Не по плану

      Сёдзи со скрипом отворились, впуская в комнату демона с дерзкой поступью, чей взгляд, словно голодный зверь, окинул полумрак. У низкого столика, отвернувшись от мира, застыла одинокая фигура, увлеченно колдующая над чем-то в мерцающем танце свечей. Стук сердца — живой, человеческий — звучал в тишине вызывающим диссонансом, будто бросая дерзкий вызов устоявшимся здесь устоям. Неужели в этой обители теней могло найтись место для такой неприкрытой слабости, такого вкусного обеда?       — Неужели опять по пустякам… — голос, охрипший от недосыпа и усталости, прокатился эхом по тонким, как пергамент, стенам. Девушка медленно обернулась, встречая взглядом очередного прихвостня из свиты предка. В руках археолога — кусок обожжённой глины и старая зубная щетка, у ног — таз с мутной водой. И что она тут вытворяет, в этом проклятом месте? Пытается сохранить свой мирок?       — Господин желает видеть тебя.       Макарова выдохнула с таким отчаянием, словно на её плечи рухнула вековая ноша. Невыносимо. Тяжело. Достал. Она кивнула, поднимаясь на ноги. Колени отозвались предательским хрустом, напоминая Анастасии, что ей далеко не пятнадцать, и стоило бы выбирать позу поудобнее, чем скрученная в три погибели, как полудохлый зверек. Археолог, смирившись, коснулась ледяной руки многоликого демона, зная, что сейчас начнется бесплатный аттракцион свободного падения в бездну. Когда их двоих швырнуло в другую комнату, девушка едва сдержала подступившую к горлу тошноту, оседая на пол. Нет, такие перемещения явно не для нее. Уж лучше пешком, по старинке. И пускай невозможно наверняка добраться туда, куда надо, ножками всё равно спокойнее.       Воздух в помещении стылый, обволакивал горло липкой патокой, и в каждом вдохе ощущался металлический привкус, словно кто-то распылил в него старую ржавчину и забыл перемешать. Макарова откашливалась, кладя в рот едва ли не последнюю пластинку жвачки, отчаянно пытаясь перебить эту мерзость. Мятная вишня обжигала горло, принося лишь мимолетное, мнимое облегчение.       Анастасия пыталась осмотреться, понять безумную логику этого хаотичного места. Вокруг лишь квадратные комнаты, словно парящие в воздухе, сюрреалистичные коридоры и лестницы, наплевавшие на все законы физики, будто их нарисовал пьяный художник, злоупотребивший саке.       — Бляздец, — тихо выдохнула девушка, крутя головой во все стороны. — Хотя, чему тут удивляться? Здравый смысл помер, когда я оказалась здесь.       Пиная подошвой потертых кроссовок невидимые камешки, будто подгоняя время, археолог ждала прибытия Кибуцуджи. Дел у нее, конечно, невпроворот, но праздное сидение раздражало до зубного скрежета. Макарова потеряла счет времени с момента прибытия в крепость. Здесь не было ни окон, ни часов — ничего, что могло бы напомнить о реальности. Ее внутренние часы и в нормальной жизни работали из рук вон плохо, а здесь окончательно сошли с ума, решив, что они швейцарские.       Сначала по прибытии она только с каменным лицом выслушивала абсурдные истории про демонов и охотников, размышляя о чокнутости собственного предка. А дальше под его четким присмотром, пересиливая тошноту, составляла план по убийству корпуса. Пусть кто-то назовет ее эгоисткой, но Анастасия не могла иначе. Она должна вернуться назад, и сделает для этого всё возможное. Выживает самый приспособленный. Не в древние времена люди и друг другом злоупотребляли. В принципе, по мнению Макаровой, всё на данный момент происходит также. История и вправду циклична. Кто сказал, что те виды людей и вовсе не были похожи на этих демонов? Сейчас археолог в принципе сомневалась в правильности всей истории.       В часы вынужденного бездействия, когда Кибуцуджи не трогал ее, она с головой уходила в изучение находок, чудом сохранившихся в ее рюкзаке. Телефон исчез, как и несколько книг по истории. Макарова решила, что исчезло то, что не изобретено и не написано ни в каком формате. Нельзя было забрасывать собственную работу. Это маленькое спасение в этом безумном мире, словно тонкая нить, связывающая ее с реальностью. По крайней мере, чистка находок и их опись сохраняли остатки разума, не позволяя окончательно утонуть в этом хаосе. Больше ей хотелось вновь получить в руки ту катану. Пощупать, изучить. Разобраться в истории создания столь дивной вещички. Археолог дернулась, услышав знакомый звук струн. Она здесь не одна? Но где тот, кто играет? Не успела девушка повернуться, как увидела предка и других демонов, которых прежде не встречала.       — Эмм, здравствуйте? — сказать, что у девушки затряслись коленки — ничего не сказать. Давящая атмосфера, словно невидимая рука, буквально прибила её тушку к полу. Из всех присутствующих знакомы были только двое — буквально тот, кто стал причиной её появления на свет, и шестиглазый.       — Господин, почему здесь человек? — прошипел один из незнакомцев, с татуировками, расплывшимися по бледно-голубому телу, его голос был полон презрения и нескрываемой угрозы. Кибуцуджи Музан, как всегда, был невозмутим, словно высеченная из камня статуя. Лишь легкая тень скользнула по его лицу, прежде чем он повернулся к помирающей от страха Макаровой. Ладно выдержать предка, или того мужика с катаной, но разом всех в одной комнате с огромной жаждой убийства — невыносимая задача.       — Анастасия, позволь представить моих подчиненных. Высшие Луны — самые сильные демоны, — его голос звучал бархатом, но в нем чувствовалась сталь, готовая в любой момент пронзить насквозь. — Они недовольны твоим существованием здесь. Объясни им, почему ты находишься тут, иначе отдам им на ужин.       