Подопечный

Последняя песчинка упала к образовавшейся внизу кучке, знаменуя окончание шестидесяти минут. Временами поглядывая на них, Том продолжал изучать документы. Когда же время пришло, специально настроенное на приход подопечного, Реддл отложил всё лишнее из рук, потягиваясь в кресле. Весьма пунктуальный для правонарушителя, упомянутый вскоре постучал в дверь. — Вой… — из саднящего горла вырвался кашель. Одинокий холостяк, как всегда едва успел приготовить себе хотя бы пару бутыльков зелья, придя с работы. — Войдите. — Добрый день! — лучезарно улыбнулся молодой мужчина в круглых очках. В клетчатой красной рубашке, на два размера больше, в порванных чёрных джинсах, — маггловский стиль одежды становился всё более популярным в нынешнее время, — и чёрных берцах. Его внешний вид по-началу шокировал, а сейчас Том привык. Почти не чужие. Тот редкий случай, когда подопечный из пары десятков таких же, кому повезло выйти из тюрьмы условно-досрочно, действительно взялся за ум и не доставлял проблем. Хоть в пример ставь. — Мистер Поттер. Присаживайтесь. Будете кофе? Том заколдовал чайник на приготовление кофе. В этой стране, конечно, чай более приличный, но на работе в судебно-исправительной системе с лёгкостью рассыпешься на части без бодрящего напитка. — Не откажусь, — кивнул Поттер и привычно устроился в кресле напротив. Спинка под его весом слегка скрипнула, особенно, когда он с удовольствием откинулся назад. — Честное слово, когда-нибудь я упрошу вас подарить мне это чудо-кресло. — Так и быть, спрошу у отдела хозобеспечения, где они закупали мебель, и передам тебе. А купишь сам, — усмехнулся Реддл, притягивая магией изготовленный кофе и вазочку с печеньем. Распивать кофе с подопечным не самое поощрительное занятие в их случае, но он мог позволить себе немного вольности. В конце концов, через два месяца молодой человек будет окончательно свободен и чист перед законом. — Или оно интересует именно в формате подарка? — А что, если «да»? — парень включил режим соблазнителя, только что бровями не поигрывал. Ему повезло, что Том не был женщиной. В противном случае, светили бы Поттеру ещё пару месяцев вот таких посещений за «домогательства к представителю закона, находящемуся при исполнении». — Убедил. Подарю на последнюю отметку, если не добавишь мне хлопот. — Клянусь, — приложил руку к сердцу… с правой стороны, — быть паинькой и всегда радовать вас, мистер Реддл. — Ловлю на слове. А теперь прекращайте паясничать и рассказывайте, как дела на работе? Том надел очки, без которых затруднительно читать, и взялся за анкету, которая позже будет подшита к личному делу Поттера. — Замечательно, — ответил парень после того, как прожевал печеньку, целиком закинутую в рот. Чудом не накрошил на свою же рубашку. — Конфликтные ситуации ищут меня постоянно, а я стараюсь обходить их стороной. И всё же, иногда есть желание дать в глаз Кэрроу. Этот хуй уверен в том, что каждая девушка под него ляжет, а поэтому можно творить беспредел в рабочее время, откровенно нервируя и ставя в неловкое положение. — Что ж, давать в глаз я тебе не советую, ни магическим, ни физическим образом, — настойчиво сказал Том. — Однако, ты можешь надоумить девушек написать на него коллективную жалобу Стражам порядка. Тогда они заставят его пятую точку угомониться. — Хорошо. Попробую собрать их вместе, — кивнул Поттер. — Славно. Другие конфликтные субъекты? — вопросы продолжались. И будут дальше. В этом — часть их совместной работы. — То, что здесь в Министерстве, перед нашими встречами, я встречаю лица, что сетуют каждый раз о том, какое я разочарование отца, лучшего мракоборца за последние тридцать лет, считается? Реддл раздосадованно рыкнул. Он хорошо знал эти пересуды. Действительно, портрет отца молодого человека горделиво висел в коридоре отдела мракоборства, будучи часто выставляемый в пример. Из-за этого тюремный срок его сына казался попранием памяти. — Нет. Вот их можешь посылать по самому дальнему адресу. А я тоже напомню со своей стороны, за что именно ты сидел. Можешь мне поверить, твоё преступление — иллюстрация