Новенький

      Вливаться в новый коллектив, особенно когда ты ученик старшей школы, непросто. А тем более когда тебя запихнули туда в октябре: планы учебы и задания на семестр розданы, в клубы все записаны, отборы в спортивные команды пройдены, не говоря уж о том, что тут все знакомы друг с другом и даже зачисленные в этом году уже успели адаптироваться.       Вот и стоял новичок у эвакуационного плана и внимательно разглядывал его, грызя колпачок канцелярской ручки.       — Неужели к нему не приставили наставника? — Фрэнк Айеро повернул голову, когда они с одноклассником Рэем Торо проходили мимо.       — В старшей школе надо выживать самому, — отрезал Рэй и потянул Фрэнка за собой.       — Что за клише из подросткового фильма? — нахмурился Фрэнк.       — Может, ему нравится устраивать себе квесты. Директору вообще не до этого, спортзал отремонтировали летом так, что падают светильники.       — А я-то думаю, чего физкультуры нет в расписании… только кроссы.       — До Фрэнка Айеро, как обычно, последнего доходят новости.       — Я просто не интересуюсь сплетнями, только официальной информацией.       Ученики завернули за угол и зашли в класс литературы. Фрэнк устроился за партой у окна, вытащил большую тетрадь, карандаш и книгу. Еще раз пробежался глазами по своему эссе. Преподаватель занижал оценку, если ученик у доски читал с листочка, разрешалось лишь минимальное подглядывание для тех, кто хочет высший балл. Позади раздался разочарованный вздох и Джамия Нестор воскликнула:       — Фрэнк, что ты наделал?       Фрэнк лишь улыбнулся, он знал причину волнения. А Джамия пожаловалась подружке:       — Трейси, он обрезал свои кудряшки!       А еще парикмахер сделал ему красивую укладку, но, как Фрэнк ни старался спать аккуратно, ночь она не пережила, а повторить ее у Фрэнка, при всем старании, не очень-то получилось. Девчонкам его кудряшки всегда нравились, похоже, даже больше самого Айеро, но он решил, что немного изменит стиль.       Новенький влетел в кабинет вместе со звонком и, обведя глазами уставившийся на него класс, втянул голову в плечи и поплелся на единственное свободное место — соседнюю парту рядом с Фрэнком. Кудряшками новенький девчонок вряд ли привлечет, у него их не было — так, темные отросшие неаккуратные прядки. А уж во фланелевой рубашке точно ловить нечего.       — Привет, — наклонился к нему Фрэнк. Но парень испуганно дернулся, и Фрэнк выпрямился.       — Доброе утро, класс, — преподаватель, мистер Блэквуд, вошел в кабинет и, усевшись за стол, сразу перешел к делу. — Вашим заданием было подобрать книги с осенней атмосферой, или же те, которые, скажем так, осенью читаются лучше. «Гарри Поттера» я попросил убрать из списка, иначе вы бы принесли его все. Будем делиться хорошими книгами. Кто хочет рассказать первым?       Это не было привычным заданием на оценку, все выбрали свои любимые произведения… хотя, скорее, многие выбирали исходя из того, чтобы показаться знатоком литературы и читателем классики. Фрэнк предполагал, что попадется и «Грозовой перевал» Эмили Бронте, и «Осень патриарха» Габриэля Гарсия Маркеса, будет несколько книг Ремарка, а кто-то притащит и Достоевского. Фрэнк выбрал «Дракулу» Брэма Стокера, и пусть только кто-то скажет, что вампиры — это не про осень и Хэллоуин. Он хотел принести «Канун всех Святых» Брэдбери, но это выбрал Рэй, потому что его имя совпадает с автором. Конечно, здесь все хотели ответить. Кроме одного — ссутулившегося новичка.       — Ты у нас кто, напомни? — мистер Блэквуд подошел ближе.       — Кхм, — прочистил горло новичок. — Я Джерард Уэй, недавно здесь, приехал из…       — К заданию ты готов?       — Да, мне передали список домашнего задания для класса литературы.       — Расскажешь о свой книге?       — Ладно, — и Джерард вздохнул так, будто ему предстояло выступать в конгрессе. — У меня «Ежевичное вино» Джоанн Харрис.       Несколько учеников прыснули. Явно те, кто притащил сложные книги.       — Хм, роман, прекрасно, — мистер Блэквуд кивнул. — Почему именно эта книга?       Джерард терзал в руках и так уже потрепанную книжицу в мягкой обложке.       — Из-за цитаты, наверное… «Даже самый скучный и неинтересный герой станет больше похож на человека, если подарить ему любимое существо. Ребёнка, возлюбленного или хотя бы собаку». Я открыл книгу на странице, где была эта цитата, меня задело и я начал читать.       Фрэнк подложил кулак под щеку и посмотрел на Джерарда. Тот розовел и не отрывал глаз от обложки книги перед собой. Записей у него не было, мистер Блэквуд не придерется к устному ответу.       — Книга про осень? — поинтересовался преподаватель.       — Скорее, про лето. Но не в этом суть. Осень — это сезон для магии, воспоминаний, о принятии течения времени… — кто-то на задних партах захихикал. Джерард снова поправил голос. — Сюжет в том, что писатель не может повторить успех своей лучшей книги, и однажды находит бутылку ежевичного вина. Он будто выпивает зелье, которое толкает его на поступки типа купить дом во французской деревне. Но понятно, что вино тут только катализатор, а не основная причина перемен. Это как… вот, например, ты расстроен, у тебя все валится из рук, накладывается одна проблема за другой, но причиной горького плача станет упавшая на пол вилка — и она подвела!       — А часто ты плачешь, Джерардина? — громкий шепот опять откуда-то с задних парт. Возможно, два этих карикатурных футболиста смеялись над новеньким между собой, но в тишине было очень даже слышно.       — Мне нечего больше сказать, простите, — пролепетал Джерард. Что ж, теперь он тоже поставил себя на место слабака.       — В конце урока сдашь эссе, — сказал мистер Блэквуд. — Уилл Джонс! - обратился он к одному из футболистов. - Мы все тебя внимательно слушаем.       — Ооо, теперь его будут гнобить и за то, что преподаватель за него вступился, — прошептал Рэй, повернувшись к Фрэнку.       — Да за что его вообще трогать? — прошипел Фрэнк. — За женскую книгу?       — Ты сам сказал.       — Это глупо.       — Ты первый год, что ли, учишься?       — Айеро и Торо! Вы следующие! — прервал болтовню мистер Блэквуд. — Джонс, представь свою книгу.       — «Убить пересмешника», Харпер Ли.       Конечно, он «читал», — Фрэнк закатил глаза. Все знают, что у Джонса есть все конспекты его старшей сестры.       Джерард Уэй поднял руку. Так расстроился в свой первый день, что уже надо выйти?       — Да, Джерард? — разрешил ответить мистер Блэквуд.       — Почему «Убить пересмешника» про осень? В сюжете есть это время года?       — О, мне нравится, — мистер Блэквуд хлопнул в ладоши. — Давайте сами задавать вопросы. Уилл?       — А, это… — Уилл уставился в записи. Фрэнк усмехнулся, конспект сестры явно не предусматривал этот вопрос. А вот Джерарду конец.       Уэй покашлял и дотронулся до горла. Неудивительно — вчера был сильный ветер и ливень, может, продуло. Фрэнк покопался в пенале и протянул Джерарду начатую пачку мятных леденцов. Парень дернулся, как будто Фрэнк тыкал в него ножом.       — Для горла, — проговорил Айеро.       Джерард сложил руки под стол и уставился в свою книгу.       — Ну ладно, — Фрэнку стало немного обидно, но, видимо, у новичка на смелость уходят все силы, на обычное общение уже не хватает.       На перемене Фрэнк встретил его у шкафчика. Он не стал подходить ближе, заметил только, что Уэй снял со шкафчика бумажку, где был нарисовал карикатурный парень в балетной пачке с бутылкой вина с подписью «Джерардина».       — Карикатура карикатурой, но на пропорции забивать зачем? — пробормотал Джерард и уселся прямо на пол, опершись о стену. Он вытащил из сумки металлическую коробку карандашей, черную ручку, пристроил листочек на учебнике и начал рисовать на нем.       Уилл Джонс с друзьями вышли из-за угла. Фрэнк выпрямился. Конечно, вступать в конфронтацию с футболистами ради новенького значило нажить себе проблем, но он бы мог позвать учителя, что тоже такое себе, но…       — Хэлло, бомжара, — всего лишь произнес Уилл и бросил монетку в сторону Уэя. Десять центов шлепнулись тому о лоб. Джерард поймал монетку и положил в нагрудный карман. Странный парень — то тушуется, то ведет себя вызывающе… Он еще посидел немного за рисованием, потом поднялся и снова прицепил рисунок на шкафчик. Посмотрел на него немного, улыбнулся и ушел.       Фрэнк подошел ближе. Джерард исправил рисунок: балерина стала выглядеть изящнее, на голове появился пучок и корона, на пачке прорисовались складки, а на пуантах — завязки. Бутылка вина тоже осталась, только на ней добавилась аккуратная ежевика, а во второй руке появился бокал. У надписи «Джерардина» расцвели каллиграфические завитушки.       Фрэнк усмехнулся и направился в раздевалку. Очередной кросс — чтоб было чем занять детей, пока падают светильники в зале.       Джерард Уэй обнимал себя руками. Он покашливал, но, вместо того, чтобы подойти в таком состоянии к учителю, стоял в шеренге, готовясь бежать.       — Не на время, — объяснял учитель. — Просто ради физической активности. Тихонько бежите друг за другом. Если кто-то надумает уйти в лес — удачи не заблудиться, а если кто свернет в МакДональдс у дороги — что ж, весь класс пойдет бегать по школьным лестницам вместо лесной прогулки. Не можете бежать — идете. Пока не придут все, остальные ждут.       — Он не воспитывает в нас командность, — сказал Рэй, затягивая молнию спортивной кофты. Было прохладно. — Он воспитывает ненависть.       — Уилл, говорят, ты нарисовал очень клевую балерину на шкафчике новенького? — Диана из класса по испанскому накручивала на палец неуместную на физре кудряшку из модной укладки. Вот кого всем придется ждать в конце, пока она с подружками будет болтаться по лесу и трындеть.       — Да? — Уилл не понял ее вопроса, потому что карикатурную балерину если кто и рисовал, только не он, а видела девчуля явно уже исправленный вариант. Но ему было приятно ее внимание. — Да, я.       — Попроси, он и тебя нарисует, — Джерард Уэй это проговорил тихо и потом кашлянул, но Диана стояла совсем рядом.       — О, Уилл, правда? — ее глаза заблестели. Как и глаза Уилла. Только заблестели они недобро.       — Как-нибудь, — ответил он.       — Я бы могла пригласить тебя домой…       Раздался свисток. Уилл указал пальцем на Джерарда и побежал.       — Без кудряшек ты какой-то брутальный, — поморщилась подошедшая Джамия.       — Это плохо, что ли? — поинтересовался Фрэнк.       — Не в твоем стиле.       — Проект по химии со мной делаешь? Или из-за кудряшек все сорвалось?       — Нет, но это расстраивает.       Джамия убежала по лесной тропинке.       — Если залог счастья в кудряшках, то мне повезло, — и Рэй тряхнул своей пуэрториканской пышной шевелюрой.       — Мы просто дружим, ты же знаешь, что…       — Не трындим, а побежали! — закричал учитель. — Торо, Айеро и… это кто?       — Джерард Уэй, новенький, — пробурчал Джерард.       Рэй убежал первым, Фрэнк решил немного подождать, пока побежит Уэй, а потом догнать его. Не хотелось оставлять того один на один с ловушкой Уилла. А она была.       