Я сделаю это

Аарон вошёл в школу вместе с Эндрю, тот сам предложил пойти вместе, понимая, что там начнётся. Все, абсолютно все, как показалось Аарону, смотрели на него. Они шептались, смотрели с ненавистью, с осуждением, с отвращением и злобой. Но только один взгляд сиял нежностью, заботой и сочувствием. Этот взгляд пронзительных серых глаз Аарон бы узнал из тысячи. — Ари! Как ты?! — Кейтлин ждала их у входа в раздевалки. Она кивнула Эндрю, тот ответил ей тем же и удалился, сдавая пост. — В порядке, не парься. — Аарон отвёл взгляд. Он ожидал, что сейчас она будет расспрашивать как всё случилось, и про порезы тоже обязательно спросит, но Кейтлин молчала. Просто смотрела на него обеспокоенно, с сожалением в бездонных стальных глазах. И только когда Аарон наконец поднял на неё взгляд, она шмыгнула носом и порывисто обняла его, прижимая к себе. — Ари, прости что я не могу тебя защитить от этих ублюдков! — Кейтлин прижалась к нему щекой, и Аарон почувствовал влагу у себя на плече. — Кейти, ты что, плачешь?.. — Конечно я плачу! Они так унизили тебя! Мне так жаль! Если бы я только пошла с тобой! Аарон нежно, как мог, дрожащими руками обнял Кейтлин в ответ, неожиданно почувствовав укол совести, что, если бы он не пришёл вчера, у Кейти были бы проблемы. Из-за него проблемы, из-за Аарона. — Смотрите! Кукквин и гейская задница снова вместе! Прям воссоединение влюблённых! Ах, я забыл, что Аарон у нас тащится по Дею! Прости, Маккензи, но тебе похоже придётся отрастить член, чтобы нравится ему. Собачий мастурбатор у нас не любитель вагин, они не могут хорошенько отжарить его в задницу! Или вы используете страпон? — Билл с улыбкой и в компании своих друзей вальяжно подошёл к Кейтлин и Аарону. Толпа вокруг стихла, ожидая новой стычки. Аарон физически почувствовал на себе клейкие, грязные взгляды, жаждущие шоу. Тошнота подкатила к горлу, залепляя глотку мерзким, липким комком страха. Руки у него задрожали и Кейтлин видимо почувствовала это, потому что выступила вперёд и с вызовом плюнула Биллу в лицо. Все замерли, даже сам Билл, он медленно, как в замедленной съёмке поднял руку и коснулся влажного плевка на своей щеке, затем снова посмотрел на бесстрашно унизившую его Кейтлин и залепил ей смачную пощёчину. Звук удара кожу об кожу заполнил коридор, но Кейтлин не отступила, даже не повернула головы, словно удара и не было, хотя кожа на её щеке покраснела. Аарон сдался гневу. Он не смог держать это в себе, не смог так просто спустить на тормозах то, что Билл ударил его подругу. Парень одним движением отодвинул Кейти и вмазал что есть сил Биллу по животу кулаком. Тот, не ожидавший такого смелого удара, согнулся пополам и сдавленно закашлялся. Пока он не успел опомниться, Аарон пнул его ногу, и Билл упал как подкошенный. Миньярд поставил ступню ему на спину, толкая, чтобы развернуть, а затем пнул в лицо. — Я сверху, ты снизу. — Громко, так чтобы все услышали, отчеканил младший близнец. Коридор утонул в тишине. Даже друзья Билла поражённо молчали. Никто не предполагал, что Аарон может сделать такое. Да он и сам не знал, как такое получилось, но что он знал хорошо, так это то, что поступил правильно. Мерзкое бурое пятно крови расползалось по полу из носа Билла. — Ублюдок! — Прохрипел он и попытался подняться. Неожиданно из раздевалок вышел Эндрю, окинул всю процессию взглядом и хмыкнув, качнул головой. — Пошли, а то опоздаем. — Бросил он так, как будто ничего такого не случилось. — Ты знаешь, что я с тобой сделаю Аарон?! — Нечеловеческий рык разлился изо рта Билла. — Что ты сделаешь? — Буднично поинтересовался Эндрю и подошёл ближе. Билл замялся, он понимал, что в драке с Эндрю они не выиграют, даже если будут