Hellsing Bingo 2025

— Признаться, друг мой, я ждал, что вы расскажете мне сказку о несчастной любви и колдовском навете. Читал я, знаете ли, одну презанятную книжку с похожим сюжетом… Взгляд молоденького майора был жадным. Не брезгливым, не сострадательным — алчущим. Если бы взглядом можно было раздеть и выпотрошить… Впрочем, с этим Док справился сам. Он задумчиво шевельнул сервоприводом: левая рука повиновалась с небольшой задержкой. Пальцы сжались по очереди: оголенные человеческие нервы, сплетенные с металлом, резиной и пластиком. Кровь в его венах — чужая. Он делает себе переливания каждую неделю — благо, нет недостатка в донорах. — И предпочитаете вы юных девиц? — хохотнул майор. Он держал его оголенную до остова металлическую кисть, едва ли не носом в нее тыкался. Доку казалось — он и на зуб попробовал бы, но сдерживается в дань приличиям. — Желательно деревенских, — невозмутимо и холодно ответил Док. — Меньше шансов подцепить желтуху и сифилис, опять же — свежий воздух, здоровое питание, отменный гемоглобин и румянец во всю щеку. Интересно, отстраненно размышлял он, этот толстяк понимает, что я могу переломать ему кисть одним щелчком? Сила сжатия — шестнадцать тысяч ньютонов, как у крокодильей челюсти. Можно было слабее, конечно. Но для операции порой требовалось прикладывать усилия: вынуть плотно сжатую кишками печень, растащить в стороны ребра… Опять же — он любил бросать самому себе вызовы. Виданное ли дело — подбирать инсулиновую иглу сервоприводом, способным раздавить череп со всем содержимым, одним нажатием. — Если в вашей истории обошлось без заколдованного топора, то я жажду подробностей. Ну да. Все их жаждут, пока не услышат детали. — Это случилось в швабских лесах, — начал он буднично. Сервопривод жужжал и пощелкивал, гоняя по его венам чужую кровь. — Экземпляр, за которым я охотился… — Вы сами охотились?! Док посмотрел на собеседника с плохо скрываемым раздражением: — Я не могу доверить такую… тонкую работу идиотам. Они трижды приносили мне труп вампира вместо самого вампира, хотя им было сказано… Он отмахнулся — своей препарированной рукой. Капли крови неловко брызнули — прямо на лицо майору. Док поморщился с досады, но не его собеседник. Слишком поглощенный рассказом, он и бровью не повел. Любопытно. Док слегка смягчился: — Я взял того вампира живьем, но перед тем, как его скрутили и заковали в наручники мои незадачливые помощники, он успел укусить меня за предплечье. Я знал, чем это чревато. У меня было несколько минут. Майор смотрел на него во все глаза. Кажется, он даже не моргал: не в первый раз за этот диалог Док почувствовал себя слишком раздетым. Остальные подробности офицер узнал у рядового Шнитке: этот кретин не умел держать язык за зубами. В лицах и фигурах показывал, как Док наорал на всех в конвое, а потом выхватил у сопровождавшего их егеря топорик из-за пояса. «Вы правда сделали это с одного удара?» — обычно робко спрашивали у него. Что за глупые сомнения в его компетенции! Он отлично прицелился — прямо по суставу. Разумеется, одного удара хватило. Он даже сам наложил себе жгут, прежде чем отключился. — Тот вампир оказался совершенно бесполезной тварью, — буднично сказал Док и бесцеремонно вырвал из рук майора свою кисть. — Никакого субстрата, никакой сыворотки из него изготовить не вышло. Почти напрасная вышла трата времени. — Почти?.. — Это происшествие навело меня на мысли. Немного магических заговоров. Немного механики. Он сам сшивал свои нервы с «нервами» машины, корчась от боли. Но результат… — Иногда я подумываю — вот бы отнять себе хотя бы одну ногу, — вздохнул Док почти мечтатель. — Уверен, что смог бы. Правда, переливания придется делать дважды в неделю, но это того стоит. — Еще как стоит! Док поднял на собеседника удивленный взгляд. А потом начал очень осторожно облачать свою руку в резиновый «чехол», в котором он обычно прятал чуткий сервопривод от пыли и грязи. Обычно такой демонстрации всем нервным и чутким «мальчикам» герра Гиммлера хватало, чтобы проблеваться. Этот оказался куда более крепким нервишками. И что удивило Дока еще сильнее — он не задал о вампирах ни одного вопроса. Обычно ребята из «Аненербе» готовы были поверить в любую восточную чушь, лишь бы она была похожа на мандалу хотя бы издали, но вот в то, что в родных германских лесах водится едва изученная нежить… Потому, собственно, Док и делал операции самому себе. Скудное финансирование «отдела фольклористики», как иронично называли их в «Аненербе», сказывалось даже на этом. Не то чтобы это его останавливало, конечно. Майор, фамилию которого Док никак не мог припомнить (мало ли к нему шастало таких майоров — посмотреть, как на обезьянку в клетке), бегло глянул на часы, чуть заметно улыбнулся: — Увы, герр Гиммлер ждет меня через четверть часа, но мы ведь можем встретиться с вами еще раз? Уверен, что смогу заинтересовать вас… одной диковинкой, скажем так. А вы побольше расскажете об этих ваших вампирских исследованиях… — Полагаю, вам нечем будет меня удивить. — Спорим? Майор протянул ему руку. Маленькая, пухленькая, очень противная на вид, она прямо-таки взывала к тому, чтобы Док поупражнялся на ней со всей силой своей искусственной руки. — Удивите меня, — сухо усмехнулся он и немедленно отвернулся к своему рабочему столу, давая понять, что «прием» окончен. Он в принципе не хотел тратить на него время, если бы не начальство… Док многажды задавался вопросом тогда — что побудило его согласиться? Странный, из глубины интуиции идущий импульс — Док ненавидел его, до глубины души. Он, мечтавший возвыситься над природой, отчего-то был зависим от самых низменных инстинктов! Ну, ничего, ничего… едва ли это продлится долго, правда? На следующую их встречу герр Монтана, имя которого он теперь запомнил, привел Ганса — в истинной его форме. И торжественно пообещал передать своего «подопечного» на изучение на целую неделю. — Если вы еще немного расскажете мне о вашей удивительной руке, друг мой, — блеснул он глазами из-за стекол очков. Док даже не запомнил, как согласился. Потому что с той самой встречи любые его сомнения в собственной интуиции вовсе перестали иметь значение.