говорят анализы и медикаменты, что они принимают. Хёнджин почувствовал, как затряслись руки его захватчика. Тот нервничал, а это ничего хорошего для его жертвы не означало. Джинни внутренне сжался от холодящих мурашек страха по телу – этот парень мог резануть ему горло в любой момент, если слишком перенервничает и совсем потеряет контроль над собой. – Джисок, – нарушил тишину монотонный голос Ким Сынмина, – давай… – Я буду говорить только с Минхо, – резко прервал попытки доктора парень. Мелькнула молния и Джинни заметил на бледном лице доктора Кима напряжённое недовольство. – Джисок, – он сделал вторую попытку, игнорируя требования парня, и Джинни тут же почувствовал удушье. Его захватчик слишком сильно сжал горло, а лезвие ножа не на шутку царапало тонкую кожу. – Я сказал Минхо! – рявкнул в ответ Джисок, сверля ненавистным взглядом своего лечащего врача. Раскат грома прервал напряжённую тишину. Доктор Ким вдохнул, прикрывая глаза. – Позовите сюда Ли Минхо, – холодно озвучил свой приказ главврач, и чуть раздражительнее: – живо! Шум дождя за окном усилился. В комнате совсем потемнело. Сколько они так простояли Джинни не отдавал себе отчёта. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что от испуга его измождённое тело ненадолго отключилось, потому как цепкие пальцы парня пару раз тряхнули его из стороны в сторону, приводя в чувства. Джинни встрепенулся, лишь от уже знакомого ему голоса, который надеждой в сердце нарушил натянутую тишину клиники. – Джисок-а… – осторожно позвал голос Минхо. Айдол почувствовал, как сдерживающий его в заложниках парень сильнее напрягся. – Джисок-а, – повторил голос с мягким нажимом, – это я, Минхо… От услышанного имени захватчик дёрнулся, хватка немного ослабла, но лишь немного. Сделав пару глубоких глотков воздуха, Джинни навострил уши – он и не знал, что голос Минхо может быть таким. Хёнджин уловил серую фигуру, которая отделилась от общей тёмной толпы и осторожно чуть приблизилась к парням. – Минхо… – встрепенулся Джисок, видимо узнав в силуэте знакомого. – Да, я… Джисок, похоже, заколебался, не зная, как ему реагировать, но тряхнув головой, всё же прошипел: – Не подходи, Минхо, – и плотнее прижал нож к горлу Хёнджина, – или я его убью. Минхо тут же застыл на месте. Джинни весь сжался, будто от этого иллюзорного состояния, он мог стать меньше и увеличить расстояние между орудием смерти и своей шеей. Но это не помогало, он почувствовал, как по шее потекла тонкая струйка крови. – Слушай, – мягко, но уверенно начал Минхо, – давай… ты отдашь мне нож и расскажешь, что случилось, м?.. – …Нет, – снова тряхнул головой Джисок, и требовательно: – сначала, пусть они все уйдут! Минхо слегка обернулся на серую массу позади. Те неуверенно отпрянули назад. – Хочу, чтобы остался только мой друг, – холодно нажал голосом Джисок, сильнее сжимая дрожащего от страха Джинни, – только тогда буду говорить. Бледный словно полотно доктор Ким, недовольно скрежетнув зубами, отдал приказ всем покинуть помещение. Парни остались лишь втроём, но ситуация от этого лучше не стала. Руки Джисока подрагивали, он явно нервничал. – Все ушли, как ты и хотел, – разведя руками, Минхо огляделся по сторонам, – теперь здесь только мы. …Так ты расскажешь мне, что стряслось?.. – продолжил он, медленно приближаясь к парням. В помещении повисла тишина, прерываемая лишь несмолкаемым дождём и раскатами грома. – …Они не… – после долгой внутренней борьбы с самим собой начал еле слышно Джисок. Минхо молчал, застыв в ожидании пропитанной болью откровений друга. – Они не отпускают… – слова Джисоку давались с трудом. Джинни почувствовал, как парень всхлипывает. – Знаю, – сочувственно выдохнул Минхо в ответ, и с грустью: – мне ли не знать. – Я хочу домой, – прорыдал Джисок, всё ещё сдерживая дрожащего от страха Джинни в крепкой хватке, – доктор Ким обещал, что я скоро смогу поехать домой, – проскулил парень, – сказал, что от лекарств мне будет лучше, но… – всхлипнув, парень продолжил, – но мне не лучше, я… ты же знаешь… – Знаю, – согласился Минхо, сделав ещё один небольшой шаг к парням, – твоя мама больше к тебе не приходит… Джисок закивал: – Раньше она каждый день приходила и сидела со мной у окна, а теперь перестала… – протараторил парень, – и мне теперь так больно и одиноко… Но никто не хочет здесь понимать, никто! – Джисок шмыгнул носом, – кроме тебя. – Но я-то ведь с тобой, – успокаивающе прошептал Минхо, – и, поверь мне, я тут надолго – мой недуг мне не позволит. – Знаю… – опять шмыгнул носом Джисок. Хёнджин почувствовал, как ослабевает хватка парня. – Отдай мне нож, – успокаивающе выдохнул Минхо. Его взгляд лишь на мгновение зацепился за перепуганное бледное лицо Джинни, будто оценивая нанесённый Джисоком урон, и опять направил свой потемневший взор сквозь Хёнджина. – Мы пойдём к доктору Киму и попросим, чтобы он позволил твоей матери иногда к тебе приходить. – Обещаешь?.. – в голосе Джисока промелькнула надежда. – За все эти два года я разве тебя подводил?.. – Минхо сделал