бить втроём, но просто так ничего не сказать тоже было бы показателем слабости. — Вали дожирать свои шизо-таблетки, уёбок! — Бросил Билл после минутной задержки. Эндрю хмыкнул. — Я обязательно съем их после того, как покажу тебе, что делают с отбросами сегодня после школы. — Старший Миньярд окинул Кейтлин и Аарона ленивым взглядом и указал на лестницу на второй этаж. — Идёмте, нам ещё к математике готовится. Кейти гордо переступила через ноги валяющегося Билла и направилась вслед за Эндрю с поднятой головой. Аарону не оставалось ничего, кроме как последовать за ними. *** — Как прошло? — Бросил Эндрю, когда Аарон вышел из кабинета школьного психолога Бетси Добсон. — Отстойно, как ты с ней говоришь? Она же прям в мозг лезет! — Аарон потёр переносицу, спустив очки на нос. — Она классная, ты просто должен к ней привыкнуть. — Эндрю направился прямо по коридору, обгоняя брата и вообще не особо его дожидаясь. — Пока мне в это слабо вериться. Пошли найдём Кейти, наверняка в столовой ошивается. Она сегодня снова забыла свой обед, надо бы купить ей хоть сэндвич. Однако в столовой Кейтлин не оказалось, как и в классе, как и в дальнейшем на уроках. Аарон страшно переживал, звонил и писал ей далеко не один раз, но она как будто растворилась. В итоге домой его смог утащить только Эндрю и только после полного осмотра всех закутков школы и спортивного поля. Кейтлин нигде не было. Вялые и уставшие Эндрю и Аарон возвращались домой на машине, когда на телефон младшего близнеца пришло сообщение. — Это Кейти! — Воскликнул Аарон, когда включил экран. — Что пишет? — Эндрю даже взгляда не отвёл от дороги. — Её выгнали из команды чирлидерш, сказали, что им противно быть рядом с той, кто покрывает гея. Мать узнала, забрала со школы и устроила ей взбучку. Она под домашним арестом на неделю… — В конце Аарон перешёл на шёпот, поражённо смотря в экран и не веря своим глазам. — Блять… — Эндрю смачно сплюнул в открытое окно. *** Неделя проходила как в тумане. Эндрю учился в другом классе, так что не мог быть постоянно рядом с братом и насмешки над Аароном перешли все границы, когда его облили грязной водой из-под тряпок для доски на уроке английского. Все вещи промокли, а учебники в рюкзаке были безвозвратно испорчены. Однако день, когда вернулась Кейтлин не стал для Аарона праздником, потому что теперь он остро понимал: он больше не может подвергать Кейти такой опасности и травле. — Ари! Я так соскучилась! — Кейтлин кинулась к нему на шею в коридоре, где Аарон всегда ждал её. Такая радостная, лучисто улыбающаяся. — Представляешь, она отключила дома вай-фай, но даже не подозревала, что я знаю пароль от соседского! Хихихи! Миньярд немного грубо, но так, чтобы не сделать больно отстранил её. — Отвали. — Холодно ответил он. — Что?.. — Кейтлин опешила, но послушно отодвинулась. — Ари, ты чего? — Не трогай меня больше и не называй меня так. — Аарон старался, чтобы тон вышел строгим, но плаксивые нотки всё равно пробивались. — Аарон, что случилось?! — Кейтлин уже не на шутку занервничала. — Мы расстаёмся, видеть тебя больше не хочу! — Аарон резко вырвал свою руку из захвата сцепившихся на его предплечье пальцев подруги. — Что прости?.. — Кейтлин ошарашенно уставилась на друга так, как будто видела его впервые. — Что слышала. И прекрати за мной бегать! Живи… своей жизнью… — Аарон не смог сохранить лицо, на последнем предложении его голос дрогнул и всё-таки стал предательски обеспокоенно мягким. — Ари, подожди! Что вообще происходит?! — Кейтлин кинулась к нему, отступившему на пару шагов, но Аарон не выдержал. Слёзы проступили на глазах, ему было так стыдно перед подругой, но он знал, что это необходимо было сделать. Да больно, да неприятно, но только так над Кейти перестанут издеваться, только так она сможет вернуться в свою любимую команду по чирлидингу, только так он наконец перестанет быть обузой хоть для кого-то. Аарон побежал и только сейчас заметил, как в коридоре было тихо. Кейтлин кинулась было за ним, но тот грубо оттолкнул её и скрылся в толпе людей. Больно, как же было больно. Ведь он сделал больно Кейтлин и сам остался совсем без друзей. Без единственного оплота спокойствия и тех крох счастья, которые он получал в жизни. И только одно могло заглушить эмоциональную боль. Боль физическая. Сегодня в школьном туалете на втором этаже уборщик, к своему удивлению, найдёт кучу окровавленных бинтов в мусорке одной из кабинок. *** — Ну что, Аарон, повеселимся сегодня? — Билл навалился на Аарона всем весом, меняя его маршрут с класса истории в ближайший туалет. — Отъебись от меня! — Рыкнул на него Аарон, пытаясь уйти из захвата. — Знаешь, у меня есть пачка очень хороших сигарет. Я даже дам тебе одну, пока буду тушить об тебя бычки! Аха-ха-ха! — Билл схватился только крепче, сжимая одежду Аарона так, что ещё немного и она порвётся по шву. — Мне срать что ты там собираешься делать, я иду на историю! — Миньярд вывернулся и налетел прямо на кого-то идущего рядом. Порывисто оглядывать и заранее ощетиниваясь, Аарон обернулся и замер. Он налетел прямо на Кевина Дея. Тот равнодушно мазнул по парню взглядом и отстранил его с вежливо холодным: «Аккуратнее.». — Ей, Дэй, бери его и пошли потушим об гея окурки! Будет весело, обещаю! — Билл хохотнул. Аарон на секунду подумал, что вот оно, его спасение. Кевин никогда ведь не допустит издевательств над ним. Правда ведь? — Иди туши один, я опаздываю на географию. — Бросил Кевин и спокойно прошёл дальше, мимо Билла и Аарона. Миньярд застыл. Он буквально почувствовал, как лопнул какой-то пузырь в его сердце. Кевин не только не остановил Билла, он ещё и, по-видимому, не против. Аарон опустил взгляд в пол, чтобы скрыть слёзы. Как он вообще мог влюбиться в такого человека?! Как же отвратительно! Настоящая мерзость! — Ну лан, пошли вдвоём веселиться. — Пожал плечами Билл и потащил Аарона в туалет. Миньярд даже не сопротивлялся, ему необходимо было почувствовать боль. Не важно, от себя или от Билла. *** Прошло уже около двух недель после разрыва с Кейтлин. Эндрю даже отчитывать его не стал, просто посмотрел разочарованно и выплюнул: «Трус». Аарону было больно, это действительно задело его, но он понимал, почему Эндрю сказал так, Аарон действительно был трусом. Но главное, что Кейти больше не трогали. Однако всё изменилось утром четверга. Аарон как обычно первее всех вошёл в класс химии рано утром. Химия была у них первым уроком, и он взял за привычку приходить раньше всех, чтобы хотя бы на первом уроке его не трогали. Но сегодня Аарона в классе ждала неприятная находка. На парте Кейтлин маркером было выведено: «Недостойна даже гея». Аарон на секунду забыл как дышать, а когда наконец вдохнул, воздух впивался маленькими иголочками в лёгкие словно он глотнул стекловаты. «То есть я не помог?! То есть я сделал только хуже?! Но как так?! Они ведь должны были отстать от неё! Почему тогда… Её что, до сих пор травят?! Нет… нет, нет, нет, нет, нет, нет, НЕТ! Такого просто не может быть!» — Крутилось в голове Аарона, пока он, замерев, стоял на против парты Кейтлин. Простая мысль вдруг озарила голову Аарона. Если он не может помочь Кейти даже так, тогда надо удалить первопричину. А зачем он вообще нужен, если приносит только проблемы? Почему Кейти должна из-за него страдать? Почему Эндрю должен постоянно разбираться с его неудачами? В жизни Аарона не было практически ничего хорошего. Всё