крепкой дружбы. Пусть и довольно печальная. Своим поступком Гарри Поттер спас семейство Уизли от ещё большего запятнанная. Предатели крови — уже сильное наказание в обществе чистокровных, особенно для молодого поколения. Если бы глава семьи, по своей глупости, оказался бы ещё преступником… Нет, сейчас он больше казался слабаком и трусом, ведь Поттер сел за кражу со взломом, попытавшись выкрасть у Малфоя старинный семейный артефакт Уизли, который был проигран в карты. Артур мог попытаться отсудить её обратно, раз не оформлялось никаких документов, но побоялся позора и тяжбы с богачом. Хорошо, что Уизли всё-таки обладали совестью и регулярно организовывали молодому человеку посылки. Да и в целом, не бросали. В противном случае, их бы ждал высший суд в аду. — Вы — мой герой, — с благодарностью посмотрел на мужчину Поттер. — Брось. Никто не заслуживает быть огульно осуждённым. А те кто этим занимается — свиньи, — Том всегда порицал лицемерие. — Кстати о свиньях. Помнится, ты стажировался на мясокомбинате, но я так и не услышал, что и как у тебя там сложилось. — О! — вспомнил о незабываемом опыте Поттер, чуть не подавившись отхлёбнутым кофе. — Стажировка продлилась ровно два месяца, после чего я свалил. Ничего личного, просто устал от окружающего меня смрада. И дело не только в тушках. — Вот как. Теперь я понял, — покивал Том. В целом, он понимал, такую работу выдерживают не все. Но выбор не богат. Да и она была одной из тех, какую мог предоставить центр содействия бывшим преступникам. Сторонние организации крайне редко соглашались предоставлять работу бывшим нарушителям закона, даже если те уже вышли условно-досрочно. К слову, Поттеру всё же удалось устроиться. Он — очень умный малый. — Как тебе в текущей работе? Как коллеги? Помимо тех, кому хочется влепить? — Неплохо, — пожал плечами Гарри, — не люблю, конечно, быть мальчиком на побегушках, но всё лучше, чем разделывать туши животных. — Уверен, что позже, если будешь хорошо работать, тебя обязательно повысят, — ободрил Том, отмечая у себя в анкете потенциального рецидива только ему ведомые показатели. — Как отношения с Уизли? — Уточните, Том. Их много. Или вы имеете в виду всю семью? — Всю по отдельности. — С Артуром и Молли мы видимся чаще всего. Бывает, Артура и в Министерстве встречаю. Их чувство вины очень мешают вернуть прошлые тёплые отношения, — рассказывая, Гарри вспоминал недавнюю встречу. Ту жуткую неловкость, желание растрясти, накричать и привести в чувства. — Билли только по праздникам приезжает, со своей женой Флёр, так что вижу редко. Чарли и по праздникам приезжать перестал. Через письма о нём что-то и знаю. Близнецы себе не изменяют, вот с кем действительно можно расслабиться, — о Фреде и Джордже парень говорил с улыбкой. — Насколько помню, не хватает ещё одного. Том посмотрел на молодого человека внимательно и в то же время сочувствующе. По факту, в списке не хватало двух. Но последний человек — Джиневра, с которой Гарри состоял в браке полгода. Не поступи девушка с ним так отвратительно, изменив в открытую сразу с двумя мужчинами, он смог бы как-то с ней видеться, недавние отношения не стали бы преградой. Реддл поступил тактично, не упоминая её. — Рон сейчас сосредоточен на своей собственной семье. Гермионе скоро рожать, поэтому мы если и общаемся, то только через сов. Изредка, по телефону. Хорошая всё-таки вещь, удобная и функциональная. Жаль, не все понимают его прелесть. — Пока что, даже я не понимаю. Но это логично. Мне некому… Как это называется? Созваниваться? — У вас есть я, — улыбнулся Гарри. — И я могу вас научить им пользоваться. Знаете, это очень приятно, взять вечером, когда ты один, и позвонить человеку, чей голос хотел бы услышать. — Хотя бы на работе так не делай, — приглушённо попросил Том, негромко смеясь. Флирт Поттера — то, к чему он долго привыкал. — Иначе меня обвинят в неподобающих отношениях со своим подопечным. — Осталось подождать совсем немного, да, да, я знаю, — вздохнул Поттер, беря ещё одну печеньку. — Но уже так не терпится! — Было бы чего. Ты ведь совершенно не знаешь, какой я за закрытыми дверями, — испытующе смотрел на него Том. Их отношения немного, но уже перешли за рамки. Этого нельзя было допускать. Но одно Реддл знал точно — он далеко не первый, кто попадает в подобную ловушку. Такое нередко случалось с коллегами. Поттер, после услышанной двоякой фразы, подавился печенькой. — Что не так? Растерялся? — иронично смотрел на него Реддл. Убирая остатки, немного кроша на стол мужчины, Гарри пытался съесть ту часть, что во рту, и при этом прокашляться. Выходило хреново. Мужчине пришлось встать и похлопать подопечного по спине. И только нанеся второй удар, он призадумался о том, что его подход за спину выглядел довольно неловко, особенно после слов. — Всё норм… — прохрипел Поттер, почти укладываясь на стол, — я не умираю… — И правильно. Мне совершенно не хочется заниматься с тобой искусственной вентиляцией лёгких. — Я передумал. Я умираю! — Мне позвать фельдшера? — фыркнул Том на устроенный концерт. Даже хорошо — ему теперь намного веселее, чем было в начале дня. — Пусть пропишет тебе большой и толстый укол. — А можно мне большой и толстый, только не укол? — подхватил Поттер, говоря уже свободнее, прожевав печеньку. Но был риск повторно подавиться из-за новой двусмысленной фразы. — За углом есть булочная — там прекрасные багеты и круассаны с джемом, — буднично ответил Реддл, возвращаясь к бумагам. — Хорошо. Куплю после разговора с вами. — Славненько. Там правда очень вкусно. Нередко у них бывают акции. Может, и сейчас что-нибудь интересное есть. Так, а теперь скажи мне, ты записывался на какие-нибудь дополнительные занятия? — Нет. — Ничего страшного, не настаиваю. Дополнительная активность была желательной, но не обязательной. Никто ничего не терял от её отсутствия. — Ладно, пока у меня к тебе вопросов больше нет. А у тебя? — Есть, — пододвинув своё кресло поближе, Поттер положил локти на край стола. — Какой парфюм вы используете? Запах изумительный. — Если не шутишь, то вот, — Том достал флакон из рабочего портфеля. «Колокольчиковый бриз». — Какая прелесть, — умилился Поттер, беря из рук мужчины флакон, на секунду задерживая касание. — Вы носите его с собой. Надо бы заказать такой же. Сделаю видимость вашего присутствия в своём доме. И, если позволите… Главное, спросить. А дано разрешение или нет — не важно. Поттер пшикнул один раз на шею и один раз на запястье, растирая. — Тебе бы больше подошёл «Волна гиацинтов». Однако это моё субъективное мнение. Том скрывал своё смущение, пока убирал флакон обратно. Слова Поттера прозвучали как-то слишком уж… лично. Словно, молодой человек тосковал. — А вы знаете, что на языке цветов они означают? — Гарри почувствовал изменение атмосферы, мгновенно подключаясь. — Никогда не изучал язык цветов. Он слишком сильно зависит от трактовки. Да и потом, в Азкабан пять лет назад передали маньяка. Он убил тринадцать женщин и десять детей, подкладывая к их телам разные цветы, — видя мимоходом материалы дела, Том поёжился что тогда, что сейчас. — Уж не обессудь меня за то, что не горю желанием. — Том, — отчаянно простонал Поттер, прикладываясь лбом о руки, лежащие на краю стола, — вы просто мастер рушить атмосферу... — Теперь у тебя есть повод подумать о том, действительно ли ты хочешь познакомиться с внерабочей версией меня, — поучительно заявил Том, подливая ещё кофе в обе кружки. — Но готовлю я вполне неплохо. — Однозначно да. Я уверен, что внерабочее время вы себя не сдерживаете. К тому же, как сами сказали, неплохо готовите. — Хорошо. Твой срок отметок заканчивается зимой, так что сможем побаловаться прекрасным свиным супом, — улыбнулся ему Том. Мозг подал сигнал желудку и тот издал рёв кита. Гарри, смущённо улыбаясь, схватился за живот. — Вы перешли на соблазнение нового уровня. — Вот как? А ведь даже не собирался. Может, перебьёшь аппетит печеньем? У меня есть ещё, — предложил Том. — Да, пожалуй. На все вопросы были даны ответы, так что пусть перекусит спокойно. Может, в следующий раз придёт более сытым. И всё же Реддл поставил себе пометку взять на работу побольше еды, предчувствуя, что придётся делиться.