ещё пару шагов навстречу. – Нет… – вдруг выдохнул Джисок, заставив Хёнджина напрячься, и тихо добавил: – не подводил. – Тогда, просто отдай мне нож… – доверительно проговорил Минхо, протягивая раскрытую ладонь… Джисок было дёрнулся навстречу другу, как помещение охватило ярким светом, резанув привыкшие к темноте глаза. Напуганный происходящим парень опять притянул Хёнджина в стальную хватку. Дальше всё было будто во сне: появившийся на медицинском посту доктор Ким Сынмин, за ним охрана. Джинни лишь мельком заметил раздосадованный взгляд Минхо, а потом дротик – мимо него, прямо в плечо Джисока. Не издав ни звука, парень, задев ножом шею Хёнджина, выронил оружие из руки и рухнул на пол. Не ожидавший такого расклада, Джинни пошатнулся и тоже осел на холодный каменный пол. Схватившись за место пореза, он ощутил горячую липкую жидкость на своей прижатой ладони. Он видел, как Минхо тут же ринулся к Джисоку. Видел его тревожный, раздосадованный взгляд. А дальше охрану, что схватила Минхо под руки и оттащила от пациента. Один из охранников перекинул инертное тело Джисока через плечо и направился в сторону закрытой VIP палаты. – Медбрат Хан, – окликнул появившегося в дверях парня доктор Ким, и кивнул в сторону пребывающего в шоковом состоянии Хёнджина, – окажи первую помощь. – Ли Минхо, – холодом разрезал воздух главврач, – на минуту. Он кивнул в сторону, подзывая за собой Минхо. Поймав на себе беглый нечитаемый взгляд Минхо, Джинни лишь успел благодарно кивнуть, как тот уже направлялся вслед за доктором Кимом. – Ты ранен, – пробормотал Хан, присаживаясь на корточки рядом с Хёнджином, – дай я посмотрю… Не дожидаясь ответа находящегося в полной прострации Джинни, медбрат оттянул ладонь айдола от пореза. – Всё не так страшно, – заключил Джисон после осмотра, – сейчас обработаю, наложу пару швов – будешь, как новенький. – Швы… – на автомате протянул Хёнджин. – Не бойся, я профи, шрама не останется, – заверил его медбрат, – для айдола же это важно. Хёнджин скривился то ли от слова «айдол», то ли от того, что Джисон принялся обрабатывать рану перекисью. – За весь срок моей работы – такое первый раз, – протараторил медбрат. – Доктор Ким говорил, что здесь неврология, а не психиатрия, – шипя от боли, слегка подрагивая от пережитого, проговорил Джинни, – так откуда тут этот псих? Он же мог… Озвучить остаток фразы у Хёнджина смелости не хватило. То, что сегодня он пережил – заставило бывшего айдола осознать, что жизнь у него всего одна и заканчивать её вот так – уж точно не хотелось. Это оказалось страшно и чрезвычайно жалко. – Говорят, Джисок – сын кого-то из влиятельных знакомых доктора Кима, – подумав, всё же понизив голос, пробормотал на ухо Джинни медбрат, – по просьбе отца и старой дружбе его сюда в VIP палату и определили, в виде исключения. Клиника для VIP-клиентов, информация строго конфиденциальна. Обычно палата заперта на электронный код, а тут электричество, да резервное питание рубануло, так вот и получилось… Пока медбрат обрабатывал его рану, Хёнджин, не отводя взгляда, следил за перепалкой главврача с Минхо. Доктор Ким явно был недоволен. Он хмурился и что-то без остановки говорил Минхо. Было похоже, что он его отчитывает. А тот, прислонившись спиной к стене, лишь холодно молчал, выслушивая негодование врача. – Ты его знаешь? – Кого? – не сразу понял внезапный вопрос Хан. – Минхо… – кивнул в сторону находящихся в явном конфликте мужчин. – Ли Минхо? – медбрат приподнял бровь. Хёнджин кивнул, и тот час зашипел от того, как защипала кожа от йода. – Знаю, – кивнул Хан, и добавил: – Его тут все знают. А ты… – парень сузил в подозрении глаза, – что… с ним общался? Хёнджин слегка кивнул: – Давно он тут? Хан поднял к потолку глаза, прикидывая в уме: – Насколько мне известно, года три. – Три года?.. – удивлённо протянул Хёнджин, морщась от боли, – а что с ним не так?.. – Не так… – задумался медбрат, замерев с ватной палочкой в руках, – ну… с ним много чего не так, – и проворчав: – по мнению многих в клинике, особенно, по мнению доктора Кима, как по мне, он отмороженный на всю голову, – заключил Хан, возвращаясь к обработке раны йодом. – И всё-таки... – протянул Хёнджин. – Отчего не спросишь у него сам, раз знакомы?.. – медбрат неожиданно для Джинни вколол обезболивающее. – Чёрт, – недовольно прошипел Джинни, – не мог предупредить?! – Прости, – тут же пробормотал Хан, хватаясь за одноразовую иглу. – Я всё сказал! Я предупреждал тебя держаться подальше от Джисока, – громче, чем нужно, холодно заключил доктор Ким, – он здесь на лечении, хватит ошиваться вокруг него, и… …. – остальное Хёнджин не уловил, расслышав только: – Хвана. Минхо что-то холодно парировал тому в ответ и, оттолкнувшись от стены, быстрой походкой направился вдоль по коридору. Поравнявшись с сидящим на полу Джинни, он приостановился. Оглядев бледного, как смерть парня, Минхо, похоже, хотел что-то сказать, но, поймав настороженно-недовольный взгляд медбрата, передумал и, продолжив свой путь, скрылся за поворотом.