Джерард бежал совсем медленно — всё-таки он был простужен, поэтому держал небольшой темп. Ученики знали эту «туристическую дорожку» с коварной развилкой у старого огромного дуба. Если побежать по левой тропинке, то окажешься у неглубокого обрыва, разминешься с остальными и потеряешь минут десять, петляя, а потом еще столько же, чтобы вернуться, ибо тропинка вела к старому охотничьему домику. Правая тропа честно вела прямо к школе. Обычно учитель вешал ленту, преграждающую левую тропу, чтобы этих недалеких подростков не занесло куда не надо.       Но теперь эту ленту кто-то сорвал и Джерард ожидаемо побежал влево.       — Постой! — крикнул Фрэнк. — Направо!       — Всё верно, — раздался гнусавый голос Уилла.       Фрэнк подбежал и увидел, как Джерард срывается в обрыв, наполненный опавшими листьями. Уилл с дружками заржали и убежали.       — Эй, ты как? — Фрэнк посмотрел сверху.       — Хорошо, что здесь нет пеньков или свалки, — проговорил Джерард. — В порядке. Кхе-кхе.       Фрэнк проскользил на листьях вниз и протянул руку.       — Не леденцы, всего лишь рука.       — Прикольно лежать на листьях…       — Может, и прикольно, но они же мокрые и грязные.       Джерард схватился за его руку и Фрэнк потянул его на себя. Тот огляделся.       — Как бы теперь подняться по этим скользким листьям?       — Холм идет к уклону, если пойдем прямо, то сможем выбраться, — произнес Фрэнк.       — Ты сюда уже падал?       — Бывало, но по своей вине, — Фрэнк, махнув рукой, прошелся по спине Уэя, чтобы стряхнуть налипшие листья, тот дернулся. — Прости, там грязь.       Какое-то время они пробирались по мягкому лиственному ковру молча, потом Фрэнк сказал:       — Ты мог пострадать. Уилл — придурок без мозгов. Надо рассказать учителю.       — Это всего лишь ужасы старшей школы. Бывает и похуже.       — Похуже, чем потенциально сломать что-то в организме?       — Кость срастется, а вот если сломать себе что-то в мыслях из-за травли… Впрочем, неважно. Ты смотришь хорроры?       — Что? Я не смотрю фильмы 18+! Мне столько нет, — картинно возмутился Фрэнк и засмеялся. Он никогда не умел шутить с серьезным лицом.       — Герои сражаются с ужасами, даже если сперва они их пугают. Преодолевают себя, когда хочется сдаться.       — Поэтому на литературе ты сперва стушевался из-за женского романа, а потом решил дать бой?       — Романы не бывают женскими или мужскими. Они просто… романы. Мы переехали недавно, не все коробки разобрали, мне попалась с мамиными книгами, когда я искал комиксы.       — Ага, надо было про комиксы рассказать. Тогда бы ты был не Джерардиной, а Джерардиком.       — Комиксы не только для детей, они для всех. Там иногда такие проблемы поднимаются, что классика курит в сторонке. А роман мне правда понравился.       — А что не так с леденцами? — Фрэнка не отпустила эта ситуация.       — Не знаю, — пожал плечами Джерард. — Постеснялся. Кхе-кхе.       — Ты в порядке?       — Обычная простуда. Спал с открытым окном.       — Так, значит, Уилл Джонс — теперь главный босс хоррора?       Уэй кривовато улыбнулся, все так же глядя под ноги.       — Уиллу Джонсу так далеко еще до настоящего школьного ужаса.       Интересно, что переживал и с чем справлялся Джерард в своей прошлой школе? А что если - Фрэнк пофантазировал - там был настоящий ужас? Типа вампир в школе завелся или призрак? Или как в «Оно» Стивена Кинга — реальный монстр? Нет, конечно. Но и с Джерардом они не близкие друзья, чтобы тот ему открывался...       — Айеро и Уэй пришли последними, — учитель сделал отметку в планшете. — Благодаря этому мы тут простояли полперемены. А теперь все в раздевалку, марш!       — И что это вы там вдвоем в лесу делали? — сказал Уилл и заржал. Потом вдруг осекся, подумав, что Джерард и его свидетель расскажут интересные вещи.       — Всё, что было в лесу, остается в лесу, — ответил Джерард и загадочно приподнял брови.       Теперь Уилл поймет, что Джерард — не стукач и будет больше его донимать. Специально Уэй эти ужасы себе кликает, что ли?