какое-то скомканное и трухлявое, болезненно неправильное. Мать алкоголичка и наркоманка, брат, который так никогда и не полюбит его, даже своей единственной подруге он сломал жизнь. А первая влюблённость не против, чтобы его называли геем и тушили об него сигареты. Так зачем? Зачем мучаться и терпеть? Зачем быть для всех обузой? Страшные мысли и картины проносились у Аарона перед глазами, но они больше не казались отвратительными, более того, распознавались уставшим мозгом как правильные. Такие чертовски правильные мать твою! И как он раньше до этого не додумался?! Всё ведь было так просто! Надо просто убить себя и дело с концом! И почему-то Аарону стало так хорошо. Так легко и свободно, что заслезились глаза. Да, он не будет это терпеть. Больше никакой боли и порезов, больше никакого страха и избиений. Больше он не будет обузой и балластом. Теперь Аарон сам решит, как ему быть. И жить он однозначно больше не хочет. Ноги ощущались лёгкими. Аарон шёл мимо пустых классов чуть ли не в припрыжку. Вот оно, счастье! Всё закончится! Всё сейчас закончиться! Тупик правого крыла на втором этаже около физкультурного зала оказался не таким уж и страшным. В подсобке Аарон быстро нашёл выключатель и включил свет. Тусклая лампочка слабо мигнула, но заработала, едва освещая коморку. Он даже не закрывал дверь на замок, смысла в этом не было, сейчас в школе никого кроме охранника и пары учителей нет. Миньярд выудил из-под стеллажа верёвку и по памяти кое-как завязал её. Хоть и не с первого раза, но получилось вроде бы даже сносно. Под потолком проходила какая-то труба, к ней он и привязал петлю. Аарон с великим удовольствием и блаженством встал на коробку и накинул на шею верёвку. «Я умру? — Неожиданно пронеслось в голове. — Нет, правда умру? И больше никогда не увижу Кейти, Эндрю и даже… Кевина? Никогда больше никого не увижу? Совсем? Страшно, нет, мне же страшно! Я не хочу? Да… не так! Не хочу так!» Аарон попытался отодвинуться, отшагнуть хотя бы на пару сантиметров, подумать ещё немного, но крышка коробки подломилась и завернулась внутрь Миньярд повис в петле. Ноги свободно болтались, не доставая до пола. Неожиданно резкая и сильная боль пронзила его шею. Грязная, пушистая от выбившихся волосков верёвка адски больно и горячо натирала нежную кожу. Аарон попытался схватиться за неё руками и снять с себя, но только царапал щёки и подбородок ногтями. Он судорожно пытался вдохнуть, но воздуха не было. Шея и глотка болели, под ногти Аарона забилась кровь, он расцарапал своё лицо до мяса, но всё равно пытался снова и снова снять с шеи верёвку. Она саднила, жалила и обжигала. Ну зачем?! Зачем он это сделал?! Можно ведь было всё исправить! А сейчас он умрёт, по-настоящему умрёт! Не было больше никакого облегчения, только страх, животный, неудержимый. В петле так неожиданно захотелось жить. Снова увидеть улыбающуюся Кейти и брата, громко послать Кевина при всех и разбить одну из маминых бутылок с водкой. Просто исправить, всё исправить! Аарона начало трясти, неконтролируемо дёргать конечностями и пытаться кричать. Кричать, кричать, кричать пока кто-нибудь не услышит! Но из горла вырывались только сдавленные мокрые хрипы. Слюна стекала по его подбородку струйками, пачкая верёвку и руки, от чего те только сильнее скользили. А потом пришло оно, холодное, пугающее до ломки костей расслабление. Аарон почувствовал, как по его ногам потекло что-то горячее, но он уже не соображал, что это было. Руки его опустились, он больше не мог их поднять, только слабо сжимать и разжимать окровавленные пальцы. Веки стали тяжёлыми, а горло горело сухим огнём. Мир покачнулся в последний раз, и Аарон затих, не в силах больше даже трястись.