Макарова сглотнула вязкую слюну, нервно хихикая. Вот оно что. Экзамен на профпригодность? Или, скорее, на выживание. Она выпрямилась, насколько позволяли дрожащие коленки и прогрессирующий сколиоз, и взглянула прямо в глаза ближайшего демона. Про него ли пела Алена Швец?       — Я здесь, потому что нужна Господину, и вам, разумеется, — начала она, стараясь говорить уверенно, словно речь шла о чем-то совершенно обыденном, как обсуждение новостей за завтраком. — Я помогаю ему в достижении его целей. Мои знания могут оказаться полезными, как ни странно… для всех.       Демоны переглянулись. Их лица, искаженные злобой и недоверием, не выражали ничего хорошего, кто-то в открытую насмехался. Ну да. Так они и поверили ей. Демоны окинули Макарову оценивающим взглядом, словно взвешивая на весах ее ценность, прикидывая, сколько с нее будет мяса и хватит ли всем. Тишина давила, становясь невыносимой, словно петля на шее, затягивающаяся с каждым мгновением. Ну вот, кажется, сегодня ее последний день.       — Знания? — процедил один из демонов, усмехнувшись. — Что может знать человек, смертный червь, о делах демонов, чья мудрость насчитывает века?       Макарова тяжело вздохнула. Сейчас или никогда.       — Смертный червь, — повторила она, стараясь сохранить остатки достоинства, — видел то, что не видели вы, и никогда не увидите. Именно я предложила отправлять демонов в отрядах, и, как знаете, охотники стали умирать чаще. — во взгляде археолога мелькнуло что-то темное, словно уголек, вспыхнувший в ночи.       — Конкретнее, — прорычала третья луна, приближаясь к Макаровой. — Что ты можешь предложить, чего не можем мы, обладающие силой? — мускулистая рука в один момент оказалась у её лица.       Археолог даже не успела прикрыть лицо руками, как мир взорвался: движение — и голова того демона исчезла, словно разрезанная идеальным лезвием. Кровь и тёплые кусочки плоти и мозга брызнули на её ладони и лицо. Запах железа заполнил воздух. Макарова задыхалась от шока; мир потерял привычные контуры.       — Аказа… — голос был тихим, но держал в себе железную силу. — Знай своё место. Сейчас её время говорить.       Шестиглазый в кимоно стоял близко, и его движение было расчётливо спокойным. Он не тронул её; но и никто больше не осмеливался делать шаг или что-то сказать. Демон, только что обезглавленный, рухнул беззвучно; остальные затаили дыхание, как актёры, которых заставили замолчать.       Макарова сжала ладонь в крови, но не отпустила взгляда. Страх царапал изнутри, но она понимала: сейчас нельзя выглядеть слабой. Её ответ мог быть последним в жизни.       «Пиздец. Но все равно это лучше ледникового периода и неандертальцев. Те даже слушать бы не стали, сразу съели.»       Макарова постаралась не выдать страх, скопившийся в глубине души, словно ядовитая змея. Вдох-выдох. Вытерла кровь об лосины и старую футболку и собрала остатки сил.       — Вы обладаете силой, — ответила она, — но лишены понимания человеческой природы. Вы видите в людях лишь добычу, источник силы. С моей же стороны видна иная сторона монеты. Я бы хотела поговорить с каждым и составить еще несколько планов действия. Ведь уничтожение охотников — не единственная цель для вас.       Она сделала паузу, оценивая реакцию демонов. Их лица оставались непроницаемыми, словно маски, но она чувствовала, что их интерес немного возрос, словно лед тронулся в их закостенелых сердцах. Почему-то девушка была уверена, что эти демоны имеют свой фан-клуб из людишек. Особенно тот, с глазами цвета бензина, и незнакомка с белыми волосами. И этим можно воспользоваться.       — Например, — продолжила она, — вы ищете способ найти их главу. — археолог мысленно отвесила себе знатную оплеуху. Ад, если он и существует, ей точно обеспечен. — Однако за столько веков ничего не добились. Послать демона нельзя — сразу убьют. Но почему вы не шантажировали человека?       Настя замолчала на несколько секунд, гадая, как именно она умрет сейчас. Разорвут на куски? Мечом изрежут на ленточки? Или просто понадкусывают, словно лакомство? Почему она сначала говорила, а потом думала? Молчание затягивалось, давило на плечи своей тяжестью. Музан явно был недоволен её словами, это она чувствовала по его прожигающему взгляду. Получается, она его только что выставила идиотом? Не слишком ли самонадеянно для простой смертной?       — Поэтому этим займусь я. Тут мне особо делать нечего. Разработанный план пока работает, а сидеть в четырёх стенах очень скучно. Я так коньки откину быстрее, чем вы охотников победите. Да и человеку легче войти в доверие к истребителям, чем демону.       В комнате повисла тишина, настолько густая, что казалось, её можно потрогать. Демоны, внезапно лишившиеся дара речи, переглядывались, словно не веря своим ушам. Музан оставался неподвижен, но в его глазах, казалось, бушевал ураган. Макарова, затаив дыхание, ждала приговора.       Мужчина молчал, словно обдумывая её слова. Наконец, он медленно кивнул. — Интересно, — проговорил он, глядя на Макарову с новым интересом. — Продолжай. Расскажи мне, как ты собираешься это сделать.       Это маленькая победа. У Анастасии наконец-то появился шанс покинуть это место. Осталось лишь убедить демонов в гениальности её безумного плана. Макарова уже предвкушала, как лично осмотрит довоенную империю, построив фальшивую личность. Возможно, где-то археолог сможет найти путь домой, к